Влюблён по собственному желанию

Услышав чей-то чужой голос и жуткие, пугающие, даже стальные ноты в нём, омега замирает, сердце будто у него в глотке заухало. Хочется потянуть мужчину назад, но он боится подставить Юна под удар или добавить ему проблем. Мозг разрывается на две части от осознания, что он не может толком помочь. Звуки шагов медленно приближаются. Юн рукой прижимает Тэ к стене здания, а сам выходит на освещаемый лампой у крылечка участок. - В слежке ты полный отстой. А в маскировке и подавно. Но что больше всего меня удивляет, так это факт твоего крысятничества. Давно ли ты стал таким? - Не мог же я оставить всё вот так, - мужчина ухмыляется, подходя ближе к освещаемому кругу. - Мне вот интересно, на что ты надеялся? - Юнги убирает руки в карманы пальто. - Что сможешь тайно шпионить за моим омегой, докладывать всё боссу и при этом оставаться невредимым. Серьёзно, Дор? - Агуст, Агуст... - бета качает головой. - А я ведь предупреждал тебя, что ты ещё ответишь за ту выходку. - Не ври сам себе. Меня прибить ты не сможешь. Яйца маловаты. Ты слишком боишься последствий, которые босс обрушит на тебя за это. А Тэхёну навредить я тебе не позволю. Нужен он - придётся перешагнуть через меня. - Сам напросился, - бета зло шикает, доставая из ножен своё любимое оружие - шайтан. Юнги знает, что, в отличие от него самого, предпочитающего огнестрел, бета является поклонником ножей. Поэтому и пули в лоб от него ожидать было бессмысленно. Мин лишь успевает отставить назад одну ногу для устойчивости за секунду до того, как на него обрушивается первый из серии скользящих и колющих ударов. И не зря Юн ходил на тренировки, навыки дают о себе знать, когда он уклоняется от очередного скользящего удара. Дор бьёт быстро, точно. Он знает наверняка, куда стоит бить, чтоб нанести противнику наибольший урон. И прекрасно пользуется тем, что Юнги, привыкший работать со стволами, с ножами знаком был только вскользь. А посему бете удаётся-таки провести одну серию бросков, приводящую к тому, что на пальто альфы появляется несколько разрезов и сейчас он нацеливает острие шайтана прямо к горлу киллера. И останавливает его только рука Юнги, держащая лезвие. Струйки крови медленно сбегают от ладони вниз до самого локтя, где впитываются в ткань рубашки. Кончик ножа уже упирается в горло, царапая кожу. Поединок во многом не равный. И у Дора преимуществ больше. А, соответственно, и шансов победить тоже. Но только не в этот раз. Не тогда, когда меньше чем в десяти метрах от них стоит Тэхён, которого Юнги обещал защитить. Навыки - важная вещь. Но когда включаются инстинкты - они дают слабину. Мин резко отклоняется в сторону, дёргая Дора на себя за лезвие. Тот на мгновение теряется. Но и этого более чем достаточно, чтоб нанести пару точечных ударов по гортани, дабы сбить концентрацию и выбить из рук нож. Всего два удара этим самым лезвием: бедро и живот. С него этого хватит. Дор стонет от боли, падая на колени. - Чёртов Агуст, - бета зажимает бок рукой, шипя. - Ну, чего ждёшь? Добей. И, может, Юн бы и сделал это, но краем глаза замечает вышедшего из-за крыльца Тэхёна. Омега, кажется, сросся со стеной. В голове такой гул стоял, такая паника, что Ким даже не до конца и не всё слышал, о чём говорили двое. Одно он понимал точно: здесь всё совсем нечисто, и почему к Юнги обращаются как-то странно... Август? Похоже, но... Нет, что-то немного другое… Тэхёна потряхивает, даже руки дрожат в каком-то треморе. Он слышит звуки драки, боится, и скорее даже не того, что с альфой что-то случится. Боится увидеть его поистине страшную тёмную сторону. Он помнит, как досталось одному из тех, кто разозлил Мина, хотя Тэ и не знает конкретно, что случилось, тогда это его сильно напугало, а сейчас ещё хуже. Звуки драки заставляют Кима присесть на корточки и заткнуть уши. Хочется выбежать и попытаться прекратить это, но здравый смысл говорит не лезть. Так и рвётся омега на части, не понимая, что ему делать. Но в итоге всё же тёмная сторона побеждает, и вместо того, чтобы стоять спокойно, он решает хотя бы выглянуть и посмотреть, насколько всё серьёзно. То, что он видит, а затем и слышит, словно даёт ему пощёчину. "Добей". Ну нет, каким бы ни был этот мудак, его нельзя убивать, он не позволит Юну сделаться убийцей. Конечно, он ещё ничего не знает, но... Тэхён выходит из-за стены и смотрит на валяющегося на земле бету, а затем переводит взгляд на Юна, шагая чуть ближе. Дор, кажется, замешательство альфы тоже ловит и прослеживает взгляд, потому что тут же тихо смеётся. - Неужели боишься запачкать руки на глазах у своего омежки? В прошлый раз это не помешало тебе долбануть меня головой о машину. Ну давай, Агуст. Мин стоит молча, сжимая в руке нож и не сводя пристального взгляда с подрагивающих от испуга губ Тэхёна. А Дор словно нарочно пытается раззадорить, задеть. И из-за этого альфа только крепче сжимает рукоять шайтана. - Добей уже. Тебе ведь не в новинку отнимать чью-то жизнь. Ещё бы... Лучший киллер самого уважаемого преступного клана. Руки по локоть в крови. У омеги едва челюсть не отвисает. Услышав это, он будто прирос к месту, как статуя, застыв от ужаса. Только глазки бегали туда-сюда, смотря то на одного, то на второго. Неужели это правда? Юнги даже не возражает… Мин поднимает взгляд с губ на глаза омеги и то, что он видит в них, бьёт сильнее любой пощёчины. Юнги сжимает с силой челюсти, переводя взгляд на лежащего на земле и истекающего кровью бету. - Заткни пасть, Дор. Иначе нож вернётся к хозяину. - Это... Это п-правда? - Тэхёна голос даже не слушается. Он сглатывает шумно и едва не пятится назад. Кажется, ноги перестают его держать. Нет-нет, господи, его парень не может быть киллером… Тэхён не верит. Сейчас, как врач, он лишь смотрит на обоих и, наконец, замечает на руке альфы кровь, много крови, и с ужасом понимает, что она его. Юнги буквально распорол себе руку. Альфа не отвечает на вопрос, лишь хмурит брови, не