Герои Энвелла. Путь наёмника

М-да… Жизнь наёмника. Кто-то скажет — романтика: мир посмотреть, себя показать. Другой сплюнет — мол, за монету мать родную продадут. И оба варианта будут верны, потому что... ну... так оно, в общем-то и есть. Но только здесь, на грани, ты узнаешь, кто ты есть на самом деле. И чего стоишь как твои поступки, так и ты сам... Ростов-на-Дону покрылся теменью из-за настигнувшей его грозы, раскаты грома и мощный ливень, лёгкий туман посреди летучих островов разных размеров и габаритов. Люди в основном сидели в домах, на улицах изредка проходили патрули местных милиционеров, а в подворотнях или под всевозможными навесами от ливня скрывался разный люд, от обыкновенных горожан до преступного сброда. М-да… Ростов почти не изменился. Ни в лучшую, ни в худшую сторону. Даже Апокалипсис мало что здесь поменял, если не считать того, что планета теперь напоминает чёрт знает что. Радоваться этому или печалиться — неясно. Тут уж, что называется, на вкус и цвет… Таверна на бывшей Тетральной площади, обустроенная в когда-то музыкальном театре. Здесь обычно собирались всякие искатели приключений, наёмники и всё тот же преступный сброд. Место, где можно найти либо работу, либо возможность отдохнуть, либо нарваться на неприятности. Очередная вспышка молнии, сопровождаемая раскатом грома, ответила округу, из-за чего на дверях таверны появилась тень медленно шедшего к ней человека. В таверне было на удивление тихо и спокойно, люди сидели за столиками или стояли у барной стойки, поедая всякие вкусности, выпивая различную выпивку или просто болтавшие о своём, пока двери таверны не раскрылись. Посетители молча развернулись: порог переступила человеческая фигура в плаще с капюшоном, которая спокойно зашла в помещение, закрыв за собой дверь и медленно двигаясь к барной стойке. Человек был невысокого роста, примерно метр и восемьдесят три, одетый в армейский тактический костюм «Spec Ops» летнего типа с короткими рукавами, окрашенный в зелёный цвет, на ногах были наколенники и армейские ботинки-берцы чёрного цвета, под капюшоном была чёрная кепка, козырёк которой скрывал верхнюю часть лица. Поверх торса был серый разгрузочный жилет, на руках чёрные тактические перчатки, на левой руке они были с пальцами, а на правой без них, а наличие у него шпаги и наручного генератора энергетического щита на левой руке говорило о том, что его класс — рыцарь. Не обращая ни на кого внимания, незнакомец молча подошёл к барной стойке и, сев на одну из табуреток, промолвил, обращаясь к бармену: — Одну баночку «Флэша», 0,5 литров, пожалуйста. Бармен взглянул на посетителя. Лица видно не было из-за капюшона, кепка на голове тоже скрывала его глаза и верхнюю часть лица. Но вот голос ему показался очень даже знакомым. — Две монеты, пожалуйста. — сказал бармен. Незнакомец потянул руку в карман, вынул кошелёк и положил на чашку две игровые монеты. Да, расплачиваться теперь приходится местно-игровой валютой, поскольку в новом мире старые деньги как-то резко стали неактуальными, хотя и не вышли из оборота окончательно. Но большая часть товаров и услуг, особенно когда речь идёт об игровом снаряжении, оружии и прочих штуках, покупается и продаётся именно за игровые деньги. Бармен подошёл к стеллажу, на котором стояли энергетические напитки, взял одну баночку и поставил её перед посетителем. — Прекрасная погодка, не правда ли? — спросил незнакомец, снова обращаясь к бармену. — Да не то слово, лучше некуда, — с неким сарказмом ответил тот. — Просто обожаю такую погоду. Такая атмосфера… — И правда, атмосфера — что надо… — Что привело Вас в наш скромный городок, молодой человек? — Хочу кое с кем повидаться. У меня к нему… деловое предложение. Да и не только его повидать я хочу, но и сам Ростов. Родной город, как-никак. Давне-енько меня здесь не было. — Понятно. Вам восемнадцать-то есть, что энергетики покупаете? — Интересно… С каких это пор ты стал интересоваться возрастом посетителей… Платон? — незнакомец слегка поднял голову, чтобы бармен увидел его лицо. — Милиция зачастила в гости приходить? Бармен застыл на месте. Он узнал этого человека. Молодой парень восемнадцати лет, Борис Орлов. Бывший наёмник, работавший на местный Синдикат наёмников. Разыскивается как местной милицией, так и самим Синдикатом. Почти на каждой улице висели таблички розыска, на которых написано «Разыскивается Борис Орлов. Награда за информацию — 500 монет, награда за поимку — 1500 монет». Но Платон быстро пришёл в свой привычный образ спокойного бармена и заговорил: — Да, ты прав. В последнее время они часто стали в такие заведения рисоваться. Вот и перестраховываюсь. — Удивительно, что здесь кого-то ещё интересует законность, — с насмешкой произнёс наёмник, доставая идентификатор. — Что ж, не будем её нарушать хотя бы в этом аспекте. — И не говори, — согласился Платон. — Законность тут и до Апокалипсиса никого не волновала, зато штрафы накидывали за милую душу что тогда, что сейчас, — бармен вставил идентификатор в компьютер, регистрируя посетителя и просматривая его базу данных. — Так кого ж ты встретить хочешь? — Одного старого знакомого, — ответил со спокойствием Борис. — Он одному типу должен кучу денег, вот я и хочу предложить ему работу. Я не знаю на сто процентов, где он сейчас живёт, виделись-то мы с ним давно, посему буду признателен за наводку… — наёмник перешёл на шёпот, доставая кошелёк. — … и ещё больше признателен за то, что это останется между нами. — Конечно, друг мой, хорошему человеку я всегда помогу, — бармен одобрительно кивнул. — Тем более, если он хочет помочь другому человеку. Платон закончил изучать базу данных и регистрировать посетителя в базе данных таверны: данные были фальшивыми, некий Василий Петров, возраст — 20 лет, род деятельности — неизвестно. Да, Борис явно не дурак, чтобы светиться там, где его разыскивают. Умеет прятаться. «М-да, дружище, тебя не проведёшь», — с уважением к старому другу подумал Платон. Даже если бы и хотел, бармен не выдал бы Бориса ни легавым, ни меркам, ни за какое вознаграждение. Семья Платона, как и он сам, обязаны парню жизнью, когда тот спас их от жуткого чудовища, напавшего на его дом. Монстр чуть было не съел его дочь, но вовремя появившийся Борис отрубил ему щупальце, которым он схватил девочку, а затем расправился с ним, взорвав его гранатой, которую он закинул ему в пасть. Наёмник даже временно приютил их у себя, пока шёл ремонт их разрушенного дома, а Платону помог устроиться на работу в таверну, которой он теперь владеет. Этим поступком Борис дал понять, что даже в такие времена остались те, кто не потерял человеческий облик. И Платон в своё время вернул Борису долг, когда тот оказался в непростой ситуации, и помог ему скрыться из города. — Итак, кого же ты ищешь? — поинтересовался бармен. Борис лишь молча протянул ему некий предмет, скрывая его рукой так, чтобы его, кроме бармена, никто больше не увидел. Платон понял, чего хочет наёмник, после чего он протянул руку, взял предмет и скрыл его за стойку. Там уже он раскрыл ладонь: в ней оказался некий медальон с очень знакомой символикой. Эту символику знает каждый ростовчанин: двуглавый волк на фоне скрещённых секиры и арбалета. Эмблема мафиозной группировки «Южные волки». Эти медальоны носили только три человека: лидеры группировки, супруги Сергей и Анастасия Крид. Третим человеком, носившим такой медальон, была их дочь, Алина Крид, также работавшая в Синдикате наёмников. — Хм… Кажется, я понял, чего ты хочешь, — задумался Платон. — Ты очень сильно рискуешь, раз решил с ними встретиться. — Что поделать, старина, сейчас всё рискованно, — усмехнулся Борис. — Самый большой риск в наши дни — не рисковать вообще. — Это верно…

