Luka's party

— Почему мы вообще здесь, Аля? Ты же знаешь, не люблю такие большие вечеринки, — Маринетт поправила свой свитер, глаза помрачнели, а брови нахмурились. Она планировала провести уютную ночь, свернувшись калачиком и посмотрев несколько фильмов. Но подруга не переставала взрывать ее телефон и, в конце концов, ворвалась в ее комнату, чтобы заставить брюнетку прийти на вечеринку. — Девочка, тебе нужно больше выходить на улицу! Ты слишком долго сидишь в своей комнате. Тебе нужно немного пожить, — Алья берет Маринетт за плечо, толкая ее, пока они идут к эллингу. — Кроме того, я слышала, что брат Джулеки очень горячий, — она подмигнула своей лучшей подруге, хихикая. У Джулеки был брат? Это было новостью для Маринетт. Несмотря на то, что она знает Куффен уже некоторое время, она впервые слышит о брате. Когда они подошли к лодке, она попыталась представить, как будет выглядеть брат Джулеки? Были бы у него окрашенные волосы, как у нее? Или просто черные волосы? Он спокойный или энергичный? Дюпен-Чен задумалась, что не замечала людей перед собой, пока не врезалась в чью-то спину. Жидкость выплеснулась на землю, и гневные глаза встретились с ее, когда они обернулись. Она пропищала извинения, но тусовщик просто развернулся, убегая от неуклюжей девушки. Отлично, какой прекрасный способ начать ночь. Брюнетка уже потеряла Сезар в море людей, и было бесполезно звать ее, когда музыка так громко стучала в уши Маринетт. Слоняясь по толпе, пытаясь найти кого-нибудь из своих школьных друзей, терпение девушки истощилось. В конце концов она сдалась и села на одну из скамеек вдали от толпы, с телефоном в руке, просматривая свой инстаграм. Примерно в то время, когда девушка собиралась покинуть вечеринку, чтобы попытаться спасти остаток ночи, на нее упала тень. — Хорошо проводишь время? Маринетт поднимает глаза и видит незнакомое, но потрясающее лицо. Оно широко улыбается ей, а руки покоятся в темных, разорванных карманах джинсов. Когда ее глаза встретились с его, она почувствовала легкое трепетание в своем сердце и потеряла дар речи. Глядя на него широко раскрытыми глазами, Дюпен-Чен немного запнулась, прежде чем сказать одно слово. — Нет. Его брови взлетают вверх, прячась под сине-черными волосами, прежде чем снова расслабиться и издать смешок. — О, ну тогда это ужасно. Алья пробивается сквозь толпу, а затем подбегает к Маринетт, тяжело дыша. — Я искала тебя повсюду, — она поворачивает голову и замечает парня, ухмыляясь подруге. — О, кажется, ты уже познакомилась с Лукой, — улыбаясь ему, Сезар представляет его брюнетке. — Лука, познакомься с моей лучшей подругой Маринетт. Маринетт, это брат Джулеки, Лука. Щеки девушки начали краснеть, когда она поняла, что это он устроил вечеринку, а она только что оскорбила его. Глядя на него широко раскрытыми глазами, Дюпен-Чен начинает заикаться. — О-о, я не это имела в виду! Я имею в виду, я хорошо провожу время, я просто, я просто так устала, ты знаешь, и… Алья смотрит на нее, а затем на Луку, прежде чем ухмыльнуться и медленно отступить, пока Лука смеется над словами Маринетт, садясь рядом с ней. — Ты классная. Все нормально. Клянусь. Я сам не большой тусовщик. Я сделал это для Джулеки, чтобы она могла больше общаться с людьми и попытаться выбраться из своего пузыря, — он смотрит в толпу и замечает, что его сестра смеется со своими друзьями, а улыбка сияет. — Похоже, это сработало. Брюнетка замечает обожание на его лице и чувствует, как струны ее сердца сжимаются. Заламывая руки, пытаясь замедлить сердцебиение, она смотрит на него и улыбается. — Так… тебе тоже нравится Джаггед Стоун? При упоминании имени рок-звезды его лицо просветлело. — Он действительно вдохновил меня своей собственной музыкой. Какие его песни тебе нравятся? Они немного говорят о музыке, игнорируя вечеринку, которая была в самом разгаре прямо перед ними. Через час Лука берет руки Маринетт в свои. — Могу ли я показать тебе кое-что, над чем я работал? Девушка с трудом сдерживает румянец, пытаясь сдержать волнение. — Угу, конечно! Я с удовольствием! — говорит она, пока он ведет ее на нижнюю палубу, где музыка стала тише, а воздух теплее. Парень по-прежнему ведет Дюпен-Чен, его рука согревает ее руку, и он надеется, что никогда не отпустит ее, даже если это означает, что ее сердце вырвется из груди. Ведя ее в свою комнату, Куффен усаживает ее на кровать, прежде чем схватить свою гитару и сесть у изголовья. Он улыбается ей, прежде чем закрыть глаза и провести пальцами по струнам; звук инструмента вибрирует низко и приятно. Когда Лука играет, брюнетка чувствует каждую ноту в своей груди, как будто песня, которую он играет, была тайным посланием только для нее. С каждой нотой она чувствовала, как ее дыхание сбивается. Чувство первой влюбленности сильное и прекрасное. Она больше не смотрела, как играют его пальцы, а смотрела, как его тело качается в такт музыке, как лицо меняется с каждой нотой, как дергаются уголки его губ, скрывая шепот улыбкой. Маринетт попала в ловушку парня перед ней, захваченная его обаянием. Ей потребовалось