сводя с Тэхёна взгляда. Он знает, кто он такой. Знает, сколько жизней отнял. И уже принял это. Принял и свыкся. Ему не противно от самого себя, но Тэхён - другое дело. Видеть в глазах страх и осознавать, что боятся тебя - мерзко. Именно в его глазах. - Вы... Вы, блять, совсем с ума сошли? - сам для себя неожиданно выкрикивает Ким подрагивающим голосом. - Какого чёрта вообще вы устроили? - у него будто накопилось всё, но ответить он на свои вопросы не дал никому, потому что внутри какое-то непонятное раздражающее чувство поселилось. Казалось бы, нормальный среднестатистический омега просто убежал бы отсюда, ну или хотя бы в обморок упал, а Тэхён просто ненормальный. Даже спустя несколько минут стоял совсем неподалеку от них и, уже отмерев, стал подходить ещё ближе. - Тебе нужно в больницу, немедленно, - он смотрит на Юнги серьёзно, только уже более холодно, опасливо. Оставить его вот так вот просто не может. Юн уже хочет ответить, что он переживёт, даже рот открывает, но… - И его… нужно тоже, - омега кивает на мужчину, что всё ещё лежал на асфальте. На него Тэ вообще смотреть не хотел, спасать жизни - всего лишь его долг. Неважно, насколько дерьмовый человек, он обязан, клятву давал и нарушать её не планировал. Брови Юнги тут же ползут вверх. - Обязательно нужно его отвезти, ты слышишь? - омега роется в своей небольшой сумке в поиске чего-то, чем можно перевязать рану, и, поняв, что ничего нет, чертыхается, снимая с себя небольшой шарф, которым немедленно перевязывает ладонь Юна. Её точно придётся зашивать. Распорота до мяса. - А тебе нужна операция. Мы должны вызвать скорую, - Ким неожиданно становится каким-то… неживым? Ведёт себя словно робот, словно не было минуту назад кровавого месива в этом закаулке, и по взгляду он явно не здесь, информацию полученную всё ещё переваривает. Защитная реакция. - Он не поедет в больницу. И ты не станешь его спасать, - Юнги хмурится, пристальным взглядом смотря на омегу, пока тот перевязывает шарфом его ладонь. - Тэхён, ты не станешь его спасать, - альфа понижает голос до вибрирующих нот, подключая при это феромон. - Ты правда не понимаешь, кто он? Чёрт, да он убил бы тебя не задумываясь, лишь бы мне насолить. Юнги убирает нож во внутренний карман пальто и, взяв омегу за руку, уводит его из переулка. - Стой, нет, - Тэхён не успевает понять, как его уже тащат за руку, но он останавливается и выдёргивает её из чужой хватки. Юн тормозит, разворачиваясь к парню. - Я понимаю, что он, возможно, не святой, но и ты, как я успел понять, тоже! - срывается с губ Тэ прежде, чем он вообще это осознает. - Мы не можем отнимать жизни, когда вздумается. Я не имею права оставлять его здесь, я врач. И даже если он кусок дерьма, я должен хотя бы вызвать ему скорую, - Ким дышит учащённо, кажется, вот-вот заплачет. Он плохо это контролирует, эмоции сами вдруг наружу лезут. Совершенно не хочется жалости Юнги сейчас. Точно не в такой момент. Поэтому быстро вытирает ещё не успевшие скатиться по щекам слёзы. Мин от злости скрипит зубами, сжимая руки в кулаки. Да, он не святой. И знает это. Дор правильно сказал - его руки по локоть в крови. И на счету не один десяток жизней. Если добавится ещё одна - ничего не изменится. - И что ты скажешь в больнице, м? Что шёл мимо и нашёл его? Ты понимаешь, что полиция будет задавать вопросы? Я не прошу тебя убивать его. Если надо будет, я сделаю это сам. Но он не заслужил того, чтоб ты, - Юнги выделяет слово интонацией, - спасал его. Чёрт, да он следил за тобой больше недели. Искал случая, чтоб прикончить! - альфа едва не переходит на крик, то и дело размахивая руками. Эмоции берут верх и обычно холодный разум отказывается принимать данную ситуацию и обрабатывать. Чёрт, да Юнги готов прямо сейчас подойти и перерезать горло Дору, если это решит проблему. Но беда в том, что это её скорее усугубит. Тэхён застопорился. А действительно, что он скажет? Ну вызовет скорую, а дальше? Дальше этот Дор всё расскажет, и, возможно, ещё соврёт, что это Юн его преследовал или ещё чего похуже, так и Тэхёну прилетит. Выход остаётся только один. - Хорошо. Тогда я сам должен его прооперировать, - Тэ сглатывает и смотрит решительно на старшего, даже несмотря на то, что губы дрожат, несмотря на то, что альфа почти рычит на него с недовольством после такого заявления. - Хочешь спасти ему жизнь? Чем он это заслужил? - Разве жизнь нужно заслужить? - он старается говорить спокойно и относительно тихо, утягивая старшего чуть дальше, прячась с ним за угол снова, всё же, ещё немного и здесь их могут услышать, а может, даже увидеть. И вообще нужно действовать, пока этот Дор куда-нибудь не уполз и не заорал, привлекая к себе внимание. Тогда уже вообще никому не поздоровится. - Он же не убил меня, - омега говорил на удивление спокойно, будто его пытались убить каждый грёбанный день. - Нам необходимо доставить его в мою больницу, для этого ты должен подогнать машину сюда… - Ким видит, что речь его мало влияет на Юнги, поэтому решается идти ва-банк. - Если ты отказываешься... то мы расстаёмся, - как бы жутко это не звучало, Тэхён почти блефовал. Он не сможет расстаться с Юнги на самом деле. Возможно, сможет взять перерыв и всё обдумать, но пока что жизни без него не представляет и просто надеется, что этот блеф сработает. Юна уже слегка потряхивает от злости. Он многое мог предположить, но такого... Альфа делает шаг в сторону стены и несколько раз лупит по ней кулаками, рыча при этом. Первичный гнев уходит с приходящей на его замену болью. - Настолько сильно хочешь спасти ему жизнь, что даже готов поставить на кон наши отношения?! - альфу всё ещё слегка потряхивает. Весьма иронично получается. Юнги ставит на плаху свою голову ради отношений с Тэхёном. А вот Тэхён ставит на плаху их отношения ради жизни никчёмного таракана, которого даже не знает. Ким жмурит глаза, пугается, знает, что это всё прозвучало отвратительно, но у него, кажется, не было другого