Ресторан.

Быстро разбираясь с выбором вина, Накахара внимательно водит пальцем по меню, ибо в этом ресторане они никогда до этого не были, попеременно общаясь с официантом на французском. Пока блики пляшут на хрустальных люстрах, развешанных в большом зале с изысканным убранством, Дазаю кажется, что он умирает. Его щеки пылают, они горят. Как и весь он. Слюна собирается во рту слишком быстро, а губы облизаны и покусаны уже десятки раз за последние полчаса, а Чуя лишь закуривает очередную сигарету, ожидая подачу блюд. Вино залпом, Чуя вскидывает бровь. — Всё в порядке, Осаму? Издевается. В каком блять порядке. У Дазая встал, ещё когда Чуя сказал ему, что заберёт его в 20:00. Ну а теперь Накахара сидит, снимает перчатки, чтобы взяться за серебряные приборы. И эти пальцы. Как же хочется чтобы они наконец оказались внутри, помогли раскрыться, и Дазай их примет с желанием, вожделением, начнёт сам насаживаться… — Осаму? Моргай, дыши. Твоё дыхание… Взлетая на ноги резко, что стул падает с громким стуком, Дазай хватает Чую за руку, выдёргивая из-за стола и таща за собой. Где здесь чертов WC. А вот. Пальцы на пряжке, через секунду уже тянут боксёры за ластик вниз, пока их рты сливаются в поцелуе похожем больше на удар зубов и борьбу языков за право обладать, Чуя тоже уже достаточно твёрдый, Дазай ловко вынимает из кармана смазку, кидая ее Накахаре чуть ли не в лицо. — Да понял я, — уже сбивчиво, — тише, принцесса. Изысканный ресторан с отпидарашенными до блеска кабинками, к стене одной из которых Дазай прижался и горячей щекой, и ледяными ладонями. Пальцы Чуи внутри него, слава господу, как приятно, растяжка, заполненность. — Достаточно. Сразу входя членом до упора, Чуя срывает громкий стон из уст Дазая. Такой неприличный, чего таить, блядский. — Тебе приятно? Какого… Дазай сжал зубы, Чуя все ещё насмехается, а он столько ждал этого момента. Отталкиваясь руками, брюнет ударяется ягодицами в горячий пах партнёра, который встречает его движения, сильно сжимая пальцами за бока. До синяков. Да, когда в глазах все плывет и мутнеет, Дазай замирает, позволяя организму утонуть в волнах оргазма. Наконец-то. Дыхание. Вбиваясь резко и до предела, Накахара с громким вздохом кончает следом. Как же это охуенно. Не будет врать. Он скучал. Он пиздец как хотел Дазая. Несколько раз во время отсутствия становясь твёрдым только при одной мысли об Осаму разложенном перед ним на кровати и с любовью принимающем его пальцы. А что мешало сначала поужинать… Но. Никаких ресторанов после долгой разлуки.