В поисках сокровища

      С самого начала этот чертов краб доставлял мистеру Эрроу одни только проблемы. Нет, астронавтом он был отличным — тут ничего не сказать. Но что-то во взгляде мантавора не давало старпому покоя. Скруп постоянно, как бы невзначай, оказывался сверху на мачте в тот момент, когда капитану и первому помощнику нужно было обсудить детали путешествия. Всегда, конечно, при деле. То паруса расправляет, то проверяет такелаж. Но мистеру Эрроу все равно было не по себе находиться в зоне видимости инопланетянина.       В тот день, когда Скруп позволил себе угрожать Джиму, Эрроу понял, что за ним нужно наблюдать внимательнее. Хуже всего было то, что никто в команде не попытался вступиться за юнгу, кроме Сильвера, который в общем-то отвечал за безопасность Джима. Мистер Эрроу уже начинал жалеть, что согласился на это сомнительное дело. Он мог бы вместе с капитаном уговорить доктора найти другую команду. «Где он вообще нашел этих бандитов? Бандиты это одно, они плюс-минус понятны, но вот Скруп. Скруп — это существо совсем другое», — думал Эрроу. Мантавор действительно отличался от всех членов экипажа. От него, как, в общем, от многих на этом корабле, исходило ощущение опасности, но то, как Скруп держался, как хитро плел свои интриги. Это заставляло насторожиться, ведь ожидать от него можно было все, что угодно. И старпом соврал бы себе если бы сказал, что не заметил мрачную притягательность инопланетянина.       Скруп незаметно наблюдал за Эрроу. Это был самый опасный член экипажа. Не только грубые мускулы, но и острый ум, а главное — сумасшедшая преданность капитану. Ну и, конечно, подглядывая за старшими офицерами, мантавор не забывал оценить фигуру Эрроу. «Широкие плечи, мощные бедра… Так можно совсем отвлечься и пропустить что-нибудь важное». Иногда Скруп ловил на себе взгляд первого помощника. От этого становилось только интереснее. Каждый день их маленькая игра нравилась ему все больше, и с каждым днем он все больше увлекался.       Все изменилось, когда офицер застиг его в крайне неприятном положении. Эрроу спустился на палубу как раз в удачный момент, чтобы увидеть, как Сильвер заламывает Скрупу клешню. После такого восстановить репутацию довольно сложно. А ведь пират даже не собирался убивать мальчишку, только слегка припугнуть, чтоб не подслушивал.       В любом случае, ему пришлось подчиниться власти обоих: Эрроу и Сильвера. Это было неприемлемо для гордой натуры Скрупа, поэтому он решил отомстить. «Оба обидчика свое еще получат», — думал он. Единственно что, физической силой их было не одолеть. Сильвер — до нелепого мощный киборг с системой автоприцеливания в глазу. Эрроу также физически сильнее мантавора. Одной своей рукой он мог переломить шею Скрупа и даже не заметить. Впрочем, насчет крагорианца у Скрупа была одна идея. Из его разговора с капитаном трудно было узнать что-то полезное для пиратов — слишком сильно офицеры перестраховывались и обдумывали каждое слово в открытом месте, но одну вещь Скруп косвенно смог понять из их диалога. Он узнал что Эрроу предпочитает мужчин. В имперском флоте не дискриминировали по принципу ориентации. Да и какая к черту разница, какого пола партнер, если межвидовые связи давно стали нормой? Однако, этот факт стоило как-то использовать. Скруп решил действовать.        Весь день после происшествия Эрроу провел в напряжении. Помимо своих основных обязанностей он еще выполнял роль надзирателя проблемного ракообразного. Вечером, после отбоя, когда все разошлись по своим каютам, Эрроу последний раз обходил корабль перед сном. На палубе он заметил Скрупа, как ни в чем ни бывало поедающего фиолетин. Он никуда не торопился и, казалось, кого-то ждал. Такое нельзя было оставлять без внимания и Эрроу задержался на дальнем конце палубы, рассчитывая на незаметность. Несколько минут он ждал неизвестно чего. Но никто так и не вышел на «тайную встречу» и старпом решил узнать, что происходит напрямую у такелажника.       