Сегодня я его главная вокалистка

Что б ещё раз я строила совместные планы с Настей! Она, словно сучка, по первому зову хозяина побежала к своему хахалю, оставив меня одну. Как обычно отправила мне сообщение «Прости, зай, я не смогу…». Да что за бред?! Но билет на концерт уже куплен и теперь я буду веселиться в одиночестве. Хочется выпить, чтобы хоть как-то поднять себе подпорченное настроение. Очередь к бару неимоверная. Два щупленьких парнишки носились туда сюда, пытаясь успевать принимать заказы и делать коктейли. Наконец, добравшись до барной стойки я облокотилась на неё одним локтем. Рассматривая названия напитков, я краем глаза заметила слева от себя парня. Он показался довольно симпатичным, хотя из-за его каштановых волос, прикрывающих почти половину лица, трудно сказать. Кажется, он тоже пришёл один и теперь ждал, когда у него примут заказ. Пожалуй, лучше найти себе компанию пока не начался концерт, всегда веселее хотя бы вдвоём толкаться в толпе, танцуя под любимые треки. Я повернулась к нему: — Как дела? Он будто вовсе не удивлённо поднял на меня свои медовые глаза. Парень и вправду красивый: аккуратные черты лица и пухлые губы. — Хорошо, вот решил пока не большая очередь взять себе чего-нибудь. — Не большая очередь? — я удивлено округлила глаза — Видимо ты прогадал. — О, поверь, потом будет больше. Что будешь брать? — Секс на пляже, — я опустила глаза на барный лист, указывая длинным пальчиком с аккуратным маникюром на выбранный коктейль, — А ты? — Лонг-Айленд, — возможно, заметив интерес в моих глазах, он продолжил, — Это смесь Джина, ликёра и рома, разбавленные кока-колой. — Ого, не слишком крепко? — Мне нравится, — он развёл руками и пожал плечами. Пока он говорил, к нам подошёл наконец освободившийся бармен. Я сделала заказ и уже через пару минут стояла с пластиковым стаканом в руках. Красно-оранжевая жидкость растеклась между кубиков льда, красиво переливаясь в огнях цветомузыки. В след за мной вышел парень, он немного выше меня, в чёрной футболке с какой то надписью и серых штанах с множеством карманов. Подойдя, он коснулся моего плеча, притягивая немного ближе, чтобы перекричать шум толпы. — Ты здесь одна? — Да, должна была быть с подругой, но меня кинули. Он заливисто рассмеялся, так, что щёчки стали напоминать два молодых яблочка, а под глазами появились морщинки. — Я тоже один, — а сейчас он слегка наклонил голову в сторону, напомнил мне щенка, — Ну, или уже нет? Я рассматриваю его лицо и улыбаюсь в ответ, такой пуська! Когда вот так улыбается, кажется таким беззащитным, ведомым. Хочется и дальше смотреть в эти глаза, наполненные застенчивой теплотой. Какая-то энергичная песня закончилась последней протяжной нотой и свет в зале потух. Прожекторы направились на сцену, у барабанной установки сидел парень с длинными чёрными волосами. Он поднял руки вверх и в момент начал свою зажигательную партию. Под рев толпы на сцену выбежали ещё два участника группы, размахивая электрогитарами они быстро двигали медиаторами по струнам. Я схватила своего нового спутника за руку и потащила сквозь людей — ближе к сцене. Он взял мою ладонь в ответ, сплетая наши пальцы. Как только начался припев я начала кричать подпевая, прыгала и поднимала свободную руку показывая козу. И парень со мной вёл себя так же — он веселился, пел, надрывая голос, танцевал и смеялся между песнями. Нас переполняли эмоции. Мы смотрели друг другу в глаза, пели будто говоря между собой и кайфовали от происходящего. Воздуха не хватало. То ли в зале было душно от количества людей, то ли танцы и пение сбили дыхание, то ли эмоции не позволяли дышать спокойно. Хотя, думаю всё вместе. Мы выбрались снова к бару. Очередь, как и предсказывал мой новый знакомый, была неимоверная. Я захотела чего-то покрепче. — Рискну! — сказала я, посмотрела на парня, а в его глазах промелькнуло удивление и снова радость. Может между этими двумя эмоциями было что-то ещё? — Я буду Лонг-Айленд, как и ты. — Два