Влюблён по собственному желанию

Время тянется долго, омега завтракает тем, что приготовил Сону и ждёт, поглядывая на часы. Наконец, часам к двенадцати он слышит знакомые шаги в коридоре, различая их сквозь лёгкий шум телевизора. - Юнги-я, - Тэ с гостиного дивана подрывается и бежит обнимать старшего. Так хорошо, что он вернулся, наконец-то... Прижавшись к мужчине, он прикрывает глаза. Стоит только Тэхёну оказаться рядом, как Мин тут же заключает его в объятия, сжимая крепко. - Всё хорошо, милый? - Всё хорошо, пока ты рядом, - альфа коротко улыбается, целуя омегу в лобик, а потом накрывает поцелуем губы. Напирает, сразу проталкивая в ротик язык. Чуть присев, Юн подхватывает омегу под попку и несёт к дивану. Тэхён млеет под касаниями старшего. Немного странно, что Юнги вдруг так внезапно переменил свою нежность на страсть, ведь, казалось бы, только недавно прошла течка, да и он только вернулся с задания, но желает Кима здесь и сейчас. Ну, чёрт, как тут вообще сдержаться можно? Младший вот, например, не может. Да и не хочет, поэтому покорно обнимает любимого за шейку, пока тот относит его обратно к дивану. Юн нагло укладывает омегу на поверхность, тут же нависая сверху и утробно рычит, чуть отстраняясь. - Я попросил Сону пойти домой, так что можешь не сдерживаться, медвежонок. Юн одним движением стягивает с себя верх, оставляя пока лишь штаны. А потом снова припадает к губам Тэхёна, забираясь ладоням ему под одежду. Омега даже успевает налюбоваться вновь татуировками альфы и, конечно, его новым шикарным змеем. Внутри даже потряхивать начинает. Да, Тэ заводят татуировки, но только вкупе с таким желанным мужчиной. Поцелуй вновь становится жарким, горячим и в то же время трепетным. Омега отдаёт всего себя, стягивая свою домашнюю рубашку скорее, кидает её на пол, после приподнимая бёдра и стягивая домашние шортики до колен, после чего старший уже снимает их сам до конца, вместе с боксерами. Любимое тело вновь обнажено и лежит перед ним, под ним. Омега дал своё добро на всё, чего вдруг захочется. И Юн с радостью берёт. Спускается поцелуями по телу вниз, оставляет за собой засосы, иногда чуть прикусывает нежную кожу. Губы, наконец, касаются головки чужого члена, мягко целуя, а потом так же мягко обхватывая. Омега тает, выгибается в талии, втягивая животик от жарких поцелуев, которые разрастаются маленькими веточками тепла по всей коже, захватывая постепенно каждый её сантиметр. Они уже давно пришли к тому, что временами долгие прелюдии им ни к чему. Достаточно посмотреть друг другу в глаза, чтоб понять, что они оба хотят этого, и пары горячих поцелуев. Возбуждает на раз-два. Юнги осторожно берёт головку члена Тэхёна за щёку, принимаясь двигать головой. Младший чувствует особенно острое желание, когда Юн вот прямо сейчас сходу по возвращении к нему сразу же бросился, чтобы взять, чтобы заняться горячей и страстной любовью, утонуть в этом всём. Тэхён всегда хочет Юнги. Если видит хоть намёк в чужих глазах, он готов верно и беспрекословно подчиняться и даже сейчас, дрожа под чужими ласками, он совсем легонько двигает бёдрами вперёд, чуть порыкивает и распахивает губы совершенно пошло выстанывая. Стесняться-то некого, Сону нет, а Мина и стесняться-то грех, чего они только друг с другом не творили, разве что ещё не занимались сексом в общественных местах, но, кажется, омега уже недалёк от того, чтобы упомянуть о таком. Ножки младшего дрожат уже привычно, он ёрзает, слегка вплетаясь пальчиками в волосы старшего и немного игриво взъерошивает их. Юнги двигает головой сперва медленно, лаская, возбуждая и распаляя только сильнее. Пальцами проводит меж половинок, ласкает дырочку, массирует. Запах Тэхёна усиливается заметно, а значит ласки приносят труды. Поэтому Мин чуть усиливает их. Позволяет головке члена младшего проехаться по языку, скользя глубже, и при этом проталкивает один палец в омегу. Заходит пока туго, смазки ещё не так много. Но пара минут таких ласк даёт свой результат, и вскоре альфа вполне спокойно добавляет второй