выбора. Наступает минутная тишина. - Я подгоню машину. Мы погрузим его и доставим в больницу, где ты сможешь его прооперировать. Но не смей подходить к нему ближе, чем на двадцать метров, пока меня нет. Если он вдруг встанет и пойдёт в твою сторону, ты должен будешь убежать. Плюнуть на него и убежать. Юнги и правда соглашается, но этот результат достаётся омеге очень дорогой ценой. Тэ видит в его глазах такую же боль и отстранённость. Не мудрено, но как иначе? И даже сейчас Юн заботится о нём. Господи, как же это странно и страшно - полюбить человека, оказавшегося киллером. Когда ты просто не понимаешь, что делать. Легче просто не жить. Юн разворачивается и быстрым шагом уходит в сторону, где оставил машину. Вся эта ситуация не на шутку выбила его из колеи. Он никак не может поверить в то, что Тэхён так просто от него откажется после всего, что было, из-за этой ситуации. За пару минут альфа добирается до машины, заводит мотор и резко газует. Едет по встречке, заезжает на газон. Плевать. Сейчас на всё плевать. Он просто старается не обращать внимания на обиду и злость из-за слов Тэхёна. Омега сильно близко не подходит к Дору, однако когда на него смотрит, в голове вспыхивает аналогия. Как тогда Юнги привезли к ним в больницу, и Тэхён почти так же рычал на его "друга", который угрожал и собирался сразу забрать Мина из больницы. Тэ ведь обязан был спасти человека, а сейчас уже Юн препятствует тому, чтоб он спасал этого бету. Понятно, что у них в данном случае явно сильные разногласия, если не сказать хуже, но Тэхёна-то это мало касается. По крайней мере, сейчас он именно так думает. Отходя чуть дальше, Ким звонит медбрату, который сегодня должен дежурить, предупреждает о том, что привезёт сейчас раненного, и умоляюще просит его никому ничего не говорить, вся операция должна остаться в тайне. Шины скрипят об асфальт, когда Юн резко тормозит у переулка. Нож беты отправляется в багажник. По началу хочется и самого бету туда запихать. Но, сдаётся, если по прибытии в больницу кто-то увидит, как Юн достаёт из багажника человека, будут вопросы. А этого хочется меньше всего. Мин замечает, что Тэхён стоит на том же месте, где и был. Уже хорошо. Мужчина сразу идёт к лежащему в переулке Дору. Поднимает его за шкирку, буквально плюя ему в лицо. - Слушай внимательно, сволочь. Ты жив сейчас только благодаря человеку, чью жизнь собирался отнять. Мне ничуть тебя не жаль. И будь моя воля, оставил бы тебя тут подыхать. Но, на твоё счастье, у Тэхёна доброе сердце, - после этого Юнги заряжает в лицо беты мощным ударом кулаком, из-за чего тот сразу отключается. Альфа не церемонится особо, закидывая его на плечо, словно мешок картошки. И на заднее сидение машины опускает ничуть не бережнее. Ким слышал всё, что говорил Юнги Дору, поэтому сейчас молча ожидает, пока тот грузит его в авто. Всё это заставляет сердце сжаться. Они оба сделали друг другу чертовски больно. - Садись вперёд, - командует альфа Тэхёну, пока сам обходит машину. Едва дверь за Кимом закрывается, мужчина вдавливает педаль газа в пол, и машина резко срывается с места. Уже в машине омега осознает: ему страшно только потому, что Юнги ведёт себя за рулём просто безумно. Не нужно уметь водить автомобиль, чтобы понимать, как они сейчас рискуют, но Тэ не пытается сказать что-то старшему. Тот итак на взводе, это видно. Он такой же, как в тот раз, когда треснул этого бету об капот. Пугающий. Его феромон в этот раз практически не подействовал на Тэ, хотя он ощутил его целиком и полностью, но просто не позволил себе так сразу прогнуться. До больницы они практически долетают. Их там уже ждут. Юнги помогает вытащить раненного из своей машины, усаживая в инвалидную коляску, которую вывез медбрат, чтоб не привлекать сильно много внимания. Ещё не все врачи ушли со смен, поэтому лучше обойтись этим. Мин сразу же идёт к водительской стороне. Да, он не дал ему сдохнуть по просьбе Тэхёна. Даже, блять, в больницу доставил. Но он не собирается сидеть и смотреть, как омега спасает человека, покусившегося на его же жизнь. - Спасибо, - всё же тихо благодарит Тэ, хоть и понимает: Юнги это не нужно ни капли. Тот сразу же уходит, а Ким с болью в сердце пытается настроить себя на операционный лад. Не время для личной жизни. Работа и долг превыше всего. Юнги садится в машину и через боковое зеркало наблюдает за тем, как Тэхён скрывается в больнице. Тело снова начинает трясти от злости. Альфа несколько раз бьёт по рулю, рычит, а потом просто вдавливает педаль газа в пол. Сейчас нужно успокоиться. Это первостепенная задача. Поэтому Мин едет в спортзал клана. Время позднее, но тот должен быть открыт круглосуточно. У охранников никаких вопросов не возникло, поскольку Тэхёна знали все. В подготовленную операционную они добираются без проблем. И какое же счастье, что она сегодня свободна. Они быстро перекладывают бету на операционный стол, в большей степени благодаря медбрату Чону, потому что Тэ этого шкафа поднять не смог бы сам. Надев халат, а после проведя дезинфекцию своих рук, хирург приступает к работе. Проходит чуть больше часа. Тэхён справляется с ранами, зашивает их без единой эмоции на лице. По большому счёту омеге действительно плевать на этого парня. Куда больше его волнует всё произошедшее и касающееся Юна. Закончив операцию, Тэ просит оставить бету в отдельной палате выше этажом, которая всегда почти пустует. Та самая, где был Юнги когда-то. Тэ всё думает о нём. Внутри кошки скребутся. Он оставляет этого мужчину на "попечение" медбрата, приказывая за ним следить и быть осторожными, на всякий случай. Хотя, учитывая его состояние и долгий отход от наркоза, этот идиот никому не сможет навредить. Младший же стягивает с себя халат и остальную амуницию и выбегает на улицу. Но тут же останавливается. Машины Юнги нет. Он оглядывается вокруг и не замечает его, а ведь омега совершенно забыл об окровавленной руке мужчины. Да, перевязал своим шарфом, но это не равно