Рогатые-хвостатые

1

      В окне просторного фургона фордовской коновозки проносились огромные убранные поля с редкими деревьями. Срезанные почти под корень стебли торчали, сжигаемые ярким мадридским солнцем. Высокое светло-голубое небо нещадно слепило. Стоял штиль. Одно-единственное облачко у горизонта почти сливалось с небом.              В кабине гремел тяжёлый рок, ломающийся юношеский голос неумело тянул ноты Тарьи Турунен. Из-за руля доносилось тихое ворчание и перестук пальцев о кожаную оплётку руля. Безэмоциональный голос навигатора раздражал.       Потоки воздуха из открытого люка трепали смоляно-чёрную гриву вороной лошади. Ветер обдувал гладкие бока и отросшие кисточки на ногах, у самых копыт. Мягко шуршали сосновые опилки. Карие глаза неотрывно следили за неменяющимся уже несколько часов пейзажем и, меланхолично жуя сено, лошадь пребывала в своих думах.       "Странная штука - судьба, - думала она, - бегала бы сейчас в "Сокоросе", не было б забот. Но, видите ли, одному неразумному и очень глупому человечку взбрело в голову отправить меня за границу. Что, зря обучали высшей школе верховой езды и привозили тренеров из Франции и Испании? Вздор. Слишком уж много средств в неё вложено. Раз не задалась в Москве коррида то что же, простаивать таким навыкам? Что вы, соревнования и конкуры - слишком дёшево! Наш уровень - кровавые месива!".       Лошадь презрительно фыркнула и опустила морду в поилку.       "Это ж надо! Выдумать, что мои не совсем далёкие родственники - иберийские кони! Сказать кому - вся конюшня на смех поднимется. Кони такой породы использовались для корриды, они не боялись быков, словно танцевали у них перед рогами. Откуда, а главное как занесло сюда такую воинственную и агрессивную кровь? Ерунда такая".       В кабине что-то грохнуло. Музыка стихла и послышался разочарованный вопль. С водительского сидения грянул отборный русско-татарский мат.       "И когда корриду отменили, человек пришёл в ярость. Бесновался он недолго, решение пришло почти сразу - исколесить полстраны и зарубежье. Моими копытами истоптаны десятки арен. Моими глазами увидены сотни пар глаз быков и матадоров. Кровавый финал... и последний взгляд. Отчаянный. Непонимающий. Облегчённый".       Фургон сильно тряхнуло и машина резко остановилась, громко взвизгнув тормозами. Дым заполонил маленькое окошко. Мотор клокотал ещё какое-то время, но вскоре заглох. Хлопнули двери, лязгнуло железо; крики и суету людей перебил шипящий звук.       "С жеребячества меня обучали корридским искусствам. Я свято верила, что это моё призвание. Осознание пришло очень поздно. Нужно было бежать и дело с концом".       Возня на улице меня мало волновала, больше всего я хотела размять ноги. Несколько суток в пути - это вам не шутки.       Мы планировали доехать до Мадрида в ближайшие пару дней, чтобы успеть на самую грандиозную корриду в году. Так получилось, что бои быков на арене по дате почти совпали с фестивалем цветов. Яркие, живые гирлянды и конфетти из цветов не спешили убирать. Улицы пестрили гвоздиками, пионами, розами, пролесками и гацаниями. В городе, который мы недавно проезжали - Севилья, кажется - всё ещё был праздник. На улицах плясали танцовщицы в красивых платьях, бегали дети с воздушными шарами и каждую минуту в воздух взлетали сотни конфетти из цветов. Пара лепестков попала в открытый люк и смешалась с опилками на металлическом полу фургона, прямо перед моими копытами.       Где-то вдалеке зашуршали шины. Дым постепенно рассеивался, открывая вид на пологие иссушенные холмы. В окне мелькнул ослепительно-белый корпус проезжающей мимо машины и также внезапно исчез.       Всё стихло. Не успела я насладиться долгожданной тишиной, как задняя дверь начала потихоньку опускаться. Жаркий, густой воздух наполнил фургон. Не дожидаясь, пока дверь опуститься на землю полностью, в проём протиснулась рука и схватила какую-то верёвку у самого выхода.       - Корда пойдёт? - оглушительный крик заставил меня прижать уши к голове и в сотый раз проклясть этого горлатого мальчишку.       - Пойдёт, - донеслось издалека.       Дверь поползла обратно и с тихим лязгом механизм закрылся. В фургоне с каждой минутой становилось всё более душно.       Топот человеческих ног стих у кабины, и громко хлопнув дверьми люди забрались внутрь. Машина резко дёрнулась и покатилась вперёд, с каждым мгновением набирая скорость.       - Так что они сказали? - люди говорили достаточно громко, что даже в фургоне их было прекрасно слышно.       Второй человек молчал.       - Сказали, что недалеко есть место, где нам должны помочь. Магазин или что-то в этом роде. Mirat... miradtor... забыл, - с сиденья послышалось копошение и шелест страниц.       - Пять лет института международных языков, - через чур звонкий смех смолк после смачного подзатыльника.       - Молчи, estúpido.

2

      Небо начало темнеть, а тени удлиняться. Палящее солнце плавно покатилось за горизонт и стены фургона окрасились в нежно-жёлтый цвет. Я подставила бок под лучи и наслаждалась уходящей теплотой.       Машина стала замедляться. В постепенно сгущающихся сумерках стало лучше видно мерцание аварийных огней.       "Ну и идиоты же эти люди".       Мы вновь остановились. Стоянка продлилась довольно долго - я успела рассмотреть все засохшие и корявые кустарники, далёкую кромку тёмного леса и огромный зелёный указатель:       "Mirador valle del Jalon".       Скрип двери отвлёк меня от незатейливого занятия.       - Я нашёл каких-то чуваков, они подбросят нас до ближайшего села или чёрт там разбери чего. Там сможем починиться и остановиться на нужное время.       - Было бы неплохо, - фургон качнулся и медленно выехал на трассу, - как называется?       - Что "как называется"? - спросил человек за рулём и машина плавно повернула налево.       - Село, придурок.       - Договоришься, - коротко бросил старший, - Casa del Toro.       Наступило неловкое молчание.       - И чё это значит?       Людей я не видела, но держу пари, что человек у руля закатил глаза.       - Дом быков.       Я пожевала губами, не припоминая никаких сёл с похожими названиями. Да и что мне было вспоминать, если здесь мы не так уж и давно?       Знала ли я, что с этого момента совершается новый виток моей судьбы? Конечно нет. А пока я стояла и смотрела, как солнце исчезает за острыми верхушками леса и дарит этому дню последние минуты теплоты.