палец. Омега чувствует, как заметно возбуждается от ласк, как член твердеет, а в животе узелок приятного возбуждения завязывается от горячего языка альфы. Юн делает его просто до боли чувствительным, даже соски твердеют моментально. Ему хочется поддаваться навстречу, и постепенно он сам начинает ощущать, как при проникновении пальца старшего начинает течь. А где один, там и три пальца, которые растягивают практически нещадно, но Тэ и не против, он только раззадоривает альфу стонами, умоляя, чтобы тот, наконец, уже взял его. Потому что Тэхён тоже не железный, и Юна хочется до безумия. С ним всегда хочется большего. Он уже сам насаживается на пальцы, изнывая и слегка царапает его лопатки в такой сладкой пытке. Мин поцелуями снова ведёт вверх, останавливаясь на сосках. Он захватывает один из них губами, посасывает, чуть оттягивает, пока осторожно толкается пальцами в Тэхёна. Он растягивает долго, тщательно, хотя и сам уже на пределе. Омега под ним ёрзает, заставляя ускоряться в ласках, делать их чуть более грубыми. Собственный член дёргается, когда Ким особенно резко и сильно выгибается. Видимо, старший умудрился найти пальцами простату. Чмокнув младшего в животик, мужчина отстраняется, снимая с себя, наконец, штаны вместе с боксерами. Член стоит в полной боевой готовности, как говорится. Тэ буквально умереть готов от такого ласкового Юнги. Возможно, один лёгкий поцелуй в живот для него не особо что-то значил, но для омеги это было интимнее любого секса, даже дрожь по телу пробежалась сильнее. Он понимает, что сегодня ему придётся снова испытать свою гибкость. И Киму это нравится. Это будет не только оргазмически приятно, но и полезно для всех мышц. Разместив чужие ножки у себя на плечах, альфа приставляет головку и мягко надавливает, проникая сперва ей, а потом уже и проталкивая орган полностью. Замирает, коснувшись лобком ягодиц, даёт немного времени им обоим привыкнуть. Хотя они настолько часто занимаются сексом, что вполне могли бы позволить себе заниматься этим и без растяжки. Но Юн этого не допустит. Не в этот раз точно. Каждый, даже малейший звук, заставляет слегка зажмуриться, прошипеть от таких эмоций и ощущений, каждое движение чужого члена внутри заставляет тело то напрягаться в удовольствии, то совершенно расслабляться и позволять прочувствовать всё до мелочей. Мужчина задаёт сперва медленные, плавные и размашистые толчки, но когда двигаться становится легче, альфа уменьшает амплитуду, толкаясь резче и быстрее. Юн становится тем самым зверем, и совсем не в плохом смысле слова, который вколачивает омегу прямо в диван резкими, чуть грубоватыми толчками, от которых дырочка хлюпает, а сам Тэхён закатывает глаза в экстазе, выстанывая имя самого любимого альфы на земле. Каждый шлепок его яиц о ягодицы ласкает слух лучше любого порно, и омега подмахивает бёдрами сам, чуть царапая обивку дивана пальцами. Альфа губами проходится по щиколотке омеги, что покоится у него на плече, даже умудряется оставить один засос. Тэхёна хочется покрыть поцелуями всего, оставить столько меток, чтоб никто и никогда даже взглянуть на него не посмел. И поэтому Юн не скупится в этот раз, покрывая засосами стройные ножки. Теряясь в ощущениях, младший изредка наблюдает за альфой, и когда тот оставляет засосы на его ножках, Ким едва не хнычет от удовольствия. Кожа на ногах тоже очень чувствительна, особенно с внутренней стороны, и каждый засос на таком месте заставляет испытывать просто безумные ощущения. А потом, наконец, находит губами губы. Немного покусывает в поцелуе, оттягивает, ласкает ротик языком и сам тихо стонет в поцелуй от удовольствия. Под кожей неончики пробегают, щекотят, ласкают, толкают к краю. - Мой сладкий медвежонок, - Юн толкается несколько раз резко и быстро, нарочно выбивая из Тэхёна стоны погромче. А потом обхватывает пальцами аккуратный омежий орган и надрачивает ему в такт своим толчкам. Если уж и кончать, то вместе. Ким чувствует себя обласканным с ног до головы в прямом смысле слова. И когда чужие губы