лечению. У младшего снова на глазах слёзы выступают от безысходности. Почему ему так не везёт? Хватаясь за волосы, омега садится на асфальт и даёт себе немного времени прийти в себя. Казалось бы, свидание, которое должно было быть самым лучшим, превратилось в катастрофу. И Кима от этого трясёт. Немного поразмыслив, он решается и набирает Юнги. Тэ не уверен, ответит ли тот, но попытка не пытка, ему тоже нужно оказать помощь. Шины снова скрипят, когда альфа тормозит у особняка. Кажется, ему придётся проверить резину после сегодняшнего дня. А то мало ли, вдруг покрышки стёр. Минуя пост охраны, Юн сразу идёт к залу. Дежуривший там на смене уборщик, Йен, встречает его улыбкой. И пока Юн скидывает с себя пальто и рубашку, омега подходит к нему. Пальцы чужой руки скользят по плечам вниз. - Агуст, - начал было парниша, но его грубо хватают за руку и горло. Юнги не церемонится, прижимая Йена к стене. Кольцо на горле сдавливает. А тот смотрит на него испуганно и понять ничего не может. - Не смей прикасаться ко мне, - рычит альфа и, стянув с руки окровавленный шарф, уходит к боксёрским грушам. Будь он хоть трижды зол на Тэхёна, будь хоть трижды предан им, он всё ещё твёрд в своём решении, в своём выборе. И этот выбор он не предаст. Рана на ладони снова открывается, пачкая кровью и руку, и грушу, и пол. Мин бьёт со всей силы, вымещает на бедной груше всю злость и обиду. В себя он приходит, только когда слышит голос за спиной. - Агуст, - босс стоит от него метрах в десяти, не больше. Руки в карманах брюк держит. Мин несколько раз глубоко вдыхает, а потом всё же поворачивается на звук собственного имени. - Что с рукой? - Я предупреждал тебя, Намджун, - альфа позволяет себе дерзость. Знает, что это может вылиться ему в большие проблемы. С боссами мафии так не разговаривают. Но сейчас на всё откровенно плевать. - Предупреждал о том, что Тэхён под моей защитой. И ты допустил ошибку, позволив Дору шпионить за ним. Сегодня он за это поплатился. - Он мёртв? - босс хмурит брови, сверля подчинённого взглядом. Будь Агуст хоть трижды лучшим киллером Кореи, но убивать просто так своих людей Намджун не позволит. - Нет. Тэхён не дал его убить. Чёртова врачебная этика не позволила ему. Он лично оперирует его в клинике, где работает. Он спас человека, что хотел его убить. - Вижу, что тебя сей факт не устраивает, - Намджун лишь хмыкает, заметив, что Юнги сильнее хмурится. - Твой омега спас тебя от наказания. - Я бы лучше стерпел наказание от тебя, чем то, что сделал Тэхён, - забывшись, Мин вытирает пот со лба окровавленной рукой и тут же чертыхается. - Почему ты пришёл сюда? - Йен сказал, что ты чуть не придушил его. Пришёл с кровью на руке. Сперва я подумал, что ты кого-то прирезал. Но кровь, оказывается, твоя. Зайди в дом. Дворецкий обработает тебе руку. Босс разворачивается и уходит обратно в особняк. - Намджун, - Юн окликает его, уже когда тот почти выходит из зала. - Приструни Дора. Во второй раз даже Тэхён не помешает мне убить его. Мужчина стоит несколько секунд молча, смотря на киллера. - Давай заключим сделку, Агуст. Я лично гарантирую неприкосновенность твоего омеги, если ты приведёшь его в клан. Он ведь хирург. Мы оборудуем операционную здесь, чтоб он мог латать наших парней. И тогда никто даже не посмотрит в его сторону, - но в ответ лишь молчание. Альфа хмыкает, открывая дверь. - Подумай над этим. И уходит, оставив брюнета в размышлениях. Проходит минут десять. Юн всё же успокаивается. Голову начинает слегка кружить от большого количества потерянной крови. Он возвращается к своим вещам. Рубашка летит в корзину с мусором, а альфа, как есть с голым торсом, лишь прихватив пальто здоровой рукой, выходит из спортзала и идёт в основную часть особняка. Дворецкий босса приносит ему чистую рубашку и отводит в ванную, заставляя промыть рану. Юн чертыхается, вымывая всё из неё. Болит нещадно. Указание он выполняет и когда возвращается, дворецкий отводит его в комнату. Он уже заканчивает обрабатывать рану, когда телефон Мина заливается мелодией. Мелодией, поставленной на Тэхёна. Сердце предательски сжимается. Стиснув зубы и сглотнув, альфа на секунду прикрывает глаза. Он не хочет ругаться. Не хочет срываться на омегу. Но обида от его слов всё ещё гложет. Хоть и сил на споры и ссоры уже нет - выплеснул всё в зале. Сделав глубокий вдох, а затем выдох, альфа всё же смахивает зелёную трубку, прикладывая телефон к уху. - Слушаю. Когда гудки сменяются на почти безразличное приветствие, сердце Тэхёна начинает покалывать. Ну, а что хотел? Сам виноват. Вот только теперь парень растерян и его трясёт, то ли потому что вышел без пальто, то ли потому что снова пытается переосмыслить услышанное ранее. - Юнги, нам… Нужно поговорить. И тебе нужно зашить руку. Куда ты уехал? - омега чувствует себя щенком потерянным. Понимает, что альфа мог натворить многое, слава Богу, что хоть живой остался и сейчас говорит с ним. Младший всё ещё до конца не осознаёт ничего, внутри у него стадия отрицания в полную силу работает, потому что вот так отказаться от человека, который подарил ему незабываемые моменты, безумно тяжело. Он до сих пор, как дурачок, не верит, что его альфа отнимает жизни вот так запросто. Юнги поджимает губы, борясь с самим собой. - А ты уверен, что готов к разговору с таким опасным человеком? - язвит альфа и тут же мысленно бьёт себя по лбу. Ну вот нет бы подумать, прежде чем сказать. - Я сейчас не в себе, медвежонок. И я не хочу срываться на тебя. Моя рука в порядке. Тэхён тяжело выдыхает. Значит, всё чистая правда и отрицать не получится, как бы ни хотелось. В голове всплывают различные варианты того, как убивал Юн, кого и зачем... Его едва не накрывает по полной. Вот уж сюр получается: Тэхён жизни спасает, а Юн отнимает. Они двое - как ангел и демон, буквально. Хотя какой из омеги ангел? Скорее просто обязательный, выдрессированный обществом парень. - Ты не можешь быть в порядке, хотя бы потому, что никто не