Трудности взаимопонимания

      С самого утра день не задался. Квартирант чем-то громко шумел все утро, мешая спать летучей мыши, что легла вчера слишком поздно. Она вообще не планировала вставать часам к девяти, потому что сегодня была только суббота, а это значит, что народу в клубе будет больше, чем вообще бывает на неделе. Перед этим стоило бы хорошо выспаться днем, но ее сосед явно был с ней не согласен.              Раздраженно фыркнув, девушка поднялась с постели, поправляя ночную рубашку и направилась в сторону общей кухни, чтобы высказать одной полосатой особе все, что она думает о нем. Ее ворчание продолжалось все это время, пока она ногой не толкнула дверь на кухню и не замерла на месте. Ее взгляд встретился с взглядом удивленных малахитовых глаз, хотя чему тут вообще удивляться? Это ее квартира, и не удивительно, что она бы могла здесь появиться в любую секунду. Но очевидно Соник точно не ожидал ее увидеть.              — Блю?              — Шэдоу сказал ты на работе. — произнес тот в свое оправдание, отворачиваясь от хозяйки, чтобы вернуться к готовке. Руж даже и думать не думала, что этот ежик умеет готовить.              Еще один повод взять его в мужья, сладкий. — отметила она в своей голове, пока ее глаза бродили по исполосованной обнаженной спине ежика. Огромное количество шрамов с детства, юности и работы. На нем казалось, не было ни одного места, которое не было бы затронуто этими гигантскими полосами. Кажется, новые шрамы появляются каждую неделю.              — Я приготовил омлет, но Шэдс еще спит, скорее всего. — Соник покрутил головой, хрустя костями шеи, прежде чем переложить массу из белков, желтков, колбасы и зелени на тарелку. Она выглядела не слишком аппетитно, но это было бы не плохой платой за такой ранний подъем. Поэтому от еды девушка отказываться не стала.              — Я пришла с работы в пять утра. — согласилась она с его предыдущей мыслью. Она действительно была на работе, и пришла под утро. Однако черный ежик и словом не обмолвился, что он приведет домой любовника, обычно они всегда встречались дома как раз у индигового ежа, поскольку он находился за городом, а эти двое любили тишину частного сектора. — А время сейчас… — она посмотрела на наручные часы. — Девять утра. Теперь я понимаю почему ты под ночь такой тихий.              — Работа в GUN мне не подходит? — усмехнулся он, ставя перед ней тарелку, и уселся сам со своей порцией, которую уплетал с большой скоростью. Глядя на то как он ловко ест еду палочками, от чего даже ни одна крошка не упала обратно на тарелку, Руж удивлялась этим парнем все больше.              — Совсем не подходит. Тебе бы в детский садик воспитателем. — подытожила она, усмехнувшись. Она в самом деле так думала. Он слишком мило смотрится в этом передничке с неаккуратным пучком игл, заколотых наскоро заколкой Шэдоу, с этой мягкой полусонной улыбкой. Эту картину было видеть намного приятнее, чем в военной форме с карабином наперевес. Он идеально справлялся с заданиями, по своему, всегда добивался нужного результата, но он не подходит для этой работы.              Она услышала краткий смех на свой ответ, хотя ежик и задумчиво подпер щеку рукой, будто уже думал об этом. Однако кто даст ему так просто уйти? Он слишком ценный кадр.              — Или ко мне барменом. — Руж прикрыла рот в зевке, когда, наконец приступила к еде. Надо же, как вкусно. Ей показалось, что даже Шэдоу не готовит так вкусно. А может устроить его поваром? Что там готовить тем более? Стоять возле фритюрницы, да подавать креветок или картошку. Она бы с удовольствием приняла такого крошку в свое заведение. Там и безопаснее во много раз. Он только два дня назад выписался из госпиталя.              Она засмотрелась на парня, что поедал свою порцию омлета в некой спешке. Будто ему было не слишком комфортно сидеть здесь полуголым перед хозяйкой квартиры, и он желал поскорее удалиться, чтобы вернуться в объятия ко все еще спящему черно-алому ежу.              — И чем вы занимались? — вдруг перевела тему Руж, медленно схватив кусочек своего завтрака с вилки. Кажется, этот вопрос слегка застал ежа врасплох.              — Говорить о таком в приличном обществе не принято. — четко изложил он с набитым ртом, проглатывая моментально все содержимое. Нашел че сказать, не то слово. Это даже пробило мышку на смех. В самом деле, как будто они не знают друг друга несколько лет.              — Блю, я содержу стрип-клуб, а ты мне стесняешься рассказать о ваших детских играх? — улыбнулась она, умиляясь даже несколько такому. Она несколько раз их даже слышала, чем они там занимаются. Даже если Шэдоу думал, что тихий шепот, которым они так любили обсуждать абсолютно разные вещи, начиная от идут ли ему эти шорты до того почему Соник так в кайф сидеть в одном месте со своей большой пушкой, а потом участвовать в телепередаче «Сдохни или умри», она не слышала. Как же. Она слышала многое. Навыки шпиона было очень соблазнительно применить на такой необычной парочке.              Зеленые глаза смотрели на нее с непониманием. Чего тут может быть интересного? Неужели ей нечем заняться, кроме как вымогать информацию из своего, по сути сказать, зятя? Он закатил глаза, сжалившись.              — Мы смотрели фильм. — улыбнулся он снисходительно, будто надеялся, что это удовлетворит ее любопытство. Как же он ошибался.              — И какой?              — Олдбой. — с усмешкой ответил он, заставая на ее мордочке неописуемое выражение лица. Широко раскрытые глаза, распахнутый в немом вопросе рот и поднятые уши, которыми она еще пошевелила, пытаясь понять, не шутит ли ежик.              — Блю! Извращенец! Это преступление смотреть на романтическом свидании такие фильмы! — фыркнула мышка, все еще хлопая глазами. Этот выдающийся изврат для нее слишком непонятен. Она была уверенна, что по сравнению с этим ее бизнес это какой-то сущий пустячок. — Только не говори, что вы еще и занимаетесь любовью после такого! Мое бедное сердце не выдержит!              Тот лишь пожал плечами с тихой усмешкой, намекая, что возможно, за ними такой грешок имеется. И вообще, кто виноват, что иногда этот азарт настигает их даже после того, как они разобьют друг другу морды, затем расцеловывая кровоточащие раны и ссадины. Да, звучит как фетиш, но винить себя в том, что им обоим это нравится, никто из них не мог.              Но Руж только прижала свою ладонь к левой стороне груди, изображая, что вот-вот упадет в обморок, будто это действительно могло стать для нее поводом.              — В следующий раз, если вам так сложно выбрать подходящий фильм, зовите меня. — заявила она, показательно фиксируя частоту сердцебиения на фитнес-трекере. — Всему учить надо как маленьких детей. Может вам еще и про то откуда дети берутся рассказать?              Индиговый ежик лишь фыркнул на этот вопрос. Иногда все же стремление девушки было несколько надоедливым. Он прекрасно понимал, что она словно мамочка беспокоилась за Шэдоу, да и за самого Сони, который уже стал ей как второй сын, но они были уже достаточно взрослыми, чтобы решать свои возникающие проблемы самостоятельно. И пока, сколько бы они не ругались, ломая друг другу кости, еще ни разу не разошлись. Наоборот, словно общие ссоры только сильнее скрепляли их союз. Прошло уже чуть больше четырех лет, а они до сих пор смотрят друг на друга влюбленными взглядами, будто только что впервые увидели среди толпы свое сокровище.              Такой любви можно только по белому завидовать. У самой летучей мыши же в данный момент отношения были в разряде «все сложно». Может просто Наклз настолько непробиваемый идиот, который даже не знает что такое романтика, а может она сама что-то делала не так, отказываясь это принимать. В данный момент же она взваливала всю вину на эти шикарные широкие плечи. Эти прекрасные плечи, которые она так любит обнимать, произнося на, скрытые под иглами, уши его имя таким сладким тоном, который только сводил ехидну с ума.              