Перекресток, на котором встретились мы.

«И снова мы встретились.»       Прибывал в раздумьях полусонный старшекурсник по имени Минхо, подходя к пешеходному переходу, который видел уже на протяжении трёх долгих лет. А так же к единственному человеку, который стоял возле края дороги и ждал зелёного света, даже не опустив наушники на плечи. К единственному парню, который именно сейчас крутиться в голове Минхо. Минхо заразно зевает, даже не прикрывшись рукой. Слабые утренние сумерки сходят на нет всё медленнее с приходом холода. «Не встречаю ли я его слишком часто для «обычного прохожего»? Я же не единственный из нас двоих, кто заметил это. Какое это уже утро по счету? Стоит начинать зачеркивать дни в календаре. Когда мы впервые пересеклись, у меня появилось странное чувство, будто мы уже встречались однажды. Это и называется дежавю? Такого ещё никогда не происходило со мной. Слишком ужасное чувство. Отстой. Он очень отличается от других прохожих. В отличие от простых людей на улице, он продолжает выдерживать мой слегка «наводящий страх» и «на что уставился, парень» взгляд. Согласен, у меня есть такая привычка, но я ничего не могу поделать с этим! Я словно родился с этой привычкой. Это пугает людей, но не этого незнакомца. Он такой странный! И надо ещё спросить, кто из нас двоих выглядит более крипово. В одно такое утро мы даже поиграли с ним в гляделки, и я проиграл ему. Парень, да я даже имени твоего тогда не знал, ты серьезно? Надо будет взять реванш. Этот парень учится в том же колледже, что и я. Но прежде мы никогда не попадались друг другу на глаза в стенах здания. Ведь я бы точно запомнил его лицо. Наверное, это из-за разных специальностей. Однажды он выронил свой студенческий билет прямо передо мной. Что за растяпа. Тогда моя теория подтвердилась. Позже мне даже пришлось отследить этого парня по расписанию его группы и выцепить в коридоре. Я как чертов сталкер. Честно, стоило просто сдать билет декану, но я не особо сожалею. Тогда состоялся наш с ним первый диалог, и я не по собственной воле узнал его имя — Хан Джисон.»

***

— Хан Джисон! — окликнул Минхо, заметя нужного студента в коридоре второго этажа во время перерыва. — А… Да, хен? — услышать свое имя вместе с фамилией в полупустом коридоре, да ещё и от незнакомого старшего студента, с которым ты невольно пересекаешься на улице, было не просто пугающим фактом для Хана, а что-то за гранью страха. — Ты выронил его утром, — в протянутой руке Хан замечает знакомую обложку для студенческого. «Мой студенческий! Как же повезло…» — отчетливо читалось во взгляде второкурсника. Он облегченно вздохнул и натянул улыбку после осознания, что ему ничего не угрожает. — С-спасибо большое, хен! — немного запнулся парень, затем тот обязательно поклонился, а после забрал свою вещь из руки Минхо, — Правда, что бы я делал, если бы ты мне его не вернул. — разоткровенничался студент. — Ты просто преувеличиваешь. — усмехнулся Минхо, польщенный столь добрыми словами в его сторону. — Хен, если ты сейчас не занят, я могу купить тебе что-нибудь в знак благодарности. Кофе или… Минхо перебивает Джисона, покачав головой. — Просто впредь следи за своими вещами, этого будет достаточно, Джисон. — нужно вести себя поласковее с «незнакомцами» особенно с младшими по возрасту. Вот какой был девиз Минхо в тот самый момент. — Но…

***

«Но не смотря на то, что я отказался от необходимости благодарить меня, на следующий день на моем столе стоял американо с прилепленным сбоку подписанным стикером:                         «Спасибо, что вернул мой студенческий.>w<»       Чанбин сказал, что это оставил какой-то второкурсник, а ещё он успел отпить немного оттуда. Вот болван. Он никогда не думает о последствиях. Правда, в тот момент меня волновало совсем другое. Как он узнал в какой группе я учусь?» «Именно так судьба рассказала мне, как зовут этого прохожего и то, что он учится на архитектурном. Спасибо, судьба. Иногда ты совсем некстати подаешь мне знаки. Интересно, а знает ли он мое имя? Вряд-ли. Да и откуда? Хотя то оставленное кофе может говорить об обратном. Возможно, у нас есть одни знакомые, теория шести рукопожатий и всё такое. Но Джисон такой странный, совершенная противоположность меня, ведь я самый нестранный человек на свете. И почерк у него такой кривой, ему нужно было поступать на врача. Но американо был вкусным.» Загорается зеленый свет.       Джисон, наконец, опустив наушники, быстрым шагом зашагал по зебре. Минхо же, не торопясь, шел следом, дабы никого не смущать. Самый нестранный человек на свете всегда шел позади, сверля своим взглядом затылок Джисона. «Думаю, мне стоит поблагодарить его за кофе, ведь после того дня мы больше с ним не пересекались, даже просто на улице. Наверное, у него были какие-то дела. Но по утрам у меня совершенно нет настроения общаться с кем-либо! К тому же сегодня придут новенькие в студсовет, надо поберечь свои силы. Торчать в колледже придется до самого вечера…» — вздыхая, переключился на другую тему у себя в голове заместитель председателя.       Минхо состоял в студсовете с самого первого курса, а встал на должность зама со второго просто из-за глупого проигрыша в споре с самим председателем Бан Чаном. Хотя, в принципе, Ли был не против этого. Пусть жизнь Минхо всегда полна разными обязанностями, от которых уже бы каждый второй человек устал. Парню нравилась такая суматоха в его жизни. Со вторым курсом на его плечи упала не только должность заместителя в студсовете, но ещё и участие в помощи по написанию песен для разных ежегодных мероприятий в колледже с председателем и одногруппником Чанбином. Как же хорошо, что спустя время всё окружающее человека просто входит в его привычку. Всякие бумажки и болтовня со студентами, которые чаще всего хотят вступить в совет для «легального» прогула пар. Это одновременно будоражит и заставляет чувствовать себя отчаянным. «По-видимому я опять опоздаю к своим братьям, надо будет извиниться перед ними и купить вкусняшек.»

