Я знаю, кто ты. 2

Несколько недель Брент ходил, как в воду опущенный. Пока маньяк снова не напомнил о себе. Убили мужчину продавца телевизоров. С этого убийства Брент поклялся, что теперь переключит всё внимание на дело о маньяке. Он должен был его найти, чего бы это не стоило! Но как и в прошлые убийства маньяк не оставил следа, даже зацепки. И как всегда, на месте преступления камеры видеонаблюдения не оказалось. Приходя с работы Брент запирался в комнате отца и до ночи не выходил. Спустя две недели в квартире, которую снимала, была найдена эмигрантка, тридцати двух лет, как две капли похожая на Мэрлин Монро. Она хотела стать известной актрисой, в реальности же довольствовалась редкими ролями в малобюджетных фильмах. — Стоп! Брент сидел за монитором и обратил внимание на человека в плаще, с капюшоном на голове. Он прокрутил запись назад. — Что-то знакомое в походке, и одежда, где же я её…вот и зацепка, Крисс! — Да, ладно! — чуть ли не крикнул в ухо Бренту рядом стоявши, знакомый коп. — Ты думаешь, наш маньяк — это он? Да, брось ты! Его уже давно никто не ищет, просто убийство и всё! — Непременно, это он! — стукнул кулаком по столу Брент. — Спасибо, что нашёл эту запись прошлого убийства! — Что за шум? — в кабинет вошла Ирен. Брент поглядел на Крисса, тот понял надо «молчать, как рыба»! — Ничего, просто развлекаемся! — холодно ответил Брент, вскочив с места, он покинул кабинет, громко хлопнув дверью. Крисс быстро выключил монитор и улыбнулся женщине. — Что это с ним? — Без понятия — пожал плечами Крисс. В голове Брента как гильотина, висел вопрос, где он видел этот плащ…и походка…жаль, маньяк попал в кадр только сзади. Камера висела в пяти метрах от трупа мужчины, снимая, кто проходил рядом. Кроме старушки и подозреваемого во время убийства никого не было. Брента возмущало, что никто и носом не повёл когда эта запись обнаружилась, предпочли закрыть это очередное убийство маньяка. Лето перевалило уже за половину. Брент нутром чуял, что-то грядёт. Он часами просиживал у портрета отца, безмолвно с ним беседуя. Более всего он просил о помощи, совете…хоть каком-нибудь знаке… Мать вздыхала, предпочитая наблюдать за сыном на расстоянии, и не тревожить без повода. Мечты об Ирен у Брента отошли на второй план. Свое тайное расследование он назвал «Преступления без наказания». Следующей жертвой маньяка стал молодой курьер. Его убили в районе, где проживали сами Брент с Ирен. Брент молча вздыхал, глядя на сослуживцев. Казалось, все давно свыклись с мыслью, маньяк неуловим, и пусть. Ему с Ирен поручали заниматься незначительными происшествиями. Он долго просиживал в кабинете отца, размышляя о маньяке и вспоминая Брэма. Однажды Брент уснул за столом. И ему приснился отец. Он прошел мимо него и как ни пытался Брент его догнать, докричаться до отца, тот его будто не видел и не слышал. Наступил день памяти отца Брента. Для Доротеи с сыном это был особенный день. Брент настолько измучил себя неразрешимыми вопросами, что сделал важный шаг, на который раньше бы не пошел. Он решил исповедаться, первый раз в жизни. Мать с Брентом молча позавтракали, надели строгие костюмы и отправились в тот самый храм, где они ставили свечи и вспоминали Брэма каждый год. В тот день когда его не стало. Утро отвечало им грустным безмолвием, отражая их настроение. В церкви почти никого не было. Брент подошёл к …и начал исповедь. Он рассказал историю об отце, маньяке, и под конец спросил совета, как быть эти убийства очень похожи на почерк маньяка, который давно умер…и всем плевать, что с этим делать? — Я не понимаю, отец, все преступления схожи, но между жертвами нет никакой связи. — Балерина, профессор, цыганка, две сестры, эмигрантка похожая на Мерлин Монро, курьер. Священник остановил Брента: — Погоди, что-то знакомое, они ведь все были у меня на исповеди, в один день. — Когда? — Полгода назад, примерно. У меня отличная память. — Падре, я вынужден буду вас опросить немедленно, мне нужна любая информация, все подробности того дня. — Хорошо! Священник отпустил грехи и предложил присесть на лавку поодаль от всех, чтобы им никто не мешал. Доротея тревожно поглядывала