Сосед снизу

      Выгрузив последнюю коробку, Минхо устало провел тыльной стороной руки по лбу стирая влагу, что успела накопиться под густой челкой. Дни в начале мая стояли, на удивление, солнечными и тёплыми. Природа вновь пробуждалась от долгого зимнего сна, возвращая радость в унылые, серые будни простых обывателей.       Оглядев комнату, Ли резко выдохнул. Осталось теперь это все разобрать и поставить на свои новые места. Суни по хозяйски обошёл все коробки, словно по лабиринту, и прыгнул на диван, звонко мяукая и привлекая внимание своего хозяина. Нежно улыбнувшись Хо подошёл к коту и мягко почесал за ушком.       — Сейчас покормлю, потерпи немного, — кот спокойно перенес переезд, но все же по жалобному мяуканью было понятно, что нервы взяли своё и пушистик просто хотел восполнить потраченные на это путешествие силы, — теперь мы здесь надолго, дорогой, больше тебе не придётся так долго сидеть в переноске.       Быстро чмокнув кота в макушку, Ли двинулся в сторону кухни, попутно хватая канцелярский нож с кофейного столика. Все же было верным решением некоторые коробки, что содержали в себе все кухонные принадлежности, сразу принести на кухню и не тратить лишний раз силы на их перемещение из гостиной.       Солнечные лучи полуденного солнца пробивались сквозь кроны высокого клёна, растущего у дома и загораживающего половину окна. Игра света и тени от листьев на полу, и стенах кухни завораживала нового хозяина маленькой квартирки в спальном районе Сеула. Ранее она принадлежала добродушной бабуле, что с улыбкой кормила парня блинами с клубничным вареньем, пока её внук бегал по квартире, одновременно собирая остатки её вещей и успевая отвечать на вопросы нового хозяина. Бабуля Бан все время причитала на своего, вечно не сидящего на месте внука, но с улыбкой каждый раз протягивала ему новую порцию блинчиков, а тот мгновенно его хватал улыбаясь во все зубы и в два укуса съедал угощение.       «— Ты не думай, квартира и правда хорошая, соседи добрые, мне просто одной тут очень уж скучно, — приглаживая белоснежную скатерть на столе, бабуля улыбнулась, — да и на конец жизни хочу больше проводить времени с семьёй. Дочь с мужем, давно перебрались за город, после того как поняли, что Чанни вырос и может позаботиться о себе сам. — Я верю, госпожа Бан, — Минхо улыбнулся, утирая остатки варенья с уголков рта, — мне здесь нравится».       Они быстро подписали бумаги, Минхо перевёл деньги на банковский счёт бабули, а её внук Чан, собрав все вещи, помог ей погрузиться в машину и повёз к родителям, обещая заехать в ближайшее время на ещё старую съемную квартиру Ли и отдать ключи. Хотя тот и не хотел, чтобы парень так напрягался ради него, но Бан настоял.       Так уютно Минхо не чувствовал себя уже давно. Тихо напевая незамысловатую мелодию из рекламы хлопьев, что крутили по телевизору чуть ли не каждые пять минут, парень сморщил нос, понимая, почему отделы маркетинга так любили использовать простые ноты, надоедливо врезающиеся в подсознание. Нет лучше рекламы, чем собственный мозг человека, что каждый раз, как заезженную пластинку, крутит и песенку, и весёлых пчелок, что крутят попой вокруг своих медовых хлопьев.       Аккуратно вскрыв ближайшую коробку он заглянул внутрь в попытках найти пачку корма, но кроме набора кастрюль в ней ничего не было. Вскрыв ещё несколько он все таки нашёл, что искал, и достав миску Суни из сумки, что стояла рядом с переноской, быстро насыпал нужное количество корма и поставил миску на пол. Довольный кот принялся хрустеть шариками корма, полностью сосредотачиваясь на данном процессе и довольно причмокивая.       Ли повернулся лицом к окну и облокотился бедром о столешницу, ставя левую ногу на щиколотку правой и скрестив на груди руки. Мелкие пылинки летали в лучах солнца, вальсируя между собой, завораживая молодого мужчину и отправляя его в мир своих мыслей.

