Драбблятник

Полумрак комнаты рисует причудливые тени на обнажённых телах на кровати. Сбитое дыхание и тихие мелодичные стоны, что срываются с зацелованных ярких губ. Тягучее тёплое желание заласкать до потери сознания. Это ни разу не похоже на выданную страсть на съёмках, это другое. Совершенно другое, что останется навсегда только между ними и за дверьми спальни. Изящные руки перехвачены за запястья и прижаты к постели. Снова стон, недовольный такими ограничениями, ведь явно хочется касаться в ответ. Притянуть ближе… позже. Сейчас только томная ласка. Легкий, почти невесомый поцелуй на светлой шее. Тихий вздох в ответ. Хочется оставить метку, но нельзя. У них скоро съёмки, и будет трудно объяснить гримёрам, откуда это. Чуть подняться поцелуями выше, прикусить осторожно мочку уха, играясь языком с колечком. Почувствовать как руки сжимаются в кулаки, но не пытаются вырваться из хватки. Уже давно известно, как и где нужно коснуться, чтобы свести с ума. Движение вниз, легкий поцелуй на плече, осторожная дорожка по ключице. Стон, больше похожий на мольбу, когда поцелуй касается середины груди. Под губами заполошно бьётся сердце. Приятно. Чуть сместиться вбок, накрывая под тихие ругательства губами бусинку соска. Только в намёке на ласку. Под тихое «щекотно» пересчитать так же лёгкими поцелуями рёбра. Становится неудобно, поэтому руки чуть сильнее сжимают чужие запястья, прижимая их к постели. Намёк на то, что двигаться нельзя. И тут же отпустить, чтобы коснуться светлых бёдер. Вот где можно оставить метку и потом огрести за самоуправство. Очередной судорожный вздох сверху и мелодичный стон, стоит лишь коснуться живота и спуститься ещё ниже. Стройное тело выгибается навстречу. Хриплый голос просит не останавливаться, выдавая ещё один стон. Но останавливаться в планах и не было…