Ты - мой друг

Представьте картину: большое озеленëнное пространство, в центре которого уложены бетонные плиты отзеркаленной буквой «г», образуя своеобразный подиум. Плиты припорошены землëй, поэтому их естественный серый цвет спрятан. По всему периметру подиума цветут одуванчики, окантовывая его и окончательно превращая строительный материал в волшебную дорожку для магических природных существ, невидимых человеческому глазу. Представили? Именно в этом месте случилась неожиданная для меня встреча. Каждый раз возвращаясь из университета, я любовалась этим видом, но каждый раз это место пустовало. За исключением единственного дня. Тогда я впервые заметила человека. Это был мужчина в классических тëмно-синих брюках, белой рубашке с закатанными по локоть рукавами и жилетке. Сложив ладони в замок за спину, он неспешно прогуливался по волшебному подиуму и с интересом оглядывал окружающую обстановку. На удивление, он не привлекал внимание проходящих мимо людей. Все они спешили по своим делам, игнорируя выделяющегося на общей картине человека. Не покидало ощущение, что я была единственной, которую волновал этот человек. А, собственно, почему он побуждает мои глаза скашивать на него свой взгляд? Или нагружать мозг бесполезным анализом, словно он — шахматная фигура, которой мне предстоит сходить и я тщательно обдумываю ситуацию на доске, прежде чем сделать ход. Вот и расставляются люди разных мастей на шахматном поле, подготавливаясь к очередному столкновению. Свободно передвигающимся и никому не подчиняющимся ферзем становится незнакомец, что плавно и медленно вышагивает, словно в музее рассматривая каждый экспонат: вечно голое дерево — гадкий утëнок среди своих или неповторимое создание? Зависит от угла обзора. Вот ещё летящая по важным делам капустница. Ей, так же, как и идущим людям, равнодушен этот загадочный человек, севший на корточки и внимательно рассматривающий одуванчик. Мужчина продвигается дальше. Видит собрание одуванчиков. Они красивые, разодетые, прошедший показ обсуждают и к новому готовятся. Голова незнакомца задирается вверх. Вот и здесь произведение искусства. Голубое небо, разбитое облаками на чешуйки, словно тело дракона, укрывающее жителей города от гневного ропота Перуна. Через некоторое время взгляд незнакомца покидает рассматривание экспонатов и возвращается к незаконченному делу. Мои тело, разум и душа — пешки, которые захотели в гости к советнику короля и возомнили, что их пустят, поэтому присматриваются, изучают хозяина, думают, что лучше в качестве гостинца преподнести. Ещё родители учили, что в гости лучше не ходить с пустыми руками. Видимо я буду невоспитанной, потому что предложить мне нечего. Если бы моя открытая душа, запертая в клетке общественных осуждений, была на свободе, она бы непременно подошла к незнакомцу, улыбнулась и протянула руку в знак знакомства. «Если бы» намекает на вероятность. В данном случае, нулевую вероятность. Со школьных времён помню, что в английском языке существуют conditionals 4 типов или условных предложений. И самый последний — третий, потому что отсчёт начинается с нулевого — используется лишь в случае, когда ситуация больше не может произойти. Из-за вынужденных обстоятельств, упущенного момента, трусости души. Вот и здесь «если бы» подразумевает никогда. Поэтому я только провожаю незнакомца взглядом и вновь погружаюсь в свою привычную серую жизнь. Незнакомец оказался на том же месте и на следующий день. Он собирал в корзинку опавшие листья и лепестки. В другой день, медленно вышагивая, он что-то записывал в маленький блокнот. С каждым днëм моë любопытство и желание узнать его личность разгоралось всë больше. При этом голову не покидали дурные мысли о нëм, разгуливающего по траве, когда в паре метров есть тротуар, и занимающегося незамысловатыми вещами. Ответь на вопрос «Кто ты?» и «Что здесь делаешь?» и я решу: остаться или убежать. Хотя я совру, если скажу, что никогда не мечтала такой же лёгкой походкой пройтись по этому месту. Только удушающий страх показаться странной в глазах окружающих останавливает меня и по сей день. Страх не трус, как я, он накидывает прочную тряпку на шею и, скрещивая концы, тянет со всей силы до скопившихся слез в уголках глаз, до колючего комка в горле, до нервного перебирания всего, что хоть немного успокаивает. Слишком много драмы для простого ребяческого гуляния по траве? Возможно. Но здесь больше про страх, который делит со мной комнатушку и наглым образом не платит за коммуналку моей нервной системы. Уже как 2 недели я наблюдала за ним, за его порой странными действиями, желая подойти ближе, поприветствовать, позадавать вопросов