Only Death Will Have Me/Только смерть получит меня

Нил устал, это было обычным явлением в эти дни, и он обычно отдыхал днем, чтобы иметь возможность двигаться ночью. У него болели ноги, и путь все еще казался долгим, даже когда он увидел силуэт Хогвартса, омываемый лунным светом. Он мог бы аппарировать, мог еще с четырнадцати лет, но сейчас он не может найти в себе силы. После смерти матери ему стало в десять раз тяжелее, ее последним желанием было, чтобы он нашел Дамблдора, он защитит его, уверяла она. Его дядя-магл ничем не мог помочь, кроме как дать новые имена, но Нил еще не был готов встретиться с ним лицом к лицу. После сожжения и захоронения ее тела Нил отправился на север, в Германию, чтобы получить часть денег, которые она спрятала. Он нашел крошечную деревню оборотней в горах, и вожак принял его, все они были волшебниками, которых укусили. Им не нужны были палочки, чтобы творить магию, у них была скрытая община, и это было прекрасно. Они кормили его и дружили с ним, и никогда не требовали информации, только нужное количество, чтобы вожак позволил ему остаться. Он пробыл там почти пять месяцев, полнолуние он всегда проводил вдали, в городе, даже в его лисьей форме это было опасно, оборотни могли быть жестокими, когда охотились стаей. Когда он больше не мог тянуть время, Нил собрал свои вещи и попрощался, брюнет должен был вернуться в Англию и найти Дамблдора. Его мать была анимагом и провидцем, они так долго спасались от его отца, потому что она могла видеть его приближение, но не всегда, последний раз закончился ее смертью. Нил приехал в Хогвартс только через несколько месяцев, не имея сил путешествовать в одиночку, он не мог оплакивать ее как следует и чувствовал себя виноватым за то, что позволил этому случиться. Его отец использовал странное заклинание, оно попало в его мать, но не нанесло никаких внешних ран, он понял, что она вот-вот умрет, только когда почувствовал ее жесткий и вздувшийся живот. Замок был недалеко, он знал, что оборона была на высоте из-за идущей войны, поэтому он должен был найти Хагрида. Нил должен произнести имя своей матери, и он будет знать, что делать. Он сел на плоский камень, чтобы перевести дух, и потянулся за часами в свой удлиненный вещевой мешок - было уже около девяти. Он выпил немного воды и встал, Нил должен был найти свой дом у линии леса. Джостен услышал шорох неподалеку, что привело его в режим борьбы или бегства. Нил быстро превратился в лису и спрятался под кустами, его тело было великовато для лисы, поэтому он лег на лесную землю. Шорох стал громче, и тут среди деревьев показался мальчик, на нем был свободный красно-золотой галстук, рукава были закатаны, на руках у него были черные нарукавники, даже в жаркую летнюю ночь. У мальчика были светлые волосы, он хмурился, пытаясь прикурить сигарету. Нил почувствовал, как напряглись его мышцы, но угрозы не было. Когда он двинулся, чтобы уйти, его задние ноги попали в ловушку, он заскулил, это была ловушка из заколдованного шнура. Мальчик услышал его скулеж и посмотрел прямо на него, даже в тусклом свете было очевидно, что его заметили. Он приблизился, и Нил отпрянул, мальчик вытянул руки в спокойном жесте, зажженная сигарета была между пальцами, Нил остановился, предупреждающе показывая свои маленькие острые зубы, он никогда никого не кусал, но был готов. — Я не причиню тебе вреда. — Сказал мальчик и опустился на колени перед Нилом. — У тебя... голубой глаз. Нил знал, мама говорила ему, что он, вероятно, немного неправильно произнес заклинание, и один его глаз оказался голубым, как гетерохромия. Мальчик осмотрел ситуацию, снова показал руки, затем они отправились к его боевым сапогам, доставая палочку. Он пробормотал finite incantatem. И шнуры исчезли, Нил в секунду встал, уже меньше боясь мальчика, он не убежал, возможно, мальчик мог ему помочь. Его рука снова протянулась вперед, но остановилась в дюйме от головы Нила, он не хотел его трогать, и Нил ткнулся носом в его ладонь, она пахла дымом, это успокоило его. Мальчик гладил его, подрагивая губами от удовольствия. Нил чувствовал себя глупой собакой, но