field of endless love

♡

this side of paradise - coyote theory

Love so strong it makes me feel so weak

___________________________________________________ — бомгю, а ты знаешь.. ёнджун лежит на мягком покрывале, что они с бомгю притащили в поле, расположенное прямо на окраине леса. они, кажется, и сами не помнят, как забрели сюда. вероятно, они были слишком увлечены общением друг с другом и рассматриванием звёздных скоплений, небрежно рассеянных по небу, будто белой краской по тёмной бумаге. клетчатый плед, так удобно устроившийся под телами парней, защищал их от росы и щекотания длинными травинками чувствительной кожи. только до локтя, выставленного в позе, в которой рука мирно покоилась под затылком, эта трава как-то достаёт. щекотится, приятно. джун вглядывается в небо, будто хочет увидеть там что-то ещё кроме перистых облаков, медленно, почти неуловимо для взгляда парня передвигающихся по нему. запах леса и росы ударяет в нос, заполняя собой всю грудную клетку парня так резко, будто ёнджун решил принюхаться только сейчас. четыре утра – это такое волшебное время, в которое летом трава бывает часто покрыта росой, а стоящие неподалёку деревья – белесой дымкой тумана. ёнджун чувствует действительно много в этот момент, когда в лиловом небе начинает разгораться рассветный огонёк, а рядом с ним лежит его лучший друг, его маленький комочек счастья по имени бомгю. почему-то, сейчас очень хотелось посмотреть ему в глаза. да хотелось так, будто если он не сделает этого прямо сейчас - мир схлопнется, схлопнет их, и они уже никогда не встретятся снова. поэтому ёнджун осторожно поворачивается в сторону младшего. он хочет сказать почти что спящему — уснуть не дают лишь звонкий щебет птиц и рядом лежащий друг, который, в отличие от него, особым желанием спать не горит — бомгю действительно много в этот момент, когда они, прогуляв в тёмном лесу буквально всю ночь и обсудив вот так, лёжа, уже всё, что только можно, отдыхают посреди бескрайнего, по их меркам, поля. — мм..? - сонно выдавливает из себя гю, тоже переворачиваясь на другой бок, чтобы видеть лицо ёнджуна, и его глаза сразу встречаются с глазами старшего; прямо как ёнджун и хотел, хоть вслух об этом и не говорил. в них, как думает бомгю, можно увидеть весь мир. всю вселенную, каждую её галактику, каждую звёздочку, и ради этого бомгю готов смотреть в них целую вечность. ровно столько же, сколько и ёнджун. бомгю думает, что глаза старшего светятся настолько ярко лишь тогда, когда он смотрит только на него и ни на кого больше; этот огонёк.. да что там, этот огонь в глазах джуна гю не перепутает ни с чем, хоть убейте. по крайней мере, он никогда не видел ещё кого-то, на кого тот смотрел бы так же, и этот факт.. заставляет рассыпаться на мелкие частички, стереться в миллиарды пылинок, заставляет хотеть разлететься ими по этому грёбанному полю прямо сейчас и чувствовать то, что люди называют «бабочками в животе». а ёнджун, кажется, молчит слишком долго, но бомгю может понять и даже разделить его чувства, поэтому просто ждёт его слов. эти парни всегда были одним целым. — ..знаешь, что ты похож на рассвет? ёнджун хочет сделать действительно много в этот момент. именно поэтому он беспокойно находит руку гю, которая комфортно устроилась где-то на покрывале, и, захватывая её в плен своих пальцев, поднимает поближе к их лицам. рука бомгю в его собственной, ёнджун должен признаться, выглядит слишком правильно, будто она искала это место всегда. сердце стучит как бешеное, а ёнджун всеми силами пытается успокоить его, но, как бы он не старался, не получается. — чем же, джун-и? – немного по-детски, в своей манере — и уже слишком привычной для ёнджуна — смеётся бомгю, в душе слегка удивляясь такому, как ему кажется, безумно личному жесту от старшего. они держались за руки раньше, естественно.. но тогда это ощущалось совершенно по-другому. не так, как сейчас, когда они вдвоём находятся в этом поле, таком огромном, но в этот момент сжимающимся до такого размера, что дышать находясь в нём становится на самом деле сложно; не так, как сейчас, когда они находятся в их отдельном мирке, полностью погрузившись в свои бьющие через край чувства, что они никак не могли друг для друга раскрыть. гю выпутывает ладонь из крепко-сцепленного замка рук и сразу тянется к волосам ёнджуна, чтобы одним осторожным движением поправить выбившуюся из-за уха прядь. должно быть, она ему мешает?.. гю правда не знает. просто сейчас он слишком хочет коснуться ёнджуновых волос, хочет зарыться в них и остаться там жить. бомгю запускает руку в волосы хёна, нежно поглаживая кожу головы и ощущая подушечками своих пальцев