my angel.

      Будучи маленьким мальчиком, Коле нравилось убегать к речке за домом. Когда его старший брат Матвей засыпал в обед за чтением газеты, маленький Сибиряков откладывал книжку и бежал на улицу.       Ему нравилось наблюдать, как солнечные лучи отражаются в воде, нравилось подставлять свои бледные, лишённые румянца щеки под эти лучи, щурясь и смеясь от чего-то, что сам не знал.       В один тёплый майский день Коля как обычно, выбрался из-за стола, как только рука Матвея расслабленно свисала со спинки кресла и сам он захрапел, и выбежал на улицу.       Путь к речке был не долгим, всего-лишь пройти около километра вдоль леса. Погода была ясная, солнечные лучи, как то любил Коля, резвились в речных волнах, всячески переливались там, пели птицы. Мальчишка наблюдал за преломлением света в воде, слушая лесных певцов, но вдруг уловил, что поют здесь не только птицы. Играл музыкальный инструмент, по звуку напоминающий лиру.       Коля насторожился - обычно здесь не было никого, кроме него самого. Он огляделся по сторонам. Музыка звучала из-за пригорка, на котором росло большое дерево. Сибиряков поднялся туда. Он боязливо выглянул из-за ствола дерева. На другом пригорке сидел юноша и играл на лире.       Большие голубые глаза мальчика округлились: незнакомец был невиданно красив и как будто излучал свет. Его длинные красные, нет, не красные, огненные волосы не развивались на ветру, а как будто струились синхронно мелодии, которую тонкие бледные пальцы играли на лире.       Коля достал из кармана кофты очки, чтобы лучше разглядеть таинственного юношу. У музыканта были длинные, с красивым изгибом и такие же огненно-красные как и волосы ресницы. На бледной коже лица выступал лёгкий румянец, а глаза... Глаза переливались от янтарно-желтого до изумрудно-зеленого. Коля не мог оторвать своих собственных глаз.       Одет лесной красавец был во что-то подобное тунике, которая была сшита из лёгкой полупрозрачной ткани. Одежда, как и её хозяин, излучало золотое свечение. Голову юноши украшал золотой венок.       Коле стало как-то не по себе: при всей своей божественной красе, музыкант был печален. На удивительных, словно молодая листва осины глазах застыли слезы, а уголки алых губ были опущены вниз.       Старший брат учил Колю, что нужно помогать тому, кто в беде. Но Сибиряков и с места сдвинуться не мог. Он боялся, что обратив на себя внимание, вспугнëт или разозлит эльфа. Да, Коля решил, что это именно эльф. Он видел иллюстрации этих существ в фантастических книжках, и его незнакомец был во многом похож на них.       Вдруг красавец запел. - От края до края небо в огне сгорает и в нём исчезают все надежды и мечты...       Ничего более нежного Коля в жизни не слышал, его голос был сравним с ангельским пением, если бы такое существовало. - ... Но ты засыпаешь, и ангел к тебе слетает... Смахнет твои слезы, и во сне смеялась ты ...       Песня была такой прекрасной, Коле стало одновременно хорошо и очень грустно, нежный голос юноши навевал воспоминания из совсем раннего детства, когда его мама была жива и пела им с Матвеем колыбельные на ночь. - ...Засыпай, на руках у меня засыпай, засыпай, под пение дождя...       Сибиряков заметил, что не только волосы парня развиваются в тон с его музыкой. Волны на реке и солнечные блики, которые так любил мальчик, танцуют под мелодию лиры. - ... Далеко, там где неба кончается край, ты найдешь потерянный рай.       Красавец закончил играть, поднялся с травы и собирался уходить. Коля хотел тихонько пройти за ним, уж очень ему было интересно.       Вдруг сзади мальчишки, что-то хрустнуло. Может ветка сломалась или какой-то зверёк наступил на тайник. Но от неожиданности Коля подпрыгнул, разворачиваясь. Он судорожно пробежался глазами по периметру - никого нет. Развернувшись обратно, он увидел, что таинственного незнакомца нет, и не понятно, куда и как он делся.       Коля нахмурился. Он не слышал ни шороха, ни шагов убегающего вдаль человека, вообще ничего. Возможно это из-за испуга от постороннего звука... ... Размышлять дальше не получилось: - Коленька! - его окликнули сзади, оттуда, где что-то хрустнуло и напугало мальца.       Это был Матвей. Видок у него был напуганный и потрёпанный. Коля ахнул: неужели он потерял счёт времени?       Матвей подбежал к брату: - Ты куда пропал? Что-то случилось? Ты бледный. Перегрелся? Тебе плохо?       Коля нахмурился: - Нет, всё нормально, я... Слушал птиц и немного задремал.       Сибиряков подумал, что не стоит рассказывать об эльфе и без того напуганному Матвею. Тем более, он вряд-ли поверит и точно решит, что у брата жар.       Матвей взял Колю за руку: - Пойдём домой, я накормлю тебя. И больше не уходи не предупредив.       Коля рассеянно кивнул. Красноволосый певец не выходил из головы.       Когда они уходили, Сибирякову показалось, что между деревьями мелькнуло что-то красное, но он быстро переключился на брата, нравоучающего его и рассказывающего об опасностях, ожидающих одиноких маленьких мальчиков в лесу и у воды.       Больше Коля к реке не приходил: Матвей после его побега стал нервным, днём не спал. А вскоре и времени у Коли в связи с учебой стало не хватать. Постепенно образ удивительного юноши и его песня отошли в сознании парня на второй план, да и вовсе забылись, встав на ровне с размытыми призраками приятных сновидений.