Шэдоу никогда не одобрял ксенофилию, но всецело поддерживал свою подругу, к сожалению, не способный дать никаких дельных советов, кроме того, чтобы прислушиваться к своему сердцу и к своему партнеру. Важно, услышать его, и понять. У него это выходило как-то само собой, словно так всегда и должно было быть и никак иначе. Но у Руж и Наклза… тут будто дело совсем в другом.              — Я мог бы тебе как-то помочь? — заметив ее выражение лица искренне обеспокоенно произнес Соник, приподняв уголок губ, словно пытался ее приободрить.              — Будь так добр. — она поймала его взгляд, несколько секунд думая о том чего же больше она хочет попросить, какого-нибудь совета или что-нибудь еще поесть, потому что она чувствовала будто совсем не наелась омлетом. — Свари мне пару яичек и состряпай салатик витаминный.              — Как скажешь, хозяюшка. — улыбнулся он, поднимаясь с насиженного места, чтобы подойти к холодильнику мимо нее. Летучая мышь не удержалась от того, чтобы игриво шлепнуть его по заднице за такие выражение. Он только подскочил на месте с не громким визгом и рассмеялся. Можно ли считать ее многодетной матерью, если у нее под крылом живут двое ежат, и еще есть ехидна, которая так же никак не может повзрослеть, несмотря на приближающийся неумолимо тридцатник.              Идиллию нарушил черный ежик, раскрывший широко рот в зевке, демонстрируя невольно свои крепкие острые клыки. Не мудрено, что после них у Сони едва ли не остаются шрамы на теле. Будто таким образом его возлюбленный показывал его принадлежность. Довольно жестокий, но такой заводной способ, вместо ношения кольца на пальце.              Он уселся точно туда же где до этого сидел собрат и провел алым взором по стройной фигуре у кухонного гарнитура.              — Доброе утро, сладкий. — улыбнулась Руж, наблюдая за этим. Нужно ли говорить что ощущение того, что даже после нескольких лет их отношений Шэдоу как в первой раз любуется возлюбленным, приводило в восторг? Хотя почему бы и не волноваться этим ежиком. Высокий, стройный, подтянутый. А какие у него ножки… сразу видно, что спортсмен. Хоть кубиков пресса у него и не было, но он брал своей мальчиковой внешностью. И не скажешь, что ему больше двадцати.              — Доброе, мышь. — зевнул полосатый ежик, не сводя глаз с возлюбленного. Не мог их отвести.              — Шэдоу, возьми, пожалуйста, за привычку спрашивать меня какие фильмы стоит смотреть на свидании, а какие не стоит.              — Соник сам предложил посмотреть. — оправдался он, улыбаясь. — А я не вижу ничего плохого.              — Не представляю как может быть приятно смотреть такие фильмы и ласкать своего мальчика в то же время.              Соник в ту же секунду обернулся к ней лицом, взмахивая довольно опасным ножом. Если бы этот придурок не умел правильно пользоваться лезвием, этот трюк мог бы стоить ему пальцев на ногах.              — Руж, да успокойся. Не было ничего вчера, мы оба были в хлеб. Посмотрели фильм и спать легли. — не отводя взгляда практически он вернулся к своему занятию, нарезанию овощей. Но Шэдоу тут же подскочил к нему, обхватывая его за плечи и фыркая, что он так делать не должен, потому что в таком случае может остаться без пальцев, а в худшем случае без руки.              — Какое интересное выражение, в хлеб. Надо запомнить. — усмехнулась девушка, понимая, что ежи уже ее не слушают, потому что во всей красе могла наблюдать как их языки хищно переплетались, соперничая за лидерство. И черный ежик бесспорно побеждал, заставляя сородича прогнуться в спине, что помогло Шэдоу выхватить нож из персиковой руки, который он отложил чуть дальше. В один момент Руж даже подумала о том, что салата можно и не ждать.              Черный ежик схватил упругую ягодицу в облегающих шортах и улыбнулся, разрывая долгий поцелуй. Выглядел он очень довольным. Кажется, на собственной кухне теперь и вовсе не было места для летучей мышки.