***

      Минхо долгое время снимал квартиру у популярной студии хореографии в центре Сеула, где преподавал танцы для юных дарований богатеньких снобов. Детки были хоть и избалованные, но учителя слушались беспрекословно. Парень не давал им собой помыкать и поставил границы дозволенного сразу, как только приступил к работе. В свои двадцать пять Минхо был лучшим в своём деле. Не покладая рук он всю свою жизнь посвятил танцам и отдавался не на сто, а на двести процентов. Порой приходилось жертвовать сном, чтобы выбиться в жёсткой конкуренции и взять лидирующую позицию в сфере танцев. К сожалению, жизнь не всегда бывает благосклонна, и Ли почувствовал это на собственной шкуре. Ещё будучи девятнадцатилетним парнишкой, Минхо метил в Arko Arts Theater, где в течении лета набирали новую труппу молодых и способных артистов балета, давая возможность юным дарованиям проявить себя на первых этапах их обучения и забирая танцоров сразу после окончания университета. Он тщательно готовился, изнуряя свой организм жесткой диетой и постоянными тренировками. И на одной из таких тренировок, за неделю до главного отборочного конкурса, ослабленное тело Минхо не выдержало. При выполнении Гранд жете резервные силы закончились и парень рухнул, не успев сгруппироваться. Раздробленное колено, несколько операций, металлическая конструкция, вместо коленного сустава и похеренная, не только возможность быть танцором балета, но и в принципе возможность танцевать.       Долгие месяцы реабилитации, море слез и истерик, несколько попыток самоубийства, все это повлияло на Минхо, закаляя и без того волевой характер. Парень замкнулся. Надежда на то, что он снова станет танцевать, все ещё теплилась в нем первые пару месяцев, но когда пошёл восьмой, а из прогресса: возможность встать в стандартные позиции, но и то с трудом; Ли сник. Закрылся в себе окончательно, шипел на всех, как дикий кот, и не подпускал. Тема танцев вообще стала запретной. Вот тут то и вступил в борьбу с пострадавшей стороной лучший друг – Хван Хёнджин. Они с детства были вместе, родители дружили между собой и мальчишкам ничего не оставалось делать, как тоже быть ближе. Одни игры, увлечения, влечения и, конечно же, танцы. Мальчики прониклись этому искусству в юном возрасте и, не сдавая позиций, двигались в этом направлении всегда вместе. Только вот в отличие от Минхо, Хёнджин не рвался бездумно в труппу, он следил за своим здоровьем и старался отдыхать хоть иногда, давая организму восстановится. И именно сейчас он находился там, где мечтал быть Ли. Это задевало старшего ещё больше.       Хо игнорировал друга все время реабилитации, пока младшему не надоело и он, не приехав с гастролей, чуть ли не выбил дверь в квартиру родителей Минхо. Быстро поприветствовав господина Ли и его жену, он вихрем пронёсся по дому, влетая в спальню друга, и наорал так, что дрожали стены. В Хвана летело все, что попадалось под руку Ли: подушки, книги, ручки и прочие мелочи, но тот, ловко уворачиваясь, кинулся на старшего, прижимая к кровати, и орал по чем свет стоит, а после заплакал, искренне не понимая, почему его лучший друг с ним так поступает. Они помирились, проведя весь вечер в рыданиях и объятьях друг друга. А после Хёнджин взял отпуск и занялся здоровьем Минхо.       Через несколько месяцев усердных тренировок, поддержки и любви от младшего, Ли начал делать успехи. Полностью восстановиться не удалось, потому что по своей дурости упустил драгоценное время, но для работы хореографом этого было достаточно.       Вскоре, Хёнджин, как один из молодых дарований театра, смог выбить для друга место преподавателя в популярной студии, через свои новые связи и невероятную харизму. Минхо пригласили на интервью, а после дали первую группу несмышленых детей, которых теперь нужно было обучать всему тому, что он изучал всю свою жизнь. Может, это и не предел мечтаний танцора, но все же лучше, чем жизнь без танцев, в удушливой квартире родителей, и на вечно приросшей к ладони тростью.       Сейчас же, жизнь подкинула новые трудности. Из студии пришлось уйти, и сменить богатых снобов, хорошую зарплату, съемную квартиру, и центр города, на спальный район, маленькую, но свою квартирку, и новую студию танцев. Один из родителей в его группе пришёл к выводу, что не может травмированный недотанцор учить золотых деток и сделал все для того, что бы Ли попросили уйти по собственному желанию. Обидно и не приятно. Хотя сейчас, стоя на собственной кухне, не слыша больше гула нескончаемого потока машин под окнами и выдыхая более чистый воздух из-за большого количества зелени в районе, Минхо понимал, что именно это ему и было нужно. Тут было спокойно и это радовало его истерзанную, молодую душу.

