In memoriam

Listen up bitches, does anyone know the truth here?

I've been around and around and around and everyone fucking lies to me

Я остановилась возле дома Робин, на крыльце стоял Эрик. Увидев меня, он сразу же спустился и подошёл. Крепкие объятия, он не дал сказать даже слова, мы стояли так несколько минут, знакомый запах духов щекотал нос. — Я так соскучился, meine Lilie, — он отстранился, но его руки всё также оставались на моём теле. — Я тоже очень рада тебя видеть. Мы зашли в дом, играла громкая музыка, большинство людей уже были пьяные, кто-то играл в приставку, кто-то пил на кухне. Захотелось сразу же взять бутылку и выпить её до дна, а потом ещё одну и ещё, что бы забыть обо всём, забыть даже о том, как меня зовут.  На диване сидел Дилан, он был очень пьян, его светлые волосы растрепались, сам же парень продолжал что-то пить. Мы присоединились к нему и сели на диван, Эрик тут же подал мне стакан с алкоголем, не задумываясь я осушила его залпом.  Свет в комнате погас, музыка перестала играть, а приставка резко вырубилась под матерные возгласы парней, которые не успели доиграть. Сидя в полной темноте, я почувствовала как Эрик сжал мою ладонь. Через минуту зашла Робин, в её руках был фонарик, а сама девушка немного пошатывалась, стоя в дверном проёме. Она подсвечивала своё лицо держа фонарь снизу, создавалась впечатление, что она хочет рассказать детскую страшилку, как в летнем лагере возле костра.  — Дорогие гости, и все кто собрался здесь сегодня, скрасить этот чертовски хороший вечер, что бы оторвать вас от стаканов с алкоголем, я придумала эту шалость. Давайте сыграем в игру, обещаю, что вы не пожалеете.  Кто-то из парней крикнул, — Роб, отъебись, и включи приставку обратно. — Сперва поиграем, а потом будете убивать приставку, хоть до утра. Правила очень просты, где-то в доме, спрятана бутылка «скотча», и кто первый её найдёт, тот сможет задать каждому человеку находящемуся в этой комнате любой вопрос. В этой игре каждый сам за себя.  Все кто находился в гостиной, тут же разбрелись по дому. Только Дилан осталася сидеть на диване с выпивкой в руке. Без света было сложно что-то рассмотреть. Я находилась в этом доме впервые и у меня даже не было идей что и где здесь искать. Это как пытаться найти иголку в стоге сена. Я поднялась на второй этаж, было пусто, открыла первую дверь, что попалась мне под руку. Это была спальня. Уличный фонарь дарил тусклый свет в окно, но глаза уже привыкли к темноте. Я подошла к полкам, осмотрела стол, заглянула под кровать, но ничего не нашла.  — Ты похожа на сексуального детектива, который ищет преступника, — голос Эрика раздался с тёмного угла комнаты, он подошёл ближе, теперь фонарь хоть немного помог разглядеть мне лицо парня. — Единственный преступник, кого я нашла здесь, это ты, — я ткнула пальчиком прямо ему в грудь. Он бесцеремонно поднял меня на руки, от неожиданности я вскрикнула. — Тише, meine Lilie, ты сейчас всех напугаешь, — парень усадил меня на кровать и уселся сам.  — Что с тобой сегодня такое, ты сама не своя, — он притянул меня ближе к себе и заправил прядь выбившихся волос за ухо. — Всё в порядке, честно.  — Я вижу, что ты врёшь, — Эрик наклонился ко мне так близко, что кончики наших носов соприкасались, я потянулась его поцеловать, но… — Не так быстро, красавица, я всё ещё хочу узнать, что так сильно тебя беспокоит. — Хорошо, если ты так хочешь это услышать. Я чуть не убила человека, но самое главное, что я даже не жалею об этом,— я не хотела смотреть парню в глаза или же просто не могла.  — Но ты же его не убила, значит всё хорошо, — Эрик сказал это шутливо, будто мне это приснилось и я сижу здесь, как маленький ребёнок, что решил рассказать маме о своём ночном кошмаре. — Ты когда-нибудь думал о том, что бы убить кого-то? — Да, каждый вечер вижу сны, как убиваю половину уёбков из этой паршивой школы, а потом беру тонну взрывчатки и… — рассказ прекратился из-за смеха парня — ты бы видела своё лицо, Софи.  — Ты сейчас это серьезно? — Нет, глупышка, шучу, — он до сих пор тихо хихикал прямо перед моим лицом. — Шутник хре… — но он не дал мне договорить, а умело заткнул поцелуем, медленно спускаясь от губ к шее, лямка  от платья упала, вторая повторила судьбу первой. Горячие руки парня ласкали мою спину, вызывая по телу сотни мурашек. Дыхание сбилось, сердце стучало так, будто я пробежала марафон, Эрик усадил меня себе на колени. Он шептал разные комплименты, играл пальцами с моими волосами и опять целовал. В комнате стало невыносимо жарко, хотелось скинуть всю одежду, вылить на себе ведро холодной воды и вечно гореть в этих объятиях. Но нашу идиллию прервал Дилан, который вошёл очень неожиданно и резко включил свет, глаза жмурились от яркой вспышки.  — Блять, реб, вас все ищут уже дольше, чем эту бутылку, — он смущено смотрел куда-то в сторону, пока я слезала с колен Харриса и поправляла платье.  — Дай нам минуту, мы сейчас спустимся вниз, — он махнул другу рукой.  Посмотрев в зеркало, я привела свои волосы в порядок и уже была готова выйти из комнаты, как Эрик остановил меня, взяв за запястье. — Детектив, пока преступник соблазнял вас, вы кое что забыли, — он держал в руках бутылку «скотча» и победно улыбался. — Если это был твой хитрый план, то он сработал, — я стёрла остатки красной помады с шеи Эрика. Мы присоединились к ребятам. В гостиной опять играла музыка, все общались, окружив стол с закусками. Когда в комнату вошёл Эрик с победно поднятой вверх бутылкой алкоголя в руках, то все начали хлопать и громко кричать «победитель». Уже опустевшие стаканы опять наполнились крепким алкоголем, а Харрис сел в самом центре и задавал каждому по вопросу.  — Эй, Брукс, скажи, сколько ты заплатил за то стекло, что я разбил тебе зимой?  — 178 долларов, чувак. Я потратил все деньги, что мне подарили на Рождество, из-за тебя. — Ты мне сейчас нравишься, Браун. Береги тачку. Вскоре брюнет получил все ответы на свои вопросы. Осталась лишь я.  — Софи, для тебя, я оставлю эту возможность на потом. Мне ещё надо подумать над вопросом. — Когда пожелаешь, — я подняла свой стакан в воздух и чокнулась с Эриком.  Остаток вечера прошёл очень быстро, половину, честно говоря, я вряд ли смогу когда-то вспомнить. Помню лишь то, как под утро мы все разъехались по домам и единственное, что хотелось, это быстрее уснуть.  Проснулась я ещё до того, как прозвенел будильник. Голова раскалывалась, а глаза слипались. Но холодный душ и чашка кофе быстро привели мысли в порядок.  Добираясь к школе, я пыталась не уснуть за рулём, но даже песни группы Раммштайн еле помогали. Накрасив губы вишнёвым блеском, я ещё раз посмотрела в зеркало и вышла. На первом уроке я увидела, что парты ребят пустые. Лишь Робин сладко спала на последней. Скучный урок истории как всегда тянулся вечность.  На перемене я зашла в кафетерий и села за стол, где обычно обедает trench coat mafia, но никого не было видно. Пришлось доделывать домашнее задание на урок немецкого. — Du siehst heute so schön aus wie die besten Blumen im Garten, — Эрик наклонился и прошептал мне это на ухо, а потом поцеловал в щёку, — meine Lilie, не порть себе утро, лучше забери мою тетрадь, я уже всё равно не пойду на этот урок.  — Как же я рада тебя видеть, — я легонько обняла парня, — где остальные? — Предполагаю, что всё ещё спят после бессонной ночи. Прости, я тоже здесь ненадолго, приехал только кое-что забрать, а дальше уезжаю по делам на весь день, не скучай тут без меня.  — Бросаешь меня здесь одну, — театрально закатываю глаза, — и даже не говоришь куда едешь. — Меньше знаешь — крепче засыпаешь, — он резко прильнул к моим губам и так же быстро отстранился. Последний близкий человек в этой школе оставил меня доживать этот уёбский день одной.   Когда прозвенел звонок, я быстро собрала вещи и направилась в кабинет немецкого.  — Не так быстро, крошка, — Фишер младший схватил меня за запястье и потащил в пустой кабинет, — мы должны побеседовать подальше от лишних глаз.  Он пхнул меня прямо в стену, лопатки вжались в холодный бетон, его руки не давали надежды выбраться отсюда, он вытянул их и упёрся об стену, смотря мне прямо в глаза. — Какого хуя ты вчера натворила в моём доме, дрянь, — он ударил ладонью в стену, чуть ли не задев моё лицо, — объясняй, давай блять, скажи, что это было. — Справедливость, — истерический смешок вырвался сам собой. — После ухода гостей, мои предки разбили половину посуды на кухне, мать плачет со вчерашнего дня, а отец собрал вещи и уехал, ничего не сказав. Я клянусь, что убью тебя, если ты и дальше будешь молчать. — Я ненавижу тебя и всю твою чёртову семейку, Фишер. Из-за твоего старика я сейчас здесь, в этой паршивой школе, каждый день засыпаю в пустом доме и думаю о прошлом, которое уже не вернуть.  — Никсон, ты больная? Что ты, вообще, несёшь, — он отпрянул от меня, как от прокажённой. — Скажи спасибо, что твой папочка живой, а то кто будет и дальше тебе вытирать сопли, может мамочка? Или ей тоже надо вытереть нос? — Фишер будто озверел от этих слов и вцепился пальцами в мою шею. Его глаза стали красными, как у быка, который увидел красный флаг. Нехватка воздуха заставляла голову кружиться, я не могла сделать вдох, не могла говорить и лишь судорожно уцепилась ногтями в его руку, но это не помогало, он лишь усиливал хватку.  — Ты заплатишь, Софи, за всё заплатишь, маленькая дрянь, — он резко отпустил меня и я упала на колени, не в силе встать, я придвинулась к стене и пыталась отдышаться.  В коридоре не было никого, урок уже давно начался, я зашла в туалет, мои щёки были красными, даже умывшись холодной водой, я всё также горела. Красный след на шее невыносимо болел. Достав ключи от машины с кармана, я пошла к парковке.