Желание

Ригель удалось добраться до гостиной факультета без происшествий. Гаррету объяснила, что нарвалась на неприятных волшебников, и поэтому хотела бы вернуться в замок. Они молчали всю дорогу, хотя Уизли пытался сначала извиниться. Но мысли Ригель были заняты совсем не его попытками изменить их неловкую тишину Перед дверьми в гостиную Слизерина, чтобы совсем не расстраивать гриффиндорцы, она пробормотала, что ей в принципе понравилось их общение. Гаррет честно поклялся больше не смущать ее излишним напором и удалился. Что же, хоть кто-то дает такие обещание в её окружении. Из-за воспоминаний о поцелуе с Себастьяном у неё тряслись руки и начиналась сильная пульсация в голове. Анна сидела на кровати, когда волшебница влетела в комнату и осела на пол. Ноги уже не держали её. Обида, волнение, злость, желание — чувства смешались, образуя густой комок в груди. Мерлин, помоги ей распутать его. Сэллоу подскочила к ней, и Ригель встретилась с глазами, жутко похожими на соблазняющие её час назад. — Что натворил мой брат? — слизеринка помогла ей добраться до кровати. Анна прекрасно знала, на кого девушка так реагирует. Кто вызывал у неё дрожь от гнева и страсти. — Мы поцеловались. Это было по-другому, мы почти… Ох, драконье дерьмо… — Ригель схватилась за голову, которая пульсировала слишком сильно. — Как ты допустила это? — удивилась подруга. Раньше волшебница не позволяла Себастьяну подойти слишком близко, держала его на расстояние. — Что изменилось? До сегодняшнего дня воспоминания их поцелуев тоже вызывали трепет, но сейчас всё было гораздо ярче. Месяцы ожидания, напряжённые отношения и дурацкая Амортенция сыграли свою роль. — Гаррет попросил семикурсников купить нам смородиновый ром. Мы выпили не больше, чем по полпинты каждый. А потом я вышла подышать воздухом, а там Себастьян и… Всё зашло немного далеко, — рассказывала девушка, ища в комоде чистые вещи. Сейчас ей жизненно необходимо посетить ванную, чтобы хоть немного прийти в себя. — Ох, ну я ему устрою! Прямо на улице! Я же вбивала ему этикет! — возмутилась Сэллоу, уперев руки в бока. — Только не говори Поппи и Натти, пожалуйста, — волшебница открыла небольшую шкатулку. Из несколько десятков склянок осталось лишь одна полная. — Наверное, меня так раззадорило из-за смешения лекарства и алкоголя. — Гаррет тоже дурак, раз пошёл на подобное! — Анна сложила руки на груди, продолжая злиться. — А ты?! Зачем согласилась? — Ты думаешь, я знала о таких последствиях? — Ригель оглянулась на подругу, хмурясь. Натсай и Анна против Уизли. Неужели хотели бы свести её с Себастьяном? Анна не желала, пока что, подпускать брата близко к себе, но девушка считала, что она склонна простить его. После рассказа Ригель о битве с Соломоном подруга смягчилась и согласилась, что их дядя тоже был не прав. Хотя бы на этом сошлись, а после исцеления Анна сама сказала, что когда-нибудь будет готова дать брату второй шанс. — Ты переживаешь из-за заканчивающегося зелья? — Курс окончен, как и говорили целители из Мунго — принимать три месяца, — Ригель закрыла коробку и убрала её под кровать, а микстуру сложила в карман юбки. Три месяца она пила настой из пустырника, чабреца, лаванды с небольшим добавлением валерианы. После травмирующего пятого курса, смерти профессора Фига, использования Себастьяна на ней круциатуса, родители отправили её в больницу святого Мунго, когда у Блэк начались кошмары, постоянная нервозность, панические атаки и мания преследования. Там ей и прописали курс лекарства. Кошмары сошли на нет, но Ригель всё равно заметила, что стала эмоциональнее, чем год назад. — Я надеюсь, что кошмары не вернутся. Однако причина её ужасных снов всё ещё находилась рядом, на другом конце гостиной.

