Кровавая луна

Достаю катану, мои глаза — шаринганы. shadowraze — juggernaut       В Коноху наш бравый отряд под номером 7 вернулся уже через две с половиной недели. После нападения Забузы была самая настоящая тишь, гладь, да божья благодать. Несколько раз на дом и мост пытались устраивать облавы бандиты, но оцепление имени «Наруто Узумаки Индастриз» работало как атомные часы.       Мост назвали Саске, по аналогии с мостом Наруто из канона.       В целом Страна Волн после «победы» над Забузой была просто проходным двором для шиноби Конохи. Там банально даже Сакуре не могли дать отпор, а нукенинов Гато задавил уже я сам. Лично и без всякой мороки.       Домой ввалился с безпредельным счастьем, ибо в Волнах постоянно был напряжён, или просто мало спал. Недосып сказался — пришлось сбрасывать излишек энергии помогая Какаши учить Наруто и Сакуру. Ну и убивать ни в чём не виноватых нукенинов, часть из которых захватил с собой в свитках, ибо один Яманака явно стоит в деревне немало.       К слову о свитках. В библиотеке Конохи для шиноби я смог обнаружить записи по начальному фуин за авторством некой «Кушины Узумаки». Нет, я конечно знал о том, что она мать Наруто, но вот просто так и в обычной библиотеке?.. Причём пыльная такая тетрадка. Возможно на ней тоже какой скрывающий фуин стоит, чёрт его знает. Но тогда почему эту тетрадь смог найти я?       Тетрадку торжественно передавал Наруто за две недели до страны Волн. И та с диагнозом Узумаки головного мозга с упорством барана начала изучать крючкотворства этого несомненно великого клана. Как бы я сам не старался — фуин не моё. Даже запомнив всё шаринганом, я лишь знал как всё работает, мог к примеру наложить печать подавления чакры, или состряпать обычные свитки хранения с кибакуфудами, но… создать что-то своё? Это удел всяких там блондинко.

*****

      — Это всё, о чём ты хотел доложить, Какаши?       — Да, Хокаге-сама. — поклонился джоунин, после чего дождавшись кивка главы селения вышел из кабинета.       — Учиха… его надо устранить. — бросил вышедший из тени «второй после Хокаге». Гроза Конохи… Шимура Данзо был в своих словах уверен и совершенно непреклонен.       — Ты слишком жесток, Данзо. К тому же, у него есть отличный якорь ввиде джинчурики.       — Джинчурики тоже следует заменить. У меня уже всё готово.       — Ты же знаешь, что я отвечу тебе, Данзо.       — Учиха психически нестабилен и опасен. Помяни мои слова, Хирузен, скоро ты поймёшь, что все Учихи должны быть уничтожены…

*****

      — Итак, команда… я хотел бы у вас минуточку внимания.       — Какаши-сенсей? — заинтересовался я, смотря на платинового блондина. Из всех нас «не-блондинко» здесь была лишь Сакура. Даже я продолжал щеголять со своей сединой.       — Я решил порекомендовать вас на Чуунин Шикен. Через две недели будет конечный срок, когда вы решите, пойдёте, или нет… желательно решить сейчас.       — Согласен/Согласна. — раздался хор из двух голосов. До ужаса симметрично, два шиноби подняли правую руку, также одинаковым взглядом смотря на Какаши. Саске и Наруто.       — Я…тоже согласна. — не выдержала удар по психике Сакура, смотрящая на обоих генинов.       — М-ма… — прокомментировал Какаши цирк перед ним, после чего устало вздохнул. — Хорошо. Держите бумаги, их вы должны подписать и… да, доставить на место проведение первого этапа экзамена. Оно там указано. И… Сакура, я буду обучать тебя эти две недели. Эти двое уж как-нибудь сами разберутся… — тихо пробормотал Какаши, но Сакура с Саске его услышали. Второй никак не отреагировал, а Сакура лишь молча сжала зубы. Этого конечно никто не видел, но факт остаётся фактом.       