их, волос, мягкость. а тот, судя по всему, совсем не против. бомгю зуб даёт, что джун подумал о чём-то по типу "какой дурак посмеет отказаться от такого удовольствия? ох, точно не я", и сразу же улыбается своим мыслям. ёнджуну тоже. в глазах младшего он был как котёнок, так мило прикрывающий глаза, пока тот гладит его по волосам; кажется, ёнджун чуть ли не мурлыкал, но если бы он умел издавать такие звуки.. такое точно должно было бы произойти, как бы он не старался это предотвратить. через минуту гю руку возвращает, зная, что ёнджун, вообще-то, ещё в самом начале хотел её подержать. лишать старшего такого действия со своей стороны он уж точно не собирается. ёнджун снова — будто под гипнозом — рассматривает руку парня в своей. по его словам, руки бомгю – самая мягкая и нежная вещь на свете, и даже мягче его собственных волос, которые, по словам гю, были самой мягкой вещью на свете тоже. — тем, что.. ты такой же нежный, без тебя солнце точно не встало бы, ведь без рассвета и солнце встать не сможет, верно? ты - лучшее, что могло со мной случиться. ты прекрасный друг, бомгю. ещё и красивый, вот же тебе повезло.. – на такое заявление ёнджун получает кулачком в грудь от бомгю, который этим намекает, что старший тоже красив. по-своему, безумно красив. – я на полном серьёзе мог бы смотреть на тебя не отрываясь, просто наблюдать за тобой в этих нежно-розовых лучах солнца, едва пробивающихся через пушистые облака, тянущиеся к западу— — а ты солнце, ёнджун, ты знал? а ещё разговариваешь как в книжках, – хихикает гю, почти что не специально перебивая старшего. этот момент ощущается как признание в чувствах, коего гю так сильно от старшего желал, пока во время одной из бесчисленных прогулок с ёнджуном резко задумался о том, «каково же это, целовать его губы?» — без солнца не было бы и рассвета, а если бы не было рассвета – солнце не встало бы, — это он так сам придумал, продолжил мысль ёнджуна, просто очень уж хотелось рассказать другу о его огромном значении в своей жизни, – мне кажется мы работаем.. почти так же. без тебя не было бы и меня, и ещё ты не смог бы сейчас вставать без меня по утрам. и даже не отрицай, знаю я тебя! вот точно не смог бы! знал бы ты, что я чувствую, когда мы просыпаемся вместе.. в одной кровати. — бомгю уже ничего не стыдится, выкладывая всё, о чём он думает. и это ощущается совершенно не волнительно (в отличие от ёнджуна, что, кажется, трясётся как стиральная машинка). это ощущается так, будто сейчас они лежат и обсуждают не то, насколько они друг для друга важны причины их схожести с рассветом и солнцем, а новую, только-только вышедшую видеоигру. гю поглаживает большим пальцем костяшки руки ёнджуна, всё ещё наблюдающего за выражением его лица, и прикрывает глаза. спать всё-таки хочется. — думаю, ты меня понимаешь. — да, конечно.. конечно же я понимаю тебя. ещё бы мне.. не понимать. – ёнджун соглашается и замолкает на немного. в голове слишком много мыслей, так хаотично колеблющихся от одной к другой, но ожидать чего-то другого от четырёх утра, бесконечного туманного поля, всё больше разгорающегося огонька рассвета и впервые настолько откровенного друга, он не может. ёнджун считает, что это время просто идеально подходит для того, чтобы рассказать младшему о своей бесконечной любви к нему, и он обязательно сделает это прямо сейчас. даже не побоится! ну, по крайней мере, постарается. опять же, не будем много говорить о том, как сильно джуна трясёт, – бомгю.. подвинься поближе ко мне, пожалуйста. и гю двигается ближе, почти впритык к крупному телу ёнджуна, который, в свою очередь, только сейчас разъединяет их руки, всё ещё находящиеся в соединённом виде. ёнджун заключает бомгю в нежные объятия, наполненные до безумия светлыми чувствами и безграничной любовью. бомгю про это, конечно, ещё не знает. джун любил обнимать младшего, потому что в такие моменты он кажется ему маленьким пушистым медвежонком, которого так и хочется прижать к себе и никогда не отпускать, лишь бы чувствовать его тепло ещё немного. немного, продолжительностью во всю жизнь. рука старшего ложится на подрагивающую спину гю, а тот, в свою очередь, вновь забирается своей рукой прямо в манящие своей пушистостью волосы ёнджуна, ощущая их мягкость своей ладонью. он перебирает их между пальцами и думает, что если бы мог, то забрался бы в них жить. вот только самого ёнджуна там бы катастрофически не хватало. — слушай.. я так много чувствую сейчас, так что.. будь добр, послушай меня. — знал бы джун, что бомгю готов слушать его всё время, что они проводят вместе. — на самом деле я.. я так люблю тебя, бомгю. глаза бомгю резко распахиваются, а щёки предательски