***

Ригель покинула крипту со счастливой улыбкой на лице. Становилось приятно, что Себастьян доверил такой важный секрет ей. Прошло чуть больше недели, и они, вроде, стали друзьями. В магловской школе у неё не было друзей. Для большинства Блэк была странной девочкой. С ней никто не хотел общаться, а с младшими сёстрами у неё слишком большая разница в возрасте: шесть и восемь лет, соответственно. А здесь девушка уже сблизилась с Себастьяном и Натти, многие другие студенты так же были вежливы с ней. — Я слышу тебя! Ты новенькая! Что ты делала в крипте? Волшебница замерла, удивлённо глядя перед собой. В темноте коридора она увидела Гонта. Точно, Себастьян же ведь говорил, что эта «крипта» принадлежала этой семье. Гневный голос Оминиса ввёл Ригель в ступор. На уроках и в гостиной этот парень казался воплощением спокойствия. Хотя они не очень много общались, лишь перекинулись парой фраз. — Я случайно наткнулась на это место, — попыталась соврать девушка, но, кажется, слизеринец улавил неуверенность в её голосе. — Меня туда случайно занесло. — В крипту не может занести случайно! — продолжил возмущаться парень, а волшебница уже прикидывала: через сколько их заметят. — Тебе Себастьян показал? Скажешь хоть кому-то, и никто тебе не поможет, даже твой драгоценный профессор Фиг. Мой отец дружит с директором… Ригель насупилась. Что Гонт вообще возомнил о себе, позволяя так грубо общаться с ней? — А директор — мой дядя! Я Блэк, не забывай! Не смей мне угрожать! После этих слов девушка ушла, так и не дождавшись ответа слизеринца. Не собиралась она становиться между ним и Сэллоу, лучше остаться в стороне. Ещё будут ругаться из-за неё.

***

Девушка простилась с Натти и направилась к своему столу. Прошла мимо родственников Блэков, которые даже не смотрели в её сторону, а при встрече в коридорах и гостиной Слизерина презрительно фыркали. Волшебница останавливалась около Себастьяна и Оминиса, и некоторое время размышляла, стоило ли ей присаживаться рядом с ними. После вчерашней стычки с Гонтом ей едва хотелось сидеть рядом с ним. Сразу кинулся угрожать Ригель. Хотя именно Себастьян привёл её туда. Девушка не просила Сэллоу о таком. — О, Ригель, тебя, наконец, освободили, — Себастьян повернулась к ней и указал на лавку. — Садись! Ригель опустилась напротив двух слизеринцев, стараясь понять настроение Оминиса. Вчера они расстались на ужасной ноте. Было немного неловко находиться рядом с ним, но девушка старалась вести себя уверенно. — Блэк, — Оминис расплылся в усмешке. — Гонт, — повторила за ним, пока подвигала тарелку ближе к себе. — Удивлён, почему ты не со своей семьёй, раз ты «любимая племянница» директора, — продолжил парень их небольшую игру. Ригель подняла на него глаза и ядовито улыбнулась. Как глупо пытаться её задеть этим. — Я знаю, что ты тоже в плохих отношениях со своей семьей. Поэтому не тебе меня унижать этим. Пресёк их небольшую перепалку Сэллоу, очевидно, возмущённый поведением друзей. Он-то надеялся, что они поладят. — Хватит, вы оба. Мы же обсуждали это, Оминис! Ты знаешь о её способностях, она о крипте. Оба квиты! — Себастьян! — возмутилась они одновременно. Ригель поверить не могла, что он вот так легко рассказал её секреты. Договорились же ведь. Хотя с учётом, как он без проблем поведал ей о крипте, то, может, не стоило ему доверять такую важную информацию. Она первоначально не хотела иметь ничего общего с Оминисом, пока он не пришёл извиняться сам. В итоге они и впрямь нашли общий язык. Когда есть такая вещь, как нелюбимые родственники, то сразу увеличилось количество тем для разговоров. А ещё Ригель начала помогать им обоим с зельеварением и трансфигурацией.