***

      Закончив разбирать коробки, Минхо посмотрел на время. Часы показывали половину шестого. Парень улыбнулся, думая о том, что он достаточно быстро справился с поставленной задачей. Несмотря на то, что вещей было не так много, как могло бы накопится за четыре года жизни в центре, всему нужно было найти место, а это оказалось не очень простой задачей. Некоторые книги, что не поместились на полки, пришлось сложить на полу, потому что стол был полностью заставлен вещами: ноутбук, канцелярия и учебные материалы, что ему отдали в студии для ознакомления. Домик Суни и его игрушки примостились в спальне, одежда ровными стопками лежала в шкафу, но вот вешалок не хватило. Некоторые вещи так и остались лежать в коробках, но это было не важно. Всё самое необходимое он уже вытащил и нашёл этому место, остальное – второстепенно.       Быстро приняв душ и не утруждая себя в уборке, оставив её на завтра, Минхо плюхнулся в постель, обнимая одну из подушек и зарываясь в неё лицом. Прохладный ветерок из открытого окна нежно ласкал открытые части кожи, и парень в наслаждении расслабился, ощущая, как приятно гудят мышцы после объемной работы. Уставшее тело и разум не стали терять возможности и Хо задремал, сам того не замечая.       Сквозь сладкую дрему Ли услышал тихую и мягкую по звучанию мелодию. Она, как текучая карамель, обволакивала и оставляла на языке привкус жженого сахара, заставляя ощутить лёгкость и умиротворение во всем теле. Ведомый нотами, что стали более отчётливо слышны, прогоняя сонную дымку, Минхо открыл глаза, прислушиваясь. Это определённо был перебор струн акустической гитары, такой ровный и уверенный. Бросив взгляд на часы, парень нахмурился. Одиннадцать часов ночи, не то время, в котором стоит музицировать, но мелодия продолжалась и её было приятно слушать. Ли сел на кровати, потирая глаза пальцами и озираясь по сторонам, пытаясь понять, откуда доносится звук, и взгляд пал на открытое окно. Укутываясь в одеяло, на котором он отрубился. Хо встал с кровати, ощущая прохладные доски ламината, от которых по телу пробежался табун мурашек. Еле передвигая ногами он подошёл к окну и открыл створку, сильнее высовываясь в окно и осматривая двор. Но уличного музыканта не увидел. Бросив взгляд чуть левее, брюнет заметил сидящего на пожарной лестнице, этажом ниже, молодого парня, примерно одного с Минхо возраста, может чуть младше. Пару раз моргнув, Ли присмотрелся. Музыкант сосредоточенно смотрел на гриф гитары, а его пальцы мягко перемещались по нему, словно не было ничего проще в мире, чем это. Пальцы второй руки так же мягко и аккуратно перебирали струны. Завороженно замерев, Хо продолжил рассматривать парня, слушая сладкую мелодию. В мягком свете окна музыкант выглядел крошечным. На нем был безразмерный серый худи и спортивные штаны того же цвета, полностью прячущие фигуру. Его волосы отливали синим, но точно сказать какой был цвет, невозможно. От наклона головы и угла обзора, глаз было не рассмотреть, их полностью скрывала чёлка. Чуть пухлые щеки, чёткая линия челюсти и на вид очень мягкие губы. Нижняя чуть больше верхней и, иногда, он выпускал её вперёд ещё больше, даже не замечая этого, полностью погруженный в игру и не давая себе сбиться с ритма. Минхо подпер рукой щеку и продолжил наблюдать за незнакомцем, что завораживал не только мелодией, но и своим мягким, и уютным видом. Он вставал с кровати, полностью уверенный, что накричит на нарушителя покоя, прогоняя подальше от домов, но теперь эта мысль кажется глупой и не нужной, ведь он попал в чарующую атмосферу весенней ночи, давая себе возможность насладиться моментом.       Спустя некоторое время, Ли прикрыл глаза, полностью обращаясь в слух. Суни, заметивший своего хозяина в окне, из любопытства прыгнул на подоконник, потягивая носиком воздух и вытягивая шею в сторону улицы. Разведав обстановку, кот немного потоптался на месте и мягко боднул хозяина в подбородок, привлекая его внимание. Минхо улыбнулся не открывая глаз, и провел ладонью по голове пушистика, мягко почесывая за ушком. Тихое, знакомое мурчание питомца под игру незнакомца, полностью умиротворили парня. Вся усталость мгновенно прошла, а на душе стало спокойно и легко, словно и не было этих последних недель. Сложных, выбивающих из колеи и забирающих большое количество энергии и сил. В первые за это время Минхо чувствовал себя хорошо.       Неожиданно, ночной воздух прорезал мягкий голос. Ли распахнул глаза и вовсю уставился на парня, что тихо пел текст песни на английском языке и все встало на свои места. Он наигрывал без перерыва не просто мелодию, и без слов её было узнать трудно, но как только незнакомец запел первые строчки, Минхо её узнал. Слышал её не единожды и она, даже, где-то была в плейлисте, но в акустической версии, она звучала иначе. Более нежно. Трогала душу и сердце, даже если ты не знаешь перевода. И что-то Ли подсказывает, что дело не только в песне, но и в самом исполнителе. Bring me hope