прижимаются к его, опухшим и немного покусанным, он совершенно сходит с ума, потому что ведь это всё сопровождается толчками Мина внутрь, и от этого омега периодически стонет в голос, как заправская шлюха, теряя разум и контроль над собой. Его внутренний омега отдаёт себя всего, до последней капли, даже чуть порыкивает иногда, елозя бёдрами на члене и толкаясь уже вперёд в широкую ладонь Юнги. Тот делает несколько фрикций, после чего резко выходит. Соединив оба члена, что обхватывает своей ладонью, толкается в руку, догоняя их обоих до пика. Оргазм не заставляет себя ждать, и Тэхён изливается себе на живот почти одновременно с альфой и хнычет от безумного кайфа, от того как Юн продолжает толкаться, продлевая оргазм и эти безумные ощущения, от которых будто сотни иголочек под кожей, даже пальчики на ногах невольно поджимаются. - Любимый... - шепчет почти обессиленно Ким. Дышать получается с трудом, тело слегка подрагивает после оргазма. Юнги едва не валится на омегу, в последний момент успевая упереться в диван у его головы рукой. Хватает губами воздух недолго, а потом крепко, пусть и коротко, целует Тэхёна. - Я люблю тебя, Ким Тэхён. Больше жизни люблю. И всегда буду любить. Юн ложится рядом с младшим (благо, ширина дивана это позволяет) и прижимает его к себе. Крепко прижимает, словно боится, что тот через секунду растает, зарывается носом во влажный висок и, наконец, позволяет себе прикрыть глаза. У них есть ещё немного времени. - И я люблю тебя, папочка, - Тэ ложится рядом удобнее, закинув на Юна ножку. Он прижимается к его торсу, чувствуя тепло мужчины. Парнишка целует альфу в плечо и слегка прикусывает кожу на нём. Внутри бесконечная необъяснимая любовь разливается. Порой, когда задумаешься, всё ещё не верится, что его парень киллер. Как-то уже не триггерит и не пугает так сильно. Пугает лишь то, что стало у них в клане происходить. Тэхён не дурак, заметил, что поменялось что-то, все стали более напряжёнными будто. Хотя... Может быть он надумывает? Хотелось бы верить. - Ты на сегодня свободен? Дела закончены? - он спрашивает без задней мысли, ластится к Юну и водит пальцами по прессу старшего, узоры выводя какие-то замысловатые. А ещё он проводит пальцем по змейке на руке, которую они сделали вместе. Она действительно ему идёт и сразу столько приятных совместных воспоминаний нахлынуло. Младший прикрывает глаза. Сердце Мина потихоньку успокаивается, переставая биться так быстро. И теперь размеренно, гулко бьётся в груди, отзываясь на такой же ритм сердца Тэхёна. - Нет, я утром ездил поговорить с боссом. В ночь нужно будет идти на задание. Тебе, кстати, возможно тоже придётся прийти на работу. Наши парни тоже на своё задание идут. Если что, босс пришлёт за тобой машину, - альфа прячет пальцы в чужих локонах, чуть массирует голову, практически полностью расслабляясь. Ким тяжело вздыхает. Чертовски обидно, что его снова вызывают, а ещё страшно, когда старший говорит о том, что его, Тэхёна, тоже могут вызвать. А это значит, что могут быть раны и жертвы, не дай Бог. Но Юнги настолько спокоен, что младший невольно верит его словам полностью, его аура успокаивает, и Тэ старается взять себя в руки. Всё хорошо, правда? Они лежат ещё немного, а потом Юн всё же утаскивает Тэхёна в душ. Точнее на руках уносит. Ополаскивает его, придерживая, потому что ноги у омеги всё ещё дрожат. Отлипать от Мина младший совсем не хочет, даже на секунды, особенно учитывая то, что сегодня ночью тот уйдёт на задание. По телу каждый раз от этой мысли холодок пробегает, но Винсент старается выбросить её из головы сразу же, как она появляется, принимаясь натирать спинку альфы. После душа, закутав омегу в халат, Юн несёт его в спальню как принцессу. Нежно укладывает на простыни и мягко целует в лобик. - Сону, кстати, вернётся часов в пять. И побудет с тобой до ночи. Вдруг всё же вызовут на работу, - Мин сидит на краю кровати, бережно убирая с личика любимого человека пряди волос. - Полежи немного, я приготовлю нам обед. А то время уже к двум