КОТец света - II

И действительно в кухню вошла Варя, - Азик-то её, хоть и с другой прической, тут же узнал. И Варя тоже сразу поняла: это он. С криком: «Азик!» протянула руки, - и тот, без раздумий, прыгнул со шкафа прямо в объятия подруги. Через секунду они уже вовсю прижимались друг к другу, воркуя какие-то нежности на кошачьем и человечьем языке соответственно, а капитан Серафимова молча умилялась в сторонке. Даниэль, конечно, тоже умилялся и вообще был от всей души рад счастливому завершению этой истории, - но почему-то на душе кошки скребли, в чём он стыдился себе признаваться. И не то чтобы скребли, - скорее, эдак проводили на пробу коготочком. Хотя ощущения при этом были такие, будто кто-то медленно, но верно процарапывает черту на стекле. Так себе удовольствие, прямо скажем. Хотя он-то какое имел право жаловаться?.. Азик, словно что-то почувствовал, слегка извернулся, не слезая с рук вновь обретённой хозяйки, и покосился вниз на светлого кота. Тот казался таким потерянным, что в сердце Азазелло шевельнулось что-то похожее на чувство вины. Что было глупо. Они успели прожить вместе в общей сложности где-то около недели, едва ли больше. И с самого начала знали (уж Азик-то, по крайней мере, точно знал), что это не навсегда и их пути очень скоро опять разойдутся. Поэтому в эти несколько дней, проведённых на одной территории, искренне пытался к этому глупому, нелепому, невозможному, невероятному, очаровательному Мурзилке не привязываться. Получалось плохо. Кот оказался не только невероятно пушистым и, чего уж греха таить, приятным наощупь, - но ещё и дофига тактильным: уже на второй день они спали вместе в одном кошачьем домике, причём этот невинный одуванчик так и норовил невзначай на Азика то голову положить, то лапу закинуть, прижимая к своему тёплому мурчащему боку. И, надо сказать, бывшая звезда Тик-Тока не очень-то и сопротивлялся. Рядом с этим шаром кремово-золотистого меха было невероятно тепло и уютно, - будто очутился в раю и спишь на облаке. И, хотя Азазелло вполне устраивало делить кровать с Варей и акулой из Икеи, - но вот сейчас он с грустью и недовольством осознал, что и такого уже по-домашнему привычного мягкого Дани под боком ему тоже будет не хватать. Нда, котец какой-то. Только таких проблем ему и не хватало. Ещё и этот скорбный вопрошающий взгляд снизу вверх, эти широко распахнутые небесно-голубые глаза… Блин! Азик нервно дёрнул хвостом. Мурзилка остаётся в дружной любящей семье: у него тут хозяйка-кошатница и куча братьев и сестёр, да ещё и с этим гипер-опекающим Григорием в придачу. Уж явно беспокоиться о нём нечего. От одиночества или отсутствия внимания не зачахнет. И само это мимолётное случайное приключение через пару дней забудет (а вот это уже обидно). Просто вернётся к своей скучной, обыкновенной, размеренной жизни… Хах, видно, и правда, не так уж богата была на события жизнь у бедолаги. Азик с усмешкой вспомнил, как рассказывал Даниэлю о съёмках, интервью, тик-токах. О встречах с новыми людьми, поездках в другие города. Да, его-то к концу карьеры такой бешеный ритм начинал уже сильно утомлять, - но зато с каким неподдельным интересом, затаив дыхание, слушал его истории Мурзилка, чья жизнь никогда не выходила за пределы Светиной квартиры. По правде говоря, Азазелло невольно начинал временами немного привирать и приукрашивать, - нельзя сказать, что он так уж стремился покрасоваться и произвести впечатление, но слишком уж восхищённым и доверчивым был этот ангелок пушистенький, просто грех было не воспользоваться положением. Да и развлечений у Даника не так уж много было, кроме Азиных рассказов: хозяйка на работе пропадала целый день, а остальные кошки как-то всё больше разбредались по квартире и занимались своими делами (вечно бдительный ошивающийся где-то рядом Григорий не в счёт). Экс-представитель компании Апокалиптик время от времени нарочно целые представления устраивал: для одного-единственного благодарного зрителя в лице Даниэля. То замысловатые пируэты в воздухе выписывал, гоняясь за невидимым пёрышком, то по шкафам чёрной тенью летал, словно демон какой, - всё лишь бы Даню развеселить. Или вот какие-то трюки из своего арсенала демонстрировал: как сейчас, с открыванием дверок шкафа. Ангелок на всё смотрел с трогательным вниманием: искренне стараясь вникнуть и ловя каждое слово. Азазелло был всякого рода вниманием с юных лет избалован, - и всё равно такое не могло не льстить. - Спасибо Вам огромное! – вырвал Азика из приятных воспоминаний подрагивающий от эмоций голос Вари. – Если б не Вы… прям не знаю! А меня ещё родичи отговаривали в полицию обращаться. Ха! Когда расскажу, - вот они офигеют… А Вы к нам заходите, если что, - ну, там, Азика проведать… когда захотите. Мы ж по сути в одном районе живём. Давайте я Вам свой номер вобью. Ну и Ваш возьму, мало ли. Девочка аккуратно опустила питомца на пол и полезла за телефоном. - Ну… по ходу, это всё, - неловко мяукнул Азик, очутившись рядом с Даниэлем, и невольно отвёл глаза. – Давай, Мурзилка. Не скучай тут. Видишь: вон, люди телефонами обмениваются… Значит, по любому сконнектимся ещё. Заходи как-нибудь в гости. Потусить, почиллить… что угодно. Мы с Варюхой рады будем. Он постарался не быть таким трусом и в последний раз встретиться взглядом с Даней. Лазурно-небесные глаза были необычно серьёзными и понимающими. - Пока, Азазелло. Да, спасибо за приглашение. Я тоже надеюсь, что ещё увидимся. Азик слегка отвёл назад уши от этого нарочито сдержанного и отстранённого тона. Но в светло-голубых глазах напротив он без труда прочёл то, что не было произнесено вслух. Да, они оба будут скучать. И, да, они вряд ли уже встретятся.