это было приятно, он не помнил приятных прикосновений, только грубое обращение матери и нападки отца, они были обидчивы в деревне оборотней, но никогда по отношению к Нилу. Мальчик огляделся и встал, затянувшись сигаретой, и отложил ее. Нил почувствовал, что у него подкашиваются ноги, ловушка причинила ему боль, он не мог трансформироваться обратно, не перед мальчиком. Нил захромал, и мальчик заметил это, он снова присел. — Я знаю кое-кого, кто мог бы тебе помочь, могу я тебя поднять? — Спросил мальчик, как будто Нил мог ответить, его руки были рядом, поэтому Нил снова прижался к ним. — Хорошо, я поднимаю. Нил почувствовал себя плохо, когда его подняли, и надеялся на лучшее, мальчик помог ему выбраться из ловушки, так что у него, вероятно, не было плохих намерений. И если что, Нил мог с ним справиться. Мальчик шел медленно, поглаживая Нила за ушами. Вскоре они подошли к небольшому домику, он огляделся, прежде чем покинуть ветку дерева, его там не должно было быть, заметил Нил. Он легонько постучал в дверь, и она мгновенно открылась, как будто их ждал большой человек, Нил сразу узнал его, Хагрид. Нил покачнулся, и мальчик крепко прижал его к груди, чтобы он не упал. — Эндрю Миньярд, что ты здесь делаешь, уже давно прошел комендантский час, — потребовал Хагрид, пропуская Эндрю внутрь, ночь была теплой, но в доме было намного уютнее. — О, это лиса? — Она попала в капкан, думаю, она ранена, — объяснил Эндрю. — И оно такое доверчивое. Нил почувствовал, как дернулся его нос, если и было слово, которое не описывало Нила, так это "доверчивый". — Бедняжка, — сказал Хагрид, огромный мужчина приблизился, заставив Нила отпрянуть, его уши прижались к голове. — Может, не такой уж и доверчивый. — Может, и нет, — согласился Эндрю, опуская Нила на пол. — Ты можешь оставить его у себя? Только до завтра? Чтобы я мог помочь ему найти безопасное место? — Это дикое животное, Эндрю, — начал Хагрид с обеспокоенным видом. — Может, оно не хочет оставаться... Хагрид прервался, когда Нейл с трудом запрыгнул на стул и свернулся в клубок, глядя только на них, надеясь, что это достаточный знак того, что он хочет остаться. — Может ли он остаться? Только до завтра? — снова спросил Эндрю, выражение его лица ничего не показывало, ему было почти скучно. Хагрид хмыкнул, а затем кивнул. — Я приду первым делом утром... — Я знаю, что утром у тебя игра, а сейчас ложись спать, тебе нужен отдых, приходи после игры. — Эндрю снова посмотрел на Нила, они казались такими большими по лисьему восприятию Нила, и все же Эндрю был меньше половины роста Хагрида. — Иди, и не позволяй никому тебя видеть, хорошо? — Спокойной ночи, Хагрид. — Эндрю почесал Нила за ушами, прежде чем уйти, но как только дверь закрылась, Нил трансформировался обратно. Хагрид застыл на месте. — Моя мать, Мэри Хэтфорд, послала меня сюда, она сказала, что вы можете мне помочь. — Нил сказал, стоя, стараясь не выглядеть или звучать угрожающе. — Ты что-то сделал с Эндрю? — Спросил Хагрид, его глаза потемнели. — Нет, он помог мне, я действительно был в ловушке, — объяснил Нил, на нем была магловская одежда, он поднял ремни брюк, на его коже уже расцветали темные синяки, он достал свою палочку и начал шептать заклинание, оно исцелило. — Он был очень... добрым. — Ты слишком молод, чтобы быть анимагом, — заметил Хагрид, двигаясь к своему столу. — Ты, должно быть, голоден. Нил, действительно, был очень голоден, Хагрид жестом указал на огромный стул перед ним, Нил оставил свой вещмешок и сел. — Твоя мать, она сказала что-нибудь еще? Где она? — спросил Хагрид, подавая чай и печенье. — Она умерла год назад, — сказал Нил, ему не нужно было хранить секреты от единственных людей, которые могли ему сейчас помочь. — Я сам по себе... но она сказала, что Дамблдор спрячет меня, до войны... пока она не закончится. — Я думаю, ты давно не слышал новостей, — сказал Хагрид и мягко улыбнулся. — Война закончилась, твой отец в Азкабане. Нил не мог поверить в происходящее, это должно было быть ложью. Но ему так хотелось в это верить. Хагрид встал и подошел к двери. — Пойдем, поговорим с Дамблдором.