приближается. Потом посмотрим что-нибудь, ладно? Выбери пока фильм. Юн ещё раз целует Тэхёна, на этот раз в губы, и, натянув боксеры и шорты, уходит на кухню. Пожалуй, он бы не отказался от куска сочного мяса. Омега кивает на предложение и остаётся в спальне, выбирая фильм. Он останавливается на какой-то романтической комедии, чтобы отвлечься от мыслей. Лежать одному не очень-то и хочется, а потому, немного повалявшись, младший всё же пошёл на кухню, где во всю хозяйничал его мужчина. Всё ещё непривычно было видеть Юнги в такой "профессии", за плитой, но это было действительно сексуально. На обед альфа готовит стейки и делает овощи-гриль. Тэхён приходит минут через пятнадцать после того, как Юн начал приготовления. Правда помогать он не разрешил. - Максимум, что ты можешь делать - это сидеть, смотреть на своего сексуального и неотразимого мужчину и любоваться, пуская слюни, - Юнги сам же смеётся со своих слов. Поэтому за любую попытку помочь омега получал звонкий и ощутимый шлепок по заднице. Со вздохом Тэ-Тэ смирился со своей участью и уселся за столик, подперев голову руками и смотря на альфу. Заканчивает готовить альфа ближе к половине четвертого. Тэхёну, наконец-то, удаётся выпросить возможность помочь хотя бы в сервировке стола. Он расставляет тарелки для еды и после оба садятся обедать. Еда, приготовленная Мином, оказывается невыносимо вкусной, о чём и говорит омега сразу же, как только вкушает первый кусочек мяса. Они болтают немного, а ещё иногда держатся за руки. Юн понимает, что возможно у него просто больше не будет на это шанса. Любоваться таким Тэхёном. Закончив обедать и убрав всё за собой, пара удаляется в свою спальню. Тэ всё же выбрал фильм по просьбе старшего. Поэтому вечер они проводят, лежа на кровати и обнимаясь. Фильм окончательно разряжает обстановку, и младший смеётся много, прижавшись бочком к Юну. Вот только когда на экране появляются титры, он ощутимо напрягается, смотря на время. В половине седьмого Юнги достаёт из шкафа чёрную водолазку с горлом, джинсы, берёт кепку и маску, облачаясь во всё это. Младшему ничего не остаётся, кроме как наблюдать за процессом одевания, а потом проводить любимого человека горячим поцелуем. - Не грусти, медвежонок, - одевшись, Юн подходит к младшему, крепко его обнимая. - Сону уже пришёл. Он приготовит тебе ужин. Покушай хорошо. Если на работу всё же не вызовут, хотя это мало вероятно, ложись спать пораньше, а не жди, пока я вернусь. Идёт? Странно, что омега даже не услышал, что Сону здесь, но словам старшего он верит беспрекословно. Хотелось возразить, мол, зачем Сону, ведь он уже оставался один, ничего страшного не будет, если и сейчас останется... Юнги мягко целует в лобик, потом в кончик носа и в завершении в губы. Крепко, долго, тягуче. Он уходит, накинув свою дутую куртку. И стоит переступить порог, как собственное сердце с силой сжимается. - Я буду ждать тебя, Юнги-я, - шепчет Ким совсем тихо и вздыхает. Тяжело каждый раз вот так расставаться. Проводив Мина, Тэхён идёт на кухню, встречая там уже вышедшего из своей комнатки Сону, и кивает ему в знак приветствия. - Добрый вечер, господин Ким. Ужинать будете? - Нет, я вроде бы довольно плотно поел, - облизывает пересохшие губы Ви и садится за столик. - Сделай, пожалуйста, чаю и... Какой-нибудь пирог, шарлотку, например. Бета кивком дал понять, что всё понял, и принялся за приготовление. До особняка Юн доезжает довольно быстро. И, уже подъезжая, замечает кучу машин. Джун и правда активизировал многих. Альфа паркуется в своём излюбленном месте и идёт в особняк. Намджун встречает его на крыльце. Видимо, ему успели сообщить, что Юнги приехал. - Выглядишь ещё мрачнее, чем обычно, - ухмыляется босс, хлопая по плечу подошедшего киллера. Тот усмехается, но ничего не говорит в ответ. Рядом с ними появляется ещё один альфа, коротко кланяется и сообщает, что все готовы. - Отлично. Тогда по машинам. Выдвигаемся. Ты, - он поворачивается к Юнги, - поедешь в машине со мной. Пусть твоя крошка останется здесь. Киллер