Жаркое пробуждение

Майлз всегда спал чутко. Особенности профессии обязывали, ведь никогда не знаешь, придётся ли тебе просыпаться из-за срочного вызова на работу или же чего-то подобного. Да и кошмары на руку не играли. Определённо их стало меньше после того, как главный прокурор съехался со своим партнёром. Его тепло было не только согревающим, но и в каком-то смысле спасало от ужасных мыслей и видений прошлого. Ведь каждый раз, когда сновидения становились беспокойными, через тонкую границу царства Морфея и реальности буквально ощущали бережные прикосновения к волосам или же лёгкие поцелуи обкусаных губ адвоката. Но сегодня всё было немного иначе, чем всегда. У Эджворта со вчерашнего дня начался отпуск, и этим утром ему впервые за долгое время хотелось провести время в кровати подольше. Тепло под боком успокаивало, как и сопение на ухо, поэтому прокурор во сне слегка улыбался, обнимая чужую руку и отпускать её не собираясь. По крайней мере до того момента, пока она сама не исчезла. Мужчина слегка нахмурился. Подобное ему не слишком понравилось, поэтому Райт слышал в свой адрес сонное и недовольное ворчание причиной которому являлся он сам. Но и оно продлилось не так уж и долго. Лёгкий поцелуй чувствуется уж очень явно. Он стирает всё недовольство одним своим существованием и пусть на данный момент всё ещё спали, ответить всё же попытались, слегка шевеля губами. И, кажется, подобное придаёт смелости его партнёру. Ведь поцелуй не разорвали так скоро. Напротив, продолжили, слегка углубили и провели кончиком языка по нижней губе, не проникая глубже только из-за того, что чужие зубы пока были сжаты. Но этот факт не помешал нависнуть сверху, провести по светлым волосами и… Попасть в ловушку. Майлз открывает свои глаза, когда чувствует бережные касания и тут же смыкает свои объятия на чужой талии. Это приводит к падению Феникса, но ничего. Подобная сущая мелочь по сравнению с приятным пробуждением. —Мистер Райт, сегодня с самого утра вы задумали что-то грандиозное? —Голос мужчины звучит всё ещё сонно и чуть лениво. Он слегка улыбается, помогая занять партнёру более удобную позу и оглаживая ладонью его спину. —Или же сегодня у вас на меня какие-то особенные планы? Подобные вопросы вызывают тихий смех в ответ. Определённо этот адвокат что-то задумал. Это видно по блеску его разноцветных глаз и уж очень довольной улыбке. Осталось разузнать что именно. —Мистер главный прокурор даже в первый день отпуска видит вокруг какие-то заговоры. Эджворт, быть может тебе просто стоит расслабиться? —Сейчас Феникс святая невинность. И его словно не волнует, что своими пальцами он до сих пор треплет чужую причёску и что по факту сейчас он лежит сверху уже не на кровати, а на вышеуказанном человеке. —Тц, а ты хочешь в этом помочь? —Вопрос на вопрос не такая плохая тактика. Тем более в момент, когда сонливость уступает слегка игровому настроению. Да и ответ дальнейший не требовался, ведь вместо него получают новый поцелуй. Более откровенный и теперь зубы совершенно не мешают в том, чтобы его углубить. Но за всё есть своя плата и за укус кончика чужого языка, адвокату приходится ощутить ладони на своих бёдрах, которые оказываются сжаты. Подобное вызывает яркий румянец на щеках. Хотя с другой стороны, разве есть что-то сейчас, что может помешать их шалости? Феникс тихо стонет в поцелуй, сжимая чужие волосы сильнее, притягивая к себе ближе и прижимаясь теснее. Он чувствует как чужие пальцы то слегка сжимают, то разжимают, а после скользят немного выше к пояснице, подлезая под верхнюю часть пижамы и касаясь открытой кожи. Майлз знает все слабые и сильные стороны своего партнёра. Он знает где погладить, где слегка надавить и как себя вести с ним в тот или иной момент. Пусть этот прокурор и был немногословен, прикосновениями свою любовь он выражал достаточно умело. —Мне кажется, ещё немного и помощь в осуществлении всего мне точно понадобится. —Поцелуй разорван, а Райт слегка обводит и так влажные губы, сглатывая слюну. Ему становится действительно жарко, но видя румянец на чужой коже, он понимает, что сейчас всё действительно взаимно. —Мистер прокурор ведь не будет против оказать её мне? Фраза, которая сказана прямиком на ухо и сейчас она кажется такой интимной в своей простоте. Эджворт лишь кивает в ответ и тихо стонет в момент, когда зубы партнёра слегка сжимают мочку его уха. Что же, Ник явно знал возлюбленного ничуть не хуже. И знал как сделать ему приятно даже несмотря на то, что по факту они вдвоём только-только проснулись. Майлзу приходится слегка отстранить партнёра чтобы расправиться хотя бы с частью его пижамного наряда. Прохладные ладони скользят от живота наверх к груди мягко касаются рельефа плеч и идут снова ниже. И в этот момент во взгляде чувствуется искренняя нежность и восхищение. Но и прокурора не оставят без внимания. Короткие, нежные поцелуи касаются его открытой шеи, пока пальцы расправляются с надоедливыми пуговицами на рубашке для сна. В такой момент можно поблагодарить прокурора, что у него нет ночного жабо. Иначе им же и связали тому руки. Или же в итоге оказались связанными сами, что тоже вероятно. —Райт, осторожнее с зубами. Всё же завтра