Дай мне надежду.

Take me home

Забери меня домой.

      Хо взял в охапку Суни и накрыл его одеялом, в которое был все ещё закутан, чтобы кот не замерз и, не дай бог, не простыл. Он прижал к себе тёплое, мягкое тельце, зарываясь носом в рыжую шерстку. I think I'm ready to be on my own

Думаю, я готов быть сам по себе.

Close my eyes

Закрываю глаза.

Lay me down

Оставь меня.

      Но, как ни странно, брюнет знал перевод. Иногда, некоторые композиции выводят из равновесия и заставляют задуматься, а о чем лирика? Что там такого, что не смотря на языковой барьер ты ощущаешь те эмоции, что и должен при прослушивании. В один из дней Хо прочёл перевод и не вольно вспомнил дни реабилитации. Когда надежда его покинула, причиняя невыносимую боль от потери чего-то очень важного. I think it's time that I take some time

Думаю, пришло время мне немного

To be alone again

Вновь побыть в одиночестве

      Продолжая закрываться носом в шерсть кота, Минхо вновь мысленно вернулся в те далекие дни. Он не пытался забыть их, прекрасно понимая – все, что произошло тогда, сделало его сильнее и выносливее. Может и не до конца, но Ли удалось вернуть себя к жизни. Не без помощи друга, конечно. Но без Хенджина он не ушёл бы далеко. Полностью зарываясь в собственной боли и тьме, что она вызывала. Он потерял бы все, что имел и не получил бы того, что было предназначено ему судьбой. I've changed and I'm changing

Я изменился и всё ещё меняюсь.

It's not over there's still time left

Это ещё не конец, ещё есть время.

It isn't much, so make the most, I'm getting tired, of giving up

Это не так уж и много, так что можно сделать больше, как же надоело сдаваться.

      Брюнет улыбнулся, открывая глаза и вновь смотря на незнакомца. Он ни за что не завёл бы Суни, потому что не смог бы взять такую ответственность за живое существо, когда за себя не может. Не купил бы эту квартиру на сбережения от работы в прошлой студии, куда пропихнул Хван. Не познакомился бы с прекрасной бабулей Бан и её внуком Чаном, что доброй и ясной улыбкой растапливал все ледяные сердца, если бы не потерял работу и не решился на уединение. И никогда бы не увидел этого музыканта с чарующим голосом, что продолжал петь, невзирая на поздний час. I'm lost, it's confusing

Я в растерянности, сбит с толку.