снова молча кивает и следует за боссом к чёрному внедорожнику. Машина Кима бронированная. Стекла калёные, пуленепробиваемые. Для транспортировки босса мафии самая подходящая машина. Уже у самого автомобиля киллеру в руки передают глок. - Я предупредил Тэхёна, что возможно его сегодня выдернут на работу, - Юн впервые подаёт голос, уже когда они отъезжают от особняка. - Но я сказал так, чтоб он подумал, что я иду на другое задание. Поэтому, если я останусь там, не рассказывай ему сразу. - Добро, - босс кивает головой. Остаток пути они едут в молчании. К месту встречи они приезжают за десять минут до назначенного времени. Чёртов город, передвижение по которому на машине с одного конца на другой занимает несколько часов к ряду. Все выгружаются из машин, собираясь в кучу вокруг Намджуна. Всего, не считая киллера и босса, двадцать человек. - Джо, ты и твои люди остаются снаружи. Пятеро у входа, остальные с нами внутрь. Запомните все, если Агуст выстрелит, не мешкать. Стрелять на поражение, - коротко командует Джун и выдвигается в сторону старой заброшенной фабрики, как только со всех сторон до него доносится громкое и чёткое "Есть". Вокруг развалины, пыль в воздухе от ветра иногда поднимается. Но в целом, пожалуй, именно в таких местах и становится понятно, что они тут не просто плюшками пришли баловаться. С другого конца длинного коридора на них идёт примерно такая же компания людей. Плюс-минус. Во главе этой своры идёт Ом Киджун. Как всегда зализанная укладка, на носу очки, руки в карманах пальто держит. Да и в целом идёт и ведёт себя так, словно у этой встречи может быть только один исход. Слева от него, чуть позади, семенит тот самый мужчина, что приезжал в особняк Кима несколько месяцев назад. Видимо, правая рука главаря. Они встречаются примерно на середине. Намджун стоит чуть впереди. Юнги останавливается слева от него на полшага позади. Таковы негласные правила - вровень с боссом стоять не может никто. - Рад видеть тебя в добром здравии, Джун. Агуст, - Киджун гаденько улыбается. - Босс Ким, видимо, моё предложение принимать отказался. Поэтому я обращаюсь к тебе лично. - Результат будет тот же, - коротко отрезает киллер. - Я клан не покину. - Ну, а что, если мне есть, что тебе предложить? Не хочешь обсудить это наедине? - альфа делает приглашающий жест рукой в сторону, откуда он и его люди пришли. Юнги поднимает взгляд на Джуна и, получив в ответ короткий кивок, выходит вперёд. Люди Киджуна тут же расходятся в стороны, пропуская главаря и киллера. Двое альф отходят в другой конец коридора, следовать за ними никто не решается. - Послушай, Агуст, ваш клан рано или поздно загнётся. Наркотики не самый лучший бизнес, пусть и прибыльный. - Конечно, подпольные бои без правил ведь куда выгоднее. Зачем с таким делом вам киллер? - Юн тяжело выдыхает. Держит руки вдоль тела, напряжённый до ужаса и в любой момент готов вытащить из-за пояса ствол. - Для авторитета. Когда все прознают, что лучший киллер Кореи принадлежит нам, в наших рядах прибавится людей. И ставки на боях станут в разы выше. - Мне нет дела до ваших ставок. - Но тебе есть дело до своего омеги, - Ом ухмыляется, замечая, как вмиг напряглось лицо киллера. - О да, нам о нём многое известно. Такой хрупкий мальчик. Слишком светлый, чтоб водиться с кем-то вроде нас. Но, тем не менее, он ведь является сейчас членом вашего клана, я правильно понял? - Только посмей... - Всё просто. Ты либо работаешь на нас, и вы продолжаете жить счастливо, либо ты получишь его труп в подарочной обёртке. - Гнида, - выплёвывает в лицо главаря Юн. - Хочешь знать, почему я не отказываюсь от своего клана? Потому что Джун поклялся защитить моего омегу, а ты при первой возможности собираешься его убить. - В таком случае, мы можем предложить ещё один вариант исхода этой встречи. Убей себя. Если ты не достанешься моей банде, то не должен достаться никому. - Я выбираю другой исход, - Юнги ухмыляется, смотрит прямо в глаза, не моргая. - Твой труп. Альфа одним резким движением достаёт из-за