Скруп стоял, подпирая мачту, на самом видном месте, специально привлекая внимание. Очень скоро это ему удалось. Эрроу уже несколько минут делал вид, что проверяет то штурвал, то приборы у капитанского мостика. Скруп продолжал стоять, испытывая его терпение. Наконец, очевидно, устав притворяться, старпом двинулся в сторону мантавора.       — Почему не идете в каюту, мистер Скруп?       — Мистер Эрроу, — передразнил его интонацию пират. — Я могу только спроссить вас о том же. О, я наверное занял место вашшей с бойфрендом всстречи? — притворно услужливо прошипел Скруп.       Глаза Эрроу сузились в начинающем проявлять себя гневе, который так долго копился при виде нахальной, ухмыляющейся морды краба. Все его лицо, однако, оставалось непроницаемым. Первый помощник не позволял себе давать волю эмоциям. Недостойно офицера империи, хоть и бывшего.       — Не надо смущаться, мистер Эрроу. Вссем нам иногда нужно снимать стрессс во время долгого похода. Понимаешшь? — переход на «ты» еще дальше усилил раздражение старпома.       — Понимаю, что вы напрашиваетесь на карцер, мистер Скруп.       — Можно и там, по крайней мере, насс там никто не увидит, но лучшше пойдем в столовую, я покажу тебе как трахаются настоящщщие мужики. Не то шшто твои портовые мальчики, — продолжал выводить его мантавор. «Раз он так просит, я дам ему то, что он хочет», — подумал Эрроу с редкой для себя мрачной усмешкой.       — В столовой? — переспросил Эрроу. «Там меня видимо будут поджидать его бандитские дружки», — подумал он. «Ну уж нет. Затащу его в самый дальний угол, туда где ему никто не придет на помощь».       — У меня есть идея получше. — с этими словами Эрроу схватил мантавора за клешню и потащил в трюм. На удивление, краб не сопротивлялся. Что же, тогда, он задумал?

***

      «Сработало» — торжествовал Скруп. Ему было все равно, где привести свой план в действие, но для этого надо было сначала освободиться от ручищи, сжимавшей клешню и перехватить инициативу, а с этим были проблемы. Наконец, в трюме каменная хватка разжалась и Скруп получил возможность небольшого маневра среди бочек и ящиков. «Наконец-то он у меня в клешнях! Я трахну его, присвою! Он будет просить мой член как награду», — возбужденный Мантавор, как мог клешнями снимал с Эрроу мундир. Когда китель полетел на пол и нижняя рубаха за ним, Скруп на момент засмотрелся на мощную грудь старпома. Все его тело было покрыто минеральной броней. Под ней угадывалась развитая мускулатура.       Крагорианец сдернул повязку с талии мантавора и развернул того к стенке, заломив за спину снова пострадавшую клешню. «Нет, нельзя отдавать инициативу», — в панике подумал Скруп. Он извернулся в захвате, сцепил клешни за спиной Эрроу, затем обвернул две острые лапки вокруг ноги старпома. На удивление, этого оказалось достаточно чтобы свалить его на пол. Тот пока не пытался сбросить инопланетянина с себя, наблюдая за развитием событий.        — Вссе таки хочешшь нормального мужика? — прошипел мантавор. Все еще цепляясь за Эрроу всеми лапками Скруп стащил с каменного инопланетянина брюки. Не будь он в броне — остались бы глубокие порезы. После этого снова перехватился клещнями за спиной «жертвы». «Попался», — подумал он.       Снаружи крагорианцы покрыты каменной броней, но внутри они гладкие и нежные, как и многие виды во вселенной. «Сейчас», — думал Скруп — «Он поймет с кем связался». Эрроу выгнулся, пытаясь избавиться от захвата клешней, но ему не хватало гибкости. Используя все лапки, мантавор раздвинул ноги помощника капитана, намереваясь присвоить его, преподать урок. Его собственный член уже освободился от защитной пластины, покрывающей переднюю часть брюшка. Хитиновый панцирь разошелся в стороны и наружу вылез длинный орган конической формы, розовый и влажный, способный изгибаться в разные стороны по желанию своего обладателя.       