rêve de pipe

      Эндрю гасит свет в ванной и возвращается в комнату. Время на часах перевалило за полночь и в комнате царит мрак, лишь тусклый свет настольной лампы разбавляет тьму, отбрасывает тени на стены. В плохие ночи эти тени могут показаться кровожадными монстрами, что вот-вот выйдут из тёмного угла комнаты, набросятся и разорвут в клочья. Стол завален учебниками и тетрадями, над которыми с самого вечера сидит Аарон, задумчиво прокручивая шариковую ручку в пальцах, когда вчитывается в конспекты. Эндрю бросает на него взгляд и увеличивает яркость лампы. — Зрение испортишь, — сухо бросает он, направляясь к шкафу, чтобы натянуть чистую футболку и получает в ответ лишь тихое ворчание брата. — Ты спать-то собираешься? — Я ещё не закончил. — Мы оба знаем, что ты сдашь эту ебучую работу, так зачем изводить себя. — в ответ привычное молчание. Этот упрямец никогда его не слушает.       Остаётся лишь закатить глаза на чужую тупость и забраться на свою кровать. Спать не хочется, но уставшее тело благодарит разливающимся удовольствием, когда полностью расслабляется. Блондин решает скоротать время за скучным сериалом, может тогда голова потяжелеет и сознание провалится в сон. Эндрю нравятся такие ночи. Когда за окном темно, когда мир окутывает тишина и всё перестаёт существовать, кроме этой комнаты, когда на прикроватном столике стоит большая кружка горячего, до безумия сладкого, какао, когда успокаивает молчаливое присутствие Аарона. Иногда он кидает взгляды в сторону брата, а Эндрю ждёт, что он сдастся и ляжет спать, или присоединится к нему, а когда тот возвращается к зубрежке биологии или химии, второй делает звук на ноутбуке тише.       Идилию прерывает входящий звонок. Близнецы одинаково отрываются от своих занятий. Эндрю, видя имя на экране, незамедлительно отвечает. — Привет, разбудил? — слышится знакомый голос спустя, наверное, целую минуту молчания. — Я не спал. — Прости, что снова так поздно звоню… — Миньярд слышит звук проезжающей мимо машины на заднем фоне и перебивает. — Где ты? — Оу, я в парке. В центре. — Сиди там. — Ты же не собираешься идти сюда?       Эндрю не утруждает себя ответом, сбрасывает звонок и начинает собираться. — Опять у твоего дружка что-то случилось? — раздражённо замечает Аарон и хмурится. — Занимайся своими делами.       Дверь в комнату тихо закрывается за ним.

