Реквиём.

В продажу поступили маски для лица. После этого на улицах нашего города стали попадаться трупы с растянутыми улыбочками. Независимая экспертиза провела исследование. Выяснилось, что лифтинг (название придумано автором, взято из головы), входящий в состав компонентов, стягивает кожу, заставляя мышцы лица сокращаться, а кокаиновые ферменты, проникая в кровь, вызывают галлюцинации. Правда, неясно было, что именно приводит к смерти. Это был единственный случай, когда реклама говорила правду. «После применения маски вы всегда будете улыбаться! Ибо внимание общества вам обеспечено»! Кромвель стоял возле стола в лаборатории, на поверхности которого сидел кот. — Начинайте. Разрешил он. Яркий свет, и животного на месте нет. В столе вырезана аккуратная, по циркулю, дыра, которая прошила пол, и ушла в землю. Сам удар длился пять секунд. Люди ждали, учёный прислушивался, кот под столом высунул голову, заглянуть в отверстие. Ему непонятно было, почему эти двуногие до сих пор не шумят? Это же их обычное поведение. Лежишь себе на заборе, никого не трогаешь, греешься на солнышке, и точно знаешь, что сейчас мимо тебя, с пыхтением, топотом и криками идёт человек. Даже если он бормочет себе нечто непонятное, напоминает, видимо, опять куда-то опаздывает. И вообще, видел он, этих, болельщиков. С пивом. У телевизора. Однажды сидели тихо, мирно, опять же он спал. Внезапно люди заорали так, словно все разом оглохли. У него чуть сердце не остановилось. Хорошо что он сразу сообразил, это люди. Те самые странные существа, которые без них пропадут. Вот поэтому его все и кормят. Вот этот шум, свидетельство их присутствия, так почему сейчас так тихо? Ого! Всё нормально, они просто запоздали с реакцией. Люди это люди, человеки же. Кромвель забрал распечатки с ходом эксперимента и ушёл к себе. Предстояло многое сделать. В огромных апартаментах, размером со сцену какого-нибудь знаменитого театра, он прошёл к своему рабочему месту. Стол, экраны, клавиатура, мышь и блоки внизу, под ногами, и провода, провода, провода! К нему, на колёсиках, подкатил робот. Протянул кружку с кофе. Спроектированный системой голос сообщил. — Сегодня пришли данные из шести объектов. Ваши предположения нашли подтверждение. — Создай архив. Я хочу знать, как это было. И где мой диафильм по истории века цитруссков?! — Ожидает вас в крайней справа папке без пароля. — Тебя следует изменить. — Как вам будет удобно. — Хех! Если, однажды, я стану богом. Сотворю себе мир, вот из таких роботов, как ты. С вами проще договориться, чем с мутантами либо людьми… — Если такое случиться, доктор Кромвель, вы будете очень сильно скучать. Я не могу предоставить вам противника для игры поинтереснее, ближайшие из них, классифицированны вами как неудачники. — Ого! Да ты льстить научился! А ведь в твою программу такое не входило. — Счастлив быть полезен. — А вот это, входило. Ладно, оставь меня, мне надо поработать. — Земля в иллюминаторе, Земля в иллюминаторе, Земля в иллюминаторе видна. Пацан с короткими седыми волосами, напевал, шагая по коридору. В руках он держал книгу, которую то ли рассматривал, то ли всё же читал. Большой чёрный кот, шагающий рядом, так до конца понять этого и не смог. Хотя и пытался заглянуть в книгу. Принюхивался к запахам, может, глаза что-то упустили? Белобрысый, заметив этот интерес, делал вид, будто нашёл там нечто интересное, от зрелища которого трудно оторваться. Однако, занятая неспокойными мыслями голова, перебирала в памяти песни, сами просившиеся на язык. — Три танкиста, три весёлых друга, Экипаж машины боевой! Так они и вошли в невысокий зал, где встретили делегацию из Кореи. Довольно любопытные мутанты, которые себя называют модифицированными, попались. Один, с улыбкой