настолько много, насколько хватит моей смелости. Но увы, это останется только в моём воображении. А пока я просто смотрела и пыталась придумать его историю сама. Может он увлекается гербарием? Ведëт травник? А как насчёт биолога? Или эколога? Проектировщик ландшафта? Даже если бы один из дротиков моих предположений попал точно в цель, это бы не ответило на все возникшие вопросы. Почему именно это место? Это поле особенное для меня, но обычное для других. Таких в городе ещё десятки. Конечно, на них не встретишь подобную удивительную дорогу, но не так она и сложна в создании. Можно повторить, скопировать, придать похожий вид. Но никогда не воспроизвести в точности. Каждый день появляется новый сорняк или прилетевший погостить листок. — Добрый день, — его низкий голос для моих мыслей, как топот ног для тараканов — распугал все размышления, дав разбежаться по разным углам. — Здравствуйте, — я слегка стушевалась, не ожидая разговора. Смотрю на него, выгляжу, наверное, как испуганный кролик. — Давно вы меня видите? — Вижу? — по случайности озвучила вслух, но что за вопрос такой странный? — Ну… Уже почти две недели, — вижу, смотрю, подглядываю, наблюдаю, задаюсь вопросами, страшусь — выбирай, что душе угодно. — Понятно, — он опустил взгляд и слегка улыбнулся. — Вам нравится это место? — Снова глаза в глаза. Ими ведь тоже можно улыбаться? Или кому-то они с рождения достаются лучезарными при спокойном выражении лица? Или глаза, как зеркала души, передают внутреннее состояние и мироощущение человека? — А, да, оно чудесно… — думаю, пора искать инструкцию по умению адекватно реагировать на неожиданные разговоры с людьми или пособие «как не отвечать обрывками и не делать огромные паузы перед ответом». — Чудесно… по-другому и не скажешь. Обожаю это место. Чувствую себя здесь свободно, — и к доброте глаз прибавляется ещё скромная, с чуть поджатыми губами, наполненная искренностью улыбка. — Да, согласна, — а кто-то может нашептать мне на ухо следующую реплику? Я ведь в таких ситуациях обычно говорю только невнятную чушь. — А можно поинтересоваться кое-чем? Просто я здесь каждый день прохожу, вижу вас и… — И без понятия как сформулировать предложение, чтобы не показаться грубой и чрезмерно заинтересованной. Но, слава его чутью, он отвечает раньше, чем я заканчиваю свою мысль. Возможно, догадывается о моих метаниях. — Вероятно, я так странно выгляжу со стороны, — и добрая усмешка из-за самого себя. — Разгуливаю по траве, занимаюсь чем-то невнятным, непонятным. Что только Вы не могли подумать обо мне. — Его взгляд уплывает в сторону, он о чëм-то задумывается на секунду и тут же выныривает обратно. — А, я так и не ответил на ваш вопрос, прошу прощения. Я здесь по самому важнейшему из всех самых важнейших дел. Конкретнее говоря, пытаюсь природу утихомирить. В последнее время бушует маленько. — Я тут было открыла рот, чтобы разобраться в его словах, да он опять опередил меня. — Не поймите неправильно, просто работа у меня такая — контролировать, следить за изменениями, а как что не так, стараться исправить. — Извините, я немного не понимаю… Вы эколог? — Можно и так выразиться. Это, так сказать, одно из направлений экологии, — вновь добрая усмешка. — Кажется, поняла. Знаете, года 4 назад я в действительности думала насчëт специальности эколога как моей будущей профессии. — А эта девушка осмелела. Раньше она бы не выдавила из себя больше пяти слов, а тут на тебе, уже делится деталями своей жизни. Куда делся испуганный кролик? — И что помешало вам придерживаться задуманного? — Осознание, что это не моя дорога. — И какая же ваша? — Я пока на перепутье. — А по профессии кем будете? — Лингвистом, если продержусь. — И здесь уже моя очередь усмехаться, только не по-доброму, а безнадёжно. — Можно же не держаться, а отпустить и спрыгнуть, вдруг там неглубоко. — Нет гарантий. — Их никогда нет. — Поэтому я и не прыгаю. — Как долго мы молча смотрим друг на друга? Его взгляд гирей прикован к моим глазам, словно он может выведать в них больше сведений обо мне, чем всевозможные слова и абзацы, прозвучавшие из моих уст. Опустив взгляд и практически незаметно хмыкнув, он сказал: — Кстати, я не успел представиться. Моë имя Химо. Хотите, расскажу вам побольше про мою работу? Химо? Впервые слышу такое имя. Он родом не из России что ли? Хотя русским владеет, как родным. Может, родился и прожил здесь большую часть жизни, а один из родителей — иностранец? С другой стороны, сейчас есть тенденция на необычные имена. Потом надо будет запросить в Интернете, в каких странах распространено это имя. — Ну, давайте, — и пока моё любопытство разгорается всë больше