***

      Путь пешком до центрального парка не занял много времени. Эндрю забежал в знакомый круглосуточный магазин, заметив, что забыл сигареты на подоконнике.       Найти рыжую катастрофу тоже не составило труда. Мало кто по ночам рассиживает на скамейке в парке в одной толстовке. Блондин подходит сзади и толкает парня в плечо, обращая на себя его внимание. Он садится рядом и, избегая голубизну чужих глаз, достаёт две сигареты, протягивая одну Нилу.       Какое-то время они сидят в тишине и отравляют свои лёгкие никотином, очень близко друг к другу, плечом к плечу. Рыжий нарушает молчание первый: — Я не просил, чтобы ты пришёл ко мне. — по какой-то причине теперь он избегает зрительного контакта. Не то что бы это беспокоило блондина. — Разве не этого ты хотел, когда звонил мне? — сигарета дотлела до фильтра и отправилась в мусорный бак. Чтобы занять чем-то руки, он достаёт ещё одну. — Ну… мне было грустно и первое, что пришло в голову — это позвонить тебе. — такое оправдание недалеко от правды, но Эндрю знает, что Нил не может его обмануть. Врать он умеет, но скрывать от блондина правду — нет.       Эндрю молчит, ожидая более правдоподобного оправдания. Нил молчит тоже, пока не чувствует на себе вопросительный взгляд. Этого оказалось достаточно. — Папаша опять напился, а мать сегодня в ночную смену. Я сбежал до того, как в меня прилетел нож. — ответа не последовало и Нил поднял взгляд, изучая спокойное лицо, острую линию челюсти и прямой формы нос. — Прекрати. — Я ничего не делаю. — только услышав свой голос, голубоглазый понял, что улыбается. — Я сказал: не смотри на меня так. — в таком знакомом голосе не было злости или раздражения, поэтому Нил позволил себе подерзить. — Ты сказал прекратить. — поправил он, за что получил холодный взгляд карих глаз и дым в лицо в свою сторону.       Он сразу же стушевался и отвернулся, прикладывая все усилия, чтобы убрать идиотскую улыбку со своего лица. Снова наступило молчание, но тишина всегда была их третьим другом и совсем не лишним. Каждый в это время думал о своём и, когда их мысли совпали, Нил продолжил. — Раз уж ты здесь. Поговорим?       Эндрю не фанат глупых вопросов, это по части Джостена, он прекрасно понимает куда сейчас зайдёт разговор. — Ты хотел меня поцеловать, да? Тогда. — он забавно запнулся о слова, но никто этого не заметил. Блондин так и застыл с сигаретой между пальцами и нечитаемым взглядом. Если бы Нил не знал Эндрю, он бы подумал, что парень пытается сбежать от разговора, притворившись статуей. — Я лишь спросил. — Да. Но я не ответил. Ты воспринял это как «нет» и ушел, так? — Это не было «да». — Я не ответил тогда. Но сейчас знаю ответ. Ты можешь спросить меня ещё раз?       Карие глаза встретились с леденящей голубизной. Рыжие кудри превратились в беспорядок из-за сильного дуновения ветра, царапина на щеке и шрам у брови. Миньярд знает это лицо наизусть. Он выглядит как несбыточная мечта.       Чёрт, он поймал себя на том, что теперь он пялится, пока рыжий терпеливо ждёт вопроса. — Я могу поцеловать тебя? Нил, да или нет?       Джостен зашевелился, теперь продолжая сидеть вполоборота и ответил, нервно облизывая свои губы: — Да, Эндрю. С тобой всегда только «да». — и снова он смотрит так, как будто у Миньярда есть ответы на все его глупые вопросы. — Ты невыносим.       Нил мало с кем целовался и у него не так много опыта, но Эндрю целовал так, словно отвоевывал жизни обоих. Это был грубый и, в какой-то степени, ревнивый поцелуй. Поцелуй в стиле Эндрю, но от этого он был только лучше. Джостену никогда не нравились эти нежные и трепетные поцелуи девочек, что бегали за ним в школе. Он не знал куда деть руки, но держал их при себе, не собираясь нарушать ещё не установленные границы. Удовольствие скопилось где-то внизу живота, в то время как ноги заметно ослабли. Если бы Нил сейчас стоял, то он бы точно упал.       Казалось, что прошла вечность, и пусть оно так и было бы, когда Эндрю отстранился первый, напоследок прикусив губу, дабы привести в чувства.       Потяжелевшая в миг голова опустилась на чужое плечо и дыхание приходило в норму долгие пять минут. — Ты потрясающий.       Послышался тихий вздох и лёгкое касание искусанных губ на шее заставило вздрогнуть. Рука, что с самого начала притянула ближе, несильно сжала кудри и опустилась к затылку, пуская мурашки вдоль позвоночника. — Ненавижу тебя, — в противоречие своим словам блондин ухватился за его руку, поглаживая грубую от шрамов кожу на костяшках пальцев, будто одно прикосновение способно остановить ураган неизвестных, и оттого пугающих, чувств. — Ты говорил, что не гей. — Я говорил, что не уверен… — снова исправил его Нил, поднимая голову и встречаясь со взглядом карих глаз. — А теперь определился?       Нил на мгновение задумался. — Не знаю. Мне по-прежнему интересен только ты, — он невесомо сжал ладонь Эндрю в своей руке и притянул к своему лицу, оставляя поцелуй на тыльной стороне ладони. — Спасибо, что пришёл.       Всё это время блондин не сводил с него глаз, а потом, кажется, что-то решил для себя, поднимаясь со скамейки. Руку Джостена он не отпустил. — Пошли. — Куда? — Здесь холодно и я не буду спать с тобой на улице. — Ты хочешь спать со мной? — ухмылка растянулась на его глупом лице и Миньярд только потянул его вверх, заставляя подняться на ноги. — Идиот.