все самообладание, чтобы не наклониться вперед и не прижаться своими губами к его, не провести пальцами по его черно-синим волосам. Ее сердце забилось быстрее в груди, щеки стали горячее. Когда Лука закончил, его глаза распахнулись и остановились на Дюпен-Чен. Она улыбнулась и прикусила губы, чтобы они не дрожали. Заметив это, он наклоняет голову, его глаза наполняются беспокойством. — Ты в порядке? Маринетт издает короткое «мг», кивая головой. Она отпускает губы, чувствуя вмятину там, где зубы сильно прикусили, и прочищает горло. — Это было красиво. Очень. Он сияет, кладя гитару рядом с собой. — Спасибо. Я работал над этим какое-то время, но когда сидел там и разговаривал с тобой, меня просто осенило, — Куффен посмотрел на Маринетт, нет, он заглянул ей в душу. Брюнетка наблюдала, как цвет его глаз сменяется с более холодного ярко-голубого на более мягкий и темный оттенок. Девушка почувствовала, как ее щеки потеплели, и в смущении она оторвала зрительный контакт, держась за щеки, пытаясь скрыть румянец. — Знаешь, уже очень поздно, и мне пора домой! Она быстро встает, чтобы уйти, но Лука протягивает руку и мягко берет ее запястье в свое. — Пожалуйста, — его глаза стали грустными, брови нахмурились. — Не останешься ли ты ненадолго? Дюпен-Чен посмотрела на его руку на своем запястье, и он отпустил ее, позволив своим пальцам немного задержаться на ее коже. — Прости. Я просто… — он на мгновение замолчал, глядя вниз. — Мне очень понравилось проводить с тобой время, и я не хотел, чтобы оно заканчивалось, понимаешь? Парень встал, и именно тогда брюнетка поняла, что он высокий и выше нее примерно на голову. Он посмотрел на нее, отбрасывая прядь волос в сторону. — Обещаю играть хорошо, — Куффен слегка улыбнулся, что тронуло сердце девушки. Не в силах сказать «нет», она кивнула головой. — Конечно. Еще час или два не помешают, верно? Остаток ночи они провели вместе, смеясь и разговаривая, вдвоем, пока гости веселились под луной. Пара даже не заметила, когда последний человек ушел, и Джулека, шатаясь, направилась к своей половине спальни, отключившись с быстрым «спокойной ночи». Они играли в карты, смотрели фильмы и рассказывали истории, пока солнце не выглянуло из-за горизонта, сигнализируя об окончании их ночи. Маринетт никогда не понимала, как сильно не хотела, чтобы ночь закончилась, пока первые лучи утра не засияли в окне нижней палубы, а свет танцевал на стене. Она посмотрела на Луку, который свернулся с ней под одеялом, и пожалела, что не могла провести с ним больше времени. Ее плечи опустились. Парень, заметив ее печаль, взял ее руку в свою и встретился с ней взглядом. — Тебе пока не нужно уходить. Ты можешь остаться подольше, если хочешь. Маринетт почувствовала, как лицо расплылось в улыбке, и снова прижалась к нему. — Спасибо, Лука, что пригласил меня остаться, — запрокинув голову, она посмотрела на него и чмокнула в щеку. — Мне было так весело сегодня вечером. Вместо ответа он взял ее лицо в свои руки, и дыхание Дюпен-Чен остановилось, ее глаза расширились, когда Куффен наклонился. Его дыхание щекотало ее губы, когда он прижимал их к ней; его губы были такими мягкими. Сердце девушки теперь билось с бешенной скоростью, но это не помешало ответить на поцелуй. Обвив руками ее талию, он притянул ее ближе, углубляя поцелуй. Маринетт наклонилась за поцелуем и почувствовала, как становилось тяжело дышать. Ничто не могло остановить это чувство, если… — Боже мой, займите другую комнату, — голос Джулеки прервал мысли брюнетки и заставил ее выпасть из рук Луки, который в итоге откашлялся, закрыл глаза и явно был раздражен на свою младшую сестру. — Тебе не кажется, что тебе рановато просыпаться? — его глаза распахнулись на последнем слове, одарив ее маленькой, но разочарованной улыбкой. — У нас с Роуз свидание за завтраком. Я хотела подготовиться. Доброе утро, Маринетт. Не стесняйтесь пользоваться душем, если тебе это нужно. У нас также есть кофе, если он понравится, — она кивнула подруге, присаживаясь на пол и медленно умирая от смущения. — Я в порядке, спасибо, — подняв взгляд на парня, она прошептала: — Наверное, мне лучше уйти. Вздохнув, он встал, одарив ее грустной улыбкой. — Позволь мне хотя бы провести тебя, — Куффен протянул к ней руку, помогая подняться с пола. Она собрала свои вещи, слегка помахав Джулеке, которая сделала то же в ответ с поднятыми бровями и легкой ухмылкой. — Думаю, теперь я буду видеть тебя чаще. Поднявшись по лестнице, Дюпен-Чен направилась к выходу из корабля, когда парень схватил ее за руку, чтобы остановить. — Прости за Джулеку. Я не думал, что она проснется так рано, особенно после вчерашней вечеринки, — он убирает прядь своих волос, тяжело вздыхая. — Я действительно надеялся приготовить тебе завтрак сегодня утром, — он сжал ее руку. Маринетт ответила на пожатие. — Может быть, завтра? Его глаза загорелись. — Ты уверена? Я имею в виду, я бы хотел, чтобы ты… Брюнетка протягивает руку, встает на цыпочки и прижимается своими губами к его, останавливая Луку на полуслове. — Считай это свиданием.