Дороже всех орденов и денег

— …Эй, ты так на моего дружка похож, копия, — к Янгмену на улице подошёл высокий и очень худой мужчина с густой тёмной шевелюрой и усами, и от него несло алкоголем. — А у меня к тебе дело… есть. — И что? — Янгмен стоял прислонившись к кирпичной стене, скрестив руки. Дул холодный ветер. — Что тебе от меня надо? — Можешь мне дать? — тихо произнёс мужчина. — Я не посмотрю что ты бездомный, выглядишь ты опрятно, просто дай разрядиться, парень. Я денег могу дать, мне на тебя будет не жалко. — Отвали! — рявкнув, Янгмен хотел уйти от него подальше, но крепкая рука схватила его за локоть. — Ты не понял? — Давай выпьем и ты мне дашь. — прошипел он. — Не пью, отстань. — Янгмен смотрел в сторону. — Он мне не даёт, дай мне, а? — всё не унимался тот, схватив Янгмена, развернув его спиной к себе. Руки задрали пальто несчастного и потянулись к ширинке и пуговице его джинсов.

***

      Янгмен в ужасе проснулся. Опять снится прошлое, которое так и не хотело убираться прочь из его воспоминаний, преследовало в его снах, всё время не давая забыть плохие моменты, пугая своим ощущением реальности. Хотя наяву он даже не думал об этом. Его начало знобить от страха и он зарыдал посреди ночи, лёжа в кровати. Страх накрывал его с головой. Услышав сквозь сон всхлипы сына раздающиеся за стеной и, резко проснувшись, Гай поспешил к нему в комнату. Юноша лежал на кровати и его трясло. — Янгмен, сынок, что с тобой? — он сел рядом с сыном и включил лампу. Янгмен повернулся к нему, его лицо было мокрым от слёз. — Иди ко мне… — сын послушно сел на кровать и Гай крепко обнял его. Янгмен сразу обнял его в ответ и уткнулся лицом ему в плечо. — Мне надоели эти плохие сны, папа… — он всхлипнул и посмотрел на отца. — Как будто они… В смысле, эти парни, они… — Янгмен не хотел продолжать, так как папа всё и так знал. Гай прижал его к себе ещё крепче. — Сынок, я знаю, я знаю. Но помни, что сны — лишь отражение твоих страхов. Ты сильный, и справишься со всем, что жизнь преподнесёт, а я всегда рядом с тобой, я готов поддержать тебя, малыш. Мне жаль, что тебе приходится это переживать, но мы вместе, и я всегда буду защищать тебя. Папа рядом. Я люблю тебя, Янни. Всегда буду тебя оберегать, защищать от зла… — Гай обнял сына ещё крепче, покачивая и поцеловал его в висок, а потом сцеловывал с глаз его слёзы. — И я тебя люблю, папа. — Янгмен наслаждался тем, как заботливые руки отца гладят его голову и спину. А потом, его уложили обратно на кровать. Он уже был спокоен, лишь только держал папу за руку. — Не уходи сейчас, пожалуйста. — Я могу лечь к тебе, ты хочешь? — Гай не отпускал руку сына. — Папа всегда рядом… — с улыбкой повторил он. — Очень хочу, папа. — совсем тихий шёпот. — Только пока не выключай свет. Гай лёг к нему, укрывшись сам и укрыв Янгмена одеялом. Янгмен придвинулся к нему ближе и сразу лёг головой на его плечо. Тот вздохнул и ощутил, как его сердце наполнилось теплом. Он обнял сына покрепче и прижал к себе. Понимая, что Янгмену было нелегко после прошлого, он решил быть рядом с ним, защищая от кошмаров. — Не беспокойся, я с тобой, — прошептал он ему на ухо, гладя по спине, — никогда тебя не оставлю. Янгмен слегка улыбнулся и закрыл глаза, полностью расслабившись в объятиях отца. Гай осторожно гладил его по волосам, вдыхая его запах. Минуты текли медленно, и они оба были в своем мире, наслаждаясь друг другом. Наконец, Янгмен открыл глаза и посмотрел на отца. — Спасибо, папа. — сказал он тихо. — За что? — улыбнулся Гай. — За то, что ты всегда со мной. — ответил сын, улыбаясь в ответ. — Конечно, я всегда буду рядом с тобой, мой малыш. — Гай поцеловал его в губы. — Ты для меня самое главное в жизни. Они продолжали лежать друг с другом, наслаждаясь тишиной и теплотой. И ничто не могло разлучить их, даже самые страшные сны и воспоминания.