***

— Минхо, пошли поедим перед собранием. — вывел простым предложением из очередных раздумий одногруппника Чанбин.       Последняя пара подошла к концу, пора освобождать кабинет. Минхо кивает и, закинув на плечо рюкзак, следует к двери вместе с Чанбином. Парни свернули к лестнице. На часах половина пятого. — Не забывай, что тебе ещё на тренировку. — напомнил Минхо, полностью освежив голову для общение с другом и отогнав все мешающие мысли. — Спасибо, что напомнил, но, так как сегодня придут новенькие, я даже останусь с вами. Вот Чан удивится. — Ого, Чанбин пропустит день груди и наконец-то останется до конца собрания. — Минхо хлопнул несколько раз по груди Чанбина ладонью, смеясь, — Или ты просто хочешь попонтоваться своими вокальными данными перед первокурсниками? — Зато я никогда не пропущу день еды! — громко позволил себе ответить Чанбин в полностью пустом коридоре. Этот громкий тон можно было расценить по разному. Либо Чанбин и правда очень хочет есть, либо же он разогревает свое горло, подтверждая последнюю фразу сказанную Минхо. Оба рассмеялись.       О да, Со Чанбин умел петь. Талант с детства, который успели развить. Петь так, что аж влюбиться в него не составляет особого труда. Очаровательно дерзкий темп. Если и нужно выступить с всякой песней на сцене без единого вопроса, этот парень, не изменяя своим принципам, готов взять микрофон в руки. Уверенный в себе и при этом очень скромный Чанбин, который нигде не сможет пропасть. Похожая дерзость на первый взгляд характеров — вот что, скорее всего, послужило зарождением этой долгой дружбы между Чанбином и Минхо. Знакомые с самого детского сада прошли этот длинный для них обоих путь. И первая драка за любимую игрушку в песочнице. И начальная школа с футболом после надоедливых уроков. Как же тогда хотелось просто побыстрее вырасти. И первые бессонные ночи за игрой по сети, и первая серьезная ссора из-за чего-то неважного, но которая смогла сплотить двух парней ещё больше. И первые экзамены, которые Минхо умудрился провалить, что аж Чанбину пришлось с ним заниматься. И поступление в колледж, о котором они всегда мечтали. И сейчас они учатся на экономистов, оба состоят в студсовете и вообще жизнь прекрасна. Похожие и одновременно совершенно разные личности. Именно между такими и возникает дружба.       Тут из-за угла появляются двое второкурсников. Лица обоих были знакомы Минхо. Первым парнем оказался Джисон, за спиной у него выглядывал чехол от гитары. А вот имя второго парня, который выделялся на фоне других учащихся своими осветленными волосами, что навевали нотки беззаботности одновременно со смелостью, было пока неизвестно. Будто «солнечный лучик среди серых тучек» — так его охарактеризовал Минхо.       Способ, которому всегда придерживался Минхо, когда встречал незнакомого человека, звучал так: Лица людей легче запомнить, если давать им краткую характеристику внешности. Например: «Кудрявый волк, с сияющей улыбкой» или «Чистый холст на фоне расписанных картин». — Простите, — обратился тут же светловолосый парень, заметя старших. — Вы же из студсовета? Не напомните, где находится ваш кабинет? — а Джисон, увидев знакомое лицо, впился в него глазами, как-будто решая, поздороваться ли ему или всё же не стоит. Вдруг старший уже и позабыл про тот случай с пропуском, как и о имени обладателя этого пропуска и о его лице в принципе. Ему очень не хотелось попадать в неловкую ситуацию. Как и всем людям на земле. — На третьем этаже, 310 кабинет. — отвечает заученный номер Чанбин, а после позволяет себе отпустить шутку. — Вы, парни, совсем «неместные»? — Если вы решили вступить в студсовет, лучше сразу идите в актовый зал, — добавляет Минхо, чувствуя на себе испепеляющий взгляд, но продолжая его игнорировать, — Мы всё равно затем спустимся туда из-за того, что председатель тот ещё ребёнок любящий музыку. — Ну-ну, не говори так, Минхо. — рассмеялся Чанбин. — Да, мы хотим вступить. Спасибо, что сказали. — проигнорировав шутку более «грубого» благодарит тех белокурый второкурсник. — Либо же… — Чанбин бесцеремонно продолжает разговор и, перекинув руку через плечо Минхо, выдает идею, — Собрание только через полчаса, можете потусоваться пока с нами, если хотите, конечно. В кабинете всё-равно делать нечего, только старческие ворчание