К чему приводит ревность

Кири и её семья уже достаточно долго находятся в Ава’атле, и за это время девушке удалось хорошо наладить отношения с Аонунгом, с которым она так часто ругалась. На удивление, он сам стал подходить к ней, начинать разговор. Первое время она относилась к этому максимально настороженно, пока не увидела, что тот мог рыкнуть на кого-то из племени, когда её задирали. Она помнит тот момент хорошо. Прогуливаясь по побережью с Тук, она наткнулась на местных жителей. Такие же подростки, как и она, но от них веяло агрессией за километр. Завидев Салли, они тут же направились к ним. Кири спрятала сестру за спину и уже было сжала руки в кулак. На’ви оскалились и приблизились. Неожиданно перед глазами девушки появилась крупная светлая спина с косичкой. — Аонунг… — его имя само слетело с уст. — Всё хорошо, просто держитесь за моей спиной, — парень обернулся, чтобы бросить их слова. В его глазах оматикайа разглядела настоящее беспокойство. Он расставил руки и зашипел на сокланавцев. — Кири, что происходит? — шёпотом спросила Тук, — Он же тоже плохой… — Тише, Туктирей, всё хорошо, просто помолчи, — Кири заботливо взяла младшую за руку. На’ви тут же стушевались, поджали уши и стали отходить. Кто-то умудрялся тихо шипеть, но не более. Когда же они совсем скрылись из виду, Аонунг развернулся. — Всё хорошо? — Да, спасибо… Тук, — произнесла Кири. — Спасибо, — ответила девочка, выглядывая из-за сестры. — Вы куда-то шли? — неожиданно спросил меткаина. — Домой. Мы гуляли по берегу, — ответила старшая. — Может, вас проводить? — Если не трудно… Парень кивнул и направился вперед, а девочки двинулись за ним. Тук иногда поглядывала на сестру, но вопроса задать не решалась. «И чего это он? Даже Тук не по себе от его поведения…» — подумалось вдруг Кири. Спустя некоторое время Аонунг стал вести себя более открыто, чем раньше. Поскольку дети вожаков часто попадали в совместные передряги, то кому-то вечно приходилось кого-то спасать и беречь. Компания как-то решила отправиться за риф. Сын вождя был в качестве сопровождающего, но плыть дальше вовсе не хотел. Согласись все, кроме него. С ребятами оказалась и Туктирей. Старшие братья не знали, как быть, ведь её туда точно не стоит брать. — Давайте оставим её на Аонунга? Он в курсе здешней местности, и она будет в безопасности с ним, — неожиданно произнесла Кири, за что получила удивлённый взгляд Нетейама, — Что? У нас есть выбор? — Вообще, она говорит хорошую мысль, — ответил Ло’ак, — Мама и отец сейчас заняты, а одну её нельзя оставлять. Пусть будет с ним. Но если ты её кинешь… — Тише, брат, я не настолько придурок, чтобы обижать ребенка, — Аонунг поднял руки и замахал ими. — Смотри мне, — сказал Нетейам. Кири подплыла на илу к меткаину и пересадила сестру к парню. Малышка схватила её за руку и посмотрела умоляющими глазками на неё. — Всё хорошо, Тук. Мы скоро вернёмся. Ты можешь укусить его, если он будет злым, — произнесла Салли и потрепала младшую по голове, на что Аонунг просто вздохнул и обхватил ребенка одной рукой, чтобы та не упала или не сбежала. — Плыви уже, заботливая старшая сестра, — произнес он, и Кири одарила его непонятным взглядом, но всё же оставила сестру и уплыла к остальным. «Она действительно доверяет мне свою сестру? Чудо какое-то, не иначе…» Позже у ребят начались взаимодействия телом: они здоровались за руки, давали «пять» друг другу. Иногда Аонунг даже приобнимал Кири за плечи, как делал со своими друзьями. В стрессовых ситуациях она порой даже не замечала, как хватала меткаина за руку. Тогда его мысли сбивались окончательно, а рука крепче сжимала ее руку. Иногда даже случалось так, что ему и Нетейаму, как старшим детям, приходилось идти с кем-то на разборки. А Ло’ак просто шёл за компанию. Если старшего брата было невозможно уговорить остановиться, как и Ло’ака, то она пыталась остановить Аонунга. — Куда ты лезешь? Я тебя не пущу, потому что ты сразу с кулаками! Я пойду с братом сама! — Ага, это кто ещё кого не пустит, — закивал парень, — Ты останешься с Ротхо и Циреей, и это не обсуждается. Так решили даже твои братья. — Да плевать мне, что они решили. Вы все без мозгов и вам лишь бы подраться. Я тоже старшая, чёрт возьми. По-крайней мере, я старше Ло’ака. — Он