Ты так прекрасна, моя любовь

***

Из беспокойного сна женщину вырвал настойчиво вибрирующий телефон, который, казалось, звонил уже вечность и никак не замолкал. Этери надеялась, что звонивший поймёт, что ему отвечать не намерены, и прекратит свои попытки, но человек по ту сторону трубки явно был очень настроен на разговор. С трудом разлепив глаза, Тутберидзе нащупала аппарат на тумбочке и, не глядя на экран, раздражённо провела пальцем по экрану, принимая вызов. –Ало, — голос звучал хрипло, и она откашлялась, прежде чем продолжить, не услышав ничего в ответ, — ну же, говорите. Не смейте молчать, когда вырвали меня из долгожданного сна. –Эте-е-е-ри, — в трубке послышался протяжный голос её бывшей-нынешней спортсменки. Медведева глупо смеялась на другом конце трубки и что-то лепетала, — привет. –Женя? — Этери от неожиданности отняла телефон от уха и глянула на экран с целью убедиться, что это и правда фигуристка, — какого черта ты мне звонишь в три часа ночи? — недоумение достигло апогея, и Тутберидзе села на кровати, быстрым движением протирая глаза, чтобы хоть немного проснуться. –Этери, — жалкий писк, который так ненавидела Этери, прозвучал от Жени и заставил женщину поморщиться, — я соскучилась по тебе, приезжай ко мне. –Чего? — сказать, что Тутберидзе была в шоке — ничего не сказать, скорее, она была в ахуе от такого! –Приезжай ко мне, — громко вздохнула Женя, из-за чего Тутберидзе вновь поморщилась и положила телефон на кровать, включая громкую связь, — я хочу тебя. –Женя? — Этери широко распахнула глаза от слов фигуристки, полностью просыпаясь, — ты что несёшь? –Приезжай и узнаешь, — громкое дыхание фигуристки вперемешку с тихими поскуливаниями вогнали Тутберидзе в краску, и она закрыла глаза, прекрасно понимая, чем младшая занята на другом конце провода. –Медведева, ты с ума сошла, — тихо произнесла Тутберидзе и схватила штаны со стула. –Да, ты сводишь меня с ума, — стон, — я сейчас кончу. –Где ты? — красная либо от накрывшего возбуждения, либо от смущения Тутберидзе вышла из квартиры, вызывая лифт. –Ты знаешь, где я, Этери, — и связь оборвалась. Проклиная свою пьяную фигуристку, Этери неслась по трассе в сторону отеля «Пекин» в котором, по всей видимости, её ждала Медведева. Тутберидзе влетела в двери места, с которым было связано слишком много в 2018 и сейчас, в 2023, она вновь находилась здесь. Пока шла к ресепшену, пыталась успокоить дыхание и унять гнев, который накрывал с каждой секундой все сильнее. Девушки за стойкой выглядели заинтересованными, но без вопросов дали ключ от 416 номера и мило улыбнулась главному тренеру страны, кажется, понимая, для чего она здесь. В лифте Этери облокотилась на стенку и стояла с закрытыми глазами, погрузившись куда-то далеко в мысли, до тех пор, пока механический голос не объявил о том, что она, наконец, приехала. Женщина стояла перед дверью и не понимала, зачем она здесь. После возвращения Жени в «Хрустальный» между ними ничего не было, и девушка дала ясно понять, что не будет. Тогда что происходило сейчас? Тутберидзе сорвалась, как ненормальная, и приехала к Медведевой по первой её просьбе, чтобы что? Вернуть былые времена? Вряд ли. Этери зашла в номер, поражаясь той тишине, в которую была погружена тёмная комната. Не успела она подумать над тем, что ей делать и как поступить, как её тело было прижато к входной двери, а горячий рот с привкусом горького виски обрушился на губы женщины. Женя рваными движениями пыталась стянуть с женщины одежду, переходя с губ на шею, дополняя свои поцелуи весьма ощутимыми укусами. Через минуту такого наглого действа с её телом Этери пришла в себя и схватила руки пьяной девушки, сжимая их чуть выше запястья. Тутберидзе прижала Женю к противоположной стене и смотрела, как безрезультатно младшая пытается снова дотянуться языком до тонкой шеи. В Медведевой говорило большое количество алкоголя и сильное возбуждение, и Этери не могла допустить пьяного секса, чтобы наутро Женя пожалела. Если она захочет её на трезвую голову, тогда Тутберидзе ей даст все, что у неё есть: тело, деньги, квартиру, машину… Удерживая руки девушки, Этери повела её в сторону кровати, чтобы через секунду кинуть пьяное тело на холодную простынь. –Что ты себе позволяешь? — прошипела старшая и села на кресло напротив. –Этери, — вновь вернулся шёпот, и Женя осторожно села на кровати. Лицо брюнетки было бледным, и Этери подразумевала, что вскоре девушке понадобится санузел. –Да, Женя? — внутри тренера бушевала холодная ярость, но она пыталась успокоиться и не показывать эмоций, потому что любое проявление злости пугало Женю, даже если она находилась в невменяемом состоянии. Этери не понимала, зачем Медведева сорвала ее из постели посреди ночи и заставила приехать в этот проклятый отель. –Ты любишь меня? — это прозвучало настолько тихо, что Этери пришлось приложить некие усилия и напрячь слух. Женщина застыла, и казалось, что её молчание длилось вечно. Любила ли