Влюблён по собственному желанию

Юнги приходит в себя от дикой боли. Кто-то колупается пальцами в его плече, даже не побеспокоившись о том, что неплохо было бы поставить наркоз. В глазах туман, левую сторону лица жжёт, а тело словно свинцом налитое. - Очухался, гадёныш. Я уж думал, ты коньки откинешь. - Кто... Кто ты? - едва выдавливает из себя Мин. - Тот, кто либо отправит тебя на тот свет, либо заставит работать на нас, - пуля звонко брякает о металлический поднос. - У тебя есть шанс остаться в живых, Агуст. Подумай над этим, - последнее, что слышит Юнги перед тем, как снова отключиться. Сознание возвращается долго, тяжело, тягуче. Левый глаз отказывается видеть что-то, хотя причиной этому, как выяснил альфа позже, была повязка. Лицо было перевязано довольно неаккуратно. Не так, как перевязал бы Тэхён. От мысли об омеге сразу колет сердце. Как долго он тут находится? И где это - тут? Проходит не меньше часа, прежде чем в комнату, где лежал киллер, снова заходит человек. Лицо незнакомое, но когда тот начинает говорить, Мин понимает - это тот самый, что вытаскивал из его плеча пулю. - Очнулся, наконец. Долго же ты думал, отправляться к праотцам или нет, - парень трогает лоб киллера, видимо проверяет температуру, недовольно ворчит что-то и уходит. Но не проходит и минуты, как он возвращается со шприцом в руках. - Как давно я здесь? - альфа свой собственный голос не узнаёт. - Почти три недели. Ты в коме был. Наши, когда тебя забирали, для верности по башке стукнули, да видать силы не рассчитали. Плюс крови ты много потерял. Признаться, я правда думал, что ты подохнешь. Уже даже расстроился. Ведь за тебя можно было бы выторговать неплохую сделку. Вот только пока ты, тварь, лежал тут без сознания, твои дружки всю нашу банду вырезали. Уцелел всего десяток людей, что не успели ещё набить себе наше клеймо, пришлось попрятаться пока что. Но это временно. Раз уж теперь ты жив, я смогу выдвинуть твоему боссу хорошие условия, выторговав твою тушку. А может и прикончу тебя. - Пошёл к чёрту, - выдавливает из себя альфа, закрывая глаза. - Да я-то пойду. А ты куда пойдёшь, Агуст? Ты едва не подох. Сам отсюда ты не выберешься. Следующие несколько дней Юнги не видит никого, кроме мальчика лет пятнадцати, что приносит ему еду и помогает поесть. Тело всё ещё тяжелое, словно не принадлежит ему самому. Даже пальцем пошевелить кажется трудным. Правда вот по нужде всё же вставать приходится при помощи всё того же мальчишки. Более-менее контролировать себя у Мина получается только на четвёртый день. И уже на следующий день к нему снова приходит этот мужчина. Бета, как понял Юнги, потому что запаха его ощутить не смог. Ну или этот чужак просто его подавляет или маскирует. - Ну, так что, настало время переговоров? - Чего ты от меня хочешь? - Юнги хмурится, садясь на кровати удобнее. - Всё просто. Работай на нас. - Кто ты такой? - Зови меня Кан. Тебе этого будет достаточно. - Слушай, Кан. Я дам тебе тот же ответ, что прежнему главе семи колец. Я свой клан не предам. Если это всё, можешь меня прикончить. На сделку я не пойду. - Ну, ты может и не пойдёшь, а вот твой босс, думаю, пойдёт. Насколько я знаю, вы даже трупы своих людей не бросаете. Если не за живого, то хоть за мёртвого тебя я смогу получить что-то, что мне поможет в будущем. Вы, сволочи, меня всего лишили, - Юнги отворачивается, не говоря ни слова. И, похоже, это злит Кана ещё больше. - Эй, я с тобой разговариваю, кусок говна! Бета резко подскакивает к кровати, хватая киллера за грудки. Вот только не учитывает одного фактора. Капельница, что стояла у Юнги несколько дней назад и которую они по глупости своей не убрали, в нужных руках может стать оружием. Юнги делает резко оборот шнуром капельницы вокруг шеи Кана и сдавливает с такой силой, что тот начинает хрипеть моментально. Бета машет руками, пару раз попадая кулаком в висок Мина. У того аж звёздочки перед глазами плясать начинают, но хватка при этом не слабеет, а вот чужое тело в руках - да. Что ж. Первый шаг сделан, осталось добраться домой. И это оказывается куда сложнее. Потому что сперва приходится узнать, где он вообще находится. Вид из окна в комнате, где всё это время находился киллер, не знаком. Стало быть, это не Сеул, каждый уголок которого альфа знал наизусть. Высунув нос из комнаты, Мин понимает, что он в обычной квартире. В ней, к слову, стоит тишина. В шкафу в комнате мужчина находит какие-то вещи, быстро переодевается в них и смело выходит из своей комнатки, но почти тут же оступается, оказавшись лицом к лицу с тем мальчиком, что все эти дни приносил ему еду. Тот замирает с подносом в руках, которые едва заметно дрожат. - Не бойся. Я тебя не трону, - Мин коротко улыбается ему. - Главное не вставай у меня на пути. Проходя мимо, альфа треплет светлую макушку. Покинуть квартиру оказалось куда легче, чем он мог подумать. Вот только оказавшись на улице, Юнги понимает, что понятия не имеет куда идти. Ну, как минимум подальше от этого места. Сильный ветер бьёт по коже лица, задувает под куртку, которую мужчина умудрился стащить на выходе, льющаяся с неба вода моментально мочит одежду и волосы. Идёт Юн долго, просто идёт вперёд, иногда сворачивая на какую-то новую улицу, пока не оказывается на оживлённом проспекте. Ну, вот, он ушёл. А куда ушёл? - Простите, - Юнги останавливает идущего мимо парня, но тот, вскрикнув, быстро уходит вперёд. Юн мысленно матерится, но делает ещё пару попыток, но все, кого он пытается остановить, тут