Пристань

Был совершенно обычный день. Утро началось с кофе и раздачи указаний Отбросам, с бесконечных просьб и отчётов, с усталости. Казу казалось, что с уходом Инеж, его жизнь вдруг стала в разы сложнее. Новые пауки обучались слишком долго, прочие банды Бочки оживились и набрались невесть откуда взявшихся сил, безумно досаждая. Каз больше не ходил на стычки, считая, что его время прошло. Выбирался из Клепки только по необходимости, ввязываясь в открытое противостояние исключительно тогда, когда боссы других банд совершенно точно наглели. Джеспер и Уайлен счастливо жили в браке, револьверы и взрывчатка были наглухо заткнуты куда-то в прошлую жизнь, в которой не было ни пресловутого счастья, ни стабильности. — Я не могу так, Каз, — сказала Инеж перед отплытием. — Мне нужно быть со своей командой, у меня появилась цель в жизни. — Мне казалось, мы — твоя команда, — хриплый голос Каза тогда упал на несколько октав ниже. — Так и было когда-то, — снисходительно ответила она, положив руку на его плечо. — Я вернусь, Каз, но сейчас мне необходимо уйти. Казу всегда казалось, что единственному искусству вора — лжи — он не смог научить её, но она солгала. Инеж не вернулась. Прошло порядка двух лет, но её судно, подаренное им, ни разу не швартовалась в порту Кеттердама, словно Призрак избегал его. И ладно бы скинуть всё на то, что от неё ни весточки, и он едва ли уверен в том, что она жива, если бы не ежемесячные письма, которые она посылала Джесперу. Исключительно на адрес Ван Эков. В свете подобных писем, Казу пришлось сократить общение с Джеспером, ибо из-за его неприкрытой жалости, он мог вскоре утонуть без воды. И так было паршиво. — Босс, у нас крупное дело! Дверь его кабинета с громким хлопком открылась, и на пороге показалась взъерошенная Аника с куском пергамента в руке. Заказы теперь шли на её имя? Что за вздор! — Какой-то безмозглый купец прислал гонца с предложением? — лениво поинтересовался Каз, черты лица которого приобрели такое выражение, словно присутствие Аники было сравнимо со всей Баржей Жнеца до последнего раздувшегося гнойного трупа. Аника чуть сникла, но запал не растеряла. — Это от Уайлена Ван Эка, босс. Он приглашает Вас в особняк, чтобы обсудить какое-то «крупное дело». Каз раздражённо поднялся из-за письменного стола, на его лицо легла тень. — Кажется, в твои обязательства входит разбор корреспонденции, но это не значит, что ты имеешь право врываться ко мне по любому идиотскому письму! Проваливай! Аника беспрекословно повиновалась, и звук закрывшейся двери болезненным спазмом отозвался в голове Каза. Нога не слушалась, и он неуклюже сполз на пол, прислонившись затылком к письменному столу. Где Уайлен, а где «крупное дело»? Вздор! Безусловно, замыслили с Джеспером очередной медовый месяц где-то в Шухане или, не дай Гезен, в Равке, и надумали взять его, Каза Бреккера, с собой! В оба места добираться через море. В море трупы и Инеж. Казу честно хотелось, чтобы она была среди первой категории. Для него, пусть и метафорически, Инеж Гафа погибла там, на пристани, когда не сдержала своё обещание.