может зашить тебе рану, а она того требует, - шмыгает носом младший. Юн закрывает глаза, откидываясь на спинку стула. Его колотит от противоречий. Потому что, несмотря на всю злость, нежные чувства к омеге вопят как сирена. - Я закончил с ним. Раны не смертельные, и я... Надеюсь, что проблем не будет, - зачем-то снова говорит Ким. Впервые в жизни ему так сильно хочется закурить, аж до трясучки, хотя голос он старается держать более-менее ровным. - Ты ещё в больнице? Я приеду через пятнадцать минут. Оставайся у себя в кабинете. Тэ кивает, забыв о том, что они, вообще-то, по телефону говорят, и никто не увидит его кивков, а потом, опомнишись, отвечает. - Да, я тут, в больнице, - не совсем правда, но ведь он рядом. Альфа сбрасывает вызов, убирая телефон, и идёт на выход. Дворецкий уже у двери догоняет его, вручая пальто. Мин благодарно кивает и уходит к машине. До больницы он добирается даже раньше, потому что нещадно гонит, нарушая скоростной режим. Пару раз едва не врезается на повороте в столб. После разговора Тэхёна вновь одолевают мысли, за которыми он совсем не замечает прошедшего времени. В себя приводит рёв мотора и бешеный визг шин. Можно сразу понять, кто это. Тормозя у больницы, Юн за секунды заводится от злости по новой. Потому что Тэхён, блять, стоит на улице. На чёртовой улице в мороз практически голый! Альфа буквально вылетает из машины, на ходу стягивая с себя пальто, и быстро накидывает его на плечи младшего. - Юнги... - уже было начинает младший, но его резко прерывают. - Быстро в машину! - рычит альфа, за локоть подталкивая немного обмёрзшего, красноносого Тэхёна к автомобилю. Чёрт, надо же, киллер и такой до безумия заботливый. У Тэ эти пазлы в голове до сих пор не складываются. Юн сам усаживает младшего на сидение, закрывает дверь и, обойдя, садится за руль. Хочется уехать подальше от больницы. И Юн, сам того не осознавая, направляет машину в сторону квартиры Тэхёна. Младший, прикусив губу, потирает лоб ладонью. - Я... Я даже не знаю, что сказать, - он сглатывает. - То есть это и была твоя та самая жуткая работа, о которой я не должен был знать? - Ким смотрит на альфу, прикусывая губу. А тот в ответ молчит. - Я ожидал чего угодно, но только не этого… Хотя я должен был догадаться, когда заметил на твоих руках кровь впервые, - пальцами впивается в обивку кожаного сиденья. Да нет, он просто не хотел верить в такое... Кто же захочет? Мин молча слушает всё, сжимая пальцами руль. Едет уже спокойно, конечно, но злость никуда не уходит. - Почему ты решился на подобное? Почему ты убиваешь… людей? Тебе платят за это, так? И много? - Тэхён говорит с заминками, слова сейчас вообще даются тяжело. Не то, чтобы он боится Юна, уже нет. Если честно, после таких новостей ему стало совершенно плевать, что с ним сделают. Хуже уже не будет. Вопросов омега задаёт много. Действительно много. И Юнги не уверен, что сможет ответить на все вопросы сразу. Он съезжает на обочину у кофейни и глушит мотор. - Жди здесь, - коротко бросает мужчина, выходя из машины. Но возвращается уже через несколько минут с двумя чашками горячего американо. - Пей, - Юнги впихивает в руки Кима стакан с горячим напитком. - Слушай. Я понимаю, что тебе сейчас многое хочется знать. И я отвечу, правда. Если хочешь, выложу всё и сразу, - Мин делает глоток кофе и смотрит на младшего. А тот смотрит в ответ выжидающе. Кажется, придётся выложить всё. - Что ж, ладно. Будь по-твоему. Я попал в клан, когда мне было шестнадцать. Отец погиб, когда я ещё мелким был. А мать, когда восемнадцать было. Я начинал с обычного посыльного, потом разносил кладки наркотиков по местам. А ближе к девятнадцати стал интересоваться оружием. Меня научили всему, что нужно. И сейчас, к своим двадцати семи годам, я успел стать в своём деле лучшим в Корее. Босс не редко получает письма с заказами на моё имя. Он не против того, чтоб я работал ещё на кого-то. Он сказал, что пару раз даже получал просьбы продать меня другому клану. Нашим друзьям, если можно так сказать, - Юнги делает несколько глотков кофе, замолкая на какое-то время. - Я убил не мало людей. Но среди них никогда не было невинных. Каждый в чём-то виноват. Клан платит мне хорошие деньги. Но кроме работы киллера иногда я выступаю в качестве наркодилера. Имя, которым назвал меня Дор - это моё имя в клане. Я - Агуст. Лишь единицы там знают моё настоящее имя. Тэхён с тяжестью на сердце слушает весь рассказ Юна. Он не ожидал наконец услышать всю историю его жизни, и что теперь с этой информацией делать, просто не знает. Наркотики, убийства, кланы, боссы... У омеги постепенно голова идёт кругом, а стакан кофе в руках дрожит вместе с самой рукой. - Так ты ещё и с наркотиками связан? - сглатывает Ким. Ну всё, это просто ёбаный джекпот. Ну кому ещё так повезёт, как ни Тэхёну? Вся любовь застилается ужасом и паникой, всё ещё отторжением того, что говорит сейчас Юн. И правильно, что альфа не хотел ничего говорить - теперь понятно почему, и Тэ отдал бы многое, чтобы всего этого не слышать. Забавно получается: хотел откровенности, и внезапно вот так позорно сливается. - Я никогда не употреблял их сам, если тебя это беспокоит. И я связан с ними посредственно. Всё же в своём клане я киллер. Юнги убирает стаканчик с кофе в подставку и вполоборота садится к младшему. - И тебя так легко продать? Ты даже не хозяин своей жизни... Чёрт, Юнги, это получается навсегда? До конца? Эта работа... - Тэхёна уже коробит и трясёт в какой-то подкатившей истерике, и он, как ни пытается удержаться, начинает плакать. - Мне нет разницы на кого работать, если они будут хорошо платить. И нет, медвежонок, это не на всю жизнь. Из каждой профессии можно уйти. И в моей так же настанет время, когда я отойду от дел. Наш босс не из тех людей, кто устраняет ушедших мирно и по собственной воле. Если мы, конечно, доживаем "до пенсии", - альфа усмехается, опуская взгляд на руки младшего. Его слегка трясёт, и это заметно. Мужчина