парень, защитник, поэтому идёт с нами. Мы не можем подвергать тебя опасности, поэтому ты будешь тут! — нервы начинали сдавать от такой упёртости его подруги. — Я иду тоже! — Кири двинулась вперед, и братья уже было подбежали к ней, как Аонунг без труда поднял её себе на плечо и понёс к Ротхо и Цирее, — А ну, пусти меня, изверг! Я тебя сейчас покусаю! Пусти! А-а-а! — закричала Салли. Аонунг тут же поджал уши и громче сказал: — Потом покусаешь, не сейчас! И вовсе я не изверг, нечего наговаривать на меня, истеричка! И хватит орать! Ротхо, держи её и попробуй только отпустить, — парень спустил Кири и передал в руки другу, — Цирея, тебя тоже касается. А ты, Салли. Ты не представляешь, что с тобой будет, если я увижу тебя на горизонте, — сын вождя глянул ей в глаза и ушёл к парням. Кири недовольно выдохнула. — Вот так всегда! Как старший брат себя ведёт, ещё и указывает… — Поверь, он знает, что делает, — ответил Ротхо. — Он просто заботится о тебе, — произнесла Цирея и хихикнула. — Да-да, забота во всех её проявлениях, ага… Салли всегда бесило, что парни её слишком опекали, особенно Аонунг. Он никогда не пускал её на разборки, говоря, что ей там делать нечего. И каждый раз заканчивался именно так. И каждый раз парни возвращались побитыми, но победившими в конфликте. И в этот раз, стоило «героям дня» показаться на горизонте, Кири оживилась. Она видела их подпорченные лица, и Ротхо по привычке опустил её, потому что в такие моменты её было не сдержать. Она тут же бежала к ним. — Я же говорила, что опять побитые придёте! Нетейам, ну ты же с головой на плечах! Брат! — сестра взяла парня за руку, — Ло’ак, а ты что! — она подошла к младшему и провела рукой по по щеке с царапиной. — Кири, всё хорошо. Просто задали им трёпку, — ответил старший. — Будет вам от отца! — она обернулась и направилась к Аонунгу, — Вот и ещё один мой «герой»! Ну вы посмотрите… — парень остановился, потому что девушка начала трогать его за руки, — Защитник хренов. Ещё я и истеричка… — Да хватит меня рассматривать, — выдохнул он. — Не хватит! Вон губа разбита! — Салли взяла его лицо в свои руки и стерла кровь с подбородка, — Самый умный нашёлся тут. — Покусаешь потом, как и грозилась. А теперь пошли, нечего время терять, — Аонунг дотронулся до плеч подруги и под ее ворчание они направились к остальным. От Циреи, конечно, и ему, и Ло’аку досталось больше всего. Та тоже не поощряла их драк.

***

Дозорные племени неожиданно затрубили в рога. Все хорошо знали этот знак: случилось что-то неожиданное. Компания, услышав этот звук, направилась на берег деревни, где уже собрался народ. Ребята протиснулись чуть вперед у увидели в небе приближающийся вертолёт. — Небесные люди, — дрогнувшим голосом произнесла Кири. Её рука сразу же нашла ладонь Аонунга и сжала её. Парень сжал её в ответ, подойдя ближе. Вертолёт приземлился на песок. Кабина открылась, и из неё выскочил Норм. — Норм? Дружище, какими судьбами? — Джейк вышел вперед и пожал другу руку. — Джейк, я привёз кое кого. Он очень просился к вам, — мужчина отошел, и из кабины выскочил человек. — Паук! — вскрикнул Салли и тут же обнял парня. Нетейам и Ло’ак подорвались с места и побежали к отцу. За ними же выбежала Тук. — Паук! — Кири сорвалась и выбежала из толпы к семье, — Паук, боже! — девушка крепко обняла человеческого мальчика начав плакать. Вождь велел народу разойтись. На берегу остались лишь Аонунг, Цирея и Ротхо. Сын Тоновари видел, как его подруга была рада. Такого счастливого лица он не видел у неё никогда. В груди вдруг защемило, а уши поджались. Такая реакция не ушла от внимания сестры. Она потрогала его за плечо и шёпотом сказала: — Это их друг семьи. Он иногда жил с ними, потому что младенцев не замораживают. Ему пришлось остаться тут, а потом он просто не хотел улетать. У них с Кири особая связь, так сказал мне Ло’ак. — Я понял. Я пойду, — так же шёпотом ответил Аонунг и направился в сторону дома. Ротхо удивлённо глянул ему в след и посмотрел на девушку. — Что с ним? — Ревнует. — Кого? Нетейама или Ло’ака? — пустил он смешок. — Кири. — Что? — вот теперь парень реально удивился. — Что? Она ему нравится. Ты не замечал? Ротхо отрицательно помахал головой. Все три дня Кири не появлялась в компании. Тук коротко