и больше, и я уже не смею его сдерживать. Так день за днëм, встреча за встречей, разговор за разговором и он мог уже сказать, что я с трудом засыпаю без музыки и любимой мягкой игрушки, которую принято надевать в поездку, чтобы не затекала шея, но которая используется мною лишь для объятий. Он запомнил, что после встреч и разговоров мне нужно время в одиночестве. Он вообще понял, что я люблю и ценю одиночество. Правда, этому осознанию предшествовала наша первая ссора. Я трус, который страшится отказать, сказать «нет», дать понять, что мой лимит эмоций достигнут, что мне нужна не одна минута времени с собой наедине, чтобы восстановиться. А когда организм начинает через силу выдавливать эмоции, то это перерастает в наигранность, которую я никогда не умела скрывать. Прятки закончились, не успев начаться. Мой секрет раскрыт. Только растолковали неверно — на себя подумали, что интерес пропал. Но интерес никогда не пропадал, он только разрастался всë больше, с каждым разом узнавая и постигая его незаурядность. Вот и случилось первое недопонимание с иногда колкими словами, комком в горле, дрожанием голоса, дорожкой солëных вод по щекам. Куда человеческим отношениям без преград? Они влияют на вектор развития этих отношений: вперëд или назад. А в каком направлении они поплывут, зависит уже от действий сторон: компромисс, избегание, игнорирование, вечная обида. Жизнь — это бесконечная цепочка выборов. Вот каждый и выбирает, что ему важнее. В свою очередь, я же могла без запинки рассказать обо всех его комнатных и не очень растениях. Гера — суккулент, живущий в маленьком пятнистом горшке, самое первое и самое дорогое сердцу. Поначалу на меня даже шикали, когда я пыталась прикоснуться к Гере. «Нельзя же так резко, дай ему привыкнуть к тебе», — говорили мне. Можно подумать, что шарики за ролики? В первые разы я так и думала, пока не поняла, как много значат эти создания для него. Дальше — Матильда — строгая, статная дама. Дама, что может постоять за себя и нехило уколоть обидчика. Дама, что любит наряжаться и временами цеплять на себя элегантную заколку-цветок. Помните, упоминала, что не только комнатные растения у моего друга обитают? Так вот вашему вниманию представляется худенький, с густой шевелюрой и тëмными веснушками мальчуган Антошка. Он — берëза по рождению и такой же душой — простой, свободолюбивый и преданный. Помимо его безграничной любви к растениям, он обожает рукописные письма. Настолько, что ответ на моë сообщение в мессенджере он отправляет почтой. Хорошо, что хоть не голубиной. Со временем я научилась писать сразу в одном сообщении все интересующие меня вопросы и выкладывать все темы для обсуждения, чтобы наша переписка не затягивалась дни или даже недели. Он не любит фильмы ужасов, очень сентиментальный (он пустил слезу, как только мы включили его любимую мелодраму), его блокнот знает даже больше, чем он сам, потому что он записывает туда любую мелочь и категорически отказывается от телефонных заметок. В очередной учебный день, открыв входную дверь, к моим ногам упал конверт. Обычный белый конверт с красивой сургучной печатью бронзового цвета. Я раскрыла конверт и увидела письмо, написанное каллиграфическим почерком: «Уважаемая София, спешу сообщить вам важную весть. В честь окончания колоритного и дождливого сезона и начала пушистого и белесого устраивается бал, и Вы приглашены на него в качестве почëтного гостя. Дресс-код предполагает свободу выбора и творческий порыв. Я был бы очень рад Вашему присутствию на сие торжестве. Дата и время проведения: 22:00 30 ноября 2022 года. Место проведения: Белоснежная роща.

Ваш преданный друг — защитник природы и своего суккулента Геры»

Было много вопросов. Бал? С каких пор здесь проводят балы? Бал теперь вычурное название дискотек? И повод интересный. По типу масленицы, только провожаем осень? Что на этот раз будем сжигать? И Белоснежная роща? Такая существует в нашем городе? Ощущение нереальности происходящего. Потом передо мной не явятся с громким смехом, заявляющим, что всё это шутка и фантазия друга-дурачка? Хотя это совершенно не в его духе. Скорее я тот самый друг-дурачок, а он — бедная жертва. Тогда, если это приглашение правдиво, то сомнений ещё больше. Я поняла, что лучшим решением в сложившейся ситуации будет личный разговор с другом, но по какому-то удивительному стечению обстоятельств он никаким образом не выходил на связь. Ответных писем уже неделю нет, абонент не в сети, домофон не отвечает, про социальные сети я вообще молчу. Паника и тревога потихоньку начала разрастаться во мне и к концу недели было уже трудно смотреть на ситуацию с холодным рассудком.