***

— Куда вы ввязались на этот раз?! — голос Оминиса застал их врасплох, когда Ригель и Себастьян зашли в крипту, прячась от дежурящих по ночам старост. Еще бы чуть-чуть, и их засекли. Сэллоу по привычке прикрыл собой девушку, как он постоянно делал, стоило им только столкнуться с гоблинами или тёмными волшебниками. Будто кроме Гонта здесь мог быть кто-то ещё. — Поппи попросила нас помочь с браконьерами. Они фестралов собирались поймать, а потом Натсай сильно ранили, — пыталась оправдаться девушка. Она никогда не видела Оминиса таким взбешённым. Вроде, они с Себастьяном уже не раз проводили ночами время вне замка, но раньше друг реагировал спокойнее. — Ох, а где эти две? Только не говорите, что они сейчас зайдут сюда. — Мы отвлекали старост, а девочки проскользнули в свои спальни. Ты чего так взъелся? — Себастьян помог ей сесть на кресло, которое девушка недавно трансфигурировала из валяющихся в этом месте коробок. Ригель пыталась привести крипту в более или менее приличный вид уже не первую неделю. Оминис сначала противился, но смягчился, увидев, что Ригель убралась. И к удивлению, всех троих, она открыла, что здесь также можно использовать трансфигурацию. Так что закупившись рецептами для предметов мебели, волшебница принялась творить. Крипта нравилась ей куда больше, чем Выручай-комнаты. Здесь есть Себастьян и Оминис, а в Выручай-комнату профессор Уизли запретила кого-либо пускать. Пока Сэллоу и Гонт спорили об их ночной вылазке, Ригель рассматривала свою грязную и рваную одежду в зеркале. Её учительницы из церковной школы пришли бы в ужас от её внешнего вида. — Вы не понимаете! Профессор Уизли заметила ваши побеги. Она расспрашивала меня и друзей Натсай. Я не хочу получать наказания из-за вас. Ригель особо не вслушивалась в возмущения друга и оглядывала царапину на ноге, которая неприятно щипала из-за намокших штанов. В битве с браконьерами ранили Натти, поэтому на неё пришлось потратить все оставшиеся рябиновые отвары. А Ригель умудрилась неудачно споткнуться о рыцарские доспехи уже в замке. Зато грохот от её падания привлёк столько внимания, что Натсай и Поппи успели укрыться в своих гостиных. Рана кровоточила, и волшебница перебирает в голове все лечащие заклинания, но, как назло, она почти не учила их. — Оминис, у нас тут остались книги по целительству? Мы же приносили такое, — Себастьян прерывал парня, тоже увидев ее царапину, и принялся изучать фолианты, которые девушка ещё не успела разобрать. — Что-то серьёзное? — Гонт раздражённо потёр переносицу. Из-за них с Сэллоу для волшебника это стало постоянным движением. — Просто царапина, но крови немало, — отзывалась девушка, снимая обувь. У него, определённо, талант к лечащим заклятиям. Оминис помог ей в тот вечер, и потом, когда Поппи сильно ужалил паук-матриарх, или когда Себастьяна обжёг конфринго противника и ещё с десяток раз, когда у них заканчивались рябиновые зелья, а в лечебное крыло путь был закрыт.

