Кровь цвета кофейной гущи

      Вторая за сегодня — личный рекорд. Обычно уходило не меньше пачки, но об этом, конечно, никто не знал.       Вчерашняя уборка на балконе радовала глаз, а пустая пепельница медленно устилалась новым пеплом. Арсений был спокоен и расслаблен; на своей территории можно было себе позволить, потому что здесь всё было на своих местах, всё подконтрольно. Не нужно ни бежать, ни прятаться — притягательная спокойная пустота. Мужчина предпочитал минимализм и сдержанность в квартире, а излишек вещей вгонял его в бессознательную тревогу.       Небольшая, полупустая, почти стерильная студия, где всё неизменно оставалось на своих местах: идеально заправленная полуторная кровать, небольшой диван со стеклянным столиком возле него, стеллаж с открытыми полками и вешалка-стойка вместо шкафа (на которой, к слову, всегда висела в ровный ряд идеально выглаженная одежда). Кухня также отличалась простотой и пустотой; Арс предпочитал есть не дома.       Неторопливо докурив, мужчина затушил бычок о пустую пепельницу в виде банки из-под кофе, которая, казалось бы, совсем не вписывалась в общую атмосферу; она бы лучше смотрелась на балконе у какого-нибудь взбалмошного студента-наркомана, который снимает квартиру с шестью своими друзьями.       Звонок в дверь, который тут же вытащил Арсения из хаоса бесконечных мыслей. Он неторопливо направился к выходу, шаркая ногами по полу.       — Арсений Сергеевич? — кивок вместо ответа. — Доставка, — парень в фирменной куртке заведения закопошился в чеках, отдавая после один из них вместе с пакетом.       — Оплата…       — Картой, — перебил Арс и быстро закрыл дверь прямо перед носом шокированного парня. Заказ был оплачен, а курьеры в последнее время слишком разговорчивые. Как легко было во время карантина: заказ вечно оставляли у двери, и не было никаких проблем; привыкнуть бы к обществу теперь после долгого одиночества.       Возвращаться к работе с людьми также было непросто; пришлось будто бы заново привыкать к коллективу, несмотря на все видеозвонки во время пандемии. Да ещё и новая бариста устроилась в любимую кофейню возле студии.       Ближайшие съемки были запланированы уже на послезавтра — конец спокойным дням и человеческому отдыху. Живые выступления — самое сложное, и дело было вовсе не в сложности жанра, нет. За столько лет интенсивной работы Арс приобрел достаточно опыта и знаний в области импровизации. Вся проблема была в зрителях. Живое нечто, мессиво из глаз, которое непрестанно следит за каждым движением на сцене, и это напрягает очень сильно, а не замечать просто невозможно. Одна из основных причин перебраться в киноиндустрию — возможность быть поближе к камерам и подальше от живых глаз. Для человека, в целом не любящего людей, быть актёром — это подвиг, а ещё очень большой стресс или просто мазохизм.       Запакованные роллы уместились на полке холодильника — пропал аппетит. Может, ещё покурить? Добить, так сказать, суточную норму.       Не хотелось.       Скука. Безмерная скука, а к ней в придачу ещё и апатия, чёрт бы её побрал. Книги? Кино? Может соцсети? Нет, точно не то. Последняя надежда — прогулка, уж она-то должна поправить настроение, чуточку поднимая его со дна.       Арс закинул в карман куртки телефон, сигареты и вышел из квартиры, едва не забыв её закрыть. Удивительно, вроде никуда не спешит, но откуда такая рассеянность?       Холод ударил в голову быстро, стоило только оказаться на свежем воздухе, едва ли не быстрее сигаретного дыма. Зря не захватил шапку. Домой возвращаться, однако, желания не было, поэтому придется потерпеть. Впереди неспешная прогулка по вечно спешащей Москве. Арс очень не любил Москву за это, Питер всегда был для него более предпочтительным, однако работа вынудила переехать, дабы не мотаться каждый день из города в город.       Арсений остановился на мосту и потянулся к карману с пачкой сигарет. Двадцать минут прогулки пролетели в одно мгновение, даже холод перестал чувствоваться, лишь острая потребность в никотине била по вискам. Глубокая затяжка, медленный выдох. Мужчину будто бы поставили на замедленную съёмку; все движения наполнены спокойствием и безмятежностью.       — Извините, у вас не будет сигареты? — короткий вопрос вырвал из водоворота тягучих мыслей, попутно разрушая всю атмосферу недолгой прогулки.       Невысокая, совсем щупленькая девушка, похожая на подростка, несмело смотрела то в глаза, то на сигарету во рту Арса. Он улыбнулся.       — Тебе восемнадцать-то есть?              — Есть, уже пять лет как, — девушка коротко усмехнулась. Надоедливая и настойчивая маленькая заноза. Ну почему даже на прогулке кто-нибудь обязательно должен ложечкой съесть его нервы?       — Держи, — мужчина протянул ей недавно подкуренную сигарету, а девушка благодарно кивнула, протягивая руку. Оставаясь на месте, она сделала глубокую затяжку, выдыхая в сторону горький дым.       «Чёрт, вали уже быстрее», — только и крутилось в мыслях. Однако валить никто, судя по всему, не собирался. Не дай Бог ещё разговор заведёт. Арсений достал себе ещё одну сигарету, моментально получая осуждающий взгляд; отдал подкуренный огрызок, хотя у самого целая пачка.       Столкновение взглядов, немой вопрос «Чё приебалась?» и напряжённая тишина.       — Так и будешь стоять? — не выдержал Арс, вопросительно поглядывая на девушку.       — А что мне, прыгать? — она улыбнулась, кивнув в сторону моста.       — Как хочешь, — мужчина развернулся, быстрым шагом направляясь в сторону дома.       Да уж, прогулка явно не задалась…