она Медведеву? Да. С той самой победы на Чемпионате Мира, которая открыла людям имя великой спортсменки. На протяжении двух лет Тутберидзе держала все в себе, так как боялась признаться даже самой себе в тех эмоциях, которые вызывала в ней эта хрупкая девочка. Тренер надеялась, что после Олимпиады и их главной победы, наконец, позволит себе это признание не только самой себе, но и Жене. Её планам не было суждено осуществиться, потому что Федерация решила по-другому, навсегда разрушая великий тандем на льду того злосчастного Пхенчхана. Загитова победит в Пхенчхане, Этери, это единственный шанс привезти золото домой. Не обсуждается. И вроде бы по приезде домой все было как обычно: объятия, улыбки, посиделки дома за чашкой чая, но что-то изменилось во взгляде младшей. Глаза больше не светились, в них поселился вечный мрак и какая-то недосказанность вперемешку с болью. Май стал разрушительным. Женя покинула Россию, отправляясь навстречу чему-то новому в Канаде, оставляя позади «Хрустальный», дом, Этери… Все тогда пошло по наклонной: спортсмены уходили один за другим, сборы не складывались от слова совсем, не было желания работать дальше. Всё остановилось, когда умерла мама. В разгаре был сезон, и вот-вот должен был случиться Чемпионат России, но Этери как будто выстрелили в голову. Женщина не понимала, что делать, как жить дальше и почему она должна улыбаться в камеру, когда внутри нее разрывалась бомба замедленного действия, которую так незаметно оставила Медведева в далеком мае. Последующие выходы в свет были испытанием, которое она бы не выдержала без помощи Дани, который постоянно находился рядом, при этом бросая свою семью и невесту. Она была безмерно благодарна мужчине и при каждом удобном случае говорила ему тихое «спасибо». Глейхенгауз никогда не отвечал, но на секунду сжимал её ладонь стальной хваткой, а через мгновение уже исчезал в толпе. Но Этери знала, что он рядом… Отпуск они провели семьями, катаясь по миру, и тогда все были счастливы. Следующий сезон прошёл относительно спокойно, они стали чемпионами мира. И тогда Тутберидзе, наконец, «ожила» понимая, для чего она дышит, просыпается каждый день и идёт на работу. Она любила ощущение победы, исходящее от своих спортсменов. В ее мозг поступала новая порция кислорода, а кровь вновь начала циркулировать где-то в сердце, когда тёплое тело победителя прижималось к её груди. Этери искренне улыбалась, когда тяжёлая медаль опускалась на её шею. И не важно, какого она цвета, главное, что они смогли вновь доказать миру, что лучшие. Любовь к Медведевой никуда не делась за прошедшие два с лишним года, но была упрятана куда-то глубоко, в самое потайное место души Этери. Когда началась пандемия и все границы неожиданно для всех оказались закрыты, Тутберидзе поняла, что фигуристка Медведева вернётся в штаб. Эти годы проходили не спокойно для Этери только тогда, когда на стартах она видела эту взбалмошную девушку, которая из кожи вон лезла, чтобы доказать самой себе собственную нужность. Полный провал после перехода, когда из каждого утюга люди кричали о предательнице Родины, не зная ничего того, что происходило за «кулисами» её жизни по окончанию Олимпиады. Женя так долго не могла прийти в норму и нормальную для себя форму, что валила каждый старт, на который они выходили вместе с Брайном. Та грязь, которая лилась на Медведеву, ломала её, и это было видно невооружённым взглядом: девушка буквально выползала из той клетки, в которую вогнали её свои же болельщики. Год она металась в своих эмоциях, походах к психологу и, наконец, на Чемпионате Мира в 2019 смогла доказать всем диванным критикам, что была достойна этой путевки в Сайтаму. Поборов свою спину, она смогла занять третье место, и это было её благословение. Пусть она и была непобедимой в далеком прошлом, но сейчас она выиграла главную борьбу в своей жизни. «Мне очень больно, но я горжусь собой». Слова, которые заставили Тутберидзе рыдать, как ребёнка перед экраном ноутбука. Женщина долго не могла успокоиться, но уже тогда понимала, что плачет не из-за той боли, которая не оставляла её долгое время, а от гордости за эту невероятно сильную девушку. Сентябрь 2020 случился, и решения были давно приняты. После контрольных прокатов в сети завирусилось видео с Этери, которая абсолютно искренне хлопала своей бывшей фигуристке. Интернет кипел от количества информации, которая появлялась, словно взорвавшийся вулкан. СМИ писали все, что приходило им на ум: похлопала, чтобы устроить новый конфликт; кто-то ждал новое разрушающее интервью Этери, где будут слова похлеще, чем в 2018; а кто-то писал о возможном воссоединение великого дуэта. И этот «кто-то» оказался прав. Через несколько дней на обеих страницах в социальных сетях появились одинаковые фотографии с подписями о возобновлении сотрудничества. Мир тогда взорвался, а тренер с фигуристкой скрылись с глаз прессы после сокрушительного интервью центральному телевидению.