же сбегают. И осознание причины приходит, когда альфа видит своё отражение в витрине магазинчика. Половина его лица перемотана повязкой. Правда снять её сейчас ещё хуже будет. На улице начинает смеркаться, и приходится искать хоть какой-то выход. У него нет телефона, из денег лишь несколько тысяч вон, которые он нашёл в кармане куртки, и больше ничего. А он ведь даже не знает, где находится. Мин доходит до стульев со столиками, что стоят снаружи у забегаловок, тяжело приземляясь на один из них. И что ему делать дальше? - Вам плохо? - нежный, едва различимый голосок возвращает его из мыслей в реальность. Мин поднимает голову. Рядом с ним, держа сложенный зонт, стоит молодой омега. - Нет, я... - Юнги сглатывает, опуская взгляд с милого личика на большой живот, что паренёк придерживал рукой. - Я просто не знаю, где я. Я сбежал из больницы и хочу попасть домой. Не подскажете, где я? - Вы в Довондоне. - Это... - Вы в Тэгу. - Тэгу? - глаза Юнги округляются от удивления. Нет, он, конечно, догадывался, что они не в Сеуле. Но чтоб так далеко...- Спасибо. Юн улыбается, стараясь выглядеть максимально безобидно, чтоб не напугать беременного. Но, кажется, у омег в положении страх отсутствует вообще. Зато сострадания куча. - Вы неважно выглядите. Может, всё же вернётесь в больницу? - Нет, я... Мне нужно в Сеул, - Юн снова опускает взгляд на большой животик, что омежка периодически поглаживал. В голове мелькнула мысль, что его Тэхён смотрелся бы очаровательно с животиком. - Я хочу попасть к своему омеге. - Тогда Вам нужно сесть на поезд. Так будет быстрее всего. - Да, спасибо. Не подскажете, в какой стороне находится вокзал? - Секунду. Подождите здесь, - омега скрывается в магазинчике, у которого пристроился альфа. Но возвращается через пять минут с чашкой горячего кофе, которую тут же ставит перед Мином. - Это Вам. Кажется, Вы промокли и замёрзли. И вот ещё, - омега кладёт на стол карту города и тычет пальцем в неё. - Вы сейчас здесь. Парнишка объясняет Юнги, как ему добраться до нужного места, а потом желает удачи и уходит. Мин выдвигается в сторону железнодорожного вокзала, который оказывается не так уж и далеко, на самом-то деле. Правда, в целях экономии денег, которых у него итак почти нет, идёт он пешком. Силы покидают тело слишком быстро. Остаточная усталость, отсутствие питание и холод своё дело делают. Юнги ищет по карте место, которое может его спасти: общественная баня. Он никогда не бывал в таких сам, но слышал, что там можно переночевать за небольшую плату. И это место по пути следования находится. Правда приходится чуть сдвинуться влево по маршруту и пройти ещё приличное время, но это ерунда. Дойдя до бани, альфа отдаёт половину из тех денег, что у него были. Но всё же получает возможность отдохнуть в тепле. Часы показывают начало одиннадцатого, когда киллер смыкает свои глаза, позволяя себе отдохнуть. Просыпается альфа от чужих разговоров. Кажется, баня уже открылась и сюда стали приходить посетители. На часах почти девять утра. Юн покидает место своего временного пристанища, двигаясь дальше. А пока идёт, продумывает различные варианты, как он мог бы добраться до Сеула. На поезд денег не хватит явно. А больше их взять негде. Разве что ограбить кого-нибудь. А ещё эта чертова повязка привлекает слишком много внимания. И на одной из остановок, с целью передохнуть, Юн от неё избавляется. Долго смотрит на своё лицо в отражении очередной витрины и в душе становится гадко. Что Тэхён подумает, когда увидит этот шрам? Но выбора у него не остаётся, приходится идти дальше. К железнодорожному вокзалу он приходит к концу второго дня после своего побега. И хорошо, что за это время он сумел до сих пор не попасться. Наверняка люди Кана уже рыщут по улицам. И тут в голове щёлкает. Он не сможет уехать на поезде, потому что там его будут искать в первую очередь. Альфа чертыхается, быстро продумывая возможные варианты. Но ответ находится сам собой, когда он видит частных извозчиков. Выбирает наиболее сговорчивого на вид из тех, что помоложе, и подходит к нему. - Отвезёте меня в Сеул? - Сеул? С ума сошёл? Для этого есть поезд! - Предпочитаю машины. Заплачу миллион вонн по прибытию, если доставишь меня туда. У парня отвисает челюсть. Такую сумму за обычную поездку не срубить. - Хочу половину сейчас. - Сейчас у меня нет этих денег, но я заплачу тебе, как только мы приедем в Сеул, - альфа, если честно, уже едва на ногах стоит. Он чертовски устал, голоден, а ещё, кажется, у него поднимается температура. - Ну нет, так не пойдёт. Я хочу хоть что-то сейчас. Юнги, потеряв всякое терпение, подносит палец к своему лицу, указывая на шрам. - Видишь это? Обычные люди такое не получают. Доставь меня туда, куда я прошу, и я заплачу. Если нет, я прямо сейчас воткну тебе в живот нож, - альфа рычит, стискивая челюсти. И, кажется, это имеет эффект, потому что на лице парня тут же отражается пробежавший испуг. Он быстро кивает как болванчик и ведёт Юна к своей машине. Ехать приходится утомительно долго. Пару раз они всё же делают остановки для передышки и чтоб подкрепиться. Ну, точнее водитель ел, а Юнги просто ждал его в машине. Пару раз они останавливаются, чтоб подремать. В Сеул они заезжают во второй половине следующего дня. - Куда именно Вас доставить нужно? - водитель подаёт голос впервые за последние несколько часов поездки. Мин размышляет несколько долгих минут. Хочется рвануть, в первую очередь, к Тэхёну. Но как он встретит его после всего этого? Юн