пояса джинс взведённый глок и спускает курок. Пуля попадает чётко между глаз. Со стороны оставшихся в центре сразу слышатся выстрелы. Намджун итог этой встречи предугадал давно. Вот только он не мог и подумать о том, что Киджун оставил людей стоять за стеной, к которой тот подвёл киллера. Услышав выстрелы, те сразу же залетели внутрь. Стоящий к ним ближе всего Юнги сразу начинает отправлять их на тот свет одного за другим. И справляется с этим весьма успешно, пока сам не ловит правым плечом пулю. От резкого выстрела его даже чуть разворачивает в сторону. Глок, который он держал до этого в руке, выпадает. И хотелось бы поднять его, вот только в следующую секунду лицо обжигает резкой, острой болью. Один из банды успел подскочить к нему и пройтись острием кинжала по лицу, рассекая кожу с левой стороны от щеки до брови, только чудом не задевая глаз. Хотя, что толку, если его тут же заливает кровью. Перестрелка не стихает. Но, как оказалось, в мафиозном клане и оружие, и стрелки получше, чем в какой-то банде. Даже с численным перевесом те всё равно терпели поражение. Последний из банды, тот самый, что рассёк лицо киллера, падает от пули, выпущенной Намджуном лично. - Заберите Агуста, - командует босс. И его люди тут же бегут в сторону лежащего на земле альфы. Но добежать не успевают из-за взорвавшейся в паре метров от них дымовой бомбы. И когда спустя минуту они всё же пробегают через завесу, Юнги уже исчезает. - Собрать всех раненных и убитых. Трупы погрузите в машины, их нужно похоронить достойно. Раненных срочно доставить в особняк. Члены клана слушаются беспрекословно. Намджун, зажимая собственное бедро, куда попала пуля, хромает в сторону своей машины. Пока они едут в сторону особняка, он получает отчёты из остальных машин о состоянии людей и количестве потерь. Трое ранены серьёзно, у одного из них пуля в животе и непонятно, доживёт ли он до момента, когда они приедут в особняка. Ещё четверо с лёгкими ранами - нога или рука. И шесть трупов. В целом, из этой передряги они выбрались более-менее живыми. Джун звонит дворецкому, приказывая отправить машину за Тэхёном.

***

Время тянулось нещадно. Пока бета готовил, омега сидел рядом, за столом, может даже мешался ему немного, напрягал, но просто следил за тем, как тот месит тесто, режет, добавляет начинку, заливает... Нет, он не придирался, не возмущался "почему так, а не вот так?" Просто надеялся таким образом отвлечься и скоротать время до приезда Юна с задания. Конечно, старший сказал, что его тоже возможно вызовут, и Ким морально готовился к этому. Жаль даже, если не вызовут, ибо, если честно, тут оставаться не сильно хотелось. Сону приготовил свежую шарлотку для Тэхёна, и Ким позволил себе немного насладиться ей, отрезая кусок горячего пирога и поедая его с чаем. Нёбо приятно пожигало, а младший не переставал думать о том, насколько долго Юн будет на задании. После вечернего перекуса, он берёт ещё чашку американо и удаляется в спальню Юна. Там лёгкий шлейф любимого запаха свежести, там легче. Ким попивает кофе, надеясь, что это поможет не уснуть, но надежды не оправдались. Уже ближе к полуночи омега слышит сквозь дрёму звонок. - Да? - Господин Винсент, Вы нужны в особняке. Через десять минут за Вами подъедет машина, - эти слова звучат как обухом по голове. Казалось бы, привыкнуть должен, но... Не тогда, когда твой мужчина тоже на задании. Сердце сразу начинает долбить в грудную клетку раз в десять быстрее, а мозг перебирать сотни возможных исходов. Переодевшись из халата в свитер и спортивные тёмные штаны на резинке, младший выходит в коридор и зовёт Сону, чтобы сообщить, что он тоже уезжает. После этого, надев куртку и обувь, омега выходит на улицу. Машина уже на месте, прямо перед дверями подъезда стоит, с тем же водителем, не перепутаешь. Значит это не какие-то левые люди. Винс садится на заднее сиденье и всю дорогу не перестаёт молиться, только бы с Юнги всё было хорошо. Доезжают они, кажется, минут за двадцать, всё же ночь и пробок нет, да и скорость