краснеют. теперь его очередь дрожать как осиновый лист и молиться всем богам, лишь бы ёнджун не услышал стук его сердца. — люблю настолько сильно, что я готов обнимать, целовать, да просто проводить с тобой время днями напролёт, и я уверен на все сто, что не устану. каждый день, каждый час, каждую минуту, каждую секунду я готов тонуть в твоих объятиях, тонуть в твоих глазах.. тонуть в тебе, наконец. я, на самом деле, уже давно утонул, знаешь.. ещё в тот момент, когда мы с тобой встретились впервые. в этом же лесу, помнишь? — старший указывает большим пальцем на лес позади себя, как обычно поглащающий все самые сокровенные тайны и секреты, которые не знает никто, даже бомгю. сердце колотится безумно сильно. — тогда я заблудился, а ты помог мне найти дорогу оттуда.. я помню твои глаза в тот момент, когда ты впервые увидел меня там. честно, тогда я подумал, что ты испугался.. – бомгю в этот момент не сдерживает тихого смешка, опуская тот факт, что это действительно было так. — на самом деле, я был очень благодарен тебе. бомгю всё молчит и слушает ёнджуна, бесконечный поток мыслей которого так безудержно льётся из его уст. он не смеет перебивать его просто потому, что даже если он всеми силами постарается что-то сказать, то навряд-ли сможет это сделать. чувства уже давным-давно преодолели отметку "нравится", перейдя к такому сладкому и манящему "люблю". — в тот день мы пошли к тебе домой.. тогда у тебя дома была бабушка, и ты сразу же познакомил меня с ней. мы кушали блины с земляничным вареньем, а потом пошли на речку, и ты вёл себя так, будто я уже был твоим самым лучшим другом. тогда мне показалось, что именно таким я для тебя и буду.. и я стал. конечно стал, но.. теперь, когда мы лежим на этом чёртовом пледе — тебе правда стоит задуматься, сколько всего он повидал за всё время, что мы провели вместе, — я безумно сильно хочу поцеловать тебя и не знаю, как мне с этим справиться. ведь мы друзья.. я знаю, что о нас ты думаешь только так, но я.. я всё же сказал тебе о своих чувствах сейчас. и я так боюсь, что ты оттолкнешь меня из-за этого, но и сдерживать себя ещё хоть денёк я тоже не могу. ты же такой замечательный, бомгю.. — ёнджун замолкает на этих словах и спешно смаргивает влагу, что так некстати начала скапливаться в уголках его глаз. он отворачивается, лишь бы младший этого не видел. лишь бы он не видел его таким слабым из-за него же. чёрт, это так стыдно. почти сразу же ёнджун чувствует ладонь, осторожно приземлившуюся на его спину. — глупый, глупый хён.. ты что, ослеп там? мне казалось, что я делаю достаточно.. — бомгю принимает сидячее положение и разворачивает ёнджуна в свою сторону, сразу вытирая мокрые дорожки, что тут же оставили на нежных щеках старшего слёзы, — достаточно для того, чтобы ты заметил мои чувства к тебе, — теперь очередь ёнджуна удивлённо распахнуть глаза и впервые за всю жизнь не поверить собственным ушам, — хён, я не думал, что ты настолько невнимателен. я удивлён твоим мыслям о "для тебя я просто друг" и "я уверен, что о нас ты думаешь только так". ты что, в голову ко мне забрался? я бы посоветовал тебе заметить мои действия, знаешь. ты, кажется, действительно по уши влюблен в меня, раз не замечаешь очевидных вещей, глупыш джун-и.. ёнджун даже не успевает до конца осознать происходящее, как он уже садится напротив младшего и, срываясь, мажет по его губам, словно пробуя их и утопая в этом приторно-сладком из-за клубничного бальзама вкусе. он не успевает даже нормально оценить ситуацию, как поцелуй углубляется и, кажется, выходит за рамки дозволенного. эти рамки хотелось любым способом стереть, пересечь эту невидимую черту. они оба хотели этого. через пару мгновений руки бомгю ловко забираются под кофту ёнджуна, слегка царапая прохладную кожу и ощущая приятный контраст. руки бомгю как всегда очень нежные и тёплые. такие родные. ёнджун думает, что скорее убьёт себя, нежели когда-нибудь скажет обратное. он не замечает, как снова ложится на то же покрывало, в те же нежные объятия, в такие же, как и всегда. после их взаимного признания не изменилось почти ничего, за исключением буквально всего. но как же долго они этого ждали.. теперь они могут просто так поговорить о том, насколько сильно они любят друг друга, пусть сначала и будут немного стыдиться и смущаться. их отношения не изменятся после этого, но теперь они смогут просто так целовать друг друга в губы, могут доверить друг другу себя, свои чувства и своё тело, могут пересечь новую черту в их отношениях. в этот момент ёнджун думает лишь о том, насколько сильно ему повезло быть взаимно влюблённым в этого невероятного парня. в этого невероятного чхве бомгю.