знает наверняка, что в клане его уже считают мёртвым. Таков их закон. Пропавших после задания без вести больше, чем на неделю, объявляют мёртвыми. Наверняка Тэхёну уже сказали, что альфа погиб на задании. Да и всё же перед Намджуном нужно появиться, сообщив о себе. А ещё заплатить водителю, поэтому он в итоге называет адрес особняка. Проходит ещё пара часов, прежде чем они добираются до нужного места. Ворота особняка закрыты, снаружи стоит охрана. Юнги просит остановиться, не доезжая ворот. Боится, что по неизвестной машине просто откроют огонь. А так и было бы. Поэтому, как только авто останавливается, Мин велит ждать и выходит. Стоящие у ворот люди уже напряглись, но стоило увидеть вышедшего, как настороженность на их лицах тут же сменилась шоком. Один из них тут же достаёт рацию. - Передай боссу, что у нас гость. Ему стоит выйти во двор. Второй охранник, рыжие пряди которого трепыхались от ветра, тут же подходит к альфе, крепко его обнимая. - Чёртяка, мы тебя уже похоронили. - Я тоже рад тебя видеть, Рос, - Юн чуть морщится, обнимая друга в ответ. - Дружище, выручи, заплати водителю. - Ноль проблем. Сколько я должен ему отвалить? - Миллион вон. Я верну их тебе сразу, как будет возможность. Рыжеволосый хлопает пару раз киллера по плечу, а после уходит к машине. Сам же Юнги заходит за ворота, направляясь через двор к особняку. Юн пересекает двор почти наполовину, когда на крыльце появляется Намджун. Старший альфа резко замирает, увидев их гостя. Мин коротко кланяется. - Я вернулся, босс. - Джо, попроси моего дворецкого позвать Винсента, - Джун кивает стоящему рядом мужчине и тот тут же скрывается за дверьми особняка. Ким облегчённо выдыхает, спускаясь по ступеням, и крепко обнимает подошедшего к крыльцу альфу. - Я рад тебя видеть, Агуст. Все, кто находился на территории особняка, услышав о том, что кто-то пожаловал, стали высовывать свои любопытные носы, поэтому откуда-то то и дело доносилось удивленное: "Агуст? Это Агуст!" - Ты заставил нас всех скорбить. Особенно своего омегу. - Где он сейчас? - Я отправил Джо за ним. Ви скоро спустится. - Он… тут? - О, да. Для него это будет приятный сюрприз. Но, знаешь, у него тоже есть чем тебя удивить, - Ким пару раз хлопает киллера по плечу. Но спросить, что имеет ввиду босс, Юнги не успевает, так как в дверном проёме видит его... Своего Тэхёна. - Привет, медвежонок, - альфа тепло улыбается, глядя на своё личное счастье. - Я не сплю? Скажите, что я не тронулся умом? - губы омеги дрожать начинают. Он слышит голос Юнги, да, определенно его. И это прозвище... Только он мог называть его так. Мин стоит молча, смотрит на омегу перед собой и просто улыбается. Потому что чертовски рад видеть его. Хочется сжать в объятиях, зацеловать. Но двинуться он не смеет. Потому как не знает, как примет его Тэ. Может, поколотит за то, что исчез. Или просто сделает вид, что всё как обычно. Хотя нет, последнее точно не про его Тэхёна. Его Тэхёна, который обнимал крепко каждый раз, когда Юнги уходил. Его Тэхёна, который всегда тянулся к нему и был рад каждому прикосновению. Пусть даже мимолетному. Вот это его Тэхён. Омега медленно подходит к киллеру, словно боится, что тот - какая-то иллюзия. Его слегка шатает, но босс, заметив, придерживает, за что Юн потом отдельно его поблагодарит. Во дворе царит тишина, нарушаемая лишь шумом ветра. Осторожно протянув вперёд руку, Тэ касается ей чужого лица и резко отдёргивает, ощутив тепло. Мин почти не дышит. От мимолётного одного единственного прикосновения током бьёт. - Настоящий... - Тэ смотрит на то, как плохо и измотано выглядит Мин, видит у него жуткий шрам прямо на глазу, отчего внутри сжимается всё. Его бедный родной человечек... Тэхёну становится страшно от того, что он пережил. - Настоящий, - повторяет за омегой Юн. И, наконец, когда к Винсу медленно, но верно приходит понимание настоящего, он бросается к мужчине, крепко обнимая его. Слёзы льются отвратительным градом, но это, наконец-то, слёзы облегчения. Только теперь альфа позволяет себе облегчённо выдохнуть, крепко сжав своего малыша в объятиях. Юнги гладит по голове, по спине, успокаивая. Шепчет, что теперь всё хорошо, что он рядом. Тэхён чувствует, что вместе с этими слезами уходит и то плохое, копившееся внутри всё это время. Он что-то бормочет вроде "Как ты мог меня оставить?", "Где же ты был?" ему прямо в плечо, а тело подрагивает в конвульсиях Ким сейчас даже не думает о том, как скажет о ребёнке. Сейчас это не так важно, потому что в голове вновь не укладывается до конца. Кажется, что всё происходит не с ним, впрочем и тогда, когда Джун принёс завещание, ему казалось ровно так же. Казалось, что такого просто не может быть. Его альфа и вправду вернулся, когда уже никто не надеялся. Агуст снова крепко сжимает Тэ в объятиях, прижимаясь носом к шее, чтоб вдохнуть любимый запах, который, к сожалению, успел выветриться из лёгких за прошедшее время. И внезапно для себя, сделав вдох, Юн понимает, что его омега стал пахнуть иначе. Первая мысль, что вспыхивает в голове, это что кто-то чужой смел прикасаться к нему. Мин не успевает остановить грудного рыка. Нет, Тэхён бы не стал. Он в нём уверен. Да и Намджун бы не позволил. Но до уставшего, измотанного мозга просто не доходит. Поэтому киллер списывает всё на то, что Тэхён просто жил в доме чужого альфы. И покрылся его запахом. И плевать, что от Тэхёна сейчас пахнет далеко не Намджуном. Мозгу не хватает сил, поэтому Мин просто успокаивает себя этим, пока