***

Ригель проснулась с тяжёлой головой. Вставать с кровати совсем не хотелось, поэтому она продолжала валяться, даже когда Анна вернулась из ванной комнаты. Кошмаров не было, но ночью она всё равно больше дремала, чем спала. А ведь сегодня выходной, и они встали позже обычного. Соседки по комнате уже заканчивались собираться, параллельно обсуждая планы на сегодняшний день, а именно предстоящий матч между Слизерином и Гриффиндором. Большинство ждут его с нетерпением, несмотря на то, что матч, по факту, товарищеский. Говорили, директора убедил младший сын, которого приняли в команду в этом году. Или Рейес сама специально подбила вступить мальчика. На пятом курсе игры отменили из-за травмы одной из кузин профессора Блэка, а в этом директор вернули из-за сына. Какая ирония. Хотя, вроде бы, эта кузина тоже принимала активное участие в уговорах дяди. И теперь, чтобы наверстать пропущенный год, мадам Когава с капитанами решили провести два тренировочных матча. Имельда вытянула жребий играть с гриффиндорцами. Никаких переживаний, что её факультет будет выступать против команды Гаррета, даже на предстоящих настоящих матчах, у неё не было. Ей всё равно до квиддича, так что просто будет наслаждаться интересным зрелищем. — Выглядишь ужасно, — сообщила Анна, садясь на свободную часть кровати. — И чувствую, — волшебница перевернулась на спину и посмотрела на подругу. — Я пропущу завтрак. Дай мне поспать. Сэллоу позволила ей отдохнуть ещё пару часов. После полудня начнётся игра, поэтому ей придётся встать. Ригель рассматривала опустевшую комнату, идеальный порядок Анны, книги Нериды по изучению морских существ, разбросанные вещи третьей соседки, из-за чего Анна постоянно ругалась с той. На самом деле, как бы соседки не относились к Ригель, но в прошлом году они так и не сдали её декану, попросту не замечая пропадающую где-то девушку. Пропустив завтрак, она избежала встречи с Себастьяном и Гарретом, но слизеринец не собирался покидать её мысли. Вчерашний поцелуй пробудил воспоминания об их коротких отношениях в прошлом году. Не любовь — зависимость. Они отравляли разум друг друга. Нужны друг другу до трепета в руках, непрекращающиеся мыслей и долгих переглядок. У Ригель и Себастьяна начались проблемы ещё на пятом курсе, подкрепляемые юношескими желаниями. Но, черт возьми, как же ей было хорошо в его объятиях вчера. Или год назад в моменты немногочисленных поцелуев и касаний. Жар снова расплылся по телу Блэк, и её передернуло от собственных ощущений. Себастьян Сэллоу стал её спичкой ещё в день, когда обучил Взрывающему заклинанию. — Чуть выше, — парень коснулся пальцами ее руки, и кожа тут же покрылась мурашками. Ригель дёрнулась из-за новых ощущений, задев Себастьяна. — Ты в порядке? Из-за его дыхания около ее уха девушка замерла. Она, наверное, жутко покраснела. Слегка кивнув, еле произнесла «конфринго», но огонь всё равно получился достаточно мощным. Себастьян не убирал руку с талии, пока хвалил её за талант. Вот оно. Начало погружения. И теперь волшебница не уверена: получится ли ей когда-нибудь всплыть из болота их отношений. А главное, хотела бы она? Анна вернулась ближе к одиннадцати, но у волшебницы так и не получилось отдохнуть, поэтому сдалась и поднялась с кровати. Находясь целиком в мыслях, Ригель не заметила синяк на шее ни в душе, ни во время умывания, пока подруга не указала на него. Она подбежала к зеркалу и разглядела след от поцелуя Себастьяна. Он находился достаточно высоко и её излюбленными блузками подобное не скрыть. Выход у неё был только один. Девушка достала из шкафа платье, в которое была одета в поезде. Ворот достаточно высокий и не придётся надевать шарф в такой тёплый день. — О, ты собралась отвлекать моего брата от игры? — Анна! — Ригель покраснела, прижимая ткань к груди. — Мне из-за твоего брата придётся париться в платье! Можно вообще прикрыться волосами, но из-за ветра их может сдуть. Сколько проблем из-за дурацкого синяка. Но, не дай Мерлин, его заметят преподаватели или ученики. Новых слухов ей совсем не нужно. Другого выхода Блэк не нашла, поэтому надевала треклятое платье.