приличная. Выйдя из автомобиля, он быстрее направился в медблок. Там уже собралась, на первый взгляд, целая армия раненых, но Тэ искал одного единственного, и, не найдя, кажется, даже выдохнул облегчённо, но... Стоило увидеть, насколько серьёзные раны у некоторых, омега замер. Это будет безумно тяжёлая ночь. Заходя в свой кабинет Тэхён понимает, что на своих двоих здесь всего несколько человек, у кого-то пуля в ноге, у кто-то пуля в руке, а один с большой кровопотерей, держащийся за живот, будто последние вдохи издаёт. Врач тут же командует, чтобы его осторожно положили на носилки, которые он выкатил из операционной. Травмы различной степени тяжести, и на операции пришлось потратить очень много времени. Альфа с пробитым животом операцию пережил, но всё ещё в себя не пришёл. За его состояние Тэхён не может ручаться, он сказал об этом сразу. Ранение очень тяжелое и риски есть. Только к часам десяти, готовый уже вставить себе в глаза спички, он сумел закончить со всеми ранеными. Руки начинали трястись от усталости. Иногда ему нужно было пару минут, чтобы прийти в себя и перестать слишком много думать, а ещё перестать засыпать. Стресс, конечно, не давал заснуть, но глаза всё равно периодически закрывались. Тэхён усаживается на свой стул, понимая, что у него глаза в кучу съезжаются. Потребовалось так много времени и сил, чтобы со всем разобраться, за окном уже светло. Сняв очки, он давит пальцами на переносицу, но неожиданно раздаётся стук. - Войдите, - уже почти безразлично бросает Тэ. Ему бы поспать немного. Вот только когда дверь открывается, хирург вскакивает. Намджун. И не сразу, но он замечает, что мужчина хромает, а потом опустив взгляд видит окровавленные штаны. - Ох, чёрт... - срывается с его губ. Ви сразу подходит к боссу, помогает ему усесться на стуле, который стоит уже в операционной. Сначала он заставляет его снять брюки, но тот отказывается и говорит лишь срезать штанину, которая мешает. Тэхён удивился, но спорить не стал. Срезав ткань ножницами, он перевязывает ногу рядом с раной, чтобы та не кровила, и обрабатывает спиртом. Да, это больно, но ничего не поделать, а ведь ещё пулю нужно достать. И хоть голова отказывается работать нормально после стольких операций, Тэ жмурится с силой, чтобы не дать себе уснуть. Он не может себе этого позволить. Это же босс клана, чёрт побери. Омега с трудом выуживает пулю из бедра альфы и слышит грубый рык сверху. Намджун отказался от анестезии, потому что не может сейчас быть в каком-то забытье. Он хочет ходить на своих двоих. Это, конечно, было мужественно, но пугало Тэ до чёртиков. Сумасшедший. Но спорить с ним сейчас себе дороже. Всё же пуля была не глубоко. Когда операция закончилась, Ким перевязал ему бедро полностью и, тяжело вздохнув, уселся на полу. - Босс... - несмело начал Ким. Он должен был спросить. - На каком задании Агуст? И что у вас такое произошло? - Твоё дело раненые, Винсент. Думай в первую очередь о них. Всё остальное тебя не должно волновать, - тихо рычит Намджун, с трудом поднимаясь на ноги. - Им сейчас нужен постоянный уход. Есть вероятность, что в ближайшее время таковых прибавится, так что будь готов. Думаю, будет лучше тебе на это время оставаться в особняке. Дворецкий подготовит для тебя комнату. Когда закончишь со всем - обратись к нему, он проводит тебя. Не сказав больше и слова, босс удаляется. От слов Джуна внутри всё похолодело. Он ничего не говорит, не уточняет, не объясняет. Он мог бы сказать элементарное "Агуст на задании" или ещё хоть что-то, но только не это. Это значит, что всё не так. И с Юнги тоже что-то не так, потому что даже Намджуна подстрелили, а значит это уже не просто какой-то мелкий конфликт. И как это не должно волновать? Они ведь с Агустом не просто друзья с привилегиями. Но Ким кивает головой в ответ. И правда, он врач, и сейчас ему придётся забыть о своих личных отношениях. Хочешь - не хочешь, а работа на первом месте. Это вам не обычная больница, а целый грёбанный клан. Сольётся - и всё, конец его жизни и работе тоже.

