Сгорим дотла вместе?

      На улице шёл дождь, барабаня по крышам зданий и широкими каплями разбиваясь об асфальт. Небо заволокло густой пеленой тумана. Была холодная осенняя ночь. В парке прямо под Бруклинским мостом ожидающе стоял статный высокий мужчина в длинном чёрном пальто из-под которого еле виднелся белый ворот рубашки с красным галстуком. Взгляд карих глаз терпеливо следит за тропой перед ним. Кажется, всё вновь идёт по накатанной и он уже знал, что произойдёт. Но так ли это? Вскоре в поле зрения появляется невысокая аккуратная фигурка в чёрном костюме на распашку, заправленной в брюки белой рубашкой с небрежно повязанным галстуком в цвет пиджака на шее и накинутом на плечи, казалось, шире чем сама девушка пальто. Из-под шляпы федоры на голове выглядывали короткие вьющиеся рыжие волосы, уложенные в растрёпанный боб. На миловидных чертах светлого лица с веснушками читался холод и некая агрессия. Взгляд чуть прищурен и, словно с неким отвращением, глядел прямо в душу мужчины. — Столько времени прошло и вот ты снова тут, у разбитого корыта, вновь идёшь ко мне. — Сохраняя беспристрастие на лице, словно отчитывая её, монотонно бормочет кареглазый. — Не надоело ещё бегать? Исход всё равно всегда один. — Заткнись, Бишоп. — Грубо отрезает в ответ девушка, стремительно сокращая расстояние между ними. — Без тебя было куда лучше. — Тогда что же заставило тебя вернуться? — Твоё дохуя правильное лицо, от которого меня тошнит. — Выпаливает девушка, делая резкий рывок вперёд и впиваясь в чужие губы, не позволяя более сказать и слова. Рука в чёрной кожаной перчатке ложится на щеку с лёгкой щетиной, чуть притягивая к себе. Темноволосый же, кажется, с лёгкой неохотой, отвечает на поцелуй, чуть размыкая губы и крепче сцепляясь с чужими. Вскоре внезапная инициатива разрывается, и рыжая остаётся в паре сантиметрах от лица мужчины, всё ещё удерживая ладонь на чужой щеке. Холодный, грубый взгляд подрагивал, а брови были слегка надломлены. Лицо в лицо, какое-то время, они просто молча стояли, не смея двинуться или сказать друг другу хоть слова. Атмосфера была явно напряжённой, но такой привычной и родной. — Ты ведь уже подсела на меня как на лёгкий наркотик, не так ли? — Вскоре разрушает тишину философским сравнением Бишоп. — Ты не лучше. — Тяжело вздыхая и наконец отрывая ладонь от чужого лица, складывает руки на груди зеленоглазая. — Каждый раз ты приходишь по первому моему зову, раз за разом продолжая вытаскивать мою задницу из самых разных передряг, прекрасно зная, что в конце я вновь махну хвостиком и брошу тебя, исчезну, оставив ни с чем. К тому же ты до сих пор не посадил меня за решётку, прекрасно зная сколько всего я натворила и насколько толстое дело на меня, более того, ты продолжаешь покрывать меня, словно ничего и не случилось. — О тебе не было ничего слышно два года. — Два года я пыталась забыть тебя! — И вот ты снова здесь. Что на этот раз пошло не так? — Всё, абсолютно всё… Я уже даже не знаю кто я и что я.