вновь и вновь вдыхает сладкий аромат своего малыша. - Заходите в дом, - босс кивает в сторону двери, за которой вскоре скрывается сам. Мин мягко отстраняет от себя Тэхёна. Смотрит в покрасневшие от слёз, но блестящие счастьем глаза. Он наконец-то дома. Мужчина осторожно целует Ви в лобик и, взяв за руку, уводит в дом. Мог бы, конечно, и на руках занести. Но он скорее сам рухнет, чем кого-то поднимет, ведь несколько дней толком не спал, не говоря уже о том, что не ел. Сил сейчас катастрофически мало. Хочется задать Юнги сотню тысяч и один вопрос, но младший сам не уверен, что готов услышать всё произошедшее. Да и, зная своего альфу, вряд ли тот расскажет всё в подробностях, а вот Тэхёну надо бы рассказать о своём интересном положении, но он медлит, боится испортить отношения между ними. Кто знает, насколько ошарашен окажется Юн? Омега воспринял этого ребёнка как последний подарок от погибшего возлюбленного, но сейчас… Нет, он не думает избавиться от этого крошечного создания в животе, но и Юнги потерять он не готов. Не во второй раз. Поэтому пока умалчивает обо всём, просто следуя за Мином. Альфа идёт следом за боссом в его кабинет и даже не думает отпускать руку младшего из своей, заходя внутрь вместе с ним. На диван киллер скорее падает, чем садится, вот только вместо того, чтоб позволить Тэхёну сесть рядом, он затягивает его к себе на колени, крепко сжимая в объятиях. Босс поймёт, сам альфа. Так что даже мысли не возникает сесть как-то иначе. Зато для Винсента такой выбор позы становится настоящим удивлением. Вот так вот, прямо перед боссом. Винсу хоть несколько неловко, но более чем приятно, да и вряд ли главный сочтёт нужным возмущаться на них из-за такой мелочи. Тем более, он единственный в курсе положения Тэхёна и того, что волноваться тому не следует. Намджун только вздыхает, наблюдая за всем этим. - Ты уверен, что Тэхёну стоит это слышать? - босс садится за свой стол, скрещивая пальцы лежащих на столе рук. - Вряд ли ты заставишь нас сейчас отлипнуть друг от друга, - Юн тихо посмеивается, запуская пальцы в волосы омеги на затылке. - И всё же, я против, чтоб Тэхён что-то слышал. Поговорим о делах позже. Как твоё самочувствие? Раны есть? - Только та, что на лице, и огнестрел в правом плече. Но, думаю, он уже затянулся. Правда, её много дней никто не осматривал. Так что от краткого медосмотра я бы не отказался, - Мин ведёт ласково носом по щёчке Тэхёна и мягко целует. Внутри младшего что-то ёкает, когда он слышит о ещё одной ране, и приходится поджать губы, чтобы не начать снова возмущаться на Юна или плакать. Да и сейчас не получается, потому что старший старается умаслить омегу своими прикосновениями и невесомыми поцелуями. - Добро. Парни сопроводят вас обоих до медчасти, а то мало ли, грохнетесь ещё где-нибудь по пути. Пусть Винсент тебя осмотрит. Но никого более. Ты понял меня, Винс? - Да, сэр, - омега согласно кивает на слова босса. Намджун поднимается с места. Следом за ним поднимается и пара. Каждый на свои ноги. Босс выходит из своего кабинета последним и, пожав киллеру руку, уходит в противоположную сторону. Юн сам направляет Тэхёна в нужную им сторону, ведёт за собой. За ними по приказу босса и правда идут двое бет. Зайдя внутрь, омега скидывает кардиган и просит сопровождающих сесть немного поодаль, чтобы они не смущали ни Тэ, ни Юнги, которому сейчас нужен медосмотр. Он заводит старшего в смотровую и снимает с него какую-то потрепанную жизнью куртку. Впрочем и сам Мин так же выглядит. Рана на плече вводит омегу в ступор и снова заставляет внутри всё съежиться. Такая неаккуратная и разрезы тянущиеся от неё... Будто его не лечить старались, а пытать. Хотя, возможно так и было. Рана от пули подзажила, но так уродливо. Тэхёну не хотелось, чтобы у Юна всё так оставалось, именно поэтому он обработал всё по новой, прижёг спиртом и щедро намазал мазью для рассасывания шрамов. Большого количества гноя, к счастью, он не обнаружил, поэтому всё, что было, вычистил из раны до последнего, прежде чем кожу обработать. Кустарщина в чистом виде, работал не врач или врач, но очень херовый. Юн молча ждёт, пока Тэхён сделает всё необходимое. Больно, конечно. Но альфа и звука не издаёт, стоически терпит, только сжимает кулаки и поджимает челюсть. Сперва, конечно, по привычке сморщил нос, но рана на лице всё ещё покрыта корочкой и от движения кожи тоже причиняет дискомфорт. После этого пошла перевязка, на этот раз Тэ всё делал медленно, сосредоточено и молча, что немаловажно. Глаз, а вернее рану, вокруг него, он обрабатывал с неким ужасом. И как хорошо, что само глазное яблоко не было задето. Только после того, как всё сделал, Ким, наконец, позволил себе приземлиться рядом на кушетку. Тэхён заканчивает довольно быстро. Агуст невольно вспоминает с какой жестокостью Кан извлекал пулю, как колупался пальцами в плече, вспоминает ту боль и хочется руки любимому расцеловать за такие нежные прикосновения, которыми он его раны обрабатывал. - После твоей пропажи я даже не мог вернуться в квартиру. Я просто не смог бы там жить, один, - вдруг тихо начинает Тэ. - Где же ты был всё это время...? Почему так произошло? - несмотря на страхи, узнать многое хочется. - Медвежонок, - Юн берёт чужие руки в свои, поднося к губам и целуя. - Не задавай мне вопросов, на которые я не смогу дать тебе ответ. Юн мягко касается пальцами чужой щёчки, поглаживая. Его малыш так изменился. Осунулся, словно посерел за то время, что альфы не было. Конечно, Тэхёну