уже тянет руку, чтоб хоть как-то успокоить. Но одёргивает сам себя, понимая, что сделает только хуже. - Я не святой, и никогда им не был. Но я всё ещё тот, кого ты успел узнать. Работа бывает разной. Но это не значит, что в обычной жизни я не могу думать ни о чём, кроме убийства других людей. Тэ, я всё ещё тот же нежный и заботливый альфа, что присылал тебе букеты с цветами. Я никогда не бросаю слов на ветер. И всегда держу свои обещания. Если я сказал тебе, что рядом со мной ты будешь в безопасности, что буду защищать тебя, значит так оно и есть. Если сказал, что выбрал тебя своим омегой, то уже не передумаю. - Причём тут передумаешь ты или нет? Это... Чёрт, да как это понять? Я спасаю, ты убиваешь, и у нас, кажется, разные понятия о нормальной жизни. Я чувствовал, что с тобой не так, как с другими, и меня это даже немного подкупало... Но сейчас я просто не понимаю, что делать, - он уже едва говорит и начинает плакать сильнее, а у Юнги всё внутри сжимается. Он тянется к щёчкам вытереть дорожку, но Тэхен не даётся. Больно. - Юнги, это всё… Боже. Но ты это поддерживаешь... Ведь это опасно и ужасно в принципе, - младший запрокидывает голову, пытаясь остановить поток ебучих слёз, которые, не спросив разрешения, льются по щекам. - Я правда не знаю, что тебе сказать, мне нужно всё это осознать. Но разве я смогу жить с тобой, зная, что тебя могут убить каждый ёбаный день? - омега едва не начинает рыдать по новой, но сдерживает себя, немного отвернувшись. Говорят, омегам не должно быть стыдно за слёзы, но Ким считает по-другому. Ему от своей слабости противно. Юнги молчит. Лишь смотрит на дорогу, стараясь не позволять словам слишком сильно ранить. Потому что если сейчас Тэ скажет, что это конец, Юнги не представляет, что будет делать дальше. Наверное, будет всеми возможными способами пытаться заставить омегу передумать. Потому что отказаться от него он уже не сможет. Точка невозврата давно пройдена. - Я... Мне нужно время, чтобы всё это переварить. Я так не могу, - Тэ шумно и резко выдыхает и пытается успокоиться. Его будто обухом по голове ударили, а потом врезали под дых простыми словами, теми самыми откровениями. - Хорошо, я понимаю. Отвезти тебя домой? - альфа заводит машину, выруливая на дорогу. - Да... Пожалуйста, отвези меня, - подводка на его глазах немного растеклась и сейчас он был похож на глупую панду из какого-то мультика. Залпом допивая американо, чтобы хоть как-то отвлечь организм от желания реветь, Тэ уже даже не знает, что сказать старшему. Он снова откатился к самой начальной стадии отрицания, притом полнейшего. Они, наконец, подъезжают к дому Тэ, и омега, кусая губы, позволяет себе взглянуть на альфу. Уже сейчас понимает, что побороть свою любовь будет тяжело, он действительно слишком прикипел к Юну. - Пожалуйста, следи за своей раной. И будь осторожен. Спасибо за пальто, но я правда в порядке, - Ким сжал ручку дверцы на пару секунд, прежде чем открыть и выйти на улицу, оставив пальто Юна в машине на сиденье. Тэхён быстро забегает в подъезд. Холод, кажется, парализовал его и внутри, и снаружи. На секунду захотелось просто сесть и замёрзнуть в подъезде. Тэхён стал бесполезен в своей работе, в своём существовании. Альфа взглядом провожает младшего, дожидается, пока за ним закроется дверь, и только тогда позволяет себе уехать. Вот только едет не сразу домой. А тормозит у ближайшего супермаркета, покупая несколько бутылок шотландского виски. Одну бутылку вскрывает прямо у машины, делая несколько размашистых глотков. Алкоголь жжёт горло. Хорошо хоть желудок не пустой. Значит, унесёт не сразу. До квартиры мужчина добирается без происшествий. Начатая ещё у магазина бутылка заканчивается быстрее, чем ожидалось. Поэтому в дело идёт вторая. По приходе домой Тэхён заползает в душ даже не помня себя и сидит там до сморщенных подушечек пальцев. Не моется, не давит гель, чтобы натереть тело, а просто сидит под тёплыми струями воды, едва хватая воздух губами. Внутри так неприятно жжёт от осознания. Хочется проснуться и понять, что это всё сон, чтобы рядом на кровати лежал Юнги и сказал: "Всё хорошо, медвежонок, тебе просто кошмар приснился". И от этого Ким рыдает ещё сильнее. Проходит два часа, прежде чем омега выходит из ванной, окутанный одним большим полотенцем. Он больше не чувствовал радости и, честно говоря, даже не ожидал, что всё это на него так повлияет, что от альфы будет так сильно зависеть его настроение. Беспорядочно роящиеся в голове мысли рвут душу младшего, потому что от этого не убежать: он слишком привязался к Мину. Возможно, это нездоровая любовь, Тэ уже задумывался об этом, но что сейчас можно изменить? Тэхён не готов ни расставаться, ни смириться с ужасом, услышанным из уст альфы. Наркотики, заказные убийства... От такого кровь в жилах стынет. Немудрено, что сон Кима этой ночью был страшно беспокойным. По началу омегу такие кошмары с кровью и убийствами мучили, когда он только начинал делать операции, но быстро прошли, а сейчас, пожалуйста, по новой началось. И причина в корне другая. Он валяется в кровати весь следующий день ленивым, полудохлым тюленем, мучая голову мыслями и жуткими догадками так, что она болеть начинает. Он игнорирует все звонки Сокджина. Тот, кажется, всегда знает, когда у него выходные, но... В этот раз свой законный выходной Ким тратит на страдания. И кто ему запретит, чёрт? Никто. Утром Юн просыпается с дикой головной болью и сухостью во рту, словно в пустыне Сахара. На часах одиннадцать. Альфа садится на кровати, пятернёй ероша волосы и стараясь вспомнить вчерашний вечер. Давненько он не напивался так, чтоб не помнить, что творил. Ну, он дома. И он один. Это уже что-то. Стало быть, можно предположить, что из квартиры он не выходил. Но стоит выйти на кухню, как альфа обнаруживает готовящего на кухне Сону. - Доброе утро, господин Мин, - бета кланяется, ставя на стол чашку похмельного супа. - Я как раз собирался идти будить