23.10.2020. Три года назад…

      Очередное дрянное дело и богом забытое место. Немаркированный тёмно-серый Crown Victoria с включенным, переливающимся синим и красным, проблесковым маячком за лобовым стеклом подъезжает и вскоре останавливается у склада в порту, за стенами которого некогда слышались выстрелы и грохот перестрелки. Дело на местную мафию уже давно перешло в руки ФБР и этот вызов как раз относился к нему. Сейчас же было на удивление тихо. Дверь машины гулко хлопает и из салона выходит мужчина в форме — тёмно-синяя куртка с жёлтыми надписями-пометками «FBI», белая рубашка под ней с синим галстуком, чёрные брюки и тёмно-коричневые строгие ботинки на ногах. На поясе висела кобура с пистолетом, рядом с которой покоилась и рация. Плавно вынимая оружие и направляя его чётко перед собой, агент аккуратно отворяет приоткрытую дверь. Держа пушку прямо перед собой, он проходит внутрь, мягко и бесшумно ступая по площади пакгауза. Было подозрительно тихо, но следы перестрелки и бойни явно были. Кое-где виднелись лужи крови, гильзы от пуль, осколки выбитых стёкол. Вскоре мужчина находит и первый труп. — Код четыре, они ушли, здесь пусто, продолжаю движение. — Снимая с пояса рацию и поднося её ко рту, в пол голоса бормочет мужчина. — Обнаружен труп, требуется опечатка здания до выяснения обстоятельств. — Принято, высылаю к Вам наряд. — Отзывается женский голос из рации через лёгкие помехи.       Проходя в самую глубь здания, он замечает молодую девушку в окровавленной белой рубашке и чёрном костюме. Она сидела на полу, на собственных ногах, дрожаще сжимая в руках пистолет и безжизненно пялясь на несколько трупов перед собой. — ФБР, не двигаться! — Грубым тоном приказывает мужчина направляя на неё дуло. — Медленно положите оружие на землю и поднимите руки! Девушка напугано вздрагивает, выронив пушку из рук и послушно поднимая их в воздух. В уголках зелёных глаз собираются слёзы и тихим, дрожащим голосом подозреваемая пытается что-то сказать. — Я… Я ни в чём не в-виновата… М-меня подставили, клянусь… — Пытает оправдать себя та, не смея и двинуться с места, пока к ней медленно подходили ближе. — Я буду сотрудничать, я расскажу всё, обещаю, только, п-пожалуйста, отпустите меня… Я лишь хотела выбиться в люди и связалась не с той компанией… — Взмаливается рыжая, пока её руки плавно заводятся за спину и заковываются в наручники. — Замолчите, у Вас есть право хранить молчание, всё сказанное и сделанное вами может быть применено против Вас в суде. — Монотонно бормочет в ответ агент. — Сейчас я арестую вас и отвезу в участок, там всё и расскажете на допросе. На ноги! — Командует тот, грубо потянув её на себя и заставляя встать. — Прошу, я правда ничего не сделала… — Тихо тараторит себе под нос та, послушно поднимаясь на ноги и чувствуя руку на своём плече, легко сжимающую его, на случай если она попытается сбежать. Но она вовсе не собиралась этого делать. Это было бы бессмысленно.       Плавными шагами подозреваемую ведут к выходу из помещения. Несколько томительных и крайне тяжёлых мгновений и вот они уже были снаружи. Открывая заднюю дверь патрульного транспорта, девушку заталкивают в салон, закрывая там. Сам же мужчина облокачивается на кузов, в ожидание прибытия наряда криминалистов и судмедэкспертов. Девушка в салоне, безжизненным взглядом, смотрела в окно, рассматривая агента, что её задержал и наблюдая за происходящем. Кажется, для неё всё было кончено. Вскоре на горизонте слышится вой сирен и показывается колонна из нескольких машин — два белых полицейских фургона и один Dodge Charger с голубыми маркировками «NYPD». Вся эта вереница останавливается неподалёку и из машин выходят люди — несколько обычных полицейских и пара людей в специализированной одежде, по всей видимости — судмедэксперты. Один мужчина в форме подходит к агенту и тот отрывается от кузова своего транспортного средства. — Что у тебя, Бишоп? — Кивая головой в сторону склада интересуется криминалист. — Несколько трупов, выбитые стёкла, разбросанные по полу осколки и гильзы, следы крови. — Перечисляет кареглазый. — Нашёл подозреваемую — утверждает, что её подставили и говорит что согласна на сотрудничество, подробнее выясню при допросе. Остальное оставляю на вас, следователь. — С этими словами мужчина, наконец разъяснив обстоятельства, возвращается в салон авто и заводит мотор. Ещё мгновение и патрульная машина, уже без сирен, трогается с места, направляясь в сторону участка.       