не нравится, что он не может услышать о произошедшем, в итоге мозг начинает гадать и придумывать самые жуткие и неприятные мысли, особенно судя по ранам. С другой стороны, спасибо, что их хоть всего две, ибо кто-то после жутких перестрелок за последнее время вообще не смог выжить, а кто-то всё ещё в тяжелом состоянии лежит там, в палате. Он прикусывает до боли собственную губу, словно пытаясь привести себя в чувства и не давать волю эмоциям. С беременностью всё стало хуже. Его настроение и состояние стало меняться по щелчку пальцев. - Меня тоже кое-что волнует. Твой запах, медвежонок. Он изменился. Почему? Юн смотрит нежно, ласково, без конца поглаживая большим пальцем впалую щёчку. Нужно поблагодарить Юнги за вопрос, потому что все мысли в голове омеги моментально ушли в русло "А как сказать-то?". Омега по максимуму старался оттянуть этот момент, но раз уже старший сам заметил… Врать глупо, ещё подумает, что он трахался с кем-нибудь за время отсутствия или что его изнасиловали, не дай Бог. Тёплые прикосновения помогают сосредоточиться, и хоть младший несколько нервно сминает собственные пальцы, он всё же пугается и немного отводит взгляд. - Агуст, я… - он снова переводит дыхание, понимая, что сказать сложно. И как удачно он вспоминает о снимке УЗИ, который оставил в комнате особняка, наверху. - Подожди меня пару минут, я ненадолго. Ким поспешно выходит из медблока. На самом деле ему не столько снимок нужен был, сколько ещё немного времени, чтобы всё как следует обдумать, взвесить все положительные и отрицательные варианты реакций и... Он за своими мыслями не замечает идущего по коридору Намджуна, в грудь которого врезается. - Эй, притормози. Ты чего? Где Агуст? - босс берёт его за плечи, смотря в глаза. Неужели у них опять что-то случилось? - Я пришёл за снимком УЗИ... - сглатывает он. По лицу видно, нервничает. - Я понял, но чего-то радости в тебе не вижу, Ты был так счастлив, когда узнал, что беременный, - непонимающе хмурит брови Джун. - Я просто… боюсь сказать ему о ребёнке. Мы же его не планировали. - И что? Винсент, не глупи. Агуст не идиот, понимал, на что шёл, я уверен. Да, может он будет ошарашен, но от своего ребёнка он не откажется, тем более, что ребёнок от тебя. Да, он может начать психовать и поначалу даже испугаться, но скорее только за тебя и твоё состояние, - мужчина сжимает плечо омеги чуть крепче. - В любом случае, ты и твой ребёнок уже под нашей защитой, даже если Агусту нужно будет время всё понять и принять. Ты понял? Конечно, слова босса не то, чтобы успокоили, но... Тэ согласно кивнул. - Я всё понял, - снова сделав глубокий вдох-выдох, Ким бежит на второй этаж, забирает из ящика снимок и возвращается в медблок. Юнги терпеливо ждёт хоть какого-то объяснения, но вместо этого Тэхён... убегает? Юн провожает его вопросительным взглядом с поднятыми от удивления бровями. Это вообще как понимать? Под рёбрами неприятно колет. Тэхён ведь не мог ему изменить? Нет, только не он... Только не его мягкий медвежонок. Пока омега ходит где-то там, альфа себе места не находит, ёрзает, кусает и периодически облизывает губы, сжимает-разжимает кулаки. А в голове такой ворох мыслей, догадок, одна другой хуже. Проходит несколько минут, прежде чем младший всё же возвращается. Юн смотрит на него чуть испуганно. Ким тяжело дышит, кажется, бежал. Ну или очень быстро шёл. Но Мин молча ждёт, что ему скажут. Не торопит. И что бы там ни было, он это примет. При виде взволнованного Юнги омега опять начинает переживать. Ким подходит медленно к сидящему на койке и протягивает маленькую бумажку, в которой заключена вся жизнь, в прямом смысле. Альфа переводит вопросительный взгляд с протянутой ему бумажки на омегу и обратно, пока принимает её и... теряется. Абсолютно. Потому что в его руках сейчас снимок сонограммы... ребёнка? Совсем крохотная точечка. Тут явно без объяснений не разобраться, поэтому Мин медленно поднимает взгляд на Тэхёна, ища ответ в его глазах. Выждав минуту и словив на себе несколько вопросительный взгляд, младший улыбается, хотя в уголках глаз уже копится влага. Он никогда не представлял, как будет сообщать своему мужчине об этом. - Это снимок УЗИ. Моего УЗИ, - он кладёт ладонь на собственный живот, опуская взгляд. Он ещё совсем плоский, однако там уже есть новое начало, подумать только… - Ты… станешь отцом, - почти шёпотом, но так, чтобы старший услышал. Рука со снимком медленно опускается на колено, пока шарниры в голове вращаются, переваривая, укладывая по полочкам. - Я... Это... Мой... Наш... Ребёнок? - слова даются с трудом. - Тэ... Юнги хлопает глазами, опуская взгляд на животик омеги. Совсем ещё плоский. А вскоре станет кругленьким. Таким аппетитно сочным. В голове вспыхивает картинка, воспоминание об омеге, что помог ему в Тэгу. А ведь в ту минуту киллер думал о том, что однажды хотел бы увидеть своего Тэхёна с таким же животиком. И кто же знал, что всё это случится настолько скоро. Ви стоит в напряжении с пару секунд. Да, когда-то старший шутил на тему беременности, говорил что-то о том, как хорошо будет, когда Тэ будет таскаться с округлым животиком, но всё же младший не был уверен, как отнесётся к этому в реальности Юн. Шутки - одно, а реальность и новая ответственность в виде жизни маленького создания - это совершенно другое. Что и говорить, если сам Ви в принципе не был готов к новому званию "папы", потому что... Боже, он ведь сам ещё не стоит на ногах толком, и Агуст подвержен на своей работе огромной