"Одна ночь"

Когда плачут цикады в душном воздухе сгустившейся ночи, когда на северо-востоке поднимается полная луна; лицо отражает ее бледные лучи, а глаза – иссиня-черный бархат неба… И сон не шел. Светлячки рассыпались зеленоватыми искорками, отражаясь в мерцающих желтых глазах. И раздвинулись створки седзи, и тот, к кому не шел сон, рванулся с футона навстречу. Разве ждал он ее в эту ночь? Разве мог даже помыслить о том, что она появится? Нет. Он просто не мог уснуть. И она сказала его распахнутым в удивлении иссиня-черным глазам: «У нас только одна ночь». И когда его мраморно-белое тело сплеталось с шоколадным, когда неумелые юношеские ласки заставляли ее фыркать и смешно мурлыкать, он шептал: «Одна ночь». И когда ее мягкие губы касались его горячей кожи, он вздрагивал и шептал: «Одна ночь». И когда шершавый кошачий язычок дразняще скользил по его искусанным губам, они, непослушные, шептали: «Одна ночь». И даже когда он проваливался в блаженное беспамятство, до предела вымотанный наслаждением, он даже не прошептал, а просто выдохнул: «Одна ночь». Рука скользнула по шелку простыней, горячий мускусный запах всколыхнул воспоминания. Он сел на футоне, изумленно озираясь, еще ничего не соображая спросонья, с удивлением оглядывая знакомую комнату. Ведь этой ночью он изменился. И разве мир… мог остаться прежним? За дверью раздался голос слуги. Вызывает о-джии-сама? Хорошо, он сейчас будет. Пояс хакама завязался лишь с третьего раза, руки тряслись. «Отправляешься со мной», – сурово бросил ему на ходу дед, и концы гинпаку взметнулись над кандзи «року» на белом плаще. … О чем они говорят? Какое предательство?.. Что?? Не может быть! Шесть капитанов, три лейтенанта, а также Глава Кидо Взвода и его заместитель!.. Предали Общество Душ!!! «Как такое могло произойти?.. Как они пошли против закона?» – возмущался юнец по привычке, а точнее, по причинам воспитания, но щеки его тем временем горели румянцем не возмущения… Обвинения, представленные лейтенантом Пятого Отряда Совету Сорока Шести… Запретные разработки, обращение шинигами в холлоу… Объявлены предателями –Капитан Двенадцатого Отряда, его лейтенант… Глава Кидо Взвода, его заместитель, кьюбантай-тайчо и его лейтенант… Лейтенант Восьмого Отряда, капитаны Седьмого, Пятого и Третьего отрядов. А также капитан Второго Отряда, Главнокомандующий Особых Сил и Командующий Первым Взводом Войск Подкрепления, глава Дома Сихоуинь – Сихоуинь Йоруичи… «Йоруичи, Йоруичи», - застучало в висках, кровь прилила к щекам. - Бьякуя? – сдвинув брови, взглянул на него дед. – Ты покраснел. Э, да у тебя царапина на щеке… будто кошка. - Прошу прощения, о-джии-сама. «Йоруичи». Обжигающая черная ночь, мерцающие желтые звезды, бархатные кошачьи лапки, насмешливое мурлыканье… «Одна ночь». Иссиня-черные глаза застынут лишь на мгновенье. Но лед вернется спустя годы. И когда опаляющие желтым огнем кошачьи глаза искоса глянут на него, там, на мосту, высоко над Сейрейтеем, когда белоснежная улыбка по-прежнему шаловливо озарит смуглое лицо… о чем он подумает? И о чем вспомнит?.. … - Догоняй, Бьякуя-Бо!..