Лонг-Айленда, пожалуйста, — он повернулся, протянул Бармену свою карту, а на лице появилась ухмылка. Интересно, о чем он подумал? Что заставило его кривить рот в довольной улыбке? Глядя на его чистое, светлое лицо, хочется увидеть что-то грязное в его глазах. Хочу соблазнить его. Хочу почувствовать его ближе, увидеть как зрачки темнеют, как губы раскрываются для стона, как грудь вздымается всё чаще от возбуждения. Он протянул мне коктейль и как раньше, безобидно, поправил волосы. Я перехватила стаканчик и подушечками коснулась его руки. Лёгкий флирт на грани случайности, обыденности. Просто попробовать, дать себе возможность привыкнуть к новой роли. Я обхватила губами трубочку и глядя в его глаза сделала несколько смелых глотков. Пожалуй слишком смелых — смесь крепкого алкоголя обожгла горло. Парень усмехнулся. Неужели человек с этим добрым смехом пьёт такой крепкий алкоголь?! Это как минимум его второй коктейль, сомневаюсь что он трезв как стеклышко. Мне это даже на руку, нужно только самой выпить для смелости. Началась какая-то медленная мелодия, вокалист группы объявил в микрофон: — Белый танец, девочки приглашают мальчиков, а мальчики не отказывают, — он задорно осмотрел зал и тряхнул кудрявой, блондинистой шевелюрой. Я повернула голову к парню и встретилась с ним глазами. Замерла, приглашая его потанцевать своей самой милой улыбкой. Хочу его умилить, чтобы он рассматривал блёстки на моих щеках и думал, что они похожи на разноцветные веснушки, чтобы вглядывался в мои глаза не понятного цвета и медленно начинал тонуть в них. Он встал ко мне лицом и улыбнулся сощурив немного глазки. Я подняла ладони и медленно, не отрывая взгляда от его лица, спрашивая разрешения, сцепила их в замок вокруг шеи и крепко держа коктейль у него за головой. Его пальцы свободной руки плавно прошлись по моей талии и за поясницу, слегка прижали меня к его телу. Он вообще знает что делает?! Почему он смотрит так невинно, но руки его заигрывают со мной?! Его тёплые, большие руки пускают волны возбуждения по моей спине, скользят сквозь тонкую ткань чёрного топа и чуть не доходят до полоски голой кожи между джинсами и верхней частью образа. Не могу выдержать его взгляда. Кажется, даже крики людей со всех сторон стали на долю тише. Поворачиваю голову в сторону сцены, чтобы хоть немного скинуть это напряжение. Я почти чувствую его взгляд на себе. Как он смотрит уже не на мои глаза, а ниже — на пухлые губы, цвета красной вишни, на длинную шею и вычерченные ключицы, блестящие из-за глиттера. Он смотрит в декольте, где с верху слегка виднеются округлые очертания моих грудей. Хорошо, если решил играть так, я тоже буду. Я повернула голову обратно и посмотрела на него. Совсем немного задрала подбородок, чтобы видеть его реакцию на свои действия. Руки на его шеи расцепились, левая держала в руках стакан, правая коснулась чувствительной кожи затылка, зарылась пальцами в короткие волосы и стала медленно, в такт музыки, гладить эрогенную зону. Он поднял глаза на меня, смотрел исподлобья. Что-то было такое сексуальное в этом выражении, кажется у меня даже дрогнули колени, в попытке расслабиться и растаять в его руки. Песня закончилась. Я выпустила его из своих объятий и отпила коктейля, нужно напиться. На трезвую голову я слишком чувствительна. Снова началась энергичная музыка для типичных танцев на подобных концертах. Теперь мы просто весело проводим время: танцуем, прыгаем и поём, нет, скорее кричим слова песен. Записываем видео и фоткаемся, такие счастливые, разгоряченные танцами и уже ударившим в голову алкоголем. Играет последняя песня, и группа покидает сцену. Время пролетело так незаметно… Я уже слегка пьяная тороплюсь за своей курткой, проскальзывая между людьми. Парень пытается успеть и ловит меня уже на улице. Я натягиваю на себя пуховик и отхожу в сторону, подальше от толпы. На улице уже темно и морозно, люди вываливаются из здания, где проходил концерт. Он достаёт из кармана, на вид не очень тёплой