председателя будете слушать. А вот с нами вы познакомитесь лично, как с самым верным участником студсовета и каким-то там заместителем председателя. — Чанбин искривил голос к концу своей «идеи». — Разве я не говорил тебе перестать вешаться на меня? — хмуриться Минхо. — О, как же нам повезло встретить таких важных птичек. — усмехнулся «безымянный» парень, — Почему бы и нет? — тот глянул на Джисона, задавая вопрос именно ему. — Думаю можно, раз у нас и правда есть время. — пожал плечами в ответ Джисон, вряд-ли он мог дать другой ответ. — К слову. Я помню тебя, — убрав руку с чужого плеча Чанбин обращается к Джисону, — Это же ты приносил кофе Минхо на днях, вы уже знакомы? — Не то чтобы. — протягивает Джисон, надеясь на спасение от нового знакомого, но тот лишь молчал. — Ладно, расскажете по пути. Кстати, как вас звать-то?       День всё продолжал удивлять Минхо. Выйдя из стен колледжа, парни, наконец, «официально» познакомились друг с другом, даже как-то раскрепостились. Старшие, в свою очередь, разрешили перестать называть их хенами для удобства всех четверых. Но второкурсники не могли отойти от своих принципов, поэтому всё же часто в их диалоге проскакивало короткое, но всем хорошо известное слово «хен».       Нельзя никому раскрываться полностью с первых минут диалога. Это же будет выглядеть совершенно легкомысленно. Даже чересчур общительный человек при новом знакомстве всё равно подсознательно будет настороженно относится к незнакомцу, а уже через несколько часов может быть, и ругать себя за подобные мысли. Благо, невидимый барьер неловкости понемногу стирался. Инициативу же взяли на себя третьекурсники. Но вот один из четверки продолжал лишь изредка и кратко отвечать. Это был Джисон. По-видимому ему просто нужно было дать больше времени самому себе для того, чтобы влиться в диалог. «Если посмотреть, кажется что он вообще не любит новые знакомства, но для чего он тогда вообще решил вступить в студсовет? Или он просто сейчас выделывается?» — прибывал в раздумьях Минхо, косо поглядывая на Джисона.       Вот какого мнения был Минхо. Человек, что попадался ему на глаза на протяжении двух месяцев, оказался более закрытым, чем хотелось бы. И это заставляло Минхо ещё больше интересоваться Джисоном. Задать простой вопрос — «Кто ты такой?», словно с ним всё так просто прояснится, стало необходимо Минхо. Поэтому теперь, полный энтузиазма и любопытства, тот будет делать всё, чтобы узнать, кто же такой Джисон. «Да и этот Феликс, имя полностью соответствует его характеру. Такой разговорчивый, как попугай, точно в будущем споются с Чанбином. Интересно, как давно они знакомы? Вероятно достаточно.» — куча вопросов зародилось в голове после полученной новой информации. Не то чтобы вопросы были особо важны, такое ведь всегда происходит когда ты знакомишься с кем-то.       Погода бархатно теплая для середины осени, для октября. В такие дни обычно люди не замечают всей этой красоты затоптанных, погибших листей и быстро убегающего на подобии предвкушения опасности рыжего заката. Люди осознают свое положение чересчур поздно, когда уже исправить ничего нельзя. Такова проблема людей, но не всех, далекого не всех. Ни ветра, пробирающего до самых косточек. Ни настырных солнечных лучей. Бликов, наносящие невидимые порезы глазам, хоть очки надевай. Но, похоже, кусочек солнечного света всё же находился в эту секунду с парнями. Просто он снизошёл в другой физической форме. Лучик благо был не в том понятии, как надоедливый, а наоборот, приятно теплый, с хитрой улыбкой и веснушками на щеках и носу. Парня с высветленными волосами звали Феликс. Необычное имя для Южной Кореи. — Так ты из?.. — удивленно спросил Чанбин, он и правда не ожидал такого поворота. В речи Феликса не было слышно и доли акцента. Получается, он точно не ученик по обмену с корейскими корнями или типа того. Феликс достаточно прожил в Корее, дабы перенять тонкости этого языка. — Из Австралии. — улыбнувшись ответил Феликс.       Парень так же кратко рассказал о жизни на другом континенте и о том, как он с семьей переехал обратно на их родину, когда ему и пяти не исполнилось. Пусть они и знакомятся сейчас, некоторые тонкости пока не стоит говорить парням, о которых ты знаешь практически ничего, кроме имен. Наверное, когда-нибудь в будущем он сможет рассказать куда больше.       