***

Когда они приблизились к арене, то Ригель увидела зелёную форму слизеринцев. Рейес о чём-то общалась с кузенами волшебницы — старостой факультета Сириусом, старшим сыном директора, и пострадавшей в прошлом году Цефеей, рядом также стоял младший кузен, а остальные находятся в стороне. Себастьян разговаривал с Оминисом, но замолк, увидев её. Девушка инстинктивно схватила его сестру за руку. Предвкушающий трепет распространился по телу. Желание подойти к нему и поговорить пересиливало любые рациональные мысли в голове. Воспоминания о вчерашнем вечере напоминали о себе его призрачными касаниями. Кожа пылала от малейшей мысли. Но их взгляды не успели встретиться, её глаза перехватит Сириус. Строгий взор старосты пробирал ещё больше, чем директора. Настоящий наследник благородной семьи Блэк. — Вам скоро идти. Удачи, — кратко бросил парень Имельде и направился к ним. — Рад, что ты, Ригель, всё-таки смогла посетить матч. Я был встревожен утренним новостями Анны, что тебе не здоровится. Он склонил голову перед ними. Но обеим девушкам стало не по себе от его присутствия. Анна выдавила в ответ только натянутую улыбку. — Благодарю за беспокойство, кузен, — Ригель кивнула в ответ, стараясь не показывать раздражение. Чрезмерно холодный, излишне сдержанный. Его лицо не выражало ничего, нет ни капли надменности его отца. В директоре сразу же читалось отношение к окружающим, но намерения Сириуса понять было почти невозможно. — Ты что-то хотел, кузен? — Ригель сделала глубокий вдох, смотря в его глаза. Такие же светло-серые, как её. Как-то раз, Натти сказал ей, что Ригель вполне могла сойти за их третьего близнеца. У остальных детей директора волосы светлее, поэтому её сходство с близнецами особо заметны. — Мы же одна семья, нам нужно держаться вместе, — кузен улыбнулся, но волшебница ощутила опасность, исходящую от него. Он повернулся к Анне. — Позвольте проводить вас? Как по зову, рядом с ними появился его близнец, Финеас-младший, и увёл Анну вперёд. Та даже слово вставить не успела. Ригель старалась не хмуриться, глядя на протянутую руку Сируса. Его предложение и интерес были... странными. Ненавящивое напоминание, что они члены одной семьи. Но так ли это? Волшебница не могла понять причину интереса Блэков к её персоне. Потому что она спасла Хогвартс в прошлом году? Потому что директор что-то знал о необычной магии внутри Ригель? Слишком много вопросов вызывало внимание Блэков. Хотя всё же ссориться с ними сейчас будет глупо. Проявление интереса может плохо повлиять на положение Ригель в школе и её родителей, которые только недавно вернулись в общество волшебников Британии. Она будет наблюдать. И постарается извлечь выгоду. Но сейчас Ригель еще опасалась так близко находиться рядом с ним. Ей нужен был вариант отказаться. Спасение прибывает, откуда волшебница меньше всего ждала. Себастьян подошёл к ним и встал между ними. Он грубо схватил её за руку и отвёл к себе за спину. Краем глаза Блэк увидела спешащего к ним Оминиса. — Ты что удумал, Сэллоу? — голос кузена стал жёстче. На его красивом лице на секунду просочилось раздражение. — Мне нельзя поговорить с подругой? — теперь Ригель поразилась изменившемуся голосу Себастьяна. Он редко бывал настолько злым с остальными учениками. — Оминис проводит её потом. Сириус собирался возмутиться, но Гонт перебил его. — Иди уже, Блэк, — даже интонация друга сменилась на более твёрдую. С Оминисом никто не любил связываться. Папа рассказывал, что сталкивался с отцом друга во время обучения в Хогвартсе, и того опасались даже преподаватели. Кузен ушёл, и Себастьян повернулся к ней. Его взгляд смягчился, парень продолжал держать её за локоть. В его глазах столько смешалось — он и извинялся за вчерашнее, и заметно беспокоился. Но ревности нет, даже удивительно. — Ты в порядке? — встревоженно спросил Сэллоу, а Ригель расплылась под его взором. — Да, спасибо, — она нашла в себе силы сосредоточиться. Парень ослабил хватку, но теперь она крепче берётся за его руку. — Удачной игры. Себастьян удивился её словам, но затем улыбнулся и кивнул в ответ. У Ригель окончательно земля ушла из-под ног. Ей пришлось отпустить