***

      Пасхальное апрельское утро порадовало солнечными лучами, которые пробивались в окно комнаты Янгмена сквозь шторы. Гай проснулся первым. Его сын сладко спал, лёжа на животе, его лицо было прикрыто волосами. Гай аккуратно убрал волосы с лица сына, не нарушая его сон. На часах было восемь утра, Янгмен любил спать почти до обеда. Гай не мог оторвать взгляда от сына: от ночных слёз не осталось и следа. Он осторожно гладил его волосы, специально накручивая на свой палец тонкую седую прядку на чёлке Янгмена. — Эй, спящий красавец, пора просыпаться! — произнёс Гай, гладя его по щеке, задевая бакенбарды. Янгмен медленно перевернулся на спину и потянулся, а отец, воспользовавшись моментом, сладко поцеловал его в пухлые губы. Янгмен проснулся и начал отвечать на его поцелуй, обняв отца за плечи. — Доброе… — снова поцелуй, — утро, папа… — губы Янгмена уже горели от поцелуев, но Гай был настойчив, он почти лёг на сына, не давая ему свободно дышать и двигаться. Янгмену ничего не оставалось, как отвечать на поцелуи. — Доброе утро, сынок. — Гай улыбнулся и отстранился немного, чтобы Янгмен мог свободно дышать. — Как спалось моему сокровищу? — Хорошо, папа. — ответил Янгмен и улыбнулся в ответ. — Уже был приятный сон, меня ничего не беспокоило. — Я рад это слышать. — Гай кивнул. — Знаешь, что у нас сегодня? — Что же? — Янгмен сел, подогнув под себя ноги. — Мы, во-первых, проучим с тобой всех этих богачей, ты же помнишь, мы покупали с тобой билеты, — Гай подвинулся к нему сзади и начал целовать за ухом, — а во вторых, — переместился к шее, — они подумают, что сядут на своего «Волшебного христианина», в полной уверенности, что поплывут на нём в Нью-Йорк… — Но?.. — Янгмен наслаждался поцелуями и внимательно слушал, закрыв глаза. — Но на деле, Янни, они сядут в макет судна, в одном из промышленных ангаров… — Гай прикусил его кожу на плече, отодвинув ворот его пижамы. Янгмен простонал. — Гениально, папа… — Янни был словно в трансе от ласк отца.

***

      На торжественной церемонии отправления судна в «Нью-Йорк», Гранды пришли при полном параде: Янгмен в белом классическом костюме-двойке, а его отец — в чёрном. За компанию с ними пошли и сёстры Гая. — Гай, ты Янгмена как жениха одел. — прошептала ему Агнес. — И это прекрасно, не так ли? — улыбнулся Гай. Его чудесный Янгмен был действительно прекрасен в этом белом костюме. Он не отходил от папы ни на шаг, брал его под локоть. Янгмен заворожённо наблюдал за тем, что на борт, помимо обычных богачей которые решили на Пасху рвануть в Нью-Йорк, пришли и знаменитости.

***

      Они прошли в ресторан, и заняли свободный столик. — Янгмен, всё в порядке? — сделав глоток шампанского из бокала, Гай внимательно разглядывал сына. — Лучше не бывает, папа! — Янгмена радовало, что он находится в таком красивом месте, пусть даже они никуда не поплывут. На сцене играл оркестр. Прослушав приветствие капитана судна по телемосту и посмотрев шоу двух бодибилдеров, Гай с сыном пошли в свою каюту, заперевшись ото всех.