В салоне повисает тишина. Слышатся лишь тихие всхлипы с заднего сиденья. Мужчина же не обращает на это совершенно никакого внимания, лишь продолжая упорно следить за дорогой. Дорога была не из самых длинных, поэтому ещё два поворота и вот уже виднелся полицейский участок. — Вы ведь посадите меня..? — Тихо спрашивает девушка, вытирая с лица слёзы. — Пожалуйста, дайте мне шанс, я не хочу провести свою молодость в тюрьме… Я могу помочь Вам с расследованием… Я могу быть полезной… Агент лишь игнорировал её, не проронив и слова. Ещё пару мгновений, и вот машина останавливается, вместе с чем и вновь глохнет мотор. Сначала отворяется водительская дверь, а за тем, выбираясь из салона, мужчина открывает и пассажирскую. На плече задержанной вновь оказывается рука, от чего та невольно легко вздрагивает. Ещё мгновение и вот её вытаскивают из салона, грубо толкая, заставляя идти вперёд. Агент шёл позади, дабы контролировать девушку. Та же, в свою очередь, лишь продолжала послушно плестись прямо. Перед лицом появляются стеклянные двери в офис, что ей «заботливо» открывают. И вот она оказывается в участке. Страх и отчаянье словно обволакивают всё тело, в груди словно собирается тяжёлый ком. Кажется ещё мгновение, и зеленоглазую окатит паника и она вот-вот вновь заплачет или закричит, но так или иначе старается держать себя в руках. Никто этого не оценит и лучше она этим явно не сделает. Кивая людям на входе в знак приветствия, Бишоп проходит в глубь здания, пока не доходит до лифта. Лёгкое нажатие на кнопrу, и вот двери распахиваются. Толкая девушку вперёд, он заходит в узкое пространство кабины. Ещё мгновение и вот она закрывается и трогается вверх. Медленно и не торопливо, так мучительно она поднимается всё выше и выше. Какой это был уже этаж? Восемнадцатый? Двадцатый? Рыжеволосая уже не следила, лишь гулко сглотнув слюну и потупив взгляд в пол. В лифте стояла гробовая тишина. Она не смела выдать и слова, банально боясь заговорить.       Наконец кабина останавливается, и двери лифта вновь распахиваются. Несколько томительных шагов по офисному коридору и вот её заводят в небольшую комнатку, где делают пару фотографий и берут отпечатки пальцев. Агенты о чём-то переговаривались между собой, обменивались какими-то бумагами и документами, но рыжая даже не слушала и не наблюдала за ними. В голове не осталось никаких мыслей, кроме как страха за свою дальнейшую судьбу. Вот так глупо сесть в тюрьму по своей тупости совсем не хотелось. Она уже успела сто раз проклясть саму себя за то, что вообще связалась с мафией. На что она вообще надеялась? Быстрые деньги? Слава? Ну ага, конечно. И куда это её привело? В офис ФБР, где её вот-вот начнут допрашивать и, вероятнее всего, отправят под суд, а там уже и в тюрьму, на долго, учитывая найденные улики и при каких обстоятельствах её вообще задержали. — Эй, ты там что уснула? — Щёлкает перед её лицом пальцами незнакомая фигура, по видимому, второй агент. — Давай, вставай, пришло время идти на допрос. — Повежливее, Эванс, мы всё-таки не какие-то копы с подворотни. — Одёргивает того мужчина, что и привёл её сюда. — Да-да, Бишоп, как скажешь, веди её уже. — Закатив глаза, отзывается второй. — Пойдёмте. — Кивая в сторону двери, приказывает кареглазый, отрываясь от стены и помогая подозреваемой подняться.       Буквально переходя в соседнюю дверь, они оказываются в комнате допроса. Абсолютно пустое пространство, в которой был лишь металлический стол и пара стульев, кулер с водой и зеркало, которое на самом деле было односторонним окном. Девушка знала это из фильмов и сериалов. Вскоре её усаживают за вышеназванный стол, а сам агент усаживается напротив. — Кларенс Бишоп, специальный агент. — Представляется мужчина, просто как необходимая формальность. — Представьтесь, пожалуйста. — Укладывая перед собой досье девушки и открывая его, быстро пробежавшись взглядом по буквам и тут же возвращая его на допрашиваемую, приказывает тот. — К-Кейт... Кейт Андерсон. — Дрожащим голосом, запинаясь, бормочет та. — Итак, мисс Андерсон, Вы знаете почему Вы здесь? — Спрашивает детектив, заглядывая в чужие глаза. — Д-да… Я знаю… Но это не моя вина… — Вновь начинает оправдываться Кейт. — Меня подставили… — Вот это нам сейчас и предстоит выяснить. — Переводя взгляд в личное дело девушки и листая в нём страницы, мужчина тихо хмыкает. — Вы готовы сотрудничать? — Д-да… Я расскажу всё, что мне известно… — Чуть сглотнув слюну, кивает рыжая. — Замечательно, тогда начнём с самого начала. — Закрывая небольшую папочку перед собой, и складывая руки в замок, задумчиво рассуждает Кларенс. — Что произошло на складе и с чего всё началось? — Я… Я не знаю всех подробностей, но это должна была быть сделка по продаже наркотиков… — Неуверенно отзывается подозреваемая. — На дело взяли меня и ещё нескольких более опытных мафиози. Я даже не знала толком на что иду и в чём подвох… По началу всё шло хорошо, они принесли товар, начали переговоры. Я лишь стояла в сторонке и ничего не делала. Меня поставили на шухер, можно было и так сказать. А потом… Всё началось так внезапно… Я даже не поняла что вообще произошло. Резко началась перестрелка, я лишь успела спрятаться и кое-как вытащить пистолет, что мне дали. — Так, стоп. — Резко прерывает её агент. — Сколько там было человек? Сможешь дать показания? — Да… Думаю, да… — Задумчиво бормочет Андерсон. — Было четверо наших, включая меня и столько же вражеских, как я поняла. Я могу постараться дать Вам фотороботы каждого, по крайней мере из тех, с кем я работала, если нужно будет. — Это позже, продолжай свой рассказ… — Записывая показания в блокнот, кивает Бишоп. — Я не сделала и выстрела, клянусь… Лишь трусливо зажалась в углу и ждала пока всё кончится… Я не следила за перестрелкой, но, как я поняла, одного нашего тяжело ранили, а тех перебили всех… Ну, Вы и так всё видели своими глазами… Товар и деньги забрали и начали убегать… Я хотела было ринуться вместе с ними, но меня бросили, сказав, что «за мой вернутся позже»… — Заключая последнюю фразу в воздушные скобки, поясняет та. — Больше я ничего не знаю… Всё оставшееся время я просто сидела там и не знала что мне делать… Я ждала и надеялась, что за мной и правда вернутся… Но так никто и не пришёл… — Это всё? — Д-да… Я правда больше ничего не знаю… Пожалуйста, отпустите меня… Я могу быть Вам полезной, правда… Я могу вывести на след мафии, ведь я была в их рядах… — Давайте на чистоту… — Поднимаясь со стула и обходя комнату по кругу, начинает вещать агент. — Ваше дело и правда чисто — до этого момента никаких судимостей или нарушений нет. И если то, что вы говорите правда, то Вам и правда нечего делать в тюрьме, разве что могут дать срок за связь с мафией и торговлю наркотой. — Руки, лёгким хлопком, опускаются на стол близь сидящей за ним девушки, заставляя ту легко вздрогнуть. — Я даю вам выбор: либо Вы пишите чистосердечное признание и я сделаю всё, чтобы Вам дали максимально короткий срок, либо вы принудительно сотрудничаете с ФБР и помогаете мне в расследовании дела, взяв на себя роль двойного агента. Но учтите, второй вариант ставит Вашу жизнь под сильную угрозу и я бы советовал написать чистосердечное и отсидеть пару лет в тюрьме. — Я… Я хочу сотрудничать… — Не уверенно бормочет девушка. — Я готова работать на Вас… Пожалуйста, я не хочу в тюрьму… Я сделаю всё, чтобы посадить этих ублюдков… — Это Ваше окончательное решение? — Уточняет агент, отрываясь от стола. — Д-да… — Хорошо, тогда начинаем… Сейчас же. — Сделав краткую паузу и взглянув в зеркало, объявляет Кларенс. — Я проведу Вам инструктаж, расскажу о всех подводных камнях и условиях. Учтите, Вы всё ещё далеки от свободы.       Собирая со стола папку с делом, он снимает с подозреваемой наручники и помогает подняться. Оставалось только согласовать всё с начальством и предупредить его. Возможно так это долгое дело наконец сдвинется с мёртвой точки и начнёт идти в гору. Это был шанс на раскрытие и упускать его было нельзя. Ещё мгновение и они покидают комнату допроса, направляясь куда-то в глубь офисов. Кейт ещё не знала на что подписалась и какую работу ей придётся выполнять…