психопата, другая, холодно-сдержанная, высокомерная и полураздетая. Ну, одетой такую даму признать трудно. Сексуально озабоченная, что ли? Такое определение ей больше подходит. Третий, как еврей, скромная вежливость и такое, артистичное амплуа немого актёра, несмотря на красную рожу, со вздутыми дорожками вен. Последний, чёрте-те-кто на шее бантик. Ну, прямо волк-одиночка в поисках подруги, которого потрепала жизнь. И не просто потрепала, а покусала как бешеная собака. Как он умудряется себя в руках держать, просто чудо. — Ну, здравствуйте, давайте побеседуем. Гости оглянулись. Они стояли под дулами оружия, увешанных бронёй и запасами пуль солдат. Простых людей. Ну, это если не учитывать всё остальное. — А ты вообще, кто таков? Визгливым голосом, очень похожим на бабский отозвался психопат. — Псих, Озабоченная, Актёр, Псина. Вот кого я вижу перед собой. А вы? Псих ожидаемо психанул, в тот же момент оказался рядом с парнем. Затормозил, замахнулся. Широко, с плеча. На пальцах рук сформировались когти. Прыгать не рискнул, видимо, боялся, что сила могучих ног легко добросит до потолка, а крепкая голова проломит крышу. — Он улетел! Но обещал вернуться. Некстати промелькнуло в голове голосом няни из мультфильма «Карлсон». Добраться до него когти так и не успели. Чёрная пантера, до этого момента старающаяся выяснить, что с этим предметом, в руках хозяина не так, как на них напали. Зверь перетёк быстрее ртути, встал перед парнем, с ходу встретил психа, положив ему лапы на плечи, столкнул на пол. По залу прошла вибрация, плитки пола рисовали круги на воде, расходившиеся как живые волны. Только противники остались лежать на полу. Всё произошло настолько быстро, что Озабоченная не отошла от шока, а двое других пытались разобраться, кому какая кличка досталась. — А ты вообще, что такое? Спросил псих у животного, в ответ пантера когтями пригвоздила его к полу, без особых усилий, не давая вырваться. Белобрысый вновь заговорил. — Псих, я ведь вежливо попросил так не делать. В ответ с разных сторон, из-за ширм, играющих здесь роль стены, раздалось ответное рычание. — Мы здесь прибыли из организации «союз», — начала объяснять девица, — у вас, вроде, есть кое-что, что принадлежит нам! — Угу. Гроб на ножках. Угадал? — Этот предмет принадлежит организации. Или вы хотите чтобы старейшины здесь всех убили? — А они могут? — Их у нас одиннадцать. — Хех. Тяжела ваша доля, не спорю. — Вы сами хотите удрать отсюда. Бежите, как крысы с корабля. — Пусть будут крысы. Это очаровательные животные. — Это подопытные крысы. — Без разницы. Эй, там, у нас гроб остался? — закричал он себе за спину, повернувшись к гостям боком. — Какой? — Гроб! — Который? — Какой вам нужен? Мэри просто метнула фотокарточку в руки седому юноше. Тот посмотрел, и сказал пантере. — Хватит. Иди лучше, Седого позови. Джейк встал, демонстративно отряхнул свою куртку, развернулся и пошёл к своим. Выглядел он спокойно, расслаблено, закурил. Пантера переключила своё внимание на книгу, которую хозяин «забыл» на полу. Теперь можно разобраться, что в ней такого интересного. Аккуратно подцепив когтем твёрдый переплёт, раскрывает книгу, устраивается поудобнее, и читает, время от времени листая страницы. Молчание надолго не затянулось, по коридору к ним приближался белый тигр, с полосками кровавого цвета и красными глазами. Зверюга была в два раза больше привычного зверя, его голова находилась на уровне плеча взрослого человека. Пацан показал фото. Тигруля фыркнул, чихнул, развернулся, махнул хвостом, с поистине царской грацией возвращаясь к себе. — Нет, у нас такого нет. Заявил белобрысый, возвращая фотокарточку. — Возможно, вы видели кого-нибудь из этих? — перекинул ему фотокарточку уже М-21. На палубе корабля стояли люди, перед ними