Внезапная сила перевернула их обоих. Эрроу без труда прижал краба к полу и освободился от его клешней. Как минимум двукратное преимущество в весе давало о себе знать. Еще один прием и мантавор оказался развернут мордой в пол и его клешни, распластавшиеся по полу, стали бесполезны. Осознание настигло Скрупа слишком поздно. Он не собирался унижаться и просить о пощаде. «Каменный истукан не получит такого удовольствия».       Эрроу с торжествующей ухмылкой склонился к поверженному мантавору и произнес: «Я знаю вашу анатомию. Мантаворы тоже используют задницу для секса». — с этими словами офицер погладил заднюю сторону брюшка ракообразного, прямо за лапками. Там такие же хитиновые пластины, как спереди, рефлекторно разошлись от стимуляции, раскрывая нежное отверстие.       Скруп попытался освободиться еще раз, но железная хватка крагорианца не позволяла ему двигаться.       — Что такое? Не надо смущаться. Ты же хотел этого? — Эрроу давал ему шанс на спасение.       — Даа. — признать поражение Скрупу не позволяла гордость. Осталось сделать вид, что так и было задумано.       Эрроу устроился позади инопланетянина. Его собственный член уже был полностью возбужден и требовал внимания. Растягивать инопланетянина каменными пальцами было еще опаснее, чем входить в неподготовленное тело. Поэтому старпом аккуратно вставил свой орган, стараясь не повредить мягкое нутро. Крагорианец почувствовал напряжение и легкое сопротивление партнера, но тот продолжал упорно сжимать зубы и молчал. Член Эрроу был твердым и жестким, хоть и не каменным как все остальное его тело. Старпом задал для начала медленный и размеренный темп. Скруп под ним больше не сопротивлялся вторжению. Только его лапки время от времени скребли по деревянному полу. Вообще-то, он любил ощущения во время пассивного секса. В этот раз без смазки и какой-либо подготовки, приятного было мало, но раз уж попал в такую ситуацию, Скруп намеревался хотя бы попытаться получить от нее удовольствие. Его собственный член оказался прижат к полу и слегка терся об него, что было не особенно приятно.       Крагорианец постепенно набирал темп. Он также старался не проронить ни звука. Нельзя было, чтобы кто-то случайно услышал их. Эрекция Скрупа требовала прикосновения. Эрроу получал все удовольствие от секса и не планировал помогать партнеру. Всего через пару минут он кончил, едва сдержав стон. Отдышавшись вышел из неподвижного тела и встал.       Мантавор, на дрожащих лапках поднялся с пола. Его напряженный член требовал внимания. В таком состоянии Скруп добрался бы до каюты в лучшем случае, к утру — в таком виде не покажешься перед пиратской бандой. Сам справиться с эрекцией он не мог — клешни не позволяли ласкать себя. Такими можно разве что дразнить! Но он не собирался унижаться и просить противника о помощи. Уж лучше просидеть ночь в трюме.       Эрроу начал уже одеваться когда заметил, что Скруп косо на него смотрит. Старпом понимал, в чем его проблема и размышлял стоит ли ему помочь или лучше позволить мучаться дальше? В конце концов, он решил смилостивиться над крабом — все-таки ему не повезло с клешнями. Эрроу нашел достаточно гладкую, мягкую ткань и положил ее на ладонь. Не идеально, конечно, но лучше, чем грубые каменные пальцы. Он подошел к мантавору. Они молча переглянулись. Также молча Скруп позволил ему приблизиться, стараясь не подавать виду, что доволен. Первое осторожное прикосновение заставило его дернуться — ткань все-таки оказалась грубовата. Но желание достичь оргазма превысило дискомфорт. Скруп придержался за плечи Эрроу и тихонько шипел сквозь зубы. К счастью ему не понадобилось много усилий и всего через полминуты Скруп изогнулся в оргазме, шипя сквозь зубы и отвернувшись от Эрроу.       Остатки сборов они провели в полной тишине. Первым вышел одевшийся Эрроу, а чуть погодя за ним — Скруп.

***