отвечала Аонунгу, что она показывает Пауку местность и помогает обустроиться. На душе парня было неспокойно: вечно хотелось увидеться с ней, поговорить. Но о чём речь, если она даже из дома не выходит. Вечером, когда ребята сидели на песке у костра, позади раздался голос: — Эй, всем привет! — это оказалась Кири. Она была вместе с человеком. Она подошла друзьям. Сразу же заметив взгляд Аонунга, Салли помахала ему рукой и улыбнулась. От меткаина не ушло то, что села она рядом с небесным человеком. А ещё он видел выражение лица этого парниши: недовольное и скорее агрессивное. — Если кто-то ещё не знаком, то это Паук. Он наш сводный брат и друг семьи. Паук, это Ротхо. А это Цирея и Аонунг — дети вождя Тоновари. — Привет. Скажи, а почему у тебя такое странное имя? Паук это же, вроде, что-то типа насекомых, пусть ими не являются, — спросил вдруг Ротхо. — Я сам выбрал это имя. Тебе не нравится? — парень с прищуром посмотрел на на’ви. — Да нет, мне без разницы. Просто захотелось спросить. Так прошёл примерно час за беседой. Аонунг видел, как Кири и этот самый мальчик держались за руки. Это не могло не заставить его погрузиться в себя. — …нунг! Аонунг! — кричала перепуганная Цирея. — А? Что? — меткаин вздрогнул и посмотрел на сестру. — С тобой всё хорошо, брат? Ты будто завис и не слышал, что я тебя зову… — У меня с утра болит голова. Должно быть, я перегрелся на солнце. Ты оставайся, а я домой пойду. Всем пока, — он поднялся с места и направился в сторону дома. С минуту все друзья молчали. Ротхо вдруг начал рассказывать какую-то историю из своей жизни, дабы переключить внимание ребят. Кири неожиданно встала и забрала свою руку у Паука. — Эй, ты куда? — спросил человек. — Я хочу догнать Аонунга. — Я с тобой, — тут же сказал он. — Нет, ты останешься тут. Это личный разговор, — девушка тут же сорвалась с места и побежала за ним. Будущий Оло’эктан отошёл уже на приличное расстояние, так что Кири пришлось кричать, чтобы он остановился. — Аонунг, стой! Он неожиданно обернулся и удивился. Кири летела к нему со всех ног. Не расчитав со скоростью, она влетела прямо в него, тем самым повалив на землю. — Ау! Куда ты так несешься? — спросил парень, потирающий свой ушибленный затылок. — Прости! — она тут же встала и помогла ему подняться. — Что-то случилось? — Аонунг, что не так? Ты чем-то расстроен? — Всё нормально, у меня правда болит голова. Неделя трудная. Девушка положила свою ладонь на его лоб. — Вроде не болеешь… — Кири, всё хорошо, не нужно так беспокоиться обо мне. Направь свою заботу на того, кому она нужна, — он аккуратно убрал её руку, дабы она не подумала, что ему противно. — Аонунг, ты думаешь, я не понимаю, что что-то не так? Ты можешь поделиться со мной своими переживаниями. — Нечего тебе бред всякий слушать. Я сам справлюсь. — Ну почему ты такой упёртый? Прогуляйся со мной, хотя бы! — Нет. Возвращайся к ребятам. — О, Эйва, за что мне это? — они совсем не заметили, как подошли к дому парня. Кири неожиданно стянула с его волос резинку. — Эй, отдай! — Аонунг потянулся за резинкой, но девушка отпрянула. Тогда он подошел к ней вплотную. На шум с улицы вышла мать парня. Увидев детей, ей было показалось, что они целуются, но вскоре она заметила, как её сын завязывает волосы, а дочка Торука Макто убегает. Стоило меткаину показаться на пороге дома, как Ронал тут же спросила: — Сын, что случилось? — она дотронулась до плеча юноши. — Всё нормально, — ответил он и ушёл в комнату. Девушка вернулась к друзьям на берег. Сев на своё место, она тут же спрятала голову и от неё послышался всхлип. — Кири, — Ло’ак тут же дотронулся до плеча сестры. Нетейам вскочил с места и подошёл ближе. Он отодвинул небесного человека, что сидел рядом, и опустился к ней. Он дотронулся до её дрожащей спины и погладил её. Тук подошла ближе и взяла старшую сестру за руку. Паук двинулся, чтобы пересесть ближе, но Нетейам выставил свою руку, не давая тому подойти. Этот жест будто значил, что сейчас Салли нужно побыть вместе, без него. Нетейам иногда так делал, потому что до конца не принимал парня за брата. — Ребят, мы думаем, что вас нужно оставить. Кири, не расстраивайся, всё будет хорошо, — Цирея погладила подругу по голове, а Ротхо помахал ей рукой, и они ушли домой.