***

Дамблдор был рад видеть Нила, он даже назвал его Абрамом, Мэри обычно получала его совы, куда бы они ни отправлялись. Он расспросил его о матери, о том, чем он занимался в последние годы, о том, что он анимаг, и о школе. Нил получил его письмо, в то время он жил в США, его мать сказала, что он не может поехать, они купили книги, и она сделала все возможное, чтобы найти ему палочку, и научить его всему, что знала. После он рассказал все об окончании войны, о ремонте, который пережил замок, и о том, как все продолжают поправляться. — Сколько тебе сейчас лет? — Спросил Дамблдор. — Семнадцать в январе,— ответил Нил, это было начало сентября. — У тебя есть, где остановиться? Дом, куда можно вернуться? — надавил Дамблдор, он, должно быть, поздно понял, что ведет себя невежливо, когда Нил замолчал. — Неважно, Абрам, я хочу, чтобы ты учился здесь в этом году, я уверен, что ты впишешься. К сожалению, ты не можешь начать с первых курсов, но ты достаточно взрослый, чтобы пойти на шестой курс. — Я... не знаю, что сказать... — Нил хотел остаться, ему некуда было идти, а изучение магии казалось захватывающим, возможно, у него был реальный шанс на счастливую жизнь. — Спасибо, Дамблдор. — Твоя мать была дорогим другом и учеником, я не мог отказать тебе в этом. А теперь, ради традиции, Хагрид, принеси, пожалуйста, сортировочную шляпу. — Попросил Дамблдор, Хагрид сделал, как было велено, и вышел вперед с потрепанной шляпой. — Просто надень ее Нилу на голову. Хагрид выполнил просьбу, Нил посмотрел на шляпу, закрывающую его глаза, затем голос заговорил в его голове. Ум, амбиции, высокомерие, боевая душа. Ты можешь быть в Гриффиндоре, но я думаю, что ты должен быть в... — Слизерин! — громко сказала шляпа, и глаза Нила заволокло слезами. — Это... это дом моего отца, нет... я... — Нил запинался, Дамблдор мягко улыбнулся. — Твой дом - это не то, кем ты являешься, Нил, я уверен, что шляпа увидела в тебе качества, которые делают тебя Слизерином, а не недостатки. — Объяснил он спокойно, Нил все еще чувствовал себя неловко, но шляпа вероятно знала, что делала. — Наверное... ты прав, — Нил вздохнул, и Хагрид снял шляпу, снова положив ее на полку. — Пойдем, я покажу тебе, где ты можешь переночевать сегодня, завтра я найду тебе комнату, и... О, завтра утром будет игра в квиддич, ты ведь раньше играл, верно? — Да! — Сердце Нила подпрыгнуло при упоминании игры, он скучал по ней больше, чем мог сказать. Отлично, ты можешь прийти посмотреть, а я познакомлю вас с мистером Дэем, капитаном команды Слизерина. После ты сможешь пойти к Хагриду, он отведет тебя на Диагон-аллею, и ты сможешь купить то, что тебе нужно... О, я предполагал, что у тебя будут деньги... Я уверен, что деньги твоего отца переходят к вам теперь, когда он... — У меня есть деньги, — сказал Нил, и если Дамблдор и заметил его раздражение, то никак не прокомментировал. — Очень хорошо, тогда следуй за мной. — Дамблдор вышел из кабинета, оставив Нила позади.

