Мачеха

      «Ну хоть ты наори на меня», - хотелось взвыть Лиаму, глядя на Энн.       Кроме них двоих возле свежей могилы никого не было. Священник, быстренько произнеся стандартную речь, даже не стал дожидаться конца погребения. Двое мужчин с лопатами тоже ушли, едва сделав своё дело.       Наступал ранний вечер, солнце ещё светило ярко, но уже не обдавало жаром.       - У него была семья? – спросил Лиам. Хотя Энн вряд ли знает. Она появилась в их доме чуть больше года назад. Лиам с рождения так или иначе регулярно видел Хэйса, но при всём желании не смог бы рассказать о нём ничего существенного.       - Когда-то, - Энн медленно облизнула губы. – Жена умерла ещё в молодости, осталось два сына. Один уехал в Дублин, они потеряли связь. Другой жил здесь, завёл жену, но погиб вместе с ней и тремя детьми в пожаре. Так что у мастера Хэйса никого не было, - она выдохнула, - только лошади.       «Наори на меня», - снова подумал Лиам, но вслух почему-то сказал:       - Это так… неправильно.       - Что именно?       - Всё. – Он никогда не ненавидел по-настоящему других людей, но ему никогда и не было их по-настоящему жаль. А сейчас… сейчас было не только сожаление, но и тянущее ощущение несправедливости. - Так не должно быть… Хорошим людям не должно быть плохо…       - Но бывает и довольно часто, - грустно усмехнулась Энн.