***

Уже неделю сын Тоновари не появлялся в компании. Кири постоянно спрашивала Цирею о том, где он, но сестра отвечала, что он на рассвете уходит из дома и возвращается к вечеру, а состояние его точно такое же. И вот, она сидит у себя дома и плачет, спрятав голову в коленях. — Кири? Что случилось? — Паук действительно удивился, когда увидел плачущую подругу. Он тут же сел рядом. — Аонунг… Я беспокоюсь за него. Мы так и не поговорили. А теперь он пропадает днями где-то в океане, даже дома не бывает! Вдруг он чем-то болен, или у него серьёзные проблемы?! Даже Цирея ничего не знает! — Салли тут же взвыла и слезы начали течь с новой силой. — Послушай, не забивай этим голову, забей. Если он сестре даже не говорит, то что с него взять? Просто не зацикливайся. Может, он бесится из-за чего-то. Не расстраивайся, — человек положил свою руку ей на плечо, но она тут же её скинула. — Ты в своём уме, Паук? Как можно забить на друга, когда у него проблемы? Думай, что говоришь! — выкрикнула девушка, начав еще сильнее плакать. — Кири, послушай. Если он так с тобой обращается, то… Парень не успел договорить, потому что в комнату вошёл Нетейам. — Что у вас происходит? Я слышал крики, — старший брат подошёл ближе и увидел слёзы на глазах сестры, — Так, ты почему плачешь? Паук, выйди-ка на улицу. — Я хочу тоже поддержать Кири, я её брат! — В первую очередь её брат я. А ещё я старший. Выйди. Потом я переговорю с тобой, — голос его стал строже, поэтому человеческий мальчик вышел из дома, — Что такое, Кири? — Нетейам сел рядом и приобнял девушку за плечи. — Я беспокоюсь за Аонунга. Вдруг с ним что-то случилось? Он даже со мной говорить не хотел, а до этого всё было хорошо! Вдруг это я ему что-то сделала, обидела? — она шмыгнула и снова начала плакать. — Ох… А с Пауком почему ругались? — Я рассказала ему всё, а он сказал забить, и что толку от моих слёз не будет. А как я могу игнорировать его? Он мой друг, мы слишком близки… — Всё будет хорошо, поверь мне. Цирея сказала, что он всегда так справляется со своими проблемами, так что скоро ты его увидишь. — Я надеюсь на это… — Вот, меньше слёз, родная, — Нетейам заботливо поцеловал сестру в макушку, — Там за углом стоит Тук. Она переживает за тебя. Может, вам стоит погулять? — из-за угла показалась младшая. Её лицо было грустным, а глаза бегали из стороны в сторону. — Думаю, неплохая идея, — Салли улыбнулась и стёрла влагу с щёк, — Тук, пошли? Малышка тут же выбежала и обняла сестру. Когда они вышли из дома, Нетейам позвал Паука на разговор. — Что ты хотел мне сказать? — Паук, давай по-мужски поговорим. Ты ведь влюблён в мою сестру. Я это вижу. Да, за любовь нужно бороться, иногда это так. Но не здесь. — О чём ты вообще? — Кири любит тебя, но как брата. Те три дня она была с тобой, и Аонунг не находил себе места, потому что ревновал. Он влюблён в неё. И пошла Кири за ним, потому что беспокоится за него. Она влюблена в него. И плачет она, потому что боится за него. Ты не имел права советовать ей забить на него. — Я… — Нет, послушай меня. Ты видел, что она в таком состоянии и всё равно сказал это. Я понимаю, что это удобный случай показать ей, что ты как спаситель и чтобы расположить ее к себе это тоже удобный момент, но не смей, — последние слова брат сказал с особой жестокостью. — Ты чего, Нетейам? — Если ты продолжишь лезть в их отношения, то я лично займусь тобой или попрошу отца. У них есть чувства, и ты не имеешь права их рушить. Я всё сказал. — Я тебя услышал… — Главное, чтобы ты меня понял.