***

Дни проходят тяжело. Намджун не врал, к Тэ в больничное крыло периодически привозили новых раненых. Кого-то он ранее уже латал и был знаком с ними, но лишь вскользь. Но такое количество нуждающихся в медпомощи пугало. Напрягало всё, от Юнги ни привета - ни ответа, он не хотел думать ни о чём плохом, но волей неволей приходилось задумываться, особенно когда Ким вытаскивал пули из очередных пациентов. Прошла неделя, а Юнги даже не сообщил, не написал, ничего. Клан молчит как неприкаянный, никто из альф и бет с ним не разговаривает, куда-то торопясь, а те, кто не торопится, одно твердят: "Ничего не знаю". К Намджуну омега больше не подходил, спрашивать у него бесполезно, он тогда уже всё сказал.

Flashback

- Вряд ли они дадут нам уйти просто так. Но во что бы то ни стало, заберите Агуста. Живого или мёртвого. Он может стать нашим козырем во многих смыслах, - Киджун поправляет пальто и заходит внутрь старой фермы, заводя за собой группу людей. Часть из них остаётся стоять на стрёме. Их задача - забрать киллера. И с ней они справятся. Перестрелка внутри начинается внезапно, но с одного единственного выстрела, повлёкшего за собой град других. Часть людей, ожидающих снаружи, бросается внутрь. Увидеть труп своего главаря в их планы не входило. Действовать приходится по обстоятельствам. Без предводителя они не останутся в любом случае. Вскоре место Киджуна займёт другой человек. Но приказ забрать живого или мёртвого киллера всё равно будет актуальным. Выстрелы стихают. Оставшиеся заглядывают внутрь, разведывая обстановку. Не увидев среди выживших своих, один из бет швыряет внутрь дымовую бомбу. У них есть лишь несколько мгновений, чтоб забрать Агуста и скрыться. Иначе погони не избежать. Они быстро хватают бездвижное тело киллера и утаскивают его в подъехавший внедорожник, что тут же газует с места и скрывается в тени ночи.

End flashback

Джо проходит в гостиную, где в кресле напротив камина сидит Намджун, коротко кланяется. - Докладывай. - Последние члены семи колец мертвы. Банда перестала существовать. - Агуст? - Мы не нашли его, - Джо опускает голову. - Мы не можем продолжать поиски, босс. Мы обыскали все их логова. Восемь наших человек были убиты за это время. Ещё с десяток попали в больничное крыло. Винс едва справляется с наплывом. Прошла неделя. Босс, вряд ли он выжил. Намджун тяжело вздыхает, опуская голову и закрывая глаза. Пожалуй, это одна из самых больших потерь для клана. А ведь ещё как-то предстоит сообщить об этом Винсенту. - Свободен. Намджун сидит в кресле ещё какое-то время, а потом поднимается и идёт в кабинет. В верхнем ящике стола лежит заветная папка, появившаяся чуть больше недели назад и лежащая там тяжёлым камнем. Ким забирает её, а потом направляется в больничное крыло. Ещё слегка хромает. Подстреленная нога даёт о себе знать даже спустя неделю. Коротко постучавшись, альфа входит в кабинет. Тэхён выглядит устало. Суматоха минувшей недели отразилась на нём слишком ярко. - Держишься? - Намджун проходит вглубь кабинета, садясь на один из стульев. Всё же долго стоять ему ещё тяжело. Увидеть босса омега не ожидал совсем, даже со стула вскочил от неожиданности, но тут же схватился за голову, которая от такой резкой смены положения, закружилась. Намджун тяжело вздохнул. - Винсент, мне нужно поговорить с тобой. Присядь, пожалуйста. Шестое чувство сразу даёт плохой знак. Разговор будет нелёгким, но Ким даже не подозревает насколько. Сев за стол обратно, он весь обращается в слух. Альфа прочищает горло и опускает на стол перед омегой папку. - Я дал слово, которое собираюсь сейчас сдержать. Открой. Тэхён смотрит на папку и гулко сглатывает. Открывать страшно и не зря, потому что, увидев содержимое и пробежавшись по тексту взглядом, Тэхён закричал, закрыв собственный рот рукой. Хватило лишь просто прочитать первые две строки. Он поджимает челюсть, сталкиваясь обессиленным взглядом с серьёзным лицом босса. Ни намёка на шутку, хотя чего он ожидал? Босс мафии явно не может шутить такими вещами. Намджун, встретившись с потерянным, напуганным взглядом омеги, опускает на секунду глаза. - Он не вернётся, Тэхён.