Hold your breath

Атмосфера – В. Цой «Муравейник» «Здравствуйте, Вы позвонили в квартиру Никонова Максима. К сожалению, меня сейчас нет дома, оставьте свое сообщение после сигнала…». Домашний автоответчик срабатывает чаще всего для родственников. А сейчас звонил начальник, надорвав перед этим мой мобильный. Я же просто не мог проснуться! Сегодня суббота, какие, блядь, дела… Я подскочил. Какие, какие… Высплюсь потом. На том свете, скорее всего. Глядя мутным взглядом на два десятка пропущенных, я сразу же набрал Санычу. - Наконец-то, - ответила трубка, - я думал, ты помер. - Это было похоже на кому. Ладно, что опять? - Собирай бригаду, и дуйте на улицу Свободы – у них там прорыв. - Мы же только вчера все там сделали. - Вот у них и спросишь, какого хера они в своем же говне потонули. - Понял, выезжаю. Бег трусцой в одних трусцах из спальни в ванную и обратно, думая, бриться или нет, покидал в сумку охапками нужные бумаги, спохватился, что начал с того, чем надо было кончать сборы, вздохнул и взял телефон. - Ваня, мужиков собирай и в кафе на Свободы, их там прорвало. Что? Сан Саныч не объяснил, сами разберем. Конечно, буду. Документы – не твоя забота. Я сам Леше позвоню. Без меня ничего не трогайте! Все, до встречи. - Але, Ершов! На Свободы копия проекта есть? А где есть? У меня? Да привет, привет, извини. Ну а что я могу, у нас ненормированный день. Давай потом, потому что когда проблемы и завал я отдыхать не в состоянии. Во, теперь в душ. Окончательно придя в себя, я кинул упакованную сумку к выходу. Как же мне надоело скакать по полуотремонтированной квартире! Дав пиздюлей ламинату и краске, я поплелся одеваться. Джинсы, как говорят в народе, «с мотней», рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и на выпуск, спущенный галстук, пиджак «полуклассического» кроя плюс кеды. Низ спортивный, верх парадно-выходной. Руководители так не ходят, но, скажу я вам, это удачный комплект, так как мне приходится шариться по стройкам, а костюмы и туфли я в принципе ненавижу, да и не для моей работы такое одеяние. А если еще Ершову вдруг приспичит завалиться в какое-нибудь кафе – то лучше наряда тоже не придумаешь. Ну не возить же с собой сменку. Через десять минут стены дома сменились все еще пахнущим новизной салоном моей машины, я ехал по ставшему привычным маршруту, в кафе «Casual», где протекли туалеты, и пытался дозвониться до мамы, от которой утром я тоже нахватал звонков. - Мам, ну какой еще ужин? Какой, нахрен, ужин?! Я не ругаюсь, я спрашиваю! Очередные посиделки с твоей какой-то там знакомой знакомой и дочкой этой знакомой знакомой, которая мне почему-то очень подходит? Я знаю, сколько мне лет. Да, мне целых тридцать один и что? Это не значит, что надо постоянно водить домой каких-то девок и заманивать туда меня! Ну… Блин… Не кричи… Хорошо… Ну, хорошо, приеду. Во сколько? В семь тридцать. Не опоздаю. Да. Пока. О, Господи… Вот у кого-то выходной сегодня, а у меня этот день ничем не отличается от, скажем, прошлого вторника. Разве что пробок меньше. А так все по сценарию: работа, Ершов, магазин, киоск, квартира родителей и отбивания после подвезения домой от очередной кукляшки или целой кукленции. - Это уже третьи за неделю, хочешь разорить меня на цветах, тортах и бензине? – шепотом спросил я маму, натянуто улыбаясь гостям в комнату. - Ты сначала посмотри, а потом говорить будешь, - мамин ответ на все времена. Вошел, увидел и хочу уйти. Какой смысл в этих приходящих и уходящих гостях, не понравился человек сразу, чего в нем выискивать? А тут так вообще вслепую свиданки. Ну не вижу я разницы между женщинами! Мне неинтересно с ними общаться, как-то там ухаживать. Все, что мне интересно, это слова Саныча: «Объект сдан в эксплуатацию», «Мы подписали проект на сто пятьдесят два миллиона, возьми у Ершова и займись, аванс получен, деньги за предыдущий месяц начислены». Все! У меня есть реальное дело, за которое я реально что-то получу, мало того, оно мне нравится, и я хочу, черт возьми, этим заниматься! А тут что? Что тут может быть такого, ради чего я должен все бросить и пытаться поддерживать ничего не значащий разговор? Встречаются, конечно, женщины умные, но с ними тоже что-то не так. Я пока не понял. Но зато понял другое. Сегодня, сейчас меня довели до точки кипения. Мама, эта сваха, фраза за фразой навязывающая мне ненужное общество Танечки (как она мне представила очередную исполнительницу роли моей будущей жены), маман этой Танечки (имя не запомнил, да и больно надо). Папа, поддакивающий моей маме и отпускающий какие-то странные шутки типа детсадовских «Тили-тили-тесто». Танечка, постоянно смущенная, но жрет и жрет… С этим надо что-то делать. - Ма, а на завтра кто у нас запланирован? Чувствовать на себе удивленные взгляды четырех пар глаз мне не привыкать. - Просто каждый день мне ну очень неудобно ездить, давайте уже всех разом посмотрим? Сколько там осталось девиц на выданье? - Максим, что ты такое говоришь? – покраснела мама. - Что Я говорю? А ты разве не предупредила Танечку с мамой о цели нашего скромного застолья? У нас же тут смотрины. Далее последовали попытки прогладить сморщенную атмосферу, по-хорошему закрыв мне рот. Но желающих возразить мне резко и прямо не нашлось, может, растерялись при посторонних. Сказать, что я не знал, кому сейчас будет больше неудобно – моим родителям или Танечке с маман – соврать. Мне было надо, чтобы эти люди поскорей ушли, именно для этого я и начал прямо при этих за столом, чтобы до моих дорогих предков хоть на этот раз дошло, что хватит. Потому что простыми и спокойными объяснениями в кругу семьи я уже сыт по самое горло. Долго ждать не пришлось, со словами «Нам лучше уйти», мои несостоявшиеся жена и теща катапультировались. - Не, ну я понимаю, - не знаю, в какой раз оправдывался я, - если б я был алкоголик, шлялся по бабам и работал сантехником в дрянном комбинезоне, но я-то: у меня хорошая должность, я купил машину, квартиру в отличном районе, хоть и с вашей помощью. И то – до последнего хотел отдать ее вам. Что, вот что еще надо? Что вы на меня так насели? Неужели без жены и детей я такой плохой сын? Не хочу я жениться, дайте мне закончить начатое, дайте мне открыть свое и будут вам ваши внуки! Послушав с полчаса примерно тираду о вежливости и родительской заботе, а еще об уменьшении количества активных сперматозоидов с годами, я также спешно ретировался, поняв, что донести до них эту, казалось бы, простую истину, сложнее, чем мне забеременеть.