опасности, уже не раз Ким в этом убедился. Захочет ли он терпеть такую дополнительную ношу как ребёнок? Хоть и собственный. Снимок остаётся покоиться на кушетке, пока альфа медленно опускается на пол, вставая на колени. Пальцами бережно касается живота, словно боясь навредить той крупинке, которая сейчас развивается внутри его омеги. Их общая частичка. Маленькое чудо, получившее крупицу каждого из них. Юн никогда не думал о том, чтоб стать отцом. Не с его работой. Он думал, что никогда не будет готов к этому. Но сейчас, узнав, что Тэхён носит под сердцем ребёнка, внутри всё трепещет от предвкушения. Сначала младший даже немного пугается, когда альфа падает перед ним на колени и... Кажется, он слышит всхлипы. Юнги... плачет? Серьёзно плачет? Младший растерянно гладит его по волосам и тихо, ласково что-то приговаривает, успокаивая. У самого опять слёзы наворачиваются от такого интимного момента. Юнги поглаживает животик, а потом, чуть приподняв одежду, подаётся вперёд и касается тёплой кожи губами, оставляя нежный поцелуй. Трётся носом о кожу, стараясь уловить едва различимый запах их ребёнка. Омегу будто сотни иголочек прокалывают насквозь. Этот жест делает его ещё более эмоциональным, и слёзы текут по щекам с новой силой. Контроль теряется и дрожащие руки всё так же на репите гладят затылок альфы, совсем нежно перебирая волосы. - Медвежонок, - альфа обвивает руками бёдра младшего, крепко обнимая. Прижимается лицом к чужому животику. Слёзы сами катятся из глаз. Руки дрожат едва ощутимо. - Я думал, что это единственное, ради чего должен жить, если тебя не будет... - сквозь плач шепчет омега. Слёзы застилают ему глаза и даже то, что он пытается часто моргать, не помогает. Его Тэхён-и. Его сладкий медвежонок. Как ему было тяжело узнать, что Мин пропал. Как он смог пережить это. И какого ему было, когда он узнал о беременности. Этот маленький, хрупкий мальчик столько всего перенёс. Но теперь это всё останется в прошлом. А в будущем Мин сделает всё возможное, чтоб больше никогда не заставлять младшего страдать. Он сделает всё, чтоб сберечь своих малышей. Юн довольно резко поднимается на ноги, накрывая губы омеги своими, пока ладонями придерживает за щёчки, поглаживая их. По телу такая приятная лёгкость расползается. Он не отказался от него, и от ребёнка тоже. А Тэхён так боялся рассказать… Поцелуй выходит достаточно тёплым с привкусом слёз обоих, хоть и чуточку жадным. Они ведь столько не видели друг друга... Безумие. Отстраняется Ким только тогда, когда понимает, что от слабости ещё голова начинает кружиться и дыхание заканчивается. Немного отдышавшись, парнишка всё же смелеет, прижавшись своим лбом ко лбу альфы. Юнги отстраняется с трудом. Дыхание сбилось давно, и даже голова кругом пошла. Кажется, что вот-вот рухнет, и внутри всё так тянет, будто... Погодите, это точно чувства Юнги? Альфа внимательно скользит взглядом по телу омеги, отмечая его общее состояние. Кажется, теперь Мин чувствует за двоих. Двое бет, что сопровождали парней до медблока, заметив интимность ситуации, свалили ещё на моменте, когда Винсент протянул киллеру какую-то бумажку. Решили дождаться их снаружи. - Это твой ребёнок, Юнги. Наш ребёнок… Видимо, что-то не получилось с противозачаточными... Ему сейчас около четырёх недель, ты можешь себе представить? - Плевать, - Юн поглаживает талию младшего ладонями, забирается под одежду, гладит животик. - Тэхён, мне сейчас так плевать, как это случилось. Потому что я ещё никогда не был так счастлив. Мне страшно, чертовски страшно, потому что мне кажется, что я не готов. Но я сделаю всё, что могу, слышишь? Я сделаю всё, чтоб защитить вас, уберечь от всего в этом мире. Из кожи вылезу, но сохраню. Тэхён понимает, что Юн не готов, и спасибо ему за то, что говорит об этом честно. Сейчас для омеги важно то, что у него есть поддержка, потому что... Ви тоже в себе не уверен. Ему всего двадцать пять... Он даже не задумывался о детях, а тут вдруг получилось такое. Но в какой-то степени Ким даже благодарен, потому что, возможно, не будь этой беременности и смекалки Намджуна, Тэхён либо угробил бы себя, либо как минимум убил бы своё здоровье в конец, что всё равно завершилось бы летальным исходом. Чужие поцелуи дарят нежность, успокаивают, Тэхён будто бы уже и ребёнка чувствует, но это скорее иллюзия собственного разума. Он просто себя уверяет, что это так, ведь на деле в животике-то ещё ничего толком не сформировалось. Юн крепко прижимает к себе омегу, целует в щёку, а потом покрывает поцелуями всё его лицо, пока случайно не касается свежей раной щеки младшего. - Прости... Должно быть это выглядит ужасно. Я итак не супер красавцем был, а теперь и вовсе, - альфа усмехается, прикрывая пальцами новый шрам. - Эй, перестань, - Тэхён недовольно хмурится. - Ты мне сейчас про раны и про красоту? Серьёзно? Я, блять, похоронил тебя уже, а ты об этом, - Ким вновь едва удерживается, чтобы слёзы не потекли. - Она у тебя постепенно заживёт, и станет менее заметна. Шрам возможно, останется, но если тебе это так важно, то всегда можно обратиться к хорошему пластическому хирургу, который этот шрам постарается убрать совсем. Но мне совершенно всё равно на это. Неужели ты думаешь, что я полюбил тебя лишь за внешность и за деньги? - тяжело выдыхает Ким. - Мне больно лишь от того, что ты получаешь эти раны. Больно за тебя. Я готов с ними смириться, но я не хочу, чтобы тебе было больно из-за них, - он касается губами чужой раны, уже немного