В конце концов команда разошлась по домам, или просто по делам. Сакура пошла нормально отдохнуть после такой учёбы, а вот Наруто потащила меня на полигон…       — Дай немного своей чакры! Ну, той самой, которую ты выпустил когда разозлился на Какаши-сенсея. — всё же уточнила девочка, не умоляя свою жажду действий. Тихо вздохнув, я активировал шаринган, на всякий случай закрыл глаза и активировал мангекё. Чакра моих глаз ушла в протянутую руку девушки.       — Отлично, спасибо! — просто сказала она, после чего надкусила большой палец левой руки и начала что-то чертить… прямо в воздухе. И делала она это достаточно долго, я даже удивился.       — И откуда эти символы? Я их не видел в тетрадке, а я скопировал её полностью шаринганом.       — Ммм… Эта Кушина поставила скрывающий фуин и он открылся когда я прошла «последний экзамен» этой записной книжки. Там был фуин содержащий свитки и книги по фуин, но также было уточнение. Мол, только истинный Узумаки их получит.       — Это неудивительно… ты успела всё изучить?       — Угу, в стране Волн. — кивнула Узумаки, продолжая увлечённо делать печать. Я же лишь снова устало вздохнул — видимо чистокровность этой блондинки портит только ген Намикадзе, дающий золотые волосы.       Резко, начертание фуина закончилось и девушка сделала несколько пассов руками. Похоже, это что-то из древнего арсенала Узумаки, чёрт знает. Ало-чёрные символы сжались до одной точки, после чего блондинка выпустила всю чакру из мангекё в печать. Я сам ей помог в этом, ибо без моего приказа она бы так и осталась с моей «закладкой» в её чакросистеме. Пока она бы не использовала силу Кьюби, конечно.       Глаза Наруто покраснели, зрачок резко вытянулся, но на удивление, её радужка даже как-то уменьшилась в размерах. Печать втянулась в тело, а её левую руку сразу же покрыла вязь рун, сразу же окрасившихся в чёрный цвет с фиолетовой окантовкой, создавая своебразный градиент на границе видимых границ. Ногти резко вытянулись, став когтями где-то в сантиметра два в длину, а на левую щёку выползла откуда-то со спины печать, таким же фиолетовым цветом отсвечивая свет.       — И что это? — заинтересованно спросил я, глядя на то, как Узумаки сняла лишнюю одежду, проверяя вязь рун на остальном теле. Я также это увидел — правая нога точно также покрыта печатью, оставляя левую ногу, также как и правую руку, полностью свободными от чёрно-фиолетового цвета.       — Усиливающая печать. Должна сама вырабатывать твою чакру, перерабатывая её для усиление тела, реакции и повышения восприятия. Думаю, у меня даже появились томоэ в глазах.       Бросил взгляд в её глаза. И вправду — в её глазах размеренно раскручивался… мангекё шаринган. Мой мангекё шаринган.       — Ты двигаешься так медленно, те-е-еме! — весело сказала она, натянув одежду обратно. К слову, остальная печать расположилась по грудной клетке закрывая уже оформившиеся молочные железы, а также распространилась по паху, полностью его закрывая. По её позвоночнику пробегала та же вязь, похожая скорее на кляксу моей концентрированной чакры. От руки иногда шли всполохи того же чёрного цвета с небольшим добавлением фиолетового.       — Как интересно. — прокомментировал я, осматривая её. И вправду, я ощущал от её печатей собственную чакру, причём она сама вырабатывалась в ней. — Где центр фуина?       — На щеке. — указала она на кляксу, выползающую на левую щёку с шейных позвонков.       — Мхм… попробуй призвать чёрное пламя.       — Чёрное пламя? — заинтересовалась Узумаки, начав пылать энтузиазмом.       — Да. Посмотри на ненужное дерево и преврати огонь бушующий внутри в чёрное пламя, что горит семь дней и семь ночей.       — Хорошо… — Наруто сконцентрировалась, а я ощутил от неё всплеск моей чакры. — Аматэрасу. — будто завёдённая сказала она, после чего дерево в тридцати метрах весело разошлось в чёрном огне. Боже, насколько сильную вещь она создала? Она даже не задумывается об этом, я прав?.. — Вау, круто! Правда глаз болит, левый.       — Отзови его, ну, пламя. Не хватало бы ещё, чтобы у нас сгорела вся Коноха.       — Да, оно непотушимое, я… откуда-то это знаю. — замялась Узумаки, только что поняв, что вообще-то узнала это всё из ничего.       — Хорошо… ладно, а ты можешь это убрать? Просто… эти глаза будут привлекать слишком много внимания, как и пламя чакры. Просто от неё слишком очевидно веет моей чакрой и это будет привлекать нежелательное внимание не самых отличных людей.       — Поняла. — блондинка кивнула, после чего чёрно-фиолетовое пламя с руки исчезло, а чёрного цвета символы потекли по руке, постепенно войдя в печать на щеке. Правда она растянулась аж до шейных позвонков… скорее всего она держиться именно в позвоночнике, соединяясь с очагом чакры именно в районе живота.       — Ты… истинная Узумаки. А золотые волосы лишь добавляют исключительности. — как-то устало вздохнул я, опустив голову и прикрыв глаза.       — Ну а ты — истинный Учиха! Тоже выделяешься из массы остальных снобов седыми волосами и, наверняка, сильнее этого своего… ну, того который клан… прости. — повинилась девушка, на что я лишь махнул рукой.       — На правду не обижаются. Да и я не истеричный маленький мальчик, что готов вскипеть от одного упоминания уничтожения своего клана. Твои слова скорее дали больше уверенности, добе. — тыкаю "пистолетом" ей в лоб, на что она лишь чуть возмущённо дуется. Боже, если Итачи каждый раз видел такое же лицо у меня, когда тыкал в лоб, то я не удивлён, что он так любит своего младшего братика.       — Отвали, теме! Я тут перед тобой извиняюсь, а ты!..       — А я прописал тебе «наказание», — поднял я правую руку всё ещё в этаком пистолете. Узумаки ещё немного подулась, но после мы начали тренировку. Хотя скорее оттачивание навыков по той же убийственной методике — я использую шуншин, а она бьёт цепями. К слову о цепях.       Тот фокус с клонами, что несли в себе цепи для техники был просто… обманкой, ибо клонам банально не хватает янь составляющей чакры и цепи скорее всего даже не повредили Какаши. Нет, когда на тебя падает где-то тонна чакрожелеза это почти любого прибьёт, но всё же сам факт.       Тренировка вымотала обоих, к тому же сама Узумаки встроила в свои цепь кусочек вырабатываемой на щеке чакры мангекё из-за чего они самопроизвольно создавали фантомы, которые мог видеть только другой мангекё, который мне пришлось иногда включать, когда взвывало чувство опасности. Другой шиноби на моём месте не успел бы даже среагировать…       Вообще, зачем я всё больше и больше стараюсь усилить Узумаки? Просто для того, чтобы она не была зависима от чакры Лиса больше необходимого. Если точнее — я выполняю просьбу самого Лиса… не удивляйтесь. Просто этот недодемон при ритуале Шинигами, — о котором рассказал в диалоге который прошёл у меня в башке, — получил значительный такой кусок души и сути Кушины Узумаки. То есть, фактически, по воле бога смерти он стал небольшой частью самой Кушины, которая хоть и не доминирующая личность, но в случае чего ей хватит воли… не дать повредить своей дитятке. Впрочем, Лис уже как пять лет смирился и перестал пытаться как-то собачиться с личной шизофренией… Кьюби я пожалел, даже сочувственно ему лапу погладил, как бы показывая, что я с ним. Наверное со стороны это сюр — Учиха сидит и сочувствует девятихвостому. Тот даже сказал, что я не такой, как Мадара, хоть моя чакра не менее ужасна чем у него. Почему я вообще это делал? Я просто знал, что это такое — жить с Узумаки под одной крышей… даже если эта крыша — это твоя собственная голова. Иногда я даже забирался к Кьюби, немного с ним пообщаться, но это были разговоры ни о чём. А протащить в мир печати или в своё же гендзюцу алкоголь я не смог.       