Сэллоу, и он направился к своей команде. Но оторваться от разглядывания друг друга не может никто, пока Оминис не прервал их. — Вы два идиота, — вздохнул волшебник. — Идём уже, Анна заждалась. Когда они подошёл к трибунам, то Ригель рассматривала сидящих учеников. Как такового чёткого разделения по факультетам нет, среди слизеринцев можно было легко отыскать студентов Когтеврана и Пуффендуя, а затем все четыре факультета вообще смешивались. Ученики слишком рады возвращению квиддича. Рядом с Анной волшебница заметила незнакомую ей девушку в сине-бронзовом галстуке. Хотя Сэллоу не рассказывала ей о новых знакомых среди её одноклассников. Ригель помогла Оминису подняться по лестнице, и они прошли к тем двоим. Блондинка с зелёными глазами встретила их улыбкой, задерживая взгляд на Гонте. — О, Оминис, ты сядешь рядом с нами? — Анна явно рада присутствию парня, и Ригель облегчённо выдохнула. Будь бы здесь Себастьян, то всё стало бы гораздо хуже. — А, это Лоретт Розье. Мы с ней вместе учимся, она тоже новенькая, перевелась из Шармбатон. — Ух ты, — Ригель тут же опустилась рядом с новой знакомой. — Ты из французской ветви Розье? Мой отец знаком с парочкой членов твоей семьи. — Да, — Лоретт начала заметно нервничать при упоминании её фамилии. — Расслабься, мы сами не в почёте у наших семей. Так что если хочешь пожаловаться на их омерзительные взгляды, то мы с Оминисом всегда рады выслушать и поддержать. Новая знакомая хихикнула из-за её слов, а Анна прерывала их разговор и указала на поле, куда, наконец, вылетели игроки. Роль комментатора для Оминиса взяла на себя подруга, сказав, что в предыдущие года уже объясняла происходящего для него. Ригель лет пять не была на квиддиче, с тех пор, как отец закончил карьеру вратаря. Да и в детстве она ничего понимала в игре. Мама тем более проявляла меньше интереса, и девочка старалась не донимать её вопросами. Так что Анна стала объясняющим и для волшебницы. Золотой снитч исчез, ловцы, пока что, не могли найти его, но Ригель всё равно потерялась среди игроков. Её глаза перемещался то на Гаррета, то на Себастьяна. На самом деле, она опасалась, что Уизли начнёт играть чрезмерно жестоко против слизеринца, но, пока что, все столкновения проходили в рамках правил. Когда Имельда забила первой, то Ригель затормозила, прежде чем порадоваться вместе с остальными. Боковым зрением она заметила холодный взгляд Сириуса, но не обернулась и проигнорировала его. У неё нет чувства сплоченности с факультетом, но ради Анны, Оминиса и, ох Мерлин, Себастьяна она будет болеть за слизеринцев. Затем счёт увеличил Себастьян, и она пытается сдержать счастливую улыбку на лице, хотя Анна всё равно заметила её радость. После нескольких пропущенных гриффиндорцы начали играть жёстче. Увеличилось количество столкновений. Вроде, говорили, что слизеринцы больше применяли нечестных приёмов, но Рейес ненавидела подобное, и взяв капитанство в свои руки, запретила играть слишком грязно. Хоть в чём-то она и Ригель сошлись во мнениях. Себастьян сталкивался с Гарретом уж очень часто. Да, оба охотники, но Ригель казалось, что тот искал столкновений с Сэллоу. Уизли не уступал ему в скорости. Девушка заметила, как они спорят. Имельда тоже что-то выкрикнула Сэллоу, но он не услышал её. Трибуны вспыхнули, когда два ловца, наконец, нашли снитч, так же сталкиваясь друг с другом, вытянув руки вперёд. Они находились всего в нескольких метрах впереди от Себастьяна и Гаррета. — Они близко… Да что такое-то? — Анна тоже обратила внимание на борьбу парней. — Гаррет! — крикнул загонщик своему сокоманднику, и Уизли тут же поднял метлу вверх. Себастьян не успел среагировать. Бладжер влетел на всей скорости в него, и слизеринец потерял управление. Ригель начала сильно паниковать, когда он дёрнулся вниз, но ему это не удалось, конец его метлы зацепился за один из барьеров поля. Его сбросило с метлы, и он упал на землю с высоты трёх или четырёх метров. — Себастьян! — Ригель хотела побежать к нему, но Анна затормозила ее. Конечно, она знала правила — матч должен закончиться. Минуты превратились в долгие часы. Себастьяну помогли, его уносили в больничное