покрывшейся корочкой. Это действительно больно, а ещё больнее видеть своего человека таким отчаявшимся. Но Тэхёна не отвратил этот шрам. Ведь это всё ещё его Юнги, тот наглец, который носил ему макаруны на работу, присылал цветы домой и всеми силами его добивался. Тот Юнги, который открывал ему дверь, носил на руках после секса и грел в своих объятиях и в ванной. Тот Юнги, что приезжал по первому зову, защищал, любил, ревновал до чёртиков и волновался. Тот Юнги, из-за которого внутри Тэхёна теперь маленькая жизнь развивается. Шрам - такая ёбаная мелочь… Юнги с замиранием сердца слушает каждое слово, произнесённое Тэхёном. И внутри словно цветок распускается. И как он мог подумать, что любимый отвернётся от него из-за этого? Как мог подумать, что это вообще имеет какое-то значение? - Порой я забываю, насколько замечательный у меня омега, - Юн ласково оглаживает пальцами мягкую щёчку и оставляет на ней нежный поцелуй. - Ну перестань, - неловко прикусывает губу Ким. Он всё ещё несколько смущается таких слов, просто потому что не уверен, что заслужил это. Тэхён обычный омега, который любит своего альфу. Для него это в порядке вещей. - Поедем домой? - Тэ всё же чуть отстраняется и смотрит на альфу с такой любовью. Какой-то частью мозга он всё ещё не до конца верит в происходящее. После "смерти" человека, узнать, что он жив, наверное, даже куда большее счастье, чем узнать о беременности. - Конечно, пойдём. Надеюсь, Сону следил за квартирой всё это время, и нас не ждёт там разруха. Альфа тихо смеётся, а потом, кивнув, одевается и берёт Тэхёна за руку. Наконец-то, он вернётся домой. Вернётся домой и будет не один. До гостиной в особняке они доходят в молчании. Юнги уточняет у дворецкого про свою машину. Ведь в последний свой визит в особняк перед той стрелкой он оставил свою крошку у ворот. - Вашу машину перегнали в гараж, - дворецкий приносит ключи и вкладывает их в ладонь альфы. - Господин приказал заправить её. - Чертяка. Знал, что мы захотим уехать домой, - Юн ухмыляется, качая головой. Их босс весьма проницателен. Мин забирает ключи и ведёт Тэ к машине. Чёрт, как же давно он не видел свою крошку. И вот она, чистенькая, наполированная. Стоит и гудит мотором, словно приветствует. Юнги уже в привычной для себя манере помогает омеге сесть. Вот только в этот раз, прежде чем закрыть дверь, Юн целует животик, а потом губы своего маленького чуда. Быстро садится на своё место и нажимает на педаль газа. Омега решает не брать ничего из комнаты, которую Джун выделил ему после пропажи Юна. Он уверен, что босс оставит там всё как есть и, если что, будет возможность там остаться, если это будет необходимо для работы. Тем более, что там осталось всего пара свитеров и какая-то мелочь. Снимок УЗИ у Тэхёна в кармане, а это главное, что ему сейчас нужно и что поддерживает его настроение. Ну и, разумеется, Юнги рядом, в машине - это второе, что поддерживает омегу на плаву в этой жизни. Впервые Мин вдруг поцеловал его в живот, прежде чем сесть, и, кажется, щёки Тэ запунцовели от этого. Приятно, чёрт побери, до невозможности. Дома они оказываются довольно скоро. Квартира встречает тишиной. Видимо, Сону приходит сюда на несколько часов, проветривает, протирает пыль и снова уходит, потому как в квартире стоит чистота и свежесть. Свежесть улицы, но не самого альфы. Кажется, за время отсутствия его запах в квартире стал гораздо слабее. Тэхёну почему-то волнительно, ведь он так давно здесь не был, да и не знает, в курсе ли Сону обо всех новостях, сюда ведь заезжал Джун. У омеги сил не было сюда возвращаться одному, в некогда гнёздышко, в котором осталось много воспоминаний. Атмосфера этой квартиры стала довольно холодной, не было ощущения проживания и нахождения здесь кого-либо. - Я ужасно хочу принять душ. Это возможно? Омега задумчиво кивает. - Да, только не нужно мочить повязку, а ниже груди можешь мыться,- Тэ сжимает ладонь Юнги и смотрит на старшего. - Хочешь я схожу с тобой и помогу тебе всё сделать как следует? - Винс улыбается, чмокая любимого в щёку. Щетина так приятно колется, Ким чувствует, как она его немного щекотит. - А её нельзя заменить или чем-то обмотать? Я чувствую себя свиньёй. Словно на мне слой грязи толщиной в пару сантиметров. Я нормально мылся последний раз с недели полторы назад. Это же кошмарно. Даже для альф. Гигиена - важная составляющая. И вещи эти, - Мин оттягивает футболку, - сжечь хочется. Так что да. От помощи я не откажусь. Обещаю не приставать, - альфа поднимает руки в капитулирующем жесте и нагло улыбается, пока... - Чёрт. А теперь ведь, наверное, и нельзя? У меня воздержание на ближайшие девять месяцев, да? Парнишка сразу же понимает - им в любом случае придётся идти вместе: ну не оставит Тэхён альфу там одного справляться с повязкой. Тем более они так давно не были наедине, не ухаживали друг за другом и не тёрли друг другу спинку… Омега даже по этому соскучился. Юн даже как-то грустнеет. Нет, не то, чтоб он был зависим от секса. Хотя да, пожалуй, был, если это секс с Тэхёном. Это же ужасно тяжело: смотреть на такого сексуального, аппетитного, привлекательного омегу и не иметь возможности засадить ему по самые гланды. Ладно, с этим они разберутся позже, а пока - душ. Когда Мин заикается о том самом, то бишь о сексе, младший удивлённо хлопает глазами. Альфа направляется в ванную комнату, и Тэхён тут же семенит следом. - С чего ты взял…? - спрашивает Тэ, пока ванна заполняется. - Юнги-я, беременность - не