Стук сердца в такт музыки

      - Видишь вон те окна? Это наши, - указала Лелио пальцем в сторону двух ничем не примечательных окон такого же ничем не примечательного здания, чем-то похожего на бывший, уже давно обанкротившийся офис.       В нём было всего три этажа и в придачу пошарпанные, похоже, что в прошлом белые, но теперь уже пожелтевшие стены с обвалившейся в некоторых местах отделкой. Кое где проглядывались оголённые кирпичи и, кажется, в некоторых местах уже прорастала трава. Или это был мох?       Местность вокруг здания была практически безлюдной, и это малость напрягало Куникудзуши. В прошлом юноша старался не ходить по таким закоулкам. Не то что бы он не мог защитить себя в случае опасности, просто старался не нарываться на ненужные неприятности. Однако последние несколько дней именно этим Дзуши и занимался, по уши вляпывался в какую-то странную и, вполне вероятно, опасную заварушку.       - Ты готов? Или дать тебе несколько минут собраться с мыслями? - хихикнула фиолетовая девушка рядом с ним и любопытно сверкнула золотыми глазками пред тем, как встать напротив парня, загородив ему обзор на это с виду максимально неинтересное здание.       На слова Лель он лишь вздохнул. Парень одновременно хотел увидеть студию, в которой ему, похоже, придётся пропадать довольно продолжительное время, но вместе с этим… Его напрягало, что нужно будет постоянно находиться в компании необузданных, немного странноватых молодых особ и одного шумного парня, который затмит своей разговорчивостью и общим внешним видом каждую из них.       - Не уверен… - всё же, ответил темноволосый, отведя взгляд в сторону от сияющих глаз девушки.       - Ты что, волнуешься? - усмехнулась фиолетовая.       - Пф, заняться мне нечем, кроме как волноваться, - круто произнёс он, скрестив руки на груди.       - Оу, вот значит, как, - изучающе обвела парня взглядом девушка, хитро сузив глаза до маленьких щелей. - Получается, идём?       - Ага, - напыщенно глянул он на собеседницу и, обогнув её, не дожидаясь, направился ко входу. Лелио опять усмехнулась. Тихонько хихикая над забавной надменностью юноши, она направилась за ним.       Внутри здания так же не было ничего интересного, но по тому, как всё, начиная от стен и заканчивая полом, сияло чистотой, Куникудзуши заключил, что за внутренней частью, по крайней мере за коридорами, ухаживают с предельной исполнительностью.       - На первом этаже расположены небольшие офисы разных мелких контор, - вдруг начала непрошенную экскурсию фиолетовая, пока они поднимались по витиеватой лестнице. - Предупреждаю сразу. Лучше с ними не сориться, потому что стучать по любому поводу хозяину здания они ой как любят, - с предостережением погрозила пальцем она и продолжила: - Второй практически весь пустует, а третий как раз выделен под мелкие, шумоизолированные студии по типу нашей. Изначально мы хотели осесть немного в другом здании, гораздо более продвинутом и шикарном, но эта студия оказалось ближе к Академии, и аренда тут не такая большая, как там, - деловито заключила девушка, а затем с восторгом произнесла, весело махнув руками и улыбаясь: - А ещё тут просто отпадный вид из окон! Особенно вечером! Я просто влюбилась, оказавшись тут в первый раз! Ты непременно должен посмотреть на это!       - Постараюсь не упустить этот момент, - со вздохом произнёс юноша, открывая дверь, ведущую на третий этаж.       Он пропустил спутницу внутрь и резко замер. Неожиданно им овладело неприятное волнение. До этого парень удачно с ним справлялся, но сейчас, чем ближе он был к своей неминуемой судьбе, тем сильнее и громче колотилось его испуганное сердце. Оно буквально стучало у него в ушах, словно пыталось выбраться наружу и броситься наутёк, подальше от его необдуманных спонтанных решений, принятых под влиянием момента.       