Вас. - Почему ты здесь? - Вчера большой босс прислал смс с просьбой утром быть у Вас дома. Да и я уже нормально себя чувствую, - спокойно объясняет парень. - А это... - Юн чуть кивает головой на тарелку супа, но тут же жалеет об этом, потому что голову простреливает спазм. - Когда пришёл, на кухне лежала пустая бутылка Вашего любимого виски. И вторая была выпита больше, чем на половину. Посторонних в доме не было, поэтому я предположил, что это всё выпили Вы. Вот и приготовил. Альфа усмехается, подходя к столу. - Спасибо, Сону. Это очень кстати. Юн приступает к еде. И после порции супа ему правда становится немного лучше. А для верности ему ещё подают чашку крепкого кофе с коньяком. И вот тогда жить правда становится легче. Немного. Хотя бы голова перестаёт мучить. А с сердцем он разберётся позже. После завтрака мужчина принимает прохладный душ и решает в первую очередь поехать в особняк. После лёгкого стука и разрешения он заходит в кабинет босса. - Ты жив, это уже хорошо. Потери есть? - Намджун откладывает в сторону бумагу, которую только что изучал. - Как Вы узнали? - Надо же, вспомнил о статусах. А вчера тебе это не мешало фамильярничать, - альфа поднимается из-за стола, пересаживаясь в диванчик рядом со своим столом и указывая Юнги рукой на второй. - Как узнал? Да брось. Юнги, я знаю тебя с тех пор, как ты попал в клан ещё при моём отце. Можно даже сказать, что мы выросли вместе. После того, в каком виде ты был вчера в зале, и как ушёл поспешно после звонка Тэхёна, разумно было предположить, что сегодня ты будешь пьян. К слову, за рулём сам ехал? - Сам, - Юнги откидывается на спинку дивана, прикрывая глаза. Голова всё ещё побаливает. - Рисково. Или что, омега отказал, так и жизнь уже не дорога? - Он не отказал! - как-то слишком резко даже для самого себя восклицает Мин, удивляя этим и альфу напротив. - Всё никак понять не могу, что такого в этом омеге, что ты за него так уцепился? Он особенный? - Для меня - да, - Мин побитым котёнком опускает голову. - Намджун, я постараюсь сделать всё, чтоб моя личная жизнь никак не отразилась на работе. Тебе не стоит из-за этого переживать. - Очень на это надеюсь. Но всё же я переживаю не только из-за работы. Ты вырос вместе со мной. Братом я тебя не назову. Но ты и не чужой. Ты ведь всегда блестяще разбирался с проблемами. И в этот раз справишься. Ким поднимается с диванчика, поправляя пиджак. Берёт со стола конверт и молча передаёт его Юну. Слова излишни. Мин итак понимает, что в конверте - работа. Новая мишень. Фото, место, время и пометка "Устранить". Альфа поднимается с дивана следом за боссом, забирает конверт, коротко кланяется и уходит. Вечер Юнги проводит, выколачивая дурь из головы, посредством использования груши. Рана на ладони опять открывается, и приходится попросить дворецкого босса вновь обработать руку. Домой Юн возвращается уже затемно. Утро рабочего дня встречает головной болью и далеко не самым лучшим состоянием в целом. Омега чувствует себя разбитым, просто потому что внутри бесконечно крутятся слова альфы, сказанные тем днём. На работе он не может не думать об альфе, потому что всё вокруг, как бы ни хотелось, напоминает о нём. Дора уже нет, медбрат Чон сказал, что он ушёл тихо, без шума и пыли, как только более-менее оклемался. Но, если честно, плевать Тэ хотел на Дора. При одном упоминании о нём он вспоминал лицо Юнги, который тогда глядел на него растерянно с ножом в руке. Сердце сжалось. - Эй, ты в порядке? - зашедший передать бумажную карту пожилого пациента Джихун смотрел на сидящего на углу стола хирурга, пялящегося куда-то за ширму, где стояла кофемашина. - А? - Ким немного приподнимает взгляд. Он даже не сразу среагировал. Неживой, с тёмными кругами под глазами, которые необычно ярко начали проступать на лице. – Я... Я нормально, всё хорошо. Задумался, - коротко давит улыбку омега и слезает, садясь уже нормально за свой стол. - Что-то случилось, я же вижу. Проблемы на личном? - Джихун уже не шутит, действительно взволнован. - Нормально, пожалуйста, я хочу заняться работой, - он достаточно резко реагирует и, забрав карту у того из рук, указывает обратно на дверь. Омега не выходит даже на обед со всеми, проводя большую часть времени в своём кабинете. Весь следующий день Юнги проводит, преследуя заданную ему цель. К сожалению, такое иногда случается, что всё идёт не по плану. Девушка, чьё фото Мин получил в конверте, должна была приехать на встречу одна. А приехала в компании мужчины средних лет. На его устранение Юн приказа не получал. А убивать лишних, если того не требуют обстоятельства - не в его правилах. Поэтому альфа большую часть дня таскается по городу, пытаясь выгадать момент, когда она останется одна. Такой случай подворачивается уже ближе к вечеру, когда особа решает отойти покурить (и кто вообще разрешил брать женщинам сигареты). Юн настраивает снайперское снаряжение и одним прицельным выстрелом оставляет на стене за головой девушки кровавые брызги. Быстро сворачивается и уезжает куда подальше. А точнее на другой конец города, домой. После душа альфа падает на кровать. Руки чешутся позвонить Тэхёну. До скулежа хочется услышать его голос. А ещё лучше обнять и поцеловать. Но Мин не идиот и понимает, что тому нужно время. Поэтому просто не лезет. На следующий день, проснувшись ближе к полудню, Юнги решает снова отправиться в спортзал. Но на этот раз, пожалев руку, истязает ноги и лёгкие, заняв беговую дорожку. Он старается изматывать себя так, чтоб забыться сном и постараться не думать ни о чём. Но спит по ночам всё равно плохо, просыпаясь в холодном поту. Кошмар, в котором Тэ уходит от него навсегда, не отпускает никак. Ни ночью, ни днём. Три дня. Они не виделись уже три дня. Да что там не виделись. Они даже не слышали друг друга. И Юнги скучает как верный пёс, оставленный хозяином в приюте на передержке. Ложится спать Юнги с твёрдой мыслью, что завтра поедет к Тэхёну и попытается поговорить с ним. У