***

Следующее утро наступило скоро, Нил хорошо выспался и был полон сил, он быстро принял душ. Дамблдор встретил его и провел в большой зал. Он представил Нила Кевину Дэю, Жану Моро и Сету Гордону, семикурсникам из Слизерина. Он объяснил, что Нил будет учиться в Хогвартсе на шестом и седьмом курсах. Кевин спросил его о том, как он играл в детстве, после комментариев Дамблдора он ушел к столу факультета. Нил сказал Кевину, что играл всего год или два до переезда в Америку с матерью, и это не было ложью. Он любил играть в детстве, но у его отца были другие планы на него, как и у Темного Лорда. — Через час у нас игра против Гриффиндора, приходи посмотреть, а позже я хочу, чтобы ты показал мне, на что способен, — улыбаясь, сказал Кевин. Нил сразу вспомнил его, его мать была известным игроком в квиддич, она была убита пожирателями смерти много лет назад, а Кевин стал жить с отцом после того, как вырвался из когтей Волдеморта, он был бывшим игроком, а теперь тренером, Кевин также был рядом, когда Нил встретил Волдеморта. Кевин казался забывчивым, поэтому Нил не пытался освежить его память. — Конечно. Ты...? — Нил не знал, как спросить. — Погонщик, я и Гордон, мы только что потеряли погонщика, когда она выпустилась в прошлом году, так что место есть, кто знает. — То, что подразумевал Кевин, пролетело над головой Нила. — Остальные члены команды еще не спустились, я представлю тебя позже. — А что насчет гриффиндорцев? —спросил он, доедая яичницу. — Они хороши, если ты об этом спрашиваешь, но они развлекаются, а я играю, чтобы стать профессионалом. — Кевин, несомненно, последует примеру своих родителей. Нил был взволнован, много лет назад ему пришлось бросить квиддич, он все еще был одержим им, но теперь он мог снова играть и не бояться смерти от рук отца, возможно, в какой-то момент он перестанет оглядываться через плечо. Они с Кевином и Жаном весь завтрак говорили о своем составе и прошлогодних играх, другие Слизеринцы подходили познакомиться с новеньким, но большинство из них быстро теряли интерес. А потом пришло время игры. На Ниле не было формы, Дамблдор отправил его с Хагридом на Диагон-аллею, чтобы он мог купить все необходимое. Он выделялся без своей домашней одежды. Началась игра, первая в этом году. Слизеринцы были свирепы, но гриффиндорцы не отставали. Их защита была почти идеальной, высокая девушка из Слизерина назвала ему имена, когда он спросил. Жан Моро и Теодора Малдани - бьющие, Сет Гордон, Элисон Рейнольдс и Кевин Дэй - преследующие, Рене Уокер - вратарь, а Стив Кайлс - ищущий. Гриффиндорцы: Мэтт Бойд и Ники Хеммик - бьющие, Дэн Уайлдс, Джини Смоллс и Джереми Нокс - преследующие; она не запомнила имя искателя, а Эндрю Миньярд - хранитель. Нил взглянул на него, когда она назвала имя, он был далеко, и Нил не мог разглядеть его светлые волосы под шлемом. Вскоре Нил заметил, что он полностью блокирует ворота, ни одна попытка Кевина не проходила. Но они продолжали давить, в какой-то момент Эндрю просто пропускал все мячи, не прилагая никаких усилий. Гриффиндорский искатель получил золотой кубок, и игра закончилась, они выиграли с перевесом в 10 очков.

***

Нейл бегом отправился к дому Хагрида; он добрался туда в мгновение ока. Хагрида не было дома, но он появился через пару минут, и Нил был готов к работе. — Прежде чем мы пойдем, Нил, я думаю, ты помнишь, что Эндрю сказал, что он придет, чтобы проверить одного лиса, — напомнил ему Хагрид. — Он играл сегодня, он безумно хорош, — отметил Нил, он был взволнован, бег почти ничего не делал с его бурлящей энергией. — Да, он такой, — Хагрид ласково улыбнулся. Целую минуту они стояли в тишине. — Как ты думаешь, мне стоит сказать ему, что я лис? Думаешь, он кому-нибудь расскажет? — Нил был благодарен Эндрю за помощь, и он тоже играл, но они были всего лишь незнакомцами. — Эндрю Миньярд - сложный человек, но я могу заверить тебя, что если ты ему что-то расскажешь, он не станет делиться этим с кем-то еще, он верный. Хагрид заверил его, Нил был потерян в мыслях, Эндрю был гриффиндорцем, они были хорошими... возможно, потому что Дамблдор сказал, что твой дом - это не то, кто ты есть. Его мать вбила ему в голову слишком много историй о домах, возможно, все дело в амбициях, а не в добре и зле. Легкий стук в дверь вернул Нила к реальности. Хагрид