***

      Стоило им только запереться, как они обоюдно подойдя друг к другу, слились в поцелуе. — Пап, ты просто гений!.. — Янгмен не переставал целовать отца, плавясь от ласкающих рук, которые забрались к нему под пиджак и, задрав рубашку, гладили нежную кожу. — Спасибо, сынок, — отец улыбнулся и прижал сына к себе, — но ты знаешь, что это не так. — Гай уже покусывал его губы. — Я просто делаю свою работу. — рука коснулась ягодицы и сжала её. Янгмен громко простонал. — Но я-то знаю, что ты самый умный и талантливый папа на свете! — сын продолжал целовать его в губы. Гай снял его пиджак и бросил в дальний угол, расстегнул рубашку, которая тоже улетела к пиджаку. Галстук он снял через голову прервав поцелуй, а потом снова продолжил целовать Янгмена. Они переплетались языками, и это сводило их обоих с ума. Янгмен поступил ровно так же, сняв с отца лишние в этой ситуации галстук, пиджак и рубашку. С последней он расправлялся долго: от возбуждения у Янгмена тряслись руки. Пришлось помочь, расстёгивая остальные пуговицы. Избавившись от остальных атрибутов одежды они стояли посреди каюты совершенно голые, вокруг них лежали на полу их раскиданные вещи. Гай ласкал Янгмена, не давая ему передохнуть даже на секунду, его горячие ладони гладили талию юноши, его соски, мягко сминая их насколько это возможно, ладони спускались к пояснице и ловкие пальцы настойчиво ласкали дырочку, но не входили внутрь. Они оба были крайне возбуждены. Мужчина взял в руку толстый и аккуратный член Янгмена и слегка сжал в руке, проведя пару раз по нему. Сын громко застонал, закусив нижнюю губу. — Тише, малыш… — Гай держал его член и целовал Янгмена в шею. — Нас могут услышать. Ложись на постель. Он отпустил его и Янгмен послушно лёг на постель, сначала укладываясь в коленно-локтевой позиции, а затем перевернувшись на спину, зазывающе раздвигая ноги, смотря при этом на отца, улыбаясь с похотливыми искорками в глазах, полными любви, прикусив указательный палец зубами, а потом проведя им же вниз по челюсти, спустился к шее, а дальше к левому соску.       Потрясающая красота. Юное, стройное тело с минимумом волос на нём, с сочными ляжками и попкой, Гай не мог удержаться от соблазна и, буквально накинувшись на сына, он накрыл его собой, прижавшись членом к его отверстию, впился в его губы. Янгмен обнял его, уже изнемогая от желания: внутри всё горело и зудело, требовало разрядки. Он никогда бы не подумал, что однажды он сам будет хотеть изнемогая и горя от желания, чтобы его трахали, хоть его и возбуждают мужчины. Гай пока не торопился — он целовал его тело, посасывал и сжимал его соски, проводил языком по безволосой груди, вверх, к шее, медленно, просто непозволительно и незаконно медленно, остановившись на кадыке и поцеловав его, продолжил движение дальше, к подбородку. Поймал его алые губы в свои и сочно их целовал, до обоюдного головокружения. Параллельно этому всему, он ласкал своего Янни изнутри пальцами, уже незаметно для себя введя третий, смазывая его своим предъэякулятом и слюной. Стон Янгмена переходил в всхлипы: он хотел большего. Гай понял это и, уверенно вошёл членом в него. Янгмен без труда принял член отца в себя, отозвавшись протяжным стоном. Немедленно приступив к движению, Гай стал наращивать темп внутри любимого, слушая стоны своего Янни, который уже сам подмахивал ему, насаживаясь на член. Он всё-таки начал громко стонать, и Гай не придумал ничего другого, как заткнуть его своим ртом, просто начав глубоко целовать. Очень выигрышное положение для них обоих. Слишком жарко, тесно, превосходно, головокружительно. Гай то ускорялся, то замедлялся в Янгмене, вслушиваясь в его сдавленные стоны и чувствуя, как тот поддаётся ему, отдавая себя без остатка. Янгмен обвил ногами его талию, прижимая его к себе крепче.       