Секрет Архитектора

      Кавех очень любит рисовать. Эта банальная фраза и на 10% не покажет всю глубину чувств парня к сей деятельности. Наверное, для понимания этого факта достаточно просто посмотреть на глаза архитектора. Они полыхают, словно два огонька, затмевая своим светом всё и вся в Тэйвате. Словно две звезды, сияющие ярче всех во время занятия хобби.       Из-за столь откровенных чувств к рисованию, Кавех занимается этим бессчётное время. Вот, красиво украшенные цветы на прилавке, только-только выставленные продавцом. Кавех достаёт скетчбук. А вот, шедевр архитектуры Сумеру - возвышающееся над всеми остальными здание, кричащее о невероятном богатстве своего хозяина. Кавех переворачивает лист. И так до самой поздней ночи. Но, как и у остальных творческих личностей, у парня есть муза...человек, которого Кавех готов рисовать днями и ночами, при этом игнорируя приёмы пищи. Если не говорить о характере музы и сосредоточиться только на внешности, то она прекрасна. Изысканные черты лица, словно аристократ, нет, принц, приехавший в сумеру на отдых, дабы поглядеть на диковинки данного места. Прелестные зелёные глаза в контрасте с холодным взглядом (в этом явно что-то есть), длинные ресницы. Телосложение, будто отсылка на что-то божественное, словно его фигуру выточил из камня лучший мастер Тэйвата, стараясь над этим шедевром долгие годы, если не десятилетия. По-другому его не описать. Имя этой музе — Аль-Хайтам. Как и говорилось ранее, всё, кроме характера этого поганца, идеально. Человек, владеющий невероятным умом, на фоне которого любой ученый будет чувствовать себя неловко и глупо. Человек, знающий не понаслышке про слова "ответственность" и "храбрость". Человек, что имеет явно не последнее место в Сумеру, если не первое после самого дендро Архонта.       Да, именно таким и был Аль-Хайтам… Кавех очень любил рисовать свою музу, но никогда не просил его позировать, т.к. было слишком стыдно сказать напрямую. Не думайте, что Кавех не пытался. Конечно пытался, но это всегда заканчивалось дрожью в теле и голосе, а после - язвительной шуткой от Аль-Хайтам, в духе «Ха-Ха, это признание? Подожди, я ещё не подготовил ответ», ну и впоследствии - ссорой. Поэтому Архитектор выбирал более простой метод и просто рисовал придурка, пока тот чем-то занят. Аль-Хайтам славится своей невероятной сосредоточенностью, поэтому редко замечал, что его рисует сосед. Правда…такие ситуации всё же случались и...боже, как это было стыдно! Проблема даже не столь в том, что Кавеха с поличным ловили за процессом, а в том, что по итогу вырисовывал архитектор на холсте…Из-за этого на требования от Аль-Хайтама показать результат, парень давал категоричный ответ: «Нет! Рисунок плохо получился». И затем забирал скетчи, уходя обратно к себе в комнату и пряча их, дабы не одна душа не увидела, что же на самом деле нарисовал известный на всю Сумеру Архитектор. Так и протекали годы, а стопка с постыдными рисунками музы становилась всё больше и больше. Кавех правда пытался нормально изобразить парня, но по итогу, смотря на это идеальное лицо и тело, воображение в команде с руками, работая на автомате, выдавали ожидаемый результат. Такое никто не должен увидеть! Никто!       Свои рисунки Архитектор хранил в ящике стола вместе с остальными скетчами, не слишком надёжно на самом деле, но кто будет рыться в его набросках? Уж точно не Аль-Хайтам…точнее, Кавех ставил на это, но видимо зря….       После завершения проекта, уставший, но всё равно веселый Кавех вместе с бутылкой вина возвращается домой. В его планы входило выпить с соседом по бокалу вина, так сказать, отпраздновать результаты работы, а после лечь спать. Но что-то пошло не так… Только зайдя внутрь, Архитектор прокричал имя соседа, тем самым привлекая к себе внимание, но ответ услышал со стороны своей комнаты. Немного постояв на пороге, собирая по кусочкам и так уставший разум, он все же поплёлся к своей комнате. Как только Кавех заглянул внутрь сквозь открытую настежь дверь, едкое желание ежесекундной смерти начало буравить мозг. Паника пришла следом, затмевая частицы разума. «Что же делать? Что сказать? Как ответить? Нет-нет, он всё поймёт! Он поймёт и отвергнет! Вышвырнет меня из дома и сердца, раз и навсегда!» — И что же это значит? — проговаривает мужчина, не скрывая ехидной улыбочки на лице. Аль-Хайтам держит именно те постыдные рисунки, что так желал спрятать Архитектор, но они были найдены...и не абы кем, а музой, что была изображена на каждом листе. Он смотрит прямо в глаза, словно детектор лжи, не давая и малейшей надежды на ложь.       Ответ не последовал, Кавех просто молчал, а в его глазах читался ужас, который не могла не заметить та самая причина столь сильных чувств. Аль-Хайтам аккуратно и медленно положил на место рисунки, что было характерно для столь педантичного человека. После он столь же неспешно подошёл к Архитектору. Его глаза будто сканировали парня, желая прочитать ответ на лице.       Простояв так ещё минуту, Кавех всё же подаёт голос: – Что ты здесь делаешь? Никогда случаем не слышал о личном пространстве? - раздражённо выкинул Архитектор, но голос предательски дрожал, выдавая своего хозяина с поличным. — Я хотел забрать книгу, которую ты взял из моей библиотеки, и во время поисков случайно наткнулся на эти шедевры – сказал мужчина, пальцем указывая в сторону тех самых скетчей. Кавех не знал, что на это ответить. Не знал и не хотел отвечать. Даже если он перескачет с одной темы на другую, которая в свою очередь закончится ссорой, это не отменит факт существования как рисунков, так и чувств, обращённых к человеку напротив. Это тупик, из которого Архитектор не знал выхода. — Ты не ответил – напомнил о своём существовании Хайтам, все так же стоя в шаге от парня. Кавех взглотнул. Что же говорить? Отнекиваться или всё же признаться в чувствах? Первое будет глупо, ибо с интеллектом Аль-Хайтама тот уже догадался, второе будет означать проигрыш, на который архитектор не хотел идти. –То и значит, а теперь свали с моей комнаты, я дико устал – голос всё так же дрожал, но в целом звучал более уверенно и с теми же нотками раздражения. Кавех проходит мимо Хайтама по направлению к кровати и ставит бутылку вина на тумбу. Смотреть на него у архитектора больше нет сил. Дикий страх сковал парня. Что, если в глазах секретаря Академии будет открыто читаться отвращение? Да и не к кому-то, а к самому Кавеху? Парень уже ловил на себе злостные, непонимающие и язвительные взгляды, но не такие. И он не был готов к этому. Ни сейчас, ни потом.       За спиной послышались шаги, а после шуршание бумаги. Не ожидав такого поведения, Архитектор повернулся к источнику звуков. — Вот это выглядит интересно, повторим?