Evil...

Асуми сидела в своей хижине, рассматривая деревню и проходящих мимо Нави, занятых своей привычной дневной рутиной. Кто-то таскал воду, кто-то еду, а кто-то просто мирно плавал в воде, в основном это были детки. Нетейам уверенно подошел ближе к хижине, и, оглядевшись вокруг, присел рядом со входом. Казалось, что Асуми не замечала его. Нетейам : Привет! Девушка лишь промолчала, не обратив никакого внимания на юношу. Нетейам : Ты, кажется, Асуми? Я Нетейам, рад тебя видеть! Асуми медленно повернула свою голову в сторону юноши, ее ярко-голубые глаза сверкнули от лучей солнца, которые заполняли пространство вокруг нее. Асуми : Что тебе нужно? Нетейам лишь усмехнулся, конечно, он не ждал такой реакции от столь привлекательной на первый взгляд особы. Нетейам : А ты не очень приветлива, в отличие от своих брата и сестры. Даже они, хоть и не были рады изначально, приняли теплее новчиков. Асуми : Ты из лесного племени, что ты тут вообще делаешь? Нетейам : Мой отец просил утуру у твоего племени, как видишь, нас приняли. Надолго ты тут? Может, поплаваем вместе? Асуми увела свой взгляд и снова уставилась вдаль. Асуми : Я не плаваю с незнакомцами. Нетейам одобрительно кивнул, улыбнулся и поднялся. Нетейам : Ну, если вдруг надумаешь, то подходи ко мне в любой момент. Парень еще поглядел некоторое время, затем с легкой улыбкой отдалился от хижины. Асуми все еще сидела неподвижно. Она любила бывать дома, хоть и домом было сложно назвать то место, где тебе не особо-то и рады. В день, когда Асуми родилась, гремел страшный гром и лил ливень. Для членов лана Метаина сразу было понятно, Цахик даст жизнь необычному, особенному ребенку. В детстве девочка не проявляла никаких странностей, она была вполне обычным ребенком, радовавшийся жизни, игравший с братом и сестрой. Однако с взрослением девочка все больше стала погружаться в свои виденья, слышать голос Эйвы, Великой матери. Она могла с точностью сказать, кому суждено умереть, кого ждет горе, кто потеряет своего духовного брата или сестру. Ее предсказанья все больше и больше пугали народ, друзья стали отворачиваться от нее, а ее родители становились все печальнее при появление очередного Нави, к которому приходила девочка со своими бреднями. И ведь пугали даже не бредни, а то, насколько они оказывались правдивыми. Предсказания стали сбываться с малейшей точностью, от того суеверный народ вдруг воспринял это не как пророчества, а как проклятья. Никогда прежде в мирном рифовом племени не изгоняли членов клана, тем-более дочерей и сыновей вождя, но страх и постоянные жалобы заставили родителей переселить их чадо на отдаленный островок, в котором Асуми возвела себе уединенную хижинку, наполненную покоем и одиночеством. Из радостного ребенка за долгие годы эта девушка превратилась в загнанный комочек, который хоть и очень любил своих родителей и скучал по ним, все же очень боялся даже просто прибывать домой. Вечерело. Тоновари и Ронал ожидали свою прибывшую дочь. Девушка медленно подошла к отцу, ее взгляд был устремлен вниз, но затем ее глаза все также неторопливо оглядели сначала мать, затем и великого вождя. Тоновари : Асуми, дочь, я рад видеть тебя в целости и сохранности. Отец обнял свое чадо, девушка закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Девушка нехотя отстранилась, а затем села перед отцом. Отец и мать последовали примеру. Ронал : Асуми, ты что-то видела снова? Асуми : Мама, папа, прошу, послушайте меня, народ Меткаина в опасности. Вы рискуете потерять наше племя. Тоновари : О чем ты? Что такого страшного может произойти? Асуми : Наши братья и сестра, тулкуны, на них ведут настоящую охоту. Небесные люди преследуют, убивают, ничтожно уничтожают, но они дойдут и до вас, тогда не миновать беды. Им нужны не вы, а чужак среди вас, но, пока охота будет вестись на него, умрут другие. Тоновари лишь промолчал. Ронал пыталась долго осмыслить информацию, данную дочерью, а затем резко подскочила, слегка придерживая свой немаленький живот. Ронал : Я же говорила тебе, им не место здесь! Они ведут за собой войну! Тоновари поднялся вслед за супругой, подошел к ней и приобнял супругу, пытаясь успокоить ее. Тоновари : Ронал, ты знаешь, мы мирное племя, мы не отказываем в убежище тех, кто пришел с просьбой. И если и грядет война, мы встретим ее с гордыми лицами. Цахик оттолкнула супруга. Ронал : Ты что, смеешься надо мной?! Ты хочешь гибели нашему племени, хочешь слез?! Ронал даже не стала дожидаться ответа Тоновари, ей нужно было побыть одной, она как никто знала, Асуми не ошибается, а значит войне быть. Отец лишь с грустью взглянул на дочь, которая уже была не рада своему прибытию, она понимала, что принесла очередные плохие новости, которым были так не рады, а значит, не рады и ей самой. Асуми почувствовала на своем плече руку отца, от чего вздрогнула. Тоновари : Я бы хотел, чтобы ты осталась с нами на некоторое время, возможно, тебе стоит подружиться с детьми Джейка Салли, Олоэйктан племени Оматикайя сейчас у нас. Асуми лишь глубоко посмотрела в глаза отца и, встав, удалилась восвояси.