Первым кончил Янгмен, со всхлипом выгнувшись вперёд, подставляясь под новые поцелуи отца и кончил на свой живот, пачкая их обоих. Тут же он полностью принял в себя всё семя Гая, не желая того выпускать из себя, пока тот прижимался к нему до самого упора, отдавая всё своё семя Янгмену. Гай и не хотел выходить из сына, это слишком нереальные ощущения, приятные до немыслимой степени. Потом он нехотя вышел из горячего тела Янгмена, удобно расположившись рядом. Оба восстанавливали дыхание. Он собрал сперму Янгмена с его живота пальцем и, облизал его, и так несколько раз, пока животик не стал чистым. Его Янни смотрел на это действие и испытывал небывалый восторг и… отныне неразрывную связь между ними. — Янни, а ты оказывается, сладкий у меня мальчик. — он лежал рядом и смотрел на сына с невероятной теплотой, довольный. — В каком смысле, папа? — Янгмен был удивлён таким выводом. — Вот смотри, малыш… Когда мужчина ест много сладкого, неважно что это: мёд, фрукты, шоколад, или пьёт сладкие напитки, или кофе со взбитыми сливками и карамелью, то его сперма приобретает сладкий вкус. — Гай гладил его по животу. — Я не знал. Это хорошо? Я не могу без сладкого… — накрыв руку отца, тихо произнёс он. — Это прекрасно, сынок. — Гай поднёс его руку к своим губам и поцеловал пальцы сына. — Я пить хочу. — он капризно надул губы. — Здесь есть шампанское, хочешь? — Янгмен кивнул в ответ. — Тогда сейчас налью нам с тобой по бокальчику игристого. Встав с кровати и, достав из ведёрка со льдом шампанское, он налил в бокалы шипящий напиток. Вернувшись в постель к сыну, он протянул ему в руку бокал. — Янгмен, дорогой, за нас с тобой, мой любимый сын? — Гай счастливо улыбался. — За нас с тобой, папа! Я тебя люблю. — Звонко чокнувшись бокалом с папой, он вместе с ним отпил по глотку. — Мы всегда будем вместе, Янгмен. Ничто не сможет нас разлучить. — он гладил сына по голове, запуская в волосы пальцы, как любит Янни. — Ты моё главное сокровище в этой жизни. Моя гордость, моё богатство. — Гай сделал глоток и продолжил. — Вот когда ты ещё подрастёшь, закончишь университет, если конечно ты надумаешь туда поступить, я буду гордиться тобой ещё больше. Ты станешь сильным и умным мужчиной, и я буду рад видеть, как ты достигаешь своих целей. Никогда не забывай, что ты любим мной и нужен мне больше всего на свете. Щёки Янгмена наполнились румянцем, а глаза стали не-по пьяному блестеть. Он отхлебнул залпом из своего бокала. — Мне так приятны твои слова, папочка. Я всегда буду с тобой. — Янгмен чмокнул его в губы. — Скажи это ещё раз, сынок. — он прикрыл глаза от удовольствия. — Папочка… — Ещё, сынок… — Па-пу-ля… — совсем мягко и по слогам произнёс он. — Daddy Bear. — произнеся последнее, он намекнул на волосатость папиного тела, и ему это очень нравилось. — Моя ты радость, Янгмен! Как я давно мечтал о таком сыне, как ты. — Гай поставил на пол бокалы и, прижал своё чудо к себе. — Я подслушал тогда тебя, в поезде… — сказав это, Янгмен смутился ещё больше. Он знал, что подслушивать — неприлично. — На конференции совета директоров… Про фамильное древо Грандов, как оно перестало плодоносить… Это как, из-за чего? Извини… — Выговорив всё это, Янгмен спрятал лицо в ладони, чувствуя себя глупо и виновато. — Малыш, в твоём вопросе нет ничего странного. Просто я бесплоден, Янни. Тётушка Агнес тоже. Только тётушка Эстер отличилась, у неё может что-то и получится, что-то делает с мужем. — Гай вздохнул убрал ладони с его лица. — У меня есть одна история: когда мне было шестнадцать лет, меня застукала моя матушка, сам знаешь за каким занятием, — мужчина сделал паузу, смотря на Янгмена. Тот кивнул, внимательно слушая, — и она, в сердцах мне сказала, что у меня никогда не будет детей, раз я таким занимаюсь. Я понимаю, она не желала мне зла но, практика с женщинами показала, что я бесплоден, с кем и сколько бы я ни пытался. И понял, что проблема кроется не в женщинах, а только во мне. — тихо закончил Гай, внимательно смотря в глаза своего любимого. — А мужчины у тебя были? — осторожно поинтересовался сын. — Уж побольше чем женщин. Но они меркнут в сравнении с тобой, никто из них, как видишь моим сыном не стал. Не те люди и отношения. — мужчина улыбнулся. — Но вот видишь, мой милый Янни, благодаря счастливому случаю, я стал самым счастливым папой на свете. Папой умного и замечательного юноши по имени Янгмен. — Гай поцеловал его в лоб, и юноша счастливо улыбнулся. — Я люблю тебя. С тобой у меня действительно любовь с первого взгляда. С того самого дня, когда я увидел тебя в Сент-Джеймсском парке, я безумно полюбил тебя. — он мягко положил ему ладонь на щёку, поглаживая её большим пальцем. — Я тебя тоже очень люблю, папа… — улыбнувшись и поцеловав его в губы, юноша обнял Гая и долго не отпускал его из своих любящих объятий.

