От Кики осталось только Мора

Когда Глафира открывает глаза, то первым же делом бросается к колыбельке, где спит Дуня. Та на месте. Следующим делом она вытирает холодный пот со лба. — Может, мне это все приснилось? — спрашивает она пустоту, содрогаясь вся внутренне и моля о том, чтобы родители ничего не узнали о ее ночном приключении по лесу. Черный кот ластится к ногам, Глаша на всякий случай проверят, на месте ли у него зубы… — Глаша, милая, вот и мы, — входят в дом родители, а рядом с ними топчется симпатичная девушка лет восемнадцать на вид. — Знакомься, это Мора. У нас новый сосед вчера вечером приехал. Сам зайти не может, так дочь свою к нам послал. Глаша смущенно улыбается, но радуется тому, что теперь не она будет сидеть с Дуней. Она подходит к девушке и внимательно ее рассматривает. Слегка растрепанные волосы, широкая улыбка, серые, глубокие глаза. — Здравствуй, Глафира, — произносит она и тут же слегка обнимает ее. Глаша смущается, но не отстраняется. — Может, выйдем, погуляем, покажешь мне здесь все? Глаша кивает и быстро надевает обувь. Все же не стоит как в своем сне гулять босиком. Мора берет ее под руку и они выходят из дома. Бредут вдоль леса сначала молча, а потом вдруг стали обсуждать переезд и прочие мелочи, в итоге так разговорились, что даже забыли следить за дорогой. Мора в итоге Глаше очень даже понравилась. — А кто у тебя в семье? — спрашивает она осторожно. Мора хмыкает: — Отец, мать, дедушка и… бабушка. — А чего ты так неохотно про последнюю говоришь? — Да странная она. По лесам по ночам бродит… Если я открою тебе тайну, то ты никому ее не расскажешь? Глафира была честной девушкой, поэтому, замирая сердце, кивнула, готовясь слушать. — Никому. — В общем, — понижая голос до шепота произносит Мора. — Моя бабушка — кикимора. Глафира снова ощущает холодный пот и холод в сердце. Она бледнеет. Плохо у нее получается скрыть свое состояние, но она устаивает на ногах. — Да ты что… — только и срывается с ее губ. Мора пронзает ее своим внимательным взглядом, а потом раскрывает глаза шире, с ужасом произносит: — Она что, была у тебя вчера? — Была, — Глафира поджимает губы. Мора тут же хватает ее за руки и горячо шепчет: — Мы столько лет подряд пытаемся ее излечить. Я не представляю, как она напугала тебя ночью. Прости, пожалуйста, я скажу дедушке, чтобы он внимательнее за ней следил. Вот из-за чего мы так часто переезжаем. Вот, почему у меня совсем нет друзей… Глафире Мора в этот момент даже показалась красивой. Ее искреннее, неподдельное беспокойство проникло в ее сердце. Она набралась смелости и поцеловала ее в щеку. — Ничего, теперь я знаю правду. Я не держу зла. Она смущенно улыбнулась и почувствовала, как Мора сжала ее пальцы крепче. — Скажи, мы же еще будем с тобой видеться? Обещаю, я и Дунечку, и тебя в обиду не дам. Глафире захотелось обнять ее, что она и сделала и прошептала ей на ухо: — Мы с тобой будем очень близки, я надеюсь. Бабушка нам не помешает. Она почувствовала, как Мора расслабилась в ее объятиях, а потом положила руки на ее талию. Так они простояли какое-то время, не отягощенные ничем. Это начало прекрасной дружбы, а возможно чего-то большего.