куртки, пачку сигарет. — Ты торопишься? — голос у меня расслабленный, язык развязан алкоголем, лишь остатки здравого смысла не позволяют впиться зубами в его шею, когда он повернул голову в сторону. — Неа, у меня нет планов, — он зажимает между губ сигарету, чиркает спичкой о коробок и поджигает, — А у тебя? — Нет… — Может продолжим концерт у меня? Дома есть колонка и напитки дешевле чем в этом баре, — он выдыхает серый дым и смотрит на меня тепло улыбаясь. — Я за, — я улыбнулась и протянула раскрытую ладошку перед собой, он не понимающе посмотрел на мою руку и снова на меня, — Поделишься сигаретой? Он дал мне одну штуку и помог зажечь от спички. Горький вкус табака заполнил лёгкие, а вскоре стал похож на шоколадный кекс. Я облизнула губы, чтобы ярче почувствовать этот вкус брауни на языке. Пока я наслаждалась вкусом хороших сигарет, парень заказал такси до своего дома и продолжил: — У меня, наверное, есть только абсент и водка, нам нужно ещё что-то? — На счёт алкоголя не знаю. Я бы хотела коктейли, ну я не разбираюсь. А вообще я голодная, у тебя есть что-нибудь? — Прям еда вряд-ли, нужно будет зайти в магазин. За одно зайдем за соком для коктейлей, — на последнем предложении он улыбнулся и метнул взгляд на меня. К нам подъехала машина, я открыла заднюю дверь и, поздоровавшись с таксистом. закинула сумку между двух сидений. Села на мягкую чёрную обивку, ударила пару раз сапогами друг об друга отряхивая их от грязи и перенесла ноги в салон. Закрыла дверь тихим хлопком и повернула голову в другую сторону на такой же хлопок. Водитель оглянувшись в зеркало заднего вида тронулся с места. С левой стороны мне что-то протянули. Это наушник, я взяла его пальцами и аккуратно вставила в правое ухо. Пододвинулась чуть ближе, чтобы помочь выбрать музыку. Ударили барабаны, тяжёлая партия электрогитары играла ровно. Где-то через минуту вступил вокалист, он говорит басисто, тихо, уставши. Я вижу, что парень возле меня шевелит губами подпевая. Начинается припев и вокалист начинает петь, хотя скорее кричать надрывисто, умоляюще. И мне нравилось. Этот рок, этот инструментал проникающий через уши к мозгу и сердцу, этот вокал — сильный, твёрдый, эмоциональный, этот взгляд напротив вторящий чувствам песни. Мелодия сменилась, стала спокойнее, медленнее. Видимо вымотанный эмоциями, он положил голову мне на плечо. Его тёмные волосы переливались в свете уличных фонарей, я слышала еле заметное в океане разных звуков размеренное дыхание парня. Я провела пальцами правой руки по его шее к макушке, медленно массируя ногтями корни. Он завозился возле меня усаживаясь удобнее — сел ближе, больше перенёс часть веса на меня и положил свою руку на моё бедро. Я попыталась расслабиться и отдохнуть немного, положив голову на него, стала методично массировать его шею, затылок, макушку, ушную раковину. Расфокусировала взгляд наблюдая за дорогой, но пальцы что гладили мою внутреннюю часть бёдра вместе с алкоголем пробуждали внутри меня развратницу. Я провела ногтями тонкую полоску по шейным позвонкам к куртке, забралась под воротник к плечам. Прижалась внутренней частью ладони к его голой коже, большим пальцем провела вдоль ключицы и спустила ближе к груди. Слышу как его дыхание учащается, меж его губ вырывается спокойный вздох. В одно движение убираю свою руку с прошлого положения и перехватываю его подбородок двумя пальцами. Резко поднимаю на себя и заглядываю в удивлённые глаза. В машине темно, не видно почти ничего, лишь профиль его красивого носа и острых скул подсвечиваются мигающим светом проезжающих мимо фар. Это длится всего секунду, не давая ни себе, ни ему времени передумать, затем целую его. Веки сомкнулись, как и наши губы. Плавно целую верхнюю, слегка прикусываю. Рука на моём бедре сжимается, хочется застонать от собственной чувствительности. Машина останавливается и я тут же отстраняюсь, хватая свою сумку. Он подаётся вперёд, ища мои губы, но я уже открываю дверь и выпархиваю из автомобиля.