лежал гроб, с богатой, но простой отделкой, которая не пострадала от воздействия воды. Лакированное чёрным лаком крепкое, тяжёлое дерево. — Возможно, и видел. Разорванные трупы. Судя по характеру ран, над ними потрудились либо оборотни, либо китайцы. — Да при чём здесь китайцы?! — рявкнул Джейк, сигара успела закончился, пока они тут неторопливо болтали. — Не знаю, спроси у них. Псих не утерпел, атаковал снова, пантера, увлечёная чтением, шевельнул а ухом, и не сдвинулась с места. Всего одно касание ладони. Джейк свалился, испытывая сильную боль. Он хрипел, давится собственной кровью, а регенерация делала своё дело. Минуту спустя, псих поднялся. Чтобы лечь навзвичь от касания уже двух пальцев своего лба. — Не буду его убивать, хотя, напрашивается. Запомни, крошка, увижу вас здесь ещё раз, любого дуболома из союза, будет труп. Ясно? — Вполне. Процедила Мэри, тащить тело своего напарника она оставила двум образцам, над которыми доктор Кромвель проводил следственный эксперимент. Опасная эта страна, да и Китай не лучше. — Найдите гроб. Задала она модифицированным задачку на прощанье. — Откуда это видео?! Рвал волосы, в переносном смысле, на голове Тао. — От камер наблюдения, который нам выдали вместе с одеждой. — ответил оборотень, — мы, как сообразили, что к чему, поменяли шмотки. Правда, легко и просто это сделать не удалось, были пострадавшие. Рейзел сказал. — Чай. — Сию минуту, мастер, Такео, ты видел весь процесс, повтори. — Мисс Сейра… — Тао! — возмутился Редис Ди Ландегрэ. — Иду иду. — Не волнуйся, золушка, я поставлю на паузу. Без тебя смотреть не станем. — успокоил своего друга Тао. Злобная мачеха оставила Золушку дома, сортировать зерно, отбирая его от плевел. Её дочери обязаны были блистать на этом балу. Это их единственный шанс поймать богатого мужа, возможно, и самого наследника престола. Битва будет яростной, на празднике объявятся стая мамаш, мечтающих выдать свою дочь замуж, и обеспечить себе спокойную старость. Золушка не дождётся в этот вечер крёстной волшебницы-феи. Она будет перебирать зерно всю ночь. Такое пытался на слух определить, что там происходит, на большом экране. Очередной пострадавший. Снова, провал. Начальство распекает работников, а те не знают, куда деваться. Отсюда выходят только вперёд ногами. - М-21 дыши. Дыши, тебе говорят! Вот так, да, медленно, торопиться не надо, нас не побеспокоят. Нет. - М-24, напрасно стараешься, эти нелюди вряд ли прислушаться. - М-38, если вы здесь, значит, нас осталось совсем мало. А заменить некому. - Просто, кха! - М-21, не говори, тебе трудно пока, сосредоточимся на дыхании. - Просто им проще запихнуть нас в одну коробку. Места свободные появятся. Уй! - Дыши! - Медленно и чино, пусть необъяснимо. - М-21! Ещё слово, и я тебя заставлю! - Попробуй, кха! - Хех, двадцать первый, двадцать четвёртого не заставишь всё время тренировками себя изводить. Он сам ещё... Лечится. - А мне всё равно. - Нет, это не лечится! Смешок, Марк с нарастающим удивлением ощущает прилив сил у каждого из присутствующих. Что происходит? Как это у них получается?! Какое значение несут все эти слова и выражения? Что ещё осталось тайной для сведущих учёных? Никто, пока что, никто не мог повторить подобного. Хотя были теории, исследования, опыты, а ответ так и не был найден. Почему? - Это снова произошло. - Давай, двадцать первый, жги! - Мы ещё спляшем на их могилах! Неужели, простой самообман? - Кха, вы безнадёжны. Но мне уже лучше. - Именно! Пока мы вместе, нам лучше! Тихий смех, если это вообще можно назвать смехом. Модификантов давно научились смеяться вполголоса, боль, пронзающая всё тело при любом неловком движении, научила многому. К боли можно привыкнуть, но долго терпеть её не получится. Это Марк по себе знает.