Раздался слабый звон колокольчиков, что висели над дверью одной из кофейни, которая находилась совсем неподалеку от места учебы и куда решили зайти парни, дабы отсидеться. Кофейня, которую часто посещали Минхо и Чанбин, была для этих двоих чем-то вроде места сбора. Если им срочно нужно было встретиться, они оба без слов понимали, куда нужно было подойти. Теперь об этой кофейне и об их традиции знают ещё двое человек. Вид из окон выходил прямо на учебное здание. Пройдя к свободному столу возле окна, четверо студентов приятно устроились и задумались насчет заказа. Но немного перед ним парни решили сыграть в камень-ножницы-бумага на напитки. К удивлению предложил это Джисон. Раз их разговор зашел на тему традиций, тот назвал игру своей «традицией»: «Знакомство с надеждой на бесплатный кофе». Все были не против, наоборот, у всех заиграл слабый азарт. — Камень-ножницы-бумага! — скандировали одновременно с разной интонацией четверка, вытянув руку вперед. Рука Джисона показывала злосчастные ножницы, в то время как у «соперников» был камень. — Что-о… — промычал с грустью Джисон, глядя пристально и слишком близко на свою руку. — Сам предложил — сам проиграл. Спасибо за чай с молоком, Джисон. — язвил Феликс, улыбаясь и искренне радуясь такой легкой победе. — Сегодня не мой день… — заявил проигравший. — Спасибо, щедрый хубэ. — поддержал издевку Феликса Чанбин. — Что вы будете? — смерившись со своей участью довольно-таки быстро, спрашивает Джисон. — Хм… Может тоже какой-нибудь чай, который я ещё не пробовал. — задумался Чанбин обращаясь к Минхо. Тот лишь закатывает глаза в ответ, показывая, как ему было «интересно» слушать раздумья друга, — Схожу-ка я с тобой, там и выберу. — А я буду американо. — отвечает Минхо сразу после решения напротив сидящего. — Опять? Может уже стоит пробовать другие виды кофе, так и зависимым станешь. — возмутился Чанбин, для него такая стабильность казалась скучной. — Если уже не зависим. — Минхо-хен, твой любимый кофе, похоже, тоже американо? — покосился Феликс на Джисона, это заставляет второго подняться из-за стола. — Ох, хорошо, пошли Чанбин-хен. — проигнорировав слова друга, вздыхает Джисон и стремительно уходит в сторону кассы. — Джисон, эй, подожди меня! — Чанбин встает следом за второкурсником. — Джисон тоже всегда берет американо когда дело доходит до напитков. Не знал, что существует кто-то подобный ему. — продолжает после своего заданного вопроса Феликс, пока на фоне слышатся поспешные шаги Чанбина. — Вот как. Тогда он наверное понимает меня и тот факт, что американо очень вкусный! — громко отвечает Минхо в надежде, что Чанбин услышит его. — Но Чанбин-хен от части прав. Для того чтобы расти дальше в каком-нибудь деле, нужно пробовать новое. — усмехнувшись подмечает Феликс. — Недолюбливаю я резкие перемены.       Ища, чем бы себя занять во время диалога и в ожидание, пока вернутся двое «беженцев» взгляд Минхо падает на стул возле, а точнее на чехол гитары, который висел на спинке стула. Черный чехол, на котором поблескивали несколько значков, которые, кажется, принадлежали каким-то музыкальным группам и персонажам из аниме. Но главное, что привлекло взгляд старшего, был брелок в виде цыпленка с черными солнцезащитными очками. — Миленький правда? — заметив заинтересованность в глазах собеседника, спросил Феликс, а после тот встал со своего места. — Даже слишком. — не стеснялся выражений Минхо. — Почему это? — Феликс чуть надул губы, садясь на место друга, которого сейчас было не видать. Белобрысый снял со спинки чехол и расстегнул его, обнажая сначала гриф самой гитары, — Вообще, это я подарил ему этот брелок. Долго выбирал, но по итогу пришел к выводу, что я всегда должен быть рядом с Джисоном, поэтому выбрал того, который напоминает меня. Гитара тоже была необычной, как и чехол. Основание черное и скучное, но его дополняли разные стикеры на корпусе, делая гитару более подстать своему владельцу. — Почему я не удивлен. — окинул оценивающим взглядом Минхо парня возле себя. — Что? А, это. — Феликс указал рукой на свои волосы, — Это было до моего осветления, честно. — Ты умеешь играть, Феликс? — Знаю только пару нот, запомнил из-за этого горя гитариста. — кивнув в сторону, где предположительно для