Сейчас уже было поздно отступать, и юноша это прекрасно осознавал. Подняв голову и вдохнув полной грудью, Куникудзуши постарался справиться с волнением. Он чувствовал, что вполне готов к этому странному вызову судьбы. Даже несмотря на все трудности, которые ждали его впереди, парень был уверен в своих силах и готов броситься в бой. Ведь только смельчаки способны изменить свою жизнь к лучшему. Но к лучшему ли? Это и смущало его в собственных рассуждениях, и не давало ему идти вперёд с гордо поднятой головой, наплевав на любые предрассудки.       Фиолетовая девушка, которая уже успела сделать несколько шагов в нужном направлении, не заметив рядом с собой Дзуши, в пол оборота развернулась и посмотрела в ожидании и с неким интересом на застывшего в проходе парня.       - Ты чего замер? - удивлённо спросила она, а затем вновь расплылась в хитрой улыбке и предположила: - Всё-таки волнуешься, darling?       - Ещё чего! - соврал ей темноволосый, и только благодаря язвительному тону Лель, наконец, сделал шаг вперёд. Шаг в неизведанное. - И хватит называть меня «darling»… - проходя мимо неё фыркнул он.       - Но ты ведь ужасно милый, - удивительно сладким голосом сказала Лелио, поравнявшись с ним, и чуть приобнимая юношу за плечи, пощекотала его шею, весело передвигая пальчиками. Если бы не колючесть парня, девушка непременно потискала его ещё немножко, но он очень недовольно подёргался, сбрасывая её ладони.       - И прекрати трогать меня без разрешения, - возмущённо пробурчал Дзуши, после того как с предостережением обогнал фиолетовую на два шага. - Это бесит.       - Придётся тебе привыкать, - опять этим раздражающе сладким тоном протянула Лель, и вновь нарушила личные границы парня, потрепав его по голове. - Я очень тактильный человек, когда дело касается тех, кто мне нравится.       - Отвянь, - фыркнул он и протестующе принялся поправлять свои растрёпанные из-за Лелио волосы.       - Как я уже говорила, я ещё очень долгое время не оставлю тебя в покое, darling, - не переставала улыбаться фиолетовая, нарочито делая голосом акцент на последнем слове, которое так не понравилось юноше.       Девушка остановилась и с задумчивым видом глянула на серую, по виду довольно толстую металлическую дверь. Лель приставила палец к губам и несколько ритмичных раз постучала по ним, размышляя о чём-то не ведомом Куникудзуши. За этой дверью, так сильно увлёкшей взор фиолетовой, не было слышно ни звука. Как и во всём коридоре в целом. Складывалось ощущение, что в здании не было ни души.       Темноволосый оглянулся по сторонам. Действительно, юноша только заметил, но в выбеленном коридоре находились только он и Лелио. Хоть на лестнице они и встретили несколько спускающихся людей с гитарами наперевес, всё пространство этого не особо длинного помещения буквально окутывало безмолвие. Они словно попали в какой-то фильм, где нужна была столь напряжённая, окружённая невинно чистыми стенами сцена, за которой последует либо какой-то проникновенный диалог, как в драме, либо что-то похожее на то, что происходит в ужасах про серийных маньяков, страдающих психопатией.       Эта пугающая тишина неожиданно накатила на парня с новой силой, вновь пробуждая удары страха в груди, которые ранее ему удалось заглушить благодаря пререканиям с девушкой. Но сейчас она, как на зло, молчала. А сам он не решался начать разговор.       - «Архонты… Да скажи ты уже хоть что-нибудь!», - занервничал парень, сжимая пальцы на ногах от волнения. - «Хватит пялиться на эту дверь!».       - Подыграешь мне? - вдруг нарушила тишину Лелио, и юноша мысленно выдохнул, осознав, что они всё-таки не в драме и уж тем более не в ужасах.       Фиолетовая качнулась, а затем обернулась к вопросительно смотрящему на неё парню в пол оборота. Её глаза зловеще сверкнули, губы расплылись в какой-то странной пугающей улыбке демонстрируя два немного выпирающих вперёд острых клычка. Она выглядела так, будто была вовсе не человеком, а какой-то человекоподобной хищной змеёй. Это одновременно пугало и завораживало.       - С чем помочь? - настороженно спросил он, взяв себя в руки.       - Не напрягайся ты так, - махнула Лель, и её лицо смягчилось, но что-то пугающее в ней всё ещё присутствовало. - Это совсем не сложно. Давай повторим ту же сцену, что произошла в прошлый раз в Академии.       - Что за бред… - вздохнул Дзуши. - Зачем?       - Ради веселья, - пожала плечами девушка и резко схватив ручку двери опустила её вниз. После этого Лель с небывалой прытью толкнула металлическую, довольно толстую поверхность ногой. Со стороны это выглядело безумно и феерично, если не учитывать тот факт, что от столь сильного удара дверь со скоростью открылась, ударяясь о стену, с которой посыпалась штукатурка.       - Лель, блять! - услышал парень из-за спины фиолетовой недовольный, знакомый, громкий голос. Это была Арлекино. - Почему ты не можешь нормально открывать дверь?! Какой раз мы уже чиним эту грёбанную стену!       - Ки́но! Это не важно! Смотри, кого я привела! - весело перекричала её Лелио, подталкивая темноволосого парня вперёд и таким образом, используя его как щит.       - Опачки, - удивился рыжий юноша, находившийся рядом с разъярённой седой девушкой, от которой по ощущениям начинали исходить искры, как от разгорающегося костра. Аякс, только заметив это, прижал к себе винно-красный лаковый бас и испуганно отскочил, видимо, чтобы не попасть под горячую руку.       - Арлекино, успокойся, - вмешалась в ситуацию Розалина, пока всё не вышло из-под контроля. - Эта стена постоянно обваливается и без вмешательства Лелио. Она просто всегда невовремя оказывается рядом.       - А Лина дело говорит, - согласилась фиолетовая, выползая из-за спины Куникудзуши. - Меня просто не любит эта стена. Она, как видит меня, сама собой обваливается. Видимо я выгляжу слишком сногсшибательно для неё.       Девушка театрально указала двумя руками на стену, от которой в этот самый момент вновь отвалился крупный кусок штукатурки. Лелио, увидев это, издала нервный смешок и попыталась приделать его обратно, будто никто ничего до этого не заметил.       Седовласая вздохнула. Злиться на фиолетовую было просто невозможно, да и бессмысленно.       - Если до следующей репетиции она не будет в прежнем состоянии, то я не знаю, что с тобой сделаю, - немного поуспокоилась Ки́но и для придания своей позе грозности высоко задрала подбородок. - И уборка сегодня на тебе!       - Слушаюсь, Вас, моя госпожа, - сделала картинный реверанс Лелио, а затем обернулась к стоявшему в замешательстве парню, шепнув ему: - Не обращай на неё внимание. Она только лает, но не кусает. А если кусает, то только в некоторых особых случаях.       Звучало это не убедительно. Куникудзуши всё ещё помнил, как эта девушка раздавала «клоуну» оплеухи. Хотя то был Аякс, а это он. Может, ему повезёт больше.       - Кхм, - кашлянула фиолетовая, поворачиваясь обратно к группке из трёх человек. - Итак, представляю вашему вниманию нашего нового вокалиста. Куникудзуши.       - Мы уже поняли, - сказала Арлекино и, обведя юношу недовольным взглядом, добавила: - Вот что-что, но своего добиваться ты умеешь, Лелио.       Фиолетовая тут же победно задрала голову, поставив руки в боки. Она явно была горда собой.       - Добро пожаловать, Куникудзуши, - улыбнулась девушка за барабанами, помахав ему ручкой.       - А он в этот раз не сбежит? - с сомнением в голосе спросил рыжий.       - Не сбежит. Он у меня на контракте, - всё так же гордясь собой, усмехнулась Лелио.       - Я вообще-то ничего не подписывал, - надменно фыркнул темноволосый, наконец подав голос.       - Ты так считаешь? - хитро улыбнулась девушка, доставая смартфон.       Буквально через несколько ловких движений пальцами из динамика прозвучал удивительно знакомый диалог. Глаза парня непроизвольно расширились от недоумения. Когда она, чёрт возьми, успела записать их разговор на крыше! Она что, заранее обо всём знала?       - Как ты… - начал говорить юноша, но его перебила Лель.       - У меня очень ловкие пальцы, - похвасталась она, демонстративно подняв свободную руку на уровень плеч и вразнобой пошевелив пальчиками. - Я подозревала, что ты можешь попытаться отвертеться, поэтому записала на всякий случай, - хихикнула она, а затем так, чтобы слова услышал только Куникудзуши, наклонилась к нему и с предостережением, прикрывая рот ладошкой, шепнула: - Правда, некоторые особо пикантные моменты я предусмотрительно вырезала.       - Архонты… - вздохнул Дзуши, борясь с желанием спрятаться куда-нибудь в угол от воспоминаний о всех неловких моментах.       - Итак, перед тем, как вступить в наши ряды, - ловко перевела тему фиолетовая, выпрямляясь во весь рост и деловито задирая палец. - Тебе нужно пройти короткое собеседование. Арлекино, - щёлкнула пальцами девушка, и вытащив из портфеля листок формата А4, протянула его седой. - можешь приступать.       После этого Лель подплыла к диванчику, стоящему так же, как и в предыдущей студии, напротив музыкантов. Но этот предмет мебели не был кожаным. Он был сделан будто из плюша и выглядел безумно мягким и манящим, особенно для проснувшегося уставшим Куникудзуши.       - Как же я по тебе соскучилась… - жмурясь от удовольствия, радостно обратилась к дивану фиолетовая, поглаживая бархатистую поверхность, будто это была вовсе не мебель, а какое-то большое ласковое мягкое животное. Девушка наскоро сбросила берцы и бухнулась на него лицом вниз, блаженно растекаясь и утопая в невероятном уюте. - Идеально.       Куникудзуши, неотрывно наблюдающий за этими действиями Лель, невольно позавидовал ей. Он бы тоже не отказался сейчас прилечь на что-то подобное и просто уснуть, забыв о всех проблемах и заботах. В частности и о седой девушке, упорно глядящей на него в ожидании, когда тот, наконец, соизволит обратить на неё своё внимание.       - Petite - немного раздражённо, с явным фонтейновским акцентом обратилась она к парню, смотря на него сверху вниз. - Снимай обувь на пороге и проходи.       Арлекино была повыше Лелио, но ненамного. Может, на пару-тройку сантиметров. Однако, что та, что другая, обе были выше Куникудзуши, и обе они смотрели на него сверху вниз. Правда, выражение лица у них было совсем разное. Фиолетовая вечно сияла хитрой улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, а седая смотрела с нескрываемой надменностью и самовлюблённостью. Беловолосая словно говорила, не произнося ни одного слова: «Либо ты преклоняешься перед моим величием, либо я скормлю тебя голодным волкам». И под волками она подразумевала что-то очень нехорошее.       Хоть юношу и раздражал этот надменный взгляд и тон Арлекино, он всё же подчинился, сбрасывая свои массивные кроссовки у входа. Он немного растерянно посмотрел во все стороны, пытаясь понять, куда ему присесть. Но единственный диван был занят Лелио, благополучно перевернувшейся на спину и весело ковыряющейся в смартфоне.       - Эм-м. А куда?.. - начал Дзуши.       Арлекино тут же поняла, о чём хочет спросить её парень, и с насмешкой указав пальцем вниз сказала:       - На пол. Он с подогревом.       Парень слегка удивленно посмотрел на неё, но всё же решил присесть на пол, ощущая приятное лёгкое тепло от слабо подогреваемой поверхности. Арлекино усмехнулась, видя его удивление. Она поставила гитару на стойку и лишь взглядом заставила согруппников так же оставить свои инструменты. Беловолосая уселась напротив Куникудзуши, а рядом, по обе стороны от неё примостились Розалина и Аякс. У блондинки, как всегда, была изящная аристократическая улыбка, а вот рыжий принял невероятно плохо сыгранную серьёзность. Лель, увидев, что все, наконец, собрались в один кружок, отбросила смартфон, повернулась на бок и грациозно, словно девушка с полотен Джона Уильяма Говарда, принялась с огромным любопытством наблюдать за происходящим со своего дивана. Правда, не было на ней ни античных нарядов, ни шикарной причёски, а окружение лишь с натяжкой можно было назвать пышным, но блестящие глаза с точно таким же неравнодушием и увлечённостью следили за каждым движением и звуком, изданном в этой небольшой студии.       На самом деле в собеседовании не было никакого смысла, потому что Лелио и так уже всё решила. В том, что касается группы, её слово всегда было законом, даже если кто-то в корне не согласен. К счастью, в этот раз никто и не возражал против кандидатуры Куникудзуши в роли вокалиста. Все безоговорочно доверяли непревзойдённой интуиции своего негласного лидера. Но, тем не менее, чтобы развеять какие бы то ни было сомнения, молодые люди и подготовