Градация сумасшедствия.

Все 3 месяца он просто пытался выжить. Существовать спокойно, ради Мэри. Но это мерзкое событие не давало ему покоя. Он не мог больше приходить к императорскому двору. Так как у него было какое-то количество сбережений, он решил продать свой маленький домик и купить магазинчик, который недавно построили на другом острове там, где был дом его матери. Хм, надо навестить мать... Он легко продал свой домишко и так же легко купил новый. Ему он очень понравился, домик на берегу моря... Ну кто о таком не мечтает? Заселившись в новый дом, он будто заново родился. Все эти пустые комнаты его сильно вдохновляли, поэтому, сидя на полу, он зарисовывал разные интерьеры комнат в свой толстенный ежедневник. все выходные он писал, не ел, не пил, только расписывал интерьер, делал зарисовки. Из-за этого он даже совсем забыл о том событии. В понедельник, вернувшись на работу, он снова вспомнил об этом, его это тяготило, но начав работать, он снова выпал из реальности и был полностью погружен в зельеварение. Как только к нему кто-то заглядывал купить что-то, он отвлекался и продавал. И так всю неделю. Также на ней (на неделе) он перевёз все вещи и мебель в новый дом. И в целом, он оправился от события, точнее, погрузившись в работу и переезд, он совсем не обращал внимание. Когда Мэри приехала Рудольфу было немного страшно говорить о переезде, ведь он сделал это импульсивно и спонтанно. Мэри сначала смутилась, но как только увидела дом она обрадовалась. Ей он понравился, тем более на берегу моря. Она подбодрила Рудольфа. Это, конечно, не дом ее мечты, но если рядом он, то она согласна. Как только она вошла в дом, ей он еще больше понравился! Круговая лестница вела на второй этаж, но она не поспешила идти по ней. Рудольф показал ей его дизайны интерьера, мол «как ты смотришь на них?», ей ужасно понравилось, она в жизнь мечтала о гамаке и куче растений в ее доме, ведь она любила заниматься садоводством с детства. А Рудольфу для зелий как раз нужны некоторые травы. Этот день был прекрасен, они расхаживали по дому вместе, представляя, где, что будет... Вечером, они легли спать в одной постели. Рудольфу было очень приятно находится рядом со своей любимой, он с такой любовью глядел на нее, пока она спала, прихрапывая. Ее милые теплого оттенка щеки, аккуратные тонкие пальчики, симпатичный носик и пухленькие губы – всё это очаровывало Рудольфа в ее внешности. Он мог часами наблюдать за этим. Нельзя сказать, что это было не жутко, ведь, когда на тебя пялит двухметровый мужик с каменным лицом возникают некоторые вопросы, но Мэри к этом давно привыкла, и даже находила это поведение весьма милым. Следующее выступление Мэри было в их мире. Рудольф пообещал, что придет посмотреть. Мэри сказала, что пусть он будет за кулисами, чтобы не платить, она сто процентов договорится с режиссёром об этом, ведь ее режиссер очень понимающий монстр и он сам водил за кулисы свою жену. Мэри была на репетициях, которые в основном проходили на выходных, когда Рудольф не работал. Из-за этого он чувствовал себя брошенным и довольно-таки несчастным, тяжелые мысли из-за пережитых событий лезли ему в голову, но он прекрасно понимал, что если она не будет ходить на репетиции, то может серьёзно пострадать во время самого выступления, ведь не достаточно хорошо выучит движения и тактику. Она работает на высокой высоте, это вдвое опаснее, но и также вдвое эффектнее. Спустя несколько месяцев, кухня уже была обустроена. Пара с удовольствием в ней находились и любовались ею. Однажды Руди отпустили с работы по-раньше, в пятницу, он знал, что обычно у его прекрасной нет репетиций в пятницу и он подумал, что сегодня будет отличный день, они смогут провести его вместе, вдвоем. Предвкушая расслабление и счастье он пришел домой, но обнаружил, что Мэри нет. Стало грустно. Отвратительные мысли заполнили его голову до краёв. Зачем она его бросает? Почему не предупредила? Может, просто не успела? Может так всегда было? Зачем это всё?... Его мысли зациклились на одной и той же: его снова бросили, такой он никому не нужен, он уделял Мэри слишком много внимания, вот она и ушла. «И вообще, ты серьёзно считаешь, что  хотя бы чего-то достоин? Хахахах, глупец.» Но тут дверь отварилась. На пороге стояла Мэри. - О, сладкий, ты уже дома, - улыбнувшись, сказала Мэри. Опустошенными, но одновременно полными страха глазами он взглянул на нее. В ее руках были два тяжелых пакета, полных продуктов. Рудольф кинулся ей помогать. - А я тут хотела ужин нам приготовить, - ее улыбка ярко сияла, как и все лицо. «Кажется, она счастлива?» После они вместе, помогая друг другу, приготовили вкусный ужин.

За ужином:

- Представляешь, ко мне в команду определили новенького акробата! Он вроде неплох, но я ему всё равно не очень доверяю.. - Почему бы тебе его просто не выгнать? - Ну не знаю, не думаю, что это правильно... - Разве не ты там босс? Был бы я боссом, я выгнал бы всех бесполезных. - Хах, ну ты как обычно! - Хех, ну да. Доев ужин, они сели посмотреть фильм, но не смогли его досмотреть, ведь случайно уснули в обнимку. До выступления оставалось 2 недели, поэтому Мэри учащенно ходила на тренировки. На улице было очень холодно в это последние недели, но всё должно быть идеально. Рудольфу с каждым днём в одиночестве становилось хуже. Телевизор и всё, что издавало какие-либо звуки ему мешало сосредоточиться на хорошем, но пучина ужасающих мыслей его все равно поглощала. Появились суицидальные наклонности. «Я ненормальный?», «Зачем я это делаю?», «Почему это происходит?»... Скитаясь по дому, в поисках успокоения он забрёл на чердак. Там он нашел новенькую швейную машинку, она стояла в раскрытой коробке. Откуда она там? Он не задался этим вопросом. Просто вытащил ее и пошел на кухню, распаковал, поставил на стол. Достал из своего ящика нитки, иголки. Подумал чего бы такого сшить, взял ежедневник начал зарисовывать что-то лёгкое, быстро определился, что это будет плащ. Взял свой тонкий пледик и принялся шить. Как только Мэри пришла он накинул новосшитый плащ на нее. Она была удивлена. - Ч-что? Откуда ты взял швейную машинку? - с дрожанием в голосе она произнесла - А, она на чердаке лежала что-то - махнул рукой Рудольф - Эх, это был подарок тебе на день рождения - с расстроенным голосом сказала Мэри - И что? День рождения – бесполезный праздник, я думаю, - Ну... Ладно, как скажешь - пожала плечами, - Хм, какой приятный материал у плаща прям, как твой плед... - она обняла саму себя - Подожди, это что, твой плед?! - Да, так тебе нравится плащ? - Зачем ты... Почему плед? - в ответ Рудольф лишь пожал плечами. Мэри уже не нравились все эти изменения в Рудольфе, обычно он всегда знал что и зачем делал, не так часто пропадал из реальности. Спросив у мужа произошло ли что-то, он ничего не ответил. Просто улыбаясь, пожал плечами и всё. Это насторожило Марю, но она решила обсудить это после выступлений, не хотелось ещё больше беспокоиться прямо накануне выступления. Они легли спать вместе, как обычно, пожелав друг другу спокойной ночи и вновь признавшись в любви. ​Как только Маря проснулась, а это было очень рано, она сразу же побежала умываться и всячески готовиться к предстоящему выступлению. Оно было очень важным, ведь на нем будет сама императорская семья. Быстро накрасив себе глаза, она оделась, захватила свои любимые сигареты и побежала на работу начало в час дня, но готовиться надо всегда заранее. Рудольф встал только к 12, не то, что бы он проснулся так поздно, ему просто было лень подыматься. Воскресенье как никак. к часу он пришел на выступление и, как договаривались, стоял за кулисами. Всё шло, как по маслу. Выступление завораживало взор. Пришло время выступать Мэри и ее команде. Виртуозные движения, полеты в воздухе, будто она плывёт по течению ветра, их костюмы были великолепны, макияж просто фантастический! Это просто восхитительно! Вот, она делает сальто в воздухе и летит в руки к новенькому акробату, их ладони соприкасаются. Милые, такие теплые руки Мэри соскальзывают... Теперь она стремительно летит вниз! Настала гробовая тишина. Тишину разрубил глухой удар тела об пол и треск костей. «Врача!»

. . .

Рудольф выбежал на сцену и подбежал к своей мертвой жене. Да, она разбилась насмерть. Народ засуетился, матери позакрывали детям глаза. Пока семью императоров умоляли не уходить, их сын молча смотрел на Рудольфа. Издалека было видно, как Рудольф, сильно сжимая, обнимал акробатку. - Сынок, пошли - Мать схватила будущего императора за рукав и потащила за собой. Названный сынок отрекнулся от матери - мне уже не 10! - и взглянул обратно на сцену. А их уже и след простыл. - Ты будешь матери перечить!? А ну живо за мной, щенок!

. . .

Сразу же после этого поражённый Рудольф ходил к своей матери. Он даже не думал, что с таким теплом и любовью она его встретит. Аделя плакалась ему, что была не права с таким жестоким воспитанием и даже уже перестала надеяться на то, что ее сын придёт (сама она прийти к нему не могла, ведь была абсолютно без понятия где он находится), он плакался ей о всём плохом, что в его жизни произошло за последние 2 года. Был очень душевный разговор, в конце которого они обнялись. Казалось, жизнь наладилась, но спустя всего 3 дня мать покинула Рудольфа. Она умерла от инфаркта ночью (поскольку у нее были проблемы со здоровьем сердца, некоторые наклонности на чрезмерное употребление алкоголя, да и вообще она уже была стара). Прошло несколько дней с того момента. Все это время Рудольф опустошенно лежал на кровати. Не ел, не пил. Просто смотрел в потолок. А тело его любимой сидело рядом, на стуле. Конечно, ни без помощи скотча... Мать была похоронена рядом с церковью, он ходил пару раз к ней на могилу, но он не мог чувствовать что-то. Ни горечи, ни тоски, ничего. Только сплошная опустошённость. Будто он еще не понял что произошло.  Потолок глядел на Рудольфа, Рудольф глядел на него. Но вдруг в дверь кто-то постучался. Рудольф спохватился и начал судорожно теребить стул с Мэри «куда бы его деть». Тут он увидел дверь в подвал... Стоя около двери в подвал, где что-то громко громыхало, будто это что-то падало вниз по лестнице, к нему в дом вошли. С дрожащей улыбкой черноволосый повернулся, загораживая дверь своим телом. Ох, это был мерзавец Морфикус. Можно перестать улыбаться. - Зачем пожаловал? - с дрожью в голосе спросил Рудольф. - У тебя всё хорошо? - поинтересовался его бывший товарищ. - Ох, у меня всё лучше некуда! Это всё? - раскинув руки, с большей уверенностью и явным недовольством тот сказал - Твоя... м... девушка? она умерла... Я, подумал, что, может, тебя стоит навестить и спро- - Заткнись! Тебе уж точно не стоит меня навещать. - С грубостью в тоне и движениях, тот стремительно надвигался на Морфикуса, стоящего в дверях. Острые осколки рубина вонзились в клыки кобры. Они стали драться. Спустя уже несколько секунд помятый сын императрицы валялся на земле. С носу текла кровь, а тело болело от многочисленных ударов разъярённой кобры. - Ты из меня еще душу вырви... - хриплым голосом пробормотал Морфикус. Рудольф потупился на него. Секунда молчания и его глаза вновь загорелись. - Точно! Душа... Я же могу!... Да! Да! Да! Чёрт возьми, да! - он забежал к себе в дом, громко захлопнув дверь. Морфикус еле встал и просто ушёл. Он чувствовал себя подавленно. Дома. Рудольф подбежал к двери подвала - боже мой, Мэри, бедная, надеюсь она меня простит... - открывая дверь, он подбирал слова для извинений перед Мэри. Спустившись в подвал, он увидел примотанное тело Мэри к сломанному стулу, которое лежало на полу. - Мэри, прости меня, я не знал что делать! - упав на колени, он схватился за ее лицо, полное спокойствия и умиротворения. - Ох, не стоило тебя к этому дурацкому стулу приматывать... Я сейчас приду, никуда не уходи! - на верху взял ножницы и спустился обратно, разрезал скотч и взял ее на руки, - ты на меня обиделась, да? - его голос был полон грусти, а лицо печали, - извини, я дурак. - Положил ее на пол. - Прости-прости, сейчас я отнесу в подвал кровать и положу тебя туда! Прости меня еще раз... - Так и сделал.