Ну а ещё я помогаю Узумаки просто из вредности… ладно, просто я слишком привык к этому электровенику и мне сложно существовать, когда рядом не ходит прорва тёплой и доброй чакры вперемешку с чакрой Кьюби но Йоко. Хнн, ладно, стоит признаться — я слишком сильно привязался.       Вот так вот и прошло время до экзамена. Пожалуй, стоит всё же упомянуть каноничную встречу с командой из песка. Мы в тот момент шли к Теучи и случайно наткнулись на Сакуру, что разъярённой бежала за Конохамару. Эх, напридумывают тут имена всякие. Орочимару, Конохамару… хоть и не в бровь, а в глаз. Первый — змей подколодный, хоть и гений, а второй это внук Хокаге, то есть повязанный с Конохой, сын её. Родина-мать в его устах звучит особенно сильно, да.       — Куда ты прёшь? — спросил, видимо, Канкуро и попытался схватить влетевшего в него мальчугана. Но я, как настоящий шиноби Конохи не позволил надругательства над… хехе… достопочтенным внуком.       — Тебе не говорили, что в чужом селении не стоит распускать руки, Суна-нин-кун? — елейным голосом спросил у него я, улыбнувшись как Гин. Его рука была в моей мёртвой хватке…       — Ах ты!..       — Канкуро, прекрати! — сказала девушка с большим боевым веером позади него, моментально осадив.       — Успокойтесь, или я вас убью. — спокойным и ровным голосом сказал пацан стоящий вверх ногами на дереве. Я его почуял почти сразу, как он здесь появился, а остаточный след от шуншина, причём очень залипательного, вёл моё ощущение чакры куда-то к резиденции Хокаге. К слову о остаточных эманациях шуншина, я научился их ощущать после ударных (буквально) двухнедельных тренировок-спаррингов с Наруто и теперь мог спокойно знать откуда пришёл человек… и даже направление куда он ушёл, но не точное место. И что-то я ощущаю, что это максимум освоения ощущений от этой техники. Да и впринципе последние дни я никакого прогресса и не ощущаю вовсе, даже с использование мангекё. Да, я осмелился и теперь иногда активирую эти глаза, краткая активность без использования техник почти никак не вредит зрению, но я всё равно опасаюсь, ибо даже за несколько дней очень маленького отрезка времени, что я использовал последнюю стадию додзюцу, оно просадило зрение где-то на одну десятую процента. Навсегда! Я пытался убрать последствия шосеном, но не получалось, видимо изменения чакры и прочей органики в глазу и нервах были слишком сильны для обычного шосена. Задумчиво пожевав щёку, я вспомнил о Цунаде. Пожалуй, этой женщине вполне можно довериться. Главное — иметь под боком Узумаки. Так, вернёмся к моим воспоминаниям.       Спокойно поворачиваюсь лицом к красноволосому пацану и отпускаю Канкуро, на что тот хмурится и отходит, массируя запястье. Но почти сразу же съёживается под взглядом маньяка, который выдавал его… брат.       — Кто ты? — спросил спустившийся с ветки как-бы-Узумаки у меня.       — Учиха Саске.       — Я запомню. — кивнул чему-то своему джинчурики и начал уходить. За ним последовала и своя команда.       — Блин, он стрёмный… — пробормотала Узумаки, что уже успела подойти.       — Успокойся, добе.       — И на тебя был несколько похож, когда ты тех Кумовцев рубил. Запах крови, взгляд…       — Ты запомнила? — искренне удивился я, посмотрев на Наруто.       — Конечно. Я помню каждый раз, когда входила в режим… чакры. — поправилась блондинка, когда вспомнила о находящейся рядом Сакуре. Та итак была удивлена словами о том, что я рубил шиноби другой деревни.       — И сколько именно?       — Всего один. — обезоруживающе улыбнулась Узумаки глядя мне в глаза, на что я лишь отвёл взгляд, устало вздохнув.