открыл дверь, и Эндрю вошел, его лицо слегка покраснело, он огляделся и заметил Нила, тот замер, не зная, что сказать. — Где это, Хагрид? — спросил Эндрю, Нил, посмотрел на пол, это будет сложно. — Думаю, вам с Нилом стоит поговорить, я подготовлю мотоцикл, приходи, когда закончишь, Нил. — С этим Хагрид ушел, оставив Нила со светловолосым парнем. — Ты новенький, где лиса? — спросил Эндрю, Нил отвел глаза, он не знал, что ответить. — Ты ее обидел? Где она? Ты сделал эту ловушку? — Нет, нет... Я... Я думаю, что должен сказать тебе, что я... — Нил глубоко вздохнул и отпустил его. — Послушай, я покажу тебе, так будет проще. Нил трансформировался, он сидел на полу и смотрел на него своими большими несовпадающими глазами, Эндрю не показывал особого выражения, но теперь он казался удивленным, он подошел к Эндрю, который отступил назад. Нил снова трансформировался. — Как ты видишь, я - лиса, — объяснил Нил, чувствуя ужас в животе, в то время как Эндрю пристально смотрел на него. — Ты анимаг... Не слишком ли ты молод, чтобы быть анимагом? — спросил Эндрю. — Да, моя мать научила меня, она тоже была анимагом, орлом. — Нил объяснил, сев на диван, Эндрю остался на месте. — Меня зовут Нил Джостен. Когда Эндрю ничего не сказал, он продолжил. — Я новенький, как ты сказал, я видел, как ты сегодня играл, ты действительно талантлив. И... я также хотел поблагодарить тебя за то, что ты помог мне вчера, я запаниковал. — Ты ранен? — спросил Эндрю, глядя на свои ноги. —Нет, простое заклинание исцеления, порезы хуже синяков, — улыбнулся Нил. — У тебя много порезов? Нил почувствовал холод, это было похоже на обвинение, его мать была единственной, кто когда-либо видел его шрамы, было тепло, но Эндрю был в длинных рукавах, как и Нил. Молчание затянулось, он не знал, что ответить, со вчерашнего дня он так много сказал Дамблдору, он не мог позволить себе повторить это снова. Нил посмотрел на окно, на дворе были тыквы, Эндрю не двигался, но его присутствие пугало. Нил не знал, тот ли это мальчик, что был накануне вечером. — Почему ты здесь? — спросил Эндрю через некоторое время. — Э-э... Хагрид отвезет меня на Аллею Диагонов, чтобы я мог купить то, что мне нужно для школы, — объяснил Нил. — Я имел в виду, почему ты перевелся сюда? Нил взвесил вопрос. Что он мог сказать... Он спасался от пожирателей смерти с одиннадцати лет, его мать умерла, отец был в Азкабане, ему некуда было идти, и он хотел остаться. Он подумал о том, что Хагрид говорил об Эндрю, что ему можно доверять секреты, но Нил познакомился с ним только вчера вечером. — Дамблдор сказал мне, что я могу остаться, — ответил Нил, это была простая правда, конечно, он многое упустил. — Вот как, я хочу знать почему, — опроверг Эндрю, скрестив руки. — Я никогда не ходил в школу, поэтому Дамблдор предложил мне место здесь. Он учился в детстве, его отец намеревался отдать его на домашнее обучение, но потом появилась возможность, Гарри был в Хогвартсе, Нил мог быть полезен. У Кевина Дэя и Рико Мориямы было то же задание, что и у него, дядя Рико тоже был пожирателем смерти. — Ты чистокровный? — Эндрю был серьезен, как и тогда, когда они познакомились, но в его глазах горел какой-то гнев. — Я полукровка, моя мать была магглорожденной. Не то чтобы это имело какое-то значение. Нил не знал, почему он ответил, ему следовало бы заткнуться, если бы люди знали, кто его отец, они бы, конечно, относились к нему по-другому. — А твой отец? — Чистокровный. А твой? — У меня нет родителей". Эндрю был спокоен, но его глаза снова загорелись, Нил спросил себя, замечают ли люди это, разговаривая с ним. — Они... они мертвы? — Эндрю ответил не сразу. — Моя мать умерла год назад. — Моя мать умерла год назад. — сказал Эндрю и посмотрел в окно, когда он оглянулся, пламя исчезло. — Как получилось, что ты никогда не ходил в школу, но узнал все это? — Меня научила мама, — улыбнулся Нил, записывая уроки. Если это можно было так назвать, она была безжалостным профессором. Снаружи раздался гудок, вероятно, Хагрид торопил Нила. Он встал. — Еще раз спасибо, что помог мне, ты был... Мне пора идти. — Зайди в магазин "Качественных принадлежностей для квиддича", если тебе это нравится, — сказал Эндрю, следуя за ним на улицу. — Конечно, — улыбнулся Нил, это будет лучший год в его жизни, он это чувствовал.