***

Через два дня ребята выбрались на прогулку. Они сидели на берегу океана, а Ротхо рассказывал о местной природе и красивых местах своего дома, где семье Салли стоит побывать. Неожиданно, Тук стала вести себя странно: она начала ёрзать, смотреть куда-то вдаль, а потом и вовсе крикнула: — Аонунг! Сюда идёт Аонунг! Вся компания моментально поднялась на ноги и принялась смотреть вперёд. На горизонте и правда показался меткаина. Кири выронила из своих рук ракушку и сорвалась с места. — Кири! — крикнул Паук, но она даже не обернулась. Девушка бежала очень быстро. Сердце так еще никогда не билось. На глаза навернулись слёзы. Вот он. Живой и здоровый. Идёт не спеша. — Аонунг! — крикнула Салли. Будущий Оло’эктан, до этого смотревший по сторонам, повернул голову и подумал, что ему кажется. Но он действительно видел Кири, которая неслась прямо на него. Он раскрыл свои руки, и через несколько секунд в него со всей силы влетела лесная на’ви. Она тут же переместила свои руки на его шею и встала на носочки, прижимаясь ближе. — Аонунг… О, Эйва, с тобой всё хорошо… — Кири… — Ты чёртов дурак! Тебя не было больше недели, никто не знал, что с тобой, и сейчас ты просто появляешься тут! Ты вообще знаешь, как я переживала?! Я надумала всё, что только можно и выплакала все слёзы! — Прошу, прости меня. Это было необходимо. Я не хотел нагружать тебя своими проблемами. Я безумно скучал по тебе… — он крепко обнимал свою подругу. Меткаина зарылся в её волосы носом и закрыл глаза. — Идиот. Ты настоящий идиот. Попробуй только еще раз вытворить такое — я тебе хвост оторву. — Ты меня еще покусать обещала, помнишь? — Помню… — Теперь мы можем поговорить, но я хочу уйти подальше. Не против? — Нет, пошли. Аонунг отвёл девушку в конец поселения, где народа почти не было. Он присел на песок и похлопал рядом, чтобы Кири опустилась. Когда она приселе, то сказала: — Просто будь со мной честным. Не важно, что у тебя случилось: я готова выслушать. — Когда привезли Паука, то я расстроился. Я решил, что тебе не стоит мешать, потому что ты была так рада. А когда, через три дня, я увидел, как вы держитесь за руки, то приревновал. Цирея сказала, что у вас особая связь, поэтому, я подумал, что вы влюблены. Всю неделю я просто бездумно плавал по океану, собирая мысли в кучу. Тогда я и решился прийти обратно. Я думал, ты в обиде на меня… — Всё это время я правда беспокоилась о тебе. Даже Цирея не знала, что с тобой. Я из-за этого поругалась с Пауком. Да что там: я спать нормально не могла… Я была неправа, оставив вас на три дня. — Это твой брат, и ты поступила правильно. А вот я повёл себя ужасно глупо. Ему нужна была поддержка, и ты давала ему её, а я был эгоистом… — Он влюблен в меня. И ты ему не нравился. Ты был как соперник, поэтому он так «злоупотреблял» моей заботой… Кажется, мы с тобой оба дураки, — Кири пустила смешок. — И правда… Кири, я хотел сказать, что влюблён в тебя. Вся та опека, забота — это попытки наладить общение. Мне жаль, что я когда-то смеялся над тобой. Если ты можешь, то прости меня. — Я не в обиде, поверь. Ты мне тоже очень нравишься, Аонунг… — девушка чуть придвинулась положила свою руку на руку парня. — Знаешь, впервые за некоторое время, я действительно счастлив, — на лице появилась улыбка, и он обнял Салли. — Да, я тоже счастлива…