What point am I proving?

Да что вообще я доказываю?

I don't know anymore what to do or who to be

Я уже не знаю, что делать и кем быть.

      Минхо понял, что больше не чувствует боли. Рана наконец затянулась полностью и больше не беспокоила. Только оставила шрам на сердце, что хранил в себе воспоминания. Он выдержал этот путь и не сломался. И несмотря на трудности нынешних дней, вновь не позволит себя сломать. Плевать на богатеньких снобов, что считают себя лучше других. Плевать на всех, кто не верил в него и его силы. Плевать на труппу и балет. Он будет счастлив, всем на зло.       Теряясь в потоках собственных мыслей, Минхо не заметил, что пение затихло. Мелодии тоже не было слышно. Прогоняя дымку воспоминаний, он наткнулся на прямой взгляд больших, тёмных глаз. Незнакомец неотрывно смотрел на него, но выражение его лица не было напуганным или недовольным, из-за того что за ним наблюдали. Наоборот, оно было спокойным и даже добродушным. Может, капельку удивлённым, но точно не злым.       — Привет, — музыкант чуть улыбнулся, — тебе понравилось?       Минхо не сразу сообразил, что разговаривали с ним. Он немного засмотрелся на лицо парня, пытаясь разглядеть его черты в мягком свете окна.       — Да, это было красиво, — проверив Суни под одеялом Ли хмыкнул, — ты нас разбудил.       — Нас?       — Ага, — приоткрыв край одеяла, и показав рыжую мордочку с белым пятнышком на носу, снова скрыл котика от прохладной улицы, — это Суни.       — Простите меня Суни и...?       — Ли Минхо.       — Простите меня Суни и Минхо, — парень повторился и широко улыбнулся, — не хотел вас тревожить. Соседи привыкли к тому, что я играю вечерами и не жалуются.       — Мы с Суни подумаем, прощать ли наглого нарушителя нашего спокойствия, — сощурив глаза Ли хмыкнул, — чьего имени мы, кстати, так и не узнали.       — Хан Джисон, — встав со ступени, и удерживая гитару в одной руку, парень поклонился на девяносто градусов, — и все же я буду надеяться на вашу благосклонность.       — Возможно, мы тебя простим, если ты ещё что-нибудь споешь.       Джисон выпрямился и вновь улыбнулся. Минхо заметил, что его улыбка напоминает форму сердечка. Красиво.       — Есть какие-то пожелания? — садясь на прежнее место и вновь устраивая гитару на коленях, — как правило, я пою что-то под настроение и как ты, думаю, заметил, оно было довольно грустным.       — Может, на этот раз что-то чуть менее грустное?       — Есть у меня одна подходящая песня.       Кивнув, музыкант вновь сосредоточил свое внимание на грифе, ставя на нем пальцы и бросил взгляд на Минхо, чуть улыбаясь.       — Но я немного её изменил, совсем малость.       — Хорошо, если она не на корейском, вряд ли это замечу, так что, прошу.       Выкинув вперёд руку ладонью вверх, Хо показал, что готов слушать, Хан хмыкнул и стал перебирать пальцами струны, смотря на Ли не отрывая взгляд, вновь наполняя ночь звуками гитары и бархатным голосом, заставляя Ли вновь потерпеть поражение перед чувствами уюта и комфорта, что они дарили ему. I‘m in love with an angel

Я влюблен в ангела.

Heaven forbid

Боже, упаси,

Make me a believer

Заставь меня поверить

With the touch of his skin

От прикосновения к его коже.

I'd go to hell and back with you

С тобой я бы отправился в ад и обратно,

Stay lost in what we found

Растворился бы в том, что мы обрели.

Worlds apart

Несмотря на пропасть между нами,

We were the same

Мы оставались прежними,

Until we hit the ground

Пока не упали на землю...

      Магия этого вечера обещала Минхо, что здесь, в этой маленькой квартирке, в компании милого музыканта и теплого, пушистого друга, его душа найдёт покой. И он верил.