крыло, но игра продолжалась. Ригель нервно теребила платье, почти не следила за игрой. Но забитым голам в кольца Гриффиндора радовалась теперь вдвойне. И когда её кузен наконец поймал снитч, и Слизерин победил с минимальным отрывом, то Ригель чуть ли первой сорвалась вниз. Она ненавидела себя за решение надеть это платье. Оно сковывало движения и не позволяло ходить быстро. Кажется, Ригель уже услышала треск нитей. Она пронеслась мимо гриффиндорцев, игнорируя Гаррета, который окликнул её. Анна, Оминис и даже Лоретт следовали за ней. Когда они буквально залетели в госпиталь, то сразу заметили, что парень уже пришёл в себя. Гонт врезался в неё, пытаясь затормозить. Невозмутимый голос Себастьяна, беседующего с целительницей, донёсся до них. Ребята облегчённо выдохнули. — Иди вперёд, вам есть что обсудить, — заявил друг, а сестра пострадавшего согласно кивнула. — Раз он отшучивается, значит, в порядке. Мы подождём. Розье начала жаловаться, зачем они тогда так бежали сюда, но, кажется, прекрасно поняла причину, почему Блэк отправили первой. Волшебница приблизилась к его кровати, пока мисс Блейни объясняла ему что-то о лекарствах. — Видимо, у вас уже появилась компания, — медсестра сразу обнаружила девушку и попрощалась с ними, слегка усмехаясь. Ригель присела на стул, осматривая раненого друга: его рёбра и одна рука перевязаны. Надо было сразу подойти к нему. Глаза неприятно защипало, но она подавила слёзы. Всё закончилось хорошо. У отца тоже было много травм, один раз вообще весь сезон пропустил. — Мне сказали, что я скоро встану на ноги. Я не так сильно пострадал, — Сэллоу улыбнулся ей, и она кивнула в ответ. У Ригель нет сил говорить что-то. Им нужно слишком многое друг другу сказать, и они не могли вот так просто сделать это. Точно не в больничном крыле Хогвартса, где их услышат слишком много людей. Но Блэк устала от их напряжённых отношений, взаимной ревности и споров. Она хотела, чтобы все стало как год назад, когда они могли спокойно коротать время вместе. Без перехватывания дыхания и потеющих ладоней. — Мне нужно принести извинения, — парень провёл по своим волосам, а у нее в памяти всплывает, как она вчера вечером запуталась в них, вызвав у него тихое рычание. Ригель снова покрылась мурашками. — Я принимаю их, — она натянуто улыбнулась, нервно потирая колени. Дурацкое платье, и чёртов взгляд Себастьяна, снова разглядывающий ее слишком внимательно. Девушка пыталась выстроить хоть какую-то защиту. — Я прощаю тебя. Себастьян, ты важен для меня. Мы столько прошли вместе в том году. И сейчас эти наши отношения… Они доводят меня. И тебя. — Хочешь быть друзьями, как раньше? — слизеринец скрыл разочарование под усмешкой. Хотелось бы ему услышать совсем другие слова. Но Ригель не могла сказать их сейчас. Девушка вообще не уверена, будут ли у неё силы когда-нибудь. Девушка сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, но взгляд друга не давал ей собраться. Пробивал её насквозь, вторгался слишком глубоко под кожу. — Хотя бы ради Оминиса. Мы оба его друзья. И Поппи, и Натти хоть и в меньшей степени, но вы дружили. А ещё у нас учёба, столько планов. Давай не будем доводить друг друга, хорошо? Правда, они уже довели друг друга. Что этот уговор вообще мог дать? Разве что, только отсрочить злосчастный разговор. — Договорились, — ответил Себастьян через несколько секунд и отвёл взгляд, а девушка поднялась со стула. Нужно позвать остальных. А то она уже и так задержалась. Кроме Оминиса к кровати подошли пришедшие позже Поппи и Натсай. Гриффиндорка тут же принялась извиняться за свой факультет, обещая поговорить с капитаном и Уизли. Ригель тоже предстоял разговор с Гарретом. Анна осталась в стороне, наблюдая за братом и остальными. — Всё прошло не так, как задумывалось? — уточнила девушка, а Блэк тяжело вздыхает. — Я ни на что не рассчитывала, — волшебница повернулась к подруге, и та понимающе кивнула в ответ. Странная всё-таки позиция у Анны: она не общалась с братом, но только «за» их отношения и абсолютно против Гаррета. Наверное, Ригель обсудит с ней это позже, а пока она покинула крыло. Задерживаться здесь больше нет смысла.