***

      Был уже поздний вечер, пора уже укладываться спать. Они уже переоделись в пижамы, но Янгмен снова с трудом засыпал. Съев коробку конфет, он отложил её в сторону и лёг обратно в постель. — Папа, почитай мне сказку? — Янгмен жалостливо смотрел на папу. — Хорошо сынок. Что тебе почитать? — он достал из своего чемодана предусмотрительно положенные туда три книги. — Смотри, я взял несколько: «Сказки Андерсена», «Ветер в ивах», и «Сказки Уайльда». Что хочешь? — «Ветер в ивах». — Хорошо малыш. — он положил две книги на свою кровать, где мирно покоилась пустая коробка от шоколадных конфет.

***

… — Барсук! — закричал дядюшка Рэт. — Впусти нас, пожалуйста, это я, Рэт, и мой друг Крот, мы заблудились в снегу… — с выражением читал Гай. Он сидел рядом с Янгменом и посматривал на сына, который был прекрасно укрыт по самый нос и с упоением слушал то, как ему читает папа. Янгмен сонно нахмурился. — Ох… — Гай развернул книгу иллюстрацией к Янгмену. — Смотри, здесь изображено, как они заблудились в снегу… — Такие глубокие сугробы… — совсем тихо произнёс Янгмен. … — Что? Рэтти? Мой милый дружище! — воскликнул дядюшка Барсук уже совсем другим голосом. — Входи же, оба входите, скорее. Боже мой, да вы, должно быть, прямо погибаете! Подумать только! Заблудились в снегу! И не где-нибудь, а в Дремучем Лесу да еще в такую поздноту! Ну давайте входите, входите… Янгмен начал засыпать.       Издалека был слышен стук в двери кают: какой-то старик увидел в телевизоре в своей каюте, как на капитанском мосту происходит нападение на капитана. … — Это вовсе не такая ночь, когда маленьким зверькам можно бродить по лесу, — сказал он отечески. — Боюсь, это все твои проказы, Рэтти. Ну, идёмте, идёмте на кухню. Там пылает камин, и ужин на столе, и всё такое прочее. — Он шёл, шаркая, неся перед собой свечу… — продолжал читать Гай. Янгмен уже почти заснул, сон утягивал его в ту хижину Барсука, с кухней, где пылает камин и стынет горячий ужин для Рэтти и Крота…       Как вдруг, в каюту к ним громко постучали тростью с криками «все вставайте немедленно, за мной!». Янгмен резко открыл глаза. — Кажется, в коридоре что-то случилось. — Гай насторожился и отложил книгу со сказкой в сторону. Он встал чтобы открыть дверь, и с ним же следом встал с постели Янгмен, и накинул на себя лежащий рядом халат. Они выбежали в коридор и спешно пошли за стариком.       Подойдя ко входу на мостик, толпа неравнодушных мужчин во главе того старика который поднял всех на уши, слышала грохот и выстрелы из автоматов. — Будьте осторожны, — шёпотом предупредил старик, — у них автоматическое оружие. Ложитесь! Все легли на пол. Дверь мостика открылась и оттуда вышел пожилой капитан и шум прекратился. — Добрый вечер. Что вы тут делаете? Тем временем, Гай с сыном осторожно подошли и наблюдали за действием издалека. — Понимаете капитан, — начал оправдываться старик, — нам всем показалось, что у вас беспорядки на мостике. — Беспорядки? На МОЁМ мостике? Да скорее летом выпадет снег, чем у меня на мостике начнутся беспорядки! — захохотал капитан и показал, что на мостике действительно всё спокойно и буднично. Убедившись, что всё хорошо, Гранды неторопливо пошли в свою каюту, попутно следя за стариком. Старика по пути к себе подловил мужчина, высокий, статный и с большими очками на носу. — Сэр, — обратился он к старику и подошёл к нему, — позвольте представиться: я судовой врач, Лоуренс Фа-гох. — Да что тут чёрт побери, такое происходит? — не унимался лысый старикашка. — И в самом деле сэр, чем же наш славный корабль умудрился Вам насолить? — его голос звучал завораживающе. — Насолить?! Тут происходит какая-то чертовщина! Я требую объяснений! Гай с сыном тихо шли за этой парой, наблюдая. — Объяснений? — врач положил ему руку на плечо. — Тогда как насчёт маленького тет-а-тета со мной? Может, мы бы проработали с Вами Ваши детские травмы? — Ну уж нет, избавьте меня от этих ваших психологических штучек! Я хочу успокоительное, мне нужен старый добрый английский пенсовый аспирин! — старик взвыл. — Отдасться во власть таблеток? Скрыть свои страхи в медикаментозном тумане? — подхватил Лоуренс. — Вы шутите? — он усмехнулся. — Ладно, тогда просто дайте мне валерьянки. — сдался старик. Тем временем Гранды продолжали тихо идти по пятам, продолжая оставаться свидетелями. — Тогда вот сэр, попробуйте вот это, — он протянул старику дымящий скруток, пахнущий хвоей, и показательно сделал затяжку. — ВоЗвРаЩаЕт КрЫшУ нА мЕсТо… Янгмен поморщился, он понял что это за скруток и по его телу пробежались мурашки. Но продолжал наблюдать с папой, что будет дальше. — Крышу на место? То что надо! — старик взял скруток и сделал затяжку. — Твою мать! Что за солому ты мне сунул?! — и бросил скруток на ковёр. — А вот ты и попался, старый, я видел как ты пытался зашкерить скруток, а ну-ка, иди сюда. — доктор достал из нагрудного кармана полицейское удостоверение. — Ты арестован, дружище. — Я вообще спать шёл! Сам же мне подсунул! — старика уверенно взял под руку «врач», силком уводя куда-то далеко по коридору. Отец с сыном смотрели на дымящий скруток. Гай поднял его с ковра. — Эта штука может прожечь дыру в полу и устроить пожар, его надо затушить. — Надо окунуть его в ледовое ведёрко, папа. — Янгмен смотрел на него абсолютно круглыми от удивления глазами. — Хорошая идея. Мало ли, что он ещё может натворить? Они зашли в свою каюту и Гай сделал так, как попросил Янгмен. — Пап, дочитаешь мне сказку? — зевая, попросил он. — Конечно сынок, ложись, я тебя сейчас укрою. Дослушав пару глав, он крепко уснул и был снова поцелован папой в лоб и висок. — Спокойной ночи, мой дорогой Янни…