мы улетаем на море, и мне не хотелось бы чтобы на пляже я ходил в закрытой одежде. —Любовь к укусам адвоката знали, а тот лишь тихо хмыкнул на эту фразу, соглашаясь с просьбой. И всё же кусая, но делая это осторожно, чтобы синяков не было в конечном итоге. Однако этого хватает, чтобы добиться чужого стона. Пусть и тихого. Жар и лёгкое напряжение между партнёрами нарастает, пусть и оно было обусловлено возбуждением, которое они испытывали благодаря ласкам друг друга. Обмениваясь прикосновениями, поцелуями и лёгкими укусами друг с другом они чувствовали себя с какой-то стороны единым целым и подобное ощущение не хотелось разрывать. В какой-то момент одеяло оказывается лежать на полу, а вместе с этим и туда же отправляется последняя часть одежды двух юристов. Они смотрят друг на друга с вожделением и искренней любовью, спрятанной за лёгкой пеленой страсти. Смазка и прочее всегда лежит в ящике тумбочки. Эти двое не прятали свои желания друг перед другом, пусть и иногда из-за усталости не могли часто пробовать что-то новое. Но сейчас они оба отдохнули, а это значит, что часть утра можно посвятить чему-то весьма приятному. Майлз позволяет взять над собой вверх. Напоследок целуя своего партнёра и ложась на живот. Пальцы, покрытые холодной смазкой заставляют дрогнуть, а проникновение одного из них слегка сморщить нос. Но следы губ на его бёдрах помогают расслабиться и постепенно привыкнуть к тому что происходит. Это был их не первый раз, но каждый раз ощущался как первый. Чтобы отвлечь своего партнёра, Райт накрывает свободной ладонью головку его члена, слегка сжав пальцы и медленно скользя вниз. Возбуждение Эджворта было прекрасно сейчас видно, да и у его партнёра оно было не меньше. Но осторожность стоило соблюдать в любом случае. Постепенно к первому пальцу прибавился второй, дальше и третий и двигать ими со временем было всё легче и легче. Сдавленные стоны партнёра вызывали мелкую дрожь по коже и заставляли кусать губы. Как же Майлз был прекрасен в своём откровении. —Я постараюсь осторожнее, Майлз. —Пальцы извлечены, а это значит что можно приступить к главному. Но всё же сначала хочется подарить поцелуй в область виска партнёра, поглаживая того по бёдрам. Тот слегка ерзает, поворачивая голову на бок и целуя чужую щеку, подарив короткую улыбку. И всё же они действительно счастливы я-то есть друг у друга. —Снова много говоришь, Райт. —Тихий смешок сменяется томным стоном. Внутрь входят медленно, растягивая горячее от желания нутро своим членом, а чужой охватывая вновь ладонью. Двигаться не спеша, позволяя привыкнуть и получить немного удовольствия до того, как его ощутит сам адвокат. Сначала Райт медленно выходит, заставляя вновь издать стон партнёра и простонав тому в ответ. А после вновь резко вталкиваются, чувствуя дрожь по спине. Хорошо — слишком, он скулит даже, кусая свои губы, пока его тело ведет. С утра это так чувственно, что Майлз не может держать себя в руках. Его тело ведёт под движениями партнёра, а внизу живота невыносимо жарко. Сейчас нет в строго темпа, ни быстрых толчков. Лишь размеренность и ласка вместе с которой стук сердец партнёров сливается в единый ритм. Словно это и не близость вовсе, а какой-то особенный ритуал, который они исполняют вместе. Влажный звук, что заставляет смущаться, но не лишь смущение ими владеет, а руки друг друга которые дарили прикосновениями и настоящий жар. Эджворт поворачивает голову, словно желает что-то сказать. Но не может. Ведь и естественное состояние организма по утрам никто не отменял. Влажно, липко, и невыносимое наслаждение судорогой схватывает его тело, мешая мыслить. Чужой член внутри словно увеличивается, набухает, заполняя полностью пустоту. Совсем немного времени остается до того, как излиться, горячо, греховно, пачкая его чрезмерно. И это чувствуют. Эджворт тихо вскрикивает в этот момент. Ему стоит едва ощутить в себе обжигающее тепло чужого семени, он сам чувствует, что вот-вот и взорвется. И чуть более резкие движения ладони партнёра ему помогают достигнуть финала. Прокурор выгибается, чувствуя собственную влагу, жмурится и дышит тяжело. По всему телу словно проходят разряды молнии, а после остаётся лишь блаженство, выходить из которого совсем не хочется. Майлз лишь тихо всхлипывает когда, чувствует внутри пустоту. Его переворачивают и бережно прижимают к себе, поглаживая по груди и осыпая короткими поцелуями лицо. Сейчас им нужно совсем немного отдохнуть, а после можно подумать и о другом. —Надеюсь, помощь в расслаблении засчитана, мистер прокурор. —Тихий, до безумия нежный голос заставляет усмехнуться в ответ. Эджворт целует чужую. Щеку, слегка приподнявшись, чтобы посмотреть в чужие глаза. —Я думаю, это можно считать успехом, мистер Райт. Но всё же твоя привычка много говорить несколько всё портит. —Конечно это шутка. И она вызывает тихий смех в ответ. Объятия становятся чуть крепче и в них и проводят ещё пару минут, чтобы после наконец-то подняться. Это утро действительно до безумия жаркое и приятное. Останется лишь завершить его хорошим завтраком и сменой постельного белья. Но об этом подумают уже после общего душа. И, быть может, именно там договорятся и на второй раунд.