того как раз должен быть выходной. Следующий рабочий день ничем не отличается от первого: Тэ потерянный, его даже приходится заменить на операции, потому что руки трястись начинают, как только он пытается что-то сделать. Из-за этого парень даже получает нагоняй от главврача. - Тэхён, ты что? Последние два дня сам не свой. Мне не нравится, что это сказывается на твоей работе. Мы не можем каждый раз находить тебе замену на операцию. У нас итак не хватает людей. Что с тобой происходит? - мужчина смотрит на омегу испытующе. - Простите, я обещаю, такого не повторится, - он кланяется и внутренне действительно обещает не подводить больше своих коллег. Он не имеет права, всё же врач. Как говорится, пострадали и хватит. Намджун шагает по коридору скудненькой по его скромным меркам больницы, сопровождаемый лишь секретарём. Где найти нужного врача ему любезно указывает попавшаяся на пути медсестра. Мужчина пару раз стучит в дверь кабинета и проходит внутрь. Тэ уже собирается уходить домой, когда внезапно слышит стук в дверь. - Да, войдите, - без энтузиазма говорит Ким, уже собираясь надевать на себя пальто. На дверь даже не смотрит. Первое, что бросается в глаза - простенькая обстановка. Альфа осматривает кабинет, пока подходит к столу. А когда садится, уже внимательным взглядом изучает и самого омегу. Мужчина сидит, откинувшись на спинку стула. Ноги раздвинуты в расслабленной позе, а пальцы скрещены в замок и лежат на ногах. - Добрый вечер, доктор Ким Тэхён, - Джун нагло улыбается. Тэхён садится за стол. Понимает, что, возможно, это какой-то пациент, не истерит, что ему нужно домой, потому что… На самом деле не нужно и как-то абсолютно всё равно, куда идти. Была бы его воля, он, наверное, остался бы в больнице даже на ночную смену. Ким смотрит на мужчину, севшего напротив. Очень странно тот ведёт себя для человека, пришедшего узнать о своём здоровье. На стандартный вопрос о жалобах Джун ухмыляется, чуть склоняя голову вбок. - Я здесь не для этого, малыш. От подобного обращения омега несколько напрягается. - Что за фамильярности? Не позволяйте себе ко мне так обращаться, - он хмурится. И без того настроение ни к чёрту, так тут и ещё какой-то альфа под конец дня лезет. Хотя омеге кажется, что это неспроста. Намджун смеётся тихо, осматривая через лёгкий хитрый прищур глаз омегу перед собой. Бойкий. Строптивый. Но при этом всё же изящный и красивый. - Зачем Вы здесь тогда? Вы в курсе, что мой рабочий день почти закончен? Я не обязан Вас принимать, - поначалу Ким был настроен дружелюбно, но к таким людям он не испытывает симпатии. Пожалуй, Юнги - исключение. - Я здесь, чтоб поговорить о Вас, доктор Ким. И, возможно, о Мин Юнги, - альфа видит, что имя общего знакомого действует на омегу словно ушат воды. Тэхён едва не ломает ручку, которую вертел в руках. Шок настигает моментально, и его взгляд становится испуганным, а сердце начинает биться, как маленькая канарейка в клетке из рёбер. Кажется, сейчас его и кокнут прямо здесь. Хотя не то, чтобы он боялся... Жаль только, что с Юном не удастся проститься хотя бы. - Что ж. Теперь, когда Вы явно настроены меня слушать, я, пожалуй, начну. Моё имя Вам знать пока ни к чему. Но, что куда более важно, так это то, что я могу Вам предложить. Сомневаюсь, что Юнги озвучивал Вам то, что я передал. А учитывая вашу ссору, то сомневаюсь, что теперь и вовсе озвучит. Вы ведь хирург, господин Ким. Как на счёт того, чтоб работать на меня? А если быть точнее на мой клан? По мере того как мужчина говорит, Тэхён ещё больше напрягается. Его дыхание становится панически учащённым, и парнишка сглатывает. Он понял, что это как минимум заместитель босса и как максимум (что больше подходило после последующих слов альфы) - сам босс, хотя Тэхёну было всё ещё удивительно, что он сам снизошёл до него, придя сюда, в больницу. Это было очень подозрительно. Альфа выжидает пару секунд, давая пареньку перед собой время переварить информацию. По изменениям в лице читает вопросы и ответы, что так и не были озвучены. - Вы ведь уже догадались, кто я. И что я могу. Но сегодня я здесь не для угроз. Пусть Юнги и работает на меня, но он мне не чужой. И раз уж он выбрал Вас своим омегой, значит Вы того стоите. Я могу предложить Вам абсолютную безопасность. При условии, что Вы станете работать на меня. Я оборудую для Вас отличную операционную. А взамен попрошу лишь при необходимости латать и лечить моих людей. Намджун чуть щурится, пока смотрит в упор на парня. Омега совсем теряется. Не каждый день ему предлагают стать врачом клана, видимо, мафии, или как их можно назвать? Скорее всего именно так. - Вы сейчас шутите? - первая реакция от удивления. - Это же просто... Я не могу. Я даже с Юнги ещё ничего не могу решить, а Вы об этом. Издеваетесь? - Ким трёт лоб, а затем и уставшие глаза. Может быть, он сейчас откроет их снова и это окажутся его галлюцинации на почве нездорового сна, но... Нет, альфа никуда не делся. - Издеваюсь? - альфа даже выгибает бровь от удивления. - Ким Тэхён, посмотрите на меня ещё раз и повнимательнее. Разве я похож на того, кто будет шутить на подобные темы, а уж тем более издеваться? Намджун чуть качает головой. Вот уж никогда он не думал, что кто-то может его слова в шутку воспринять. Киму стало бы немного легче, если бы этот мужчина действительно сказал, что пошутил, но к собственному разочарованию этого не произошло. Омега на выдохе нервно облизывает губы. - Скажите, он… в порядке сейчас? - Хотите узнать - позвоните ему сами. К слову, свой ответ на моё предложение передадите через него, - альфа поднимается, поправляя пиджак, и идёт к двери. - Забавно, но я ожидал от Вас большей смелости, доктор Ким. Юнги твёрд в своём решении, - мужчина усмехается, поворачиваясь в пол-оборота к врачу. - Чёрт, да он даже обещал пустить пулю мне в лоб, если с Вами что-то случится. А Вы боитесь принять его просто потому, что он способен убить. Альфа уходит, оставляя Кима одного.