***

К ночи гроза прекратилась, хотя вспышки молний и раскаты грома вдалеке всё ещё давали о себе знать и намекали на ещё нескорый конец бури. Город в ночи был особенно прекрасен, тем более после такой погоды: улицы, освещённые фонарными столбами, воцарившаяся на них тишина и Стелла на островке, парящем недалеко от острова, на котором располагалась таверна и Парк Революции. Прекрасное зрелище… Борис с улыбкой смотрел на всё это с балкона. Как же приятно вновь оказаться в родных краях, пусть даже если они изменились до неузнаваемости после Апокалипсиса, а возвращение в эти края — смертельно опасно для жизни, ведь ты здесь вне закона. Вкусив приятных ощущений, парень погрустнел, вспоминая то, из-за чего он был вынужден покинуть родину… Убийство… Много убийств… Работая в Синдикате наёмников, Борис зарабатывал немало денег, выполняя различные заказы — конвоирование торговых караванов, охота на монстров, поимка разбойников, добыча ресурсов или даже поиски артефактов. Но самыми прибыльными были заказные убийства. Даже за устранение банды разбойников или зачистку логова монстров не платили столько, сколько платили за убийство какой-нибудь важной шишки. Борис охотно брался за любое задание, не думая ни о чём — эйфория от сбывшейся детской мечты о приключениях была настолько сильной, что парень не задумывался о последствиях. Свобода вскружила ему голову. Но именно это убийство всё изменило. Заказ на убийство его матери. Именно тогда ему впервые пришлось задуматься о том, что он делает и правильно ли он делает. Но было поздно… Борис грустно вздохнул, вспоминая этот день. Не было ни одного дня, чтобы он не вспоминал его. Но в какой-то момент юный наёмник поднял голову, посмотрев на ночной горизонт, и улыбнулся, после чего резко выхватил из пояса шпагу и, повернувшись к нападающему, выставил блок, отражая удар, а затем взглянул в лицо своему оппоненту. Он был вором по игровому классу, но помимо арбалетов был вооружён кинжалом, а на груди красовались метательные ножи: одет он был в серую мантию с капюшоном, чёрные сапоги и кожаные перчатки. Это был Дима Холодов по кличке «Холод», бывший коллега Бориса по наёмному промыслу. — Какие люди на нашем болоте, — со зловещей ухмылкой на лице произнёс киллер в маске, скрывавшей глаза. — Давно не виделись, Бор. — Я тоже рад тебя видеть, Холод, — произнёс Борис, ударив того ногой, отталкивая его от себя. — И правда давно не виделись. — Вижу, тебя всё ещё непросто застать врасплох. — Что поделать, опыт не пропьёшь. Вот только не вижу радости от встречи в твоих глазах. Может, снимешь маску-то? — О, поверь мне, я очень рад снова тебя увидеть, — ехидно усмехнулся Холод. — И ещё больше порадуюсь, когда мне заплатят за твою башку! Борис покрепче сжал шпагу, приготовившись к бою, который явно обещает быть жарким...