Феликса находились кассы, указывая на Джисона, он ставит гитару на колени и смотрит на струны. — Так, Джисон собрался на гитаре играть сегодня на знакомстве? Неужели хочет с музыкой нам помогать? — поставив локоть на стол и оперевшись о кисть щекой, Минхо слушает о интересующем его парне. Параллельно доставая телефон, чтобы проверить свои диалоги. Вдруг за это время, когда он был занят, ему обязательно кто-то написал. — Ну, по крайней мере, он сказал так: «Я должен пересилить свой страх и сыграть перед всеми, показав, что я умею». — усмехнулся Феликс, как-то уж слишком радостно, вспоминая это обещания. Зажав несколько струн левой рукой, парень делает несколько раз мягкий звук «трунь» правой. — Хорошо-хорошо, это понравится Чану, любит председатель людей с боевым духом. Но вот с аппаратурой опять придется мучаться мне. — вздохнул Минхо. Да ему написали, это был Чан. «Вспомнишь лучик, вот и солнышко.» — с этой мыслью Минхо набирает ответ председателю. — Ты же просто преувеличиваешь сейчас, хен. — сразу просек фишку в поведении того Феликс. — Не-а, я говорю чистую правду. — хмыкает «оскорбленный» Минхо, конечно же просто шутя. — Феликс, как давно вы знакомы? — С Джисоном? — остановившись «игру» задумался Феликс, — Наверное, прямо с начальной школы. — Да, действительно долго. Ну, а дом, Джисон что недавно переехал? Я так часто стал видеть его рядом с тем перекрестком неподалеку от колледжа. — честно решил спросить дальше Минхо. Феликс нахмурился, больше от не понимая, чем злости. — Минхо-хен, ты бы слышал себя сейчас. — рассмеялся Феликс. — Ты что, собрался его обокрасть или типо того? Знай, воровать у него нечего. Да, он только недавно переехал поближе к колледжу, даже вещи из родительского гнездышка полностью всё ещё не успел перевезти, — слова Феликса звучали правдиво. — Да нет же, просто я тоже живу неподалеку, вот и интересно стало. — а после секундного молчания тот добавляет, так же не менее жутко, — Так он живет один. — Теперь ты реально звучишь крипово, Минхо-хен! — Я просто шучу. — рассмеялся в ответ Минхо, ожидая подобной реакции. Время быстро шло с приятным разговором, тут уже вернулись двое парней с напитками. — О чем болтали? О, Феликс, ты тоже умеешь играть? Джисон, красивая у тебя гитара. — Чанбин проходит на свое место, в его руках картонная подставка с двумя напитками, а ещё тарелка, кажется с парочкой тостов для себя любимого. — Купил — делись. — Минхо тут же ловко крадет из-под самого носа Чанбина один тост. — Эй! — пресечь маневр Чанбину не удалось, Минхо злорадно усмехнулся, сунув тост в рот. — Фел, ну, у меня сейчас ноги отвалятся. Зачем ты достал гитару? — полетел ещё один вопрос прямо в Феликса, только уже от другого студента. Джисон держал в руках подставку, такую же, как и у Чанбина. — Прости. Да вот, Минхо заинтересовался ей, вот я и решил показать. — неловко извиняется Феликс, — Я уберу ее сам. Сядь пока на мое место. — Не хочу, давай освобождай, я уберу гитару. — кажется Хан был даже готов постоять, но место свое обратно он получит. Упертый ставит на стол обещанный кофе. — Так хочешь сидеть рядом со своим хеном? — усмехается Минхо с набитым ртом, подметя хороший момент для шутки. Джисон улыбнулся похоже впервые за всю их «прогулку» и одарил «юмориста» оценивающим взглядом. — Ну, нет. Просто у Феликса солнечная сторона, не люблю когда солнце прямо в глаза светит. Минхо поворачивает голову к окну, дабы убедиться, что солнце и правда вышло. Надоедливое солнце поблёскивало меж воздушной ваты. И как парень вообще этого не заметил. Задернуть бы сейчас шторы, но, и даже их нет. — Ах, ты… — шикнул Феликс обидчиво. Приняв такой ответ, парень отдает гитару ее владельцу, — Ну и пожалуйста, ну и не нужно. — Ликс, чай «стынет». — поторапливал того Чанбин, подавляя свой смех от всей этой ситуации.       