болезнь, заниматься сексом первые пять месяцев точно можно свободно, это вроде даже полезно. А далее уже по наставлениям врача. - А это точно не навредит плоду? – мужчина интересуется осторожно, а сам едва заметно улыбается. Конечно, его радует новость о том, что он может продолжать любить своего омегу. Юнги снимает вещи и бросает на пол. К чёрту, завтра Сону уберёт. Ах, точно. Его ведь нужно будет вызвать, наверное. А может он и сам утром всё поймёт. Юнги настраивает температуру воды, набирая какое-то её количество в ванну. Под душем помыться не получится - повязка намокнет. Так что есть возможность только немного отмокнуть (а может оно и лучше даже) и потереть себя как следует, чем, собственно, Юнги и занимается следующие пятнадцать минут с помощью Тэхёна. Надоевшая за эти дни щетина исчезает, сразу забирая с собой пару тройку лет. Ким помогает альфе во всём, натирает спинку, умело обходя повязку на плече, стирает всю грязь, а потом ещё наблюдает, как бреется Юнги, улыбаясь и любуясь им. Голову так же помогает помыть, осторожно, советуя немного наклониться вперед, чтобы опять же не намочить бинты. И вот уже его мужчина чист и свеж. Место повязки Тэхён ещё до этого как следует спиртом обработал, так что там всё точно чисто. После своеобразного сеанса очищения, омега выходит вместе с Юном из ванной. После ванны альфа, наконец, снова чувствует себя живым. И чертовски уставшим. Словно вся усталость минувшей недели наваливается разом. А ещё желудок сводит от голода. - Давай что-нибудь перекусим и ляжем спать? Я вряд ли ещё на что-то смогу найти силы. - Да, конечно. Сейчас что-нибудь придумаю, - Ким понимает, что Сону ничего не готовил, потому как не мог предугадать появление Тэ или кого-либо ещё здесь. Всё же никого не было несколько недель, но продукты на всякий случай всегда были в холодильнике, поэтому он достал ветчину, хлеб для тостов, сыр, немного зелени и пакетик соуса "Цезарь". Юн садится на стул, не мешается, не лезет под руку, так сказать. А просто ждёт, наблюдая за Тэхёном. И улыбка сама не сходит с губ. Сварганив быстрые румяные бутерброды и кофе (латте для обоих), Тэ садится рядом с альфой за стол. Усталость и правда сказывалась, а ещё стресс и много пролитых слёз, поэтому он был полностью согласен с Мином. Сейчас бы проспать дня два в объятиях любимого человека, наконец, восполнить время, проведённое без него. Они быстро перекусывают, и Тэхён моет посуду, потому как запускать посудомойку казалось неуместным ради пары чашек. Перекусив, Юн и вовсе едва не засыпает прямо за столом. Желудок, получив долгожданную еду, замолкает, усталость накрывает с головой. И откуда у омеги только силы скакать сейчас по кухне, ополаскивая посуду. Юн поднимается на ноги и подходит со спины, обнимая. Мягко поцеловав в щёку подошедшего альфу, Ким, наконец, взял его за руку. - Всё, пойдём отдыхать, и тебе, и мне нужно как следует поспать. И вообще, мне сказали поменьше волноваться, - смеётся тихонько Тэхён и ведёт старшего в спальню. Там уже совершенно не пахло ни единым ароматом, только лёгкой свежестью улиц. Нужно это исправлять. Омега сразу же переодевается в шорты, слегка вздрагивая от контраста температур. Пока младший переодевается, Юн стягивает халат, даже не удосужившись трусы надеть, расправляет постель и залезает под одеяло. Родная постель встречает прохладной, но ровно до тех пор, пока под боком не устраивается любимый мальчик. Парень прижимается крепко, пока ещё можно не бояться, и живот не мешает, так что спать можно, как хочешь, и жаться друг к другу вплотную, вдыхая любимый запах. - Приятных снов, медвежонок, - уже едва ворочает языком альфа, прижимая к себе парня. Зарывается носом в его волосы и почти сразу проваливается в сон. - Засыпай, родной, - шепчет омега, уже почти высохшие тёмные волосы перебирая пальчиками. И только вдоволь насмотревшись на немного усталого альфу, омега тоже закрывает глазки, засыпая почти сразу. Впервые спать было так хорошо и спокойно почти за целый месяц. Ким спит достаточно долго, но не так, как Юнги. Тэхён не будит его, понимает, что организму это необходимо. Сам омега тоже отсыпается достаточно неплохо, но ему на это требуется меньше времени, чем Юну. А потому, проспав по итогу около полутора суток, он только периодически заходит к Агусту, чтобы проверить дышит ли он. Ну, мало ли что может быть. Тэ уже боится всего, поэтому осторожность не повредит. И каждый раз, когда он слышит приятное размеренное сопение, то довольный на носочках удаляется из комнаты. После полудня в квартиру приходит Сону. Тэхён в этот момент находился в гостевой спальне, но, услышав посторонний шум в квартире, решается выйти и посмотреть. В гостиной он замечает пришедшего бету, который вытирает пыль с полок. Кажется, увидеть омегу здесь сейчас для него было немного удивительно. - Я соболезную... - вдруг начинает бета. - Нет, нет, нет! - тут же возмущается омега шёпотом, моментально прерывая чужую речь. - Господин Мин спит. Он живой, - и лицо Тэхёна улыбка счастливая освещает. Сону, кажется, в шоке, но тоже рад. Омега объясняет некоторые аспекты случившегося, а затем просит приготовить поесть. Внезапно в Киме проснулся зверский аппетит. Оно и понятно, теперь-то надо питаться за двоих, однако Сону он всё-таки решил пока не сообщать о своей беременности, считая, что пока не время. Если нужно будет, поймёт сам, в процессе, ну а если нет, всё равно через несколько месяцев живот будет очень заметен, тут уже на пончики не спишешь.