*****

      Первый этап вышел… спокойным и ничем не примечательным. Не считая того, что рассадили нас всех не канонично и сидел я прямо по левую руку от Орочимару под маскировкой. Женщина из Травы реально быстро сделала все задания и с улыбкой спросила, не хочу ли я у неё списать. На что я лишь поднял руки, пожимая плечами, а из моего рукава выбралась змейка. Так сказать, лёгкий намёк на то, что я соберу всю информацию призывом. Та лишь посмеялась своим чуть кашляющим смехом (прим. автора: по другому я описать «ку-ку-ку-ку» не могу) и спокойно продолжила сидеть. Включённый на краткий миг мангекё чётко уловил истинную суть этой личности, но я никак это не прокомментировал. Не смогу его устранить здесь и сейчас без лишних жертв среди… гм… гражданского? Нет, ни в чём не виноватого населения.       Второй же этап начался довольно сумбурно… впрочем, также было и в каноне. Хотя теперь людей стало значительно меньше, Узумаки научилась держать себя в руках, беря в себя пример мою же собственную модель поведения на людях. Истинный глава клана, кратко говоря. Хотя и она глава клана из одного человека, по сути, ибо больше в Конохе Узумаки не было. И она, после освоения знаний из свитка прекрасно об этом знала. Ну, о том, что по сути глава клана-основателя. Уничтоженного, как и Учиха. Даже пошутила о том, что это так судьба их свела, наследников уничтоженных кланов.       Анко-сенсей, с грацией пьяного лосося… ладно, с грацией самой настоящей змеи влетела в комнату через окно, сразу же кидая кунаи и расстилая перед нами полотно с иероглифами. Даже читать было лень, ибо бессмысленно. Я итак знал, что там написано. Даже просто из канона.       Сенсею я кивнул, на что она по-змеиному ухмыльнулась. Оффициально о втором этапе экзамена я знал ещё в начале той недели, когда нам выдали бумажки. Показал тогда их Анко, та лишь сказала, что является экзаменатором второго этапа и кинет детишек в лес смерти. Жестокая женщина, садистка… И мне эта идея понравилась.       — Я Митараши Анко, экзаменатор второго этапа! А сейчас, идём за мной к 44 полигону, ке-ке-ке…       Наивные Конохские детишки…       Когда мы подошли к Лесу Смерти большая часть команд генинов из нашей деревни как-то сразу сникла. Ну да, они всё же знали это проклятое место… в котором мы с Митараши устраивали пикники. Да, я таки выполнил этот пункт своего изначального плана. Данго были вкусными… к сожалению, после того как их покрыла своей слюной какая-то огромная полу-птица полу-кошка мы их не смогли съесть. А в отместку съесть тушку этой летающей кошатины мы тоже не смогли — яд там хоть и не был для нас смертельным, но всё же есть что-то зная, что там как бы смертельный яд уже не то, что есть вкусные данго.       Некоторые события канона похерились сразу — Наруто кунаем по щеке не получил. Получил я, но не кунаем, а елейным голосом Анко, что если опозорю её и не пройду этот этап, она заберёт мою связанную тушку в отдел пыток и допросов и уже там…       А вот что было уже там ей не дало продолжить идущее время. Точнее, её осадили и сказали делать свою работу. Из-за спины я слышал тихое «ку-ку-ку», что добавило мне мотивации не подвести эту роковую женщину. По крайней мере для собственной безопасности.       Подписав бумажки и передав Анко змейку с небольшим свитком, я пошёл дальше к нужным воротам, она почти сразу мне выдала где мы должны будем начать свой экзамен.       — Слушай, Саске… я только сейчас заметила, но… у меня почему-то ухудшилось зрение? — подходит ко мне Наруто, смотря мне в глаза.       — Это побочный эффект от использования моих глаз. Точнее, тех глаз, которыми пользуешься ты. По этому старайся использовать свою печать как можно меньше. Эффект ухудшения зрения, он… навсегда. Понимаешь? Но для того, что бы убрать эти побочки мне придётся убить своего брата. За всё зло, что он сотворил. По другому не выйдет.       — Хеей, успокойся. — с самой обычной улыбкой, а не как всегда: «самый позитивный человек в мире», сказала Узумаки, положив мне руку на плечо. — Если ты всё ещё его любишь, то старайся не думать об этом так часто. Ну… к примеру, просто подайся в тренировки и всё такое? — неуверенно говорила она. Странно, раньше у неё получалось поддерживать меня лучше. Может, влияние моей чакры?       — Я… спокоен. — сказал я, вздохнув, но тут до меня дошло. Узумаки ощущает эмоции. Узумаки ощущаЮТ эмоции. А после инъекции моей чакры, она может ощущать моё состояние ещё более углублённо. Также как и я немного ощущал настроение людей вокруг благодаря резонансу их чакры, так и она могла это делать. — Но тебе стоит поменьше пользовать эмпатией.       — Но это же так удобно! — весело возразила девочка, начав смеяться. От такого я и сам начал смеяться, слишком уж позитивно себя сейчас ощущал. Будто Наруто передала мне частичку своего хорошего настроения.