Феликс соскакивает с «законного» места Джисона и буквально переползает обратно к Чанбину, беря в руки чай. Холод покрывает его ладони. Джисон же довольно умело и быстро убирает гитару обратно в чехол, а после наконец-то дает своим ногам отдохнуть. — Спасибо за напитки, Джисону! — громко озвучил Минхо, когда все в конце концов расселись. — Спасибо! — подхватили инициативу старшего двое других. — На здоровье. — усмехается Джисон такой реакции. Вероятно он уже был совсем не против своего проигрыша. — Кстати, Ликс, не дашь мне свой номер, найду тебя в какаотолк. С Джисоном мы уже обменялись. — резко вспоминает Чанбин, вытаскивая из подставки свой зеленый чай. — Точно. Минхо, почему мы с тобой тоже не обменяться номерами? — кивает Феликс, а после достает телефон, кажется тоже совсем позабыв об формальности. — Мы слишком глупы для этого? — саркастично говорит Минхо, а после поворачивается к Джисону, протянув свой телефон уже с открытым приложением, — Джисон-щ-и-и… — Да-а-а… — растянул в ответ Джисон, подыгрывая и взяв в руки чужой сотовый.       Обменявшись номерами, все четверо сидели довольные, позабыв какие-либо недопонимания между ними. — J.One и Lixz, какие глупые ники. — язвил Минхо с улыбкой на лице, и почти закончив с украденной закуской. — Да у тебя не лучше, LeeKhow. Что это вообще значит? — вздыхает слегка обиженно Феликс на комментарий того. — Это то и значит, ты что не знаешь английского? — протягивает Минхо то, что похоже уже говорил много-много раз. — И у нас то глупые ники?.. — тоже ворчливо продолжает за другом Джисон. — В меня больше не лезет. — меняя тему Минхо протянул ко рту Джисона последний кусочек тоста. — Вот, займи рот. — с улыбкой на лице молвит Минхо. — Не игнорируй нас. — Джисон пусть и был недоволен, но принимает еду прямо из руки того, а после начинает недовольно жеваться, показывая свою «обиженную» сторону. — Эй, вернул бы мне. — бубнит Чанбин.

***

      Посидев ещё немного в шумном кафе, парни засобирались обратно в колледж. Ждать их никто не собирался, а вот они уже опаздывали. — Чанбин, давай быстрее, а то мы без тебя уйдем. — Бегу-бегу. — сунув в рот последний кусочек тоста Чанбин и правда перешел на легкий бег, догнав знакомых уже в дверях. — Кто же знал, что мы так заболтаемся. — хмурился Феликс, выходя на улицу.       Да кто же знал. Сейчас студенты шли быстрее обычного, словно опаздывая на пару. Подойдя к оживленному пешеходному переходу, парни принялись ждать, как и остальные люди. Куча людей, которые спешили на свои очень важные дела. Скорее всего просто домой к родным после утомительного рабочего дня. В будущем студентов ждет такая же судьба, если даже не хуже. Машины шумели колесами о ровную дорогу, из-за чего приходилось повышать тон голоса на долю процента выше, дабы твой собеседник хоть что-то смог расслышать. — Ваш председатель очень строгий? — задал невзначай вопрос Джисон, глядя на белые полосы на дороге. — Чан… — хмыкнув задумался Чанбин, переводя взгляд на Минхо. — Единственный раз когда я видел Чани-хена в ярости произошел та-а-ак давно. — растянул Минхо, копаясь в своих воспоминаниях, — Он очень рассудительный и спокойный четверокурсник, думаю, боятся нам нечего. Загорелся зеленый свет.       Но вопреки ожиданиям Минхо, четверка всё же получила неодобрительный взгляд от председателя, как только студенты вошли в актовый зал. — Вы опоздали на 10 минут, — скрестив руки на груди, выдал Бан Чан, стоя возле сцены и оперевшись о ее высокий бортик.       Вид председателя одновременно пугал новичков, но и давал понять, что во главе студсовета стоит какая-то сильная личность и возможно прогулы не стоят такого риска. Феликса и Джисона тоже поразило такое первое впечатление о человеке и все те слова сказанные перед собранием Минхо тут же улетучились, вся решительность прошла. Второкурсникам захотелось извиниться за опоздание, но их перебивают. — И тебе привет, дорогой Чан. — ласково шутя, поприветствовал в очередной раз Минхо. — Минхо, мне кажется ты нам наврал. — полушепотом произносит Джисон, лишь бы его не услышал председатель, на что получил лишь удивленный взгляд в ответ. — Да ладно тебе, не дуйся, Чани-хен. — Чанбин машет второкурсником позади и направляется к Бан Чану, — Если тебя это успокоит, то скажу прекрасную новость, сегодня я остаюсь с вами двумя до самого позднего вечера. — совсем несерьезно подходил к опозданию Чанбин. — Ого, что я слышу, сам Чанбин останется. И список новеньких он тогда составит? — усмехнулся Бан Чан, он совершенно не был зол, просто немного серьезен для вида. Позволял он себе пару раз за год показаться угрюмым. После председатель кивком подзывает своего заместителя к себе. — Может он и составит, если ему дадут журнал! — послышался довольно громкий ответ от Чанбина. Минхо глянул на второкурсников, что пришли вместе с ними. — Феликс, не напомнишь свою фамилию. Внесу вас в список. — быстренько спросил тот, прежде чем ненадолго проститься уже с полюбившейся парочкой. — Ли, — озвучил короткий слог светловолосый, — а у Джисон. — Я помню его фамилию. — как обычно, придерживаясь своего стиля, перебил однофамильца Минхо, глянув на парня, о котором шла речь, — Хан, да? Людей с такими фамилиями я ещё не встречал, вот и запомнил. — Действительно? — всерьез удивился Джисон. — О, это точно. — поддержал Феликс. — «Повелитель» Джисон. — Феликс, не начинай, пойдем уже. И так опоздали. — неловко и даже как-то нервозно усмехнулся Джисон, кажется ему не в первой слышать подобную издевку. — Слушаюсь, повелитель. — Феликс последовал за одногруппником, всё смеясь. Минхо усмехается с архитектурного дуэта, а после направляется к сцене, у которой во всю разгорался диалог. — Не кричи так, Чанбин. Первокурсников же не так много. — оценил ситуацию Бан Чан. — Ну и к лучшему, быстрее закончим. — воодушевленно говорит зам, подавая не очень хороший пример другим. — Да. И я уже вписал их имена с фамилиями и группами. Тебе только рассортировать надо, Чанбин. — Бан Чан протягивает Минхо планшет со списком присутствующих. — Понял. Тогда, давайте знакомиться новенькие. — громко объявил Чанбин. Сейчас эта роль подходила ему, как никому другому, даже микрофон не стоило брать. — О, также, как вы может знаете, а может и нет, студсовет сам пишет музыку к разным мероприятиям колледжа, ибо у нас нет музыкального кружка. Поэтому то мы сейчас и в актовом, если кто-то из вас умеет петь то милости просим к микрофону. — Тебе лишь бы покричать. — комментирует Минхо и, закончив, протягивает председателю планшет обратно.

***

— И… Последний, Хан Джисон. — озвучил конец списка Бан Чан, поднимая голову на студентов.       Джисон поднялся со своего места, как только услышал свое имя, взяв с собой и гитару. Кажется, чья-то рука подтолкнула его. Было несложно догадаться, кому она принадлежала. Сердце быстро стучало из-за волнения, даже знакомство с двумя из старшего состава студсовета не могло унять беспокойство. Сцена — это то, что манило и привлекало многих, в том числе и Джисона, но одновременно она могла напугать чересчур открытостью перед множеством глаз и ушей. Беспощадно поглотит все мечты и мысли, если только вступишь на ее дерево. Словно сирена в открытом соленом море. Но стоит разогнать все эти выдумки, сердце тут же остановится, и ты поймешь, что всё это было простой выдумкой. — Мне тут уже рассказали про твои таланты. Ты умеешь играть только на гитаре или ещё на чем-то? — под речи председателя Минхо отсалютовал подошедшему студенту, — Ну что за сокровище. Почему ты раньше к нам не пришел? — отложив на стол возле сцены список, где стоял также ноутбук и всякая прочая аппаратура от гигантских колонок на сцене, начинает нахваливать того Бан Чан. Минхо, который сидел за этим самым столом, закончил копаться в чужом ноутбуке, взяв микрофон, который использовала другая студентка для показа своих вокальных способностей, решил вставить свою монету. — Наверное я был слишком занят на первом курсе, к тому же меня ещё и старостой выбрали, поэтому только сейчас удалось вырваться. — пожимает плечами Джисон, улыбаясь настоль приятные комментарии в его адрес. Волнение понемногу отступало. — Ещё я умею играть на пианино. На этом всё. Парень с гитарой проходит к сцене, а после, запрыгнув на ее край, садиться, свесив ноги и ставя на колени инструмент. — Так ты староста своей группы, хорошо. — устроившись на первом ряду напротив второкурсника, продолжал оптимистично кивать Чан, — Ну, главное, что ты вообще пришел. Думаю от нас ты уже не сможешь отвязаться, попал ты. — А-а. — несколько раз произнес гласный слог прямо в микрофон Минхо, оглушая своей громкостью всех в этом чертовом актовом зале, — Может наше сокровище ещё и петь умеет? — пародирует интонацию председателя спрашивает тот, а после направляет микрофон в сторону Джисона. — Мне аж уши заложило! Минхо, не пугай Джисона. — усмехается Чанбин, подняв взгляд с экрана мобильного и отыгрывая роль защитника. — Честно, это не входило в мои планы. — двояко отвечает на поставленный вопрос Джисон, отводя взгляд и болтая ногами, которые не доставали до пола. — Минхо, отложи ты уже этот микрофон. — бурчит Чан, оскорбленный такой пародией. Конечно же, понимая, что это просто шутка. — Значит умеет? Тогда как-нибудь попозже. — ловит на слове Минхо второкурсника, а после опускает микрофон на стол, подбирая руки довольный собой. — Так, ты пока начинай, а в процессе я задам тебе пару вопросов. — собравшись и с ноткой заинтересованности говорит председатель. — Хорошо. — Джисон подбирает гриф гитары, ставя левую руку на нужные лады и начиная игру.       