в их сторону. — Все были у меня на исповеди, да, только вот последнего человека ты не назвал. Молодой учитель колледжа, в очках, я с ним знаком, он мне как сын. — Отец, где вы раньше были? Ведь в криминальных новостях только и говорят про убитых! — Мальчик мой, я веду уединенный образ жизни, и не смотрю телевизор. — Значит, следующая жертва, возможно последняя, это учитель…он ещё жив?! — Да, я буквально вчера его видел в храме. Подожди, сынок, я вспомнил ещё один момент… В тот день ко мне подошла молодая женщина, такая рыжеволосая, миловидная, общается немного грубовато и резко. Она предъявила удостоверение офицера полиции и потребовала рассказать всю информацию о людях, которых я исповедовал только что. В интерсах какого-то расследования. Пришлось нарушить тайну исповеди. Брент, побледнев достал из кармана пиджака маленькое фото Ирен: — Она? — Да, это была она. — Выходит…это она…но зачем ей это, почему? Не может быть! Адрес, дайте адрес учителя…его ещё можно спасти. Быстрее, святой отец! Священник рассеянно прошептал адрес…и осенив крестом собеседника, встал: — Храни тебя бог! Брент позабыв обо всём на свете, даже о матери, кинулся по адресу учителя. По пути он торопливо набрал Винсента и назвал адрес, чтобы туда вызвали полицию, потом всё объяснит. Мать Брента выпросила у священника адрес, куда кинулся её сын, и поехала вслед, на своей машине. (- Почему? Он остановит её, пока не поздно. Как? Не может быть, Ирен, убийца? Плащ, вспомнил, один раз я видел на ней такой, а походка, ведь это её походка?! Нет, вот сейчас, я войду в квартиру, и все подозрения развеются, обернуться домыслами…) Дрожащей рукой Брент тронул дверь квартиры. Она поддалась, он вошёл и оторопел. Над телом уже убитого мужчины склонилась Ирен. Обернувшись на Брента, она нисколько не удивилась, даже улыбнулась: — Вычислил меня! Наконец-то, что-то в жизни смог! Брент в шоке прислонился к стене: — Зачем ты это делаешь? — Пойдём Брент, в другую комнату, поговорим. А этот грешник, пусть себе спит! — Ты не в себе, Ирен! Женщина снова улыбнулась: Может и так, пойдём, ты сейчас тоже не в лучшей форме. Они сидели на диване, и Ирен, глядя на Брента начала свой рассказ: — Мой папа, Том, я его толком не помню, не жил с нами, и вёл странный образ жизни. Умер он в тюрьме. Да, да не смотри на меня так, тот самый Томас, но он был оклеветан, он был святым! У меня фамилия матери. А засадил моего отца твой папаша с другом Конни. Моя мать погоревала с рюмкой в руках и умерла. От отца я запомнила одну заповедь: — «не противься» — говорил он мне — «когда услышишь глас Бога, и клянись, что всё, что он попросит исполнишь?!» — Я обещала ему, сама не зная, что. И вот, полгода назад, когда я зашла в церковь, помянуть родителей, ко мне явился покойный отец. Его я увидела так явно, как вижу тебя сейчас. И тогда я поняла, он святой. Он мне сказал, что я должна, моя миссия наказать пришедших в то утро грешников, всех. Ну, остальное, ты знаешь…моя миссия завершена. Ах, мой бедный, Брент, ты такой бледный. Твой отец — причина моих бед, смерти моего отца. Как после этого я смогла бы полюбить тебя, отпрыска Брэма? Что с тобой Брент? Смешно, я была у всех вас перед носом и мы все искали меня?! Хотя…один ты искал…остальным плевать.ты ведь у нас такой дотошный, справедливый! Брент взял Ирен за руку: — Ты больна, Ирен, это лечится, я поддержу тебя во всём, не оставлю. Ирен приставила пистолет к виску Брента, скривив лицо в гневе: — Как же давно я мечтала это сделать! Она не раздумывая выстрелила. Но убежать она не успела. Даже встать с места. Доротея доехала быстрее Конни с сыном, те попали в пробку. Женщина, увидав убитого только что сына, и рядом Ирен с оружием, достала пистолет покойно супруга, который всегда носила с собой и раздался выстрел. Скрываться она не собиралась, сев на пол прислонившись к стене, она обхватила голову руками. В квартиру вбежали Конни и Винсент. Доротее дали небольшой срок. Судья принял во внимание состояние аффекта, что убили её сына, что убитая сама была убийцей. Женщине было всё равно, под конвоем проводив сына в последний путь, она поняла, что её жизнь окончена.