*****

      В лес мы вошли почти сразу после начала экзамена. Точнее — буквально влетели внутрь и побежали за Наруто. Та, после инъекции моей силы получила какую-никакую сенсорику, видимо тут сработало наследие Узумаки помноженное на переданным с моей чакрой сенсорным чутьём. Выбежали мы прямо на уроженцев из деревни Дождя, что сразу же встали в стойку, но…       Один шуншин, два шарингана и три лежащих, пускающих слюни, шиноби, готовы. Свиток у них оказался таким же, какой и у нас, по этому мы просто взяли его с собой. Теперь мы вдвойне на небесах, так сказать. Очевидно положительный знак, но услышавшая это Сакура явственно побледнела… Хотя не мне с моей способностью мангекё такое говорить. Ну, управление небом и землёй и всё в таком духе. Продвигаться дальше по лесу было просто, особенно мне. Ибо я тут уже каждую сверхъестественную зверушку знаю, а эти самые зверушки знают меня… и обходят десятой дорогой, ибо я их довольно часто шугал своей Яки.       Но в итоге уже через несколько часов на нас вышел один довольно примечательный лично для меня генин Кусагакуре.       — Ку-ку-ку… ну привет, детишки… — весело поприветствовала нас женщина, сверкая хищными глазами.       — Наруто, попытайся откатить свой шаринган на предыдущую стадию, активируй метку. — раздал приказы я конечно немного не в том порядке, но кажется блондинка меня поняла. А самое важное, или может быть ужасное — у неё получилось. В её глазах раскручивались три томоэ.       — О, как интересно. — заинтересовался «генин», ну а я же достал из пустоты тёккуто и начал дышать. Размеренно, с переодичностью в две секунды. После того, как очистил свой разум от ненужных мыслей, напитал клинок нанитами, отчего тот начал издавать лёгкий гул.       — Защищай Сакуру. В случае чего используй печати и цепи. — бросаю за спину и сложив печать концентрации одной рукой резко пропадаю со своего места. Уже летя в шуншине вперёд я напитал тело всё теми же нанитами вместе с чакрой, после чего… резко ушёл с курса и напал сбоку. Генин удивился в последний момент — моя скорость сейчас была слишком огромной для расслабившегося саннина. Войдя в тело женщины, клинок моментально его располовинил, ну а я же отпрыгнул в сторону.       Впрочем, убить Орочимару я даже и не надеялся.       Из верхней половины тела вырвались многочисленные змеи и соединив оба куска мяса, резко начали всасываться внутрь. Зрелище неприятное…       Шуншин, огненный шар. Шуншин, цветки феникса.       Буквально порхая на фиолетовых крыльях молнии вокруг саннина, я банально не давал ему восстановиться, но…       Кусанаги я принял уже на скользкий блок, уведя резко удлинившийся клинок Змеи за лезвие, уведя его вправо. После чего сместил центр тяжести, встал буквально на носочках прямо на боковой части легендарного меча и побежал вперёд, всё ещё в состоянии постоянного шуншина…       Последнее, что увидел змеиный саннин перед очередной смертью это раскручивающиеся в моих глазах шестиконечные звёзды мангекё шарингана.