Мелодия, что зазвучала из-под струн гитары Джисона, заставило сердце Минхо на секунду остановится, а затем забиться с двойной скоростью. Улыбка с лица резко ушла, а взгляд застрял на лице Джисона, повторно зажегся в глазах огонь заинтересованности этим странным парнем. Кисти рук почему-то задрожали, Минхо скрещивает их. Затем веки, словно окаменевшие, совсем перестали двигаться, а зрачки сузились, словно на них направили луч света. Минхо никогда в жизни и подумать не мог, что такие совпадения реальны, такое может произойти с ним. Мелодия, которую он с детства напевал самому себе, когда страх брал над ребенком верх, успокаивала его. И сейчас она звучит на весь зал. Маленького Хо постоянно спрашивали, что это за мелодия и где он ее услышал? Но мальчик никогда не мог дать четкого ответа. «Я сам придумал ее, наверное.» — слышали раз за разом взрослые. Она успокаивала его. Но не в этот момент. Откуда, черт возьми, этот парень знает эту мелодию? Разум затуманился, а дыхание сбилось. Мысли заполняли своей ненужностью голову до дна, одно неверное движение и всё прольется. Старшекурсник опускает голову. Уши заложило так, что все прочие звуки, кроме мелодии и быстрого биения собственного сердца, были не слышны тому. Нос стало неприятно колоть, а из его глаз побежали слезы. Слезы? Минхо сам был удивлен, коснувшись своей рукой щеки. Такие горячие, вероятно он уже весь красный из-за этого. Когда он вообще в последний раз давал волю эмоциям, находясь не в одиночестве? Тут громкий голос вывел из транса, заставил Минхо опомниться и будто прийти в себя. — Минхо, ты что слух потерял? — спрашивает Бан Чан, оказавшись каким-то образом уже рядом с Минхо и положив руку ему на плечо.       Всё внимание теперь было направленно на расчувствовавшегося парня. Множество глаз сверлили его со всех сторон, а тем более спереди, где сидел обескураженный Джисон, сложив руки на корпусе гитары. Кажется, он уже давно остановил свою игру. Чувство собственного бессилия сковали студента, не давая сделать лишнего движения. — Хо, в глаз что-то попало? — рассмеялся Чанбин со своего места, выглянув из-за плеча председателя. — Извините. — быстро пройдясь тыльной стороной руки по своим щекам, Минхо пытается остановить предательские слезы, но те не поддаются, а лишь с новой силой начинают набираться в глазах. Что же делать? Смирившись, парень встает из-за стола и направляется к выходу из актового. Улыбка с лица Чанбина ушла, он поднялся со своего места следом. Похоже, это был не тот случай, когда стоило шутить. — Эй, Минхо… — окликнул уходящего Чанбин, направившись за тем подобно хвосту. — Джисон-а, а ты хорошо играешь, видишь даже камень на сердце этой «статуи» смог разбить! — Бан Чан кивком указал на уходящих, продолжая поддерживать дурашливую интонацию и пытаясь замять этот случай, зная, как расчувствовавшийся не любит «такое» внимание, — Ты мне уже нравишься. Не переживай из-за этого…       Джисон молча принял «похвалу» хена лишь кивнул, дабы не показаться невоспитанным. Тот пребывал в легком шоке, показывая это своим лицом. А в голове парня крутилась лишь одна мысль: «Я сделал что-то не то?».

***

— У тебя что, началась аллергия на грустные мелодии? — выпалил обеспокоенный Чанбин, оперевшись о косяк дверного проема в мужской туалет и наблюдая за другом. — Бин, не придумывай, ха-ха. — Минхо рассматривал свое мокрое отражение в зеркале и не узнавал человека напротив.       Руки всё ещё покалывала дрожь. Звук включенной воды не могли заглушить новые сумасшедшие мысли. В голове появилось воспоминание, которое заставило парня нервно посмеяться и натянуть идиотскую улыбку, а во рту появился неприятный вкус. То кофе, которое в знак благодарности получил Минхо от Джисона, было соленым. Но это же полный бред.