Вечный бал

Звучит вальс. Дамы в прекрасных пышных платьях, украшенных атласными лентами и нежными кружевами. Кавалеры в черных и синих костюмах, в лаковых туфлях и черных перчатках приглашают леди на танец. Так и Александр пригласил Валерию. Пара вышла в центр залы и унеслась в лёгком танце. - Вся моя жизнь сложилась так, а не иначе, потому Я встретил её. Был я сильно влюблен. Влюблялся много раз, но это самая моя сильная любовь. - Деда, расскажи!! - Это дело былое. Почти 50 лет назад произошел со мной этот случай. Прекрасная девушка невообразимой красоты. Она и 18, и в 30, и даже в 60 была замечательная красавица. - Кто же это? Расскажи, расскажи. - Ну, слушайте внимательно.. Был последний день Масленицы и в доме помещика Титова был бал. Прекрасная зала с музыкантами и хорами. Буфет великолепный и разливанное море шампанского. Мазурки, польки, кадрили и, конечно, вальсы. Я любил вино, но в этот раз его не пил. Пьян Я был от любви к ней. К Валерии Ивановне, дочери помещика, или организатора праздника. Насколько было возможно, танцевал Я с ней. Она была в пышном бежевом платье, украшенном золотыми цветами, в роскошной, красивой диадеме и в лайковых белых перчатках, подходящих к туфлям. На протяжении всего мероприятия Я любовался лишь Валерией. Не замечал дам, пытавшихся заполучить мое внимание хоть на минуту, не замечал кавалеров, приглашающих девушку моего сердца. Я был уверен, что она будет танцевать со мной. Увидел Я и родителей моей дамы. Иван Титов - светловолосый, невысокий мужчина в белой рубашке с длинным пиджаком и в широких брюках. Под руку его держала Мария Титова - жена. Она была в длинном красном платье, с разрезом до колена, в черных чулках и туфлях на высоком каблуке. Волосы были собраны в изящном пучке с красным цветком. По закону, так сказать, Я танцевал мазурку не с Валерией, но она не стесняясь шла через всю залу ко мне, и я вскакивал, не дожидаясь приглашения. Когда делали фигуры мазурки вальсом, я подолгу вальсировал с нею, и она, часто дыша, улыбалась. И я вальсировал еще и еще и не чувствовал своего тела. - Ну как же, деда, не чувствовал? Обнимал ведь ее. И свое тело чувствовал, и ее. - Да, вот это вы, нынешняя молодежь. У нас было иначе. Чем сильнее я был влюблен, тем бестелеснее становилась для меня она. Так вот танцевал я больше с нею и не видал, как прошло время. Музыканты уж с каким-то отчаянием усталости, как бывает в конце бала, подхватывали все тот же мотив польки. Дамы и кавалеры ожидали ужина. - После ужина кадриль моя?- ведя Валерию за руку, спросил я. - Разумеется, если меня не увезут. - А я и не пущу вас, - сказал я, - вот ваш веер. Валерия оторвала бежевое пёрышко от веера и отдала мне. После ужина, отец дамы моего сердца взял ее под локоть и повел в сторону кареты. Не мог я ее отпустить. Остановил Ивана Сергеевича и, взяв Валерию за руку, попросил руки и сердца его дочери. - Деда, так кто же она, эта Валерия?-спросила внучка. В этот момент в комнату зашла бабушка. - Я - та самая Валерия Титова. - произнесла бабушка и крепко обняла внуков. КОНЕЦ!!!