***

Холодная рука опустилась на щеку Этери, заставляя её вздрогнуть и перепуганным взглядом посмотреть на Женю. Женщина не заметила, когда младшая успела переодеться и залезть к ней на колени, но на данный момент одна рука Жени покоилась на щеке Этери, а другая обвивалась вокруг шеи. –О чем ты думаешь? — какая-то посвежевшая Женя смотрела на неё почти осмысленным взглядом, в котором плескалась вся нежность мира. Только сейчас Тутберидзе заметила капли воды, которые стекали с волос Медведевой и падали куда-то в вырез белоснежного халата. Лицо больше не было таким бледным, сейчас оно было слегка розоватым, особенно щеки горели, из-за чего Тутберидзе улыбнулась, заставляя Медведеву смущенно отвернуться. Женя явно посетила душевую кабину, пока Тутберидзе парила в воспоминаниях последних лет. Холодный душ помог освежиться, но, похоже, не до конца, если учитывать, что Женя вновь находилась в непристойной близости, прижимаясь горячим телом к телу женщины. –Я люблю тебя, — вырвалось из уст блондинки быстрее, чем она успела подумать над ответом на вопрос брюнетки, который она задала ещё в момент алкогольного опьянения. Глаза Жени округлились, в них появилось сомнение вперемешку с радостью и робостью. –Вау, — выдохнула девушка, кладя вторую руку на шею женщины, цепляя пальцы, и Этери поняла, что теперь она точно находится в каком-то подобии наручников. –Вау? — ухмыльнулась блондинка, наконец, обвивая талию младшей, пуская по её телу табун мурашек. –Вау, — чужие губы опустились на податливый рот, на этот раз аккуратно начиная вести этот поцелуй полный любви. –Мишка хочет поиграть? — Этери повернула голову в другую сторону, чтобы прекратить контакт губ, но Женя начала целовать скулу женщины, спускаясь вниз на шею, — какой же дерзкий Мишка. –Этери, закрой рот! — рычание раздалось около уха, и в следующую секунду зубы опустились на мочку.

***

Яркий свет проник в комнату сквозь не задвинутые шторы, пробуждая женщину, которая с трудом разлепила глаза. Этери была уже готова разразиться яростной тирадой о том, какой отвратительный номер в очередной раз выбрала Федерация, но понимание ударило её по голове. Какая Федерация, у нас же выходные?! Воспоминания начали заполнять голову, разливаясь приятной тяжестью, отчего Тутберидзе расплылась в широкой улыбке. Поворот головы влево подтвердил её ночные похождения. Медведева, уткнувшись в подушку, тихо сопела, пока её рука покоилась на животе блондинки. Данная картина заставляла сердце тренера биться сильнее и буквально выпрыгивать из груди. Перевернувшись на бок, осторожно удерживая руку Жени в ладони, Этери наклонилась к уху спящей. –Женечка, — горячее дыхание коснулось уха Медведевой, от чего та завозилась, но головы не подняла, — Женя. –М-м, — брюнетка вырвала руку из хватки блондинки и спрятала ту под подушку, — я сплю. –Так значит, — пробубнила Этери и встала с кровати, чтобы в следующий момент прокричать на весь номер, — Медведева, ты соревнования проспала! Эффект был фантастическим: Женя пулей вскочила с кровати и начала искать одежду, пока Этери стояла и в открытую смеялась над ней. Изумление в глазах Медведевой можно было записывать на видео, а потом выкладывать в Интернет. Вот бы она произвела впечатление. За своим весельем Тутберидзе не заметила, как маленькая фурия начала надвигаться на неё. Через секунду её повалили на кровать, а сверху навалилось молодое тело. Глаза Жени пылали яростью, но в ту же секунду там были частицы смеха. –Что же ты делаешь, дорогая, — тёплый нос уткнулся в шею, и Женя снова начала погружаться в сон. –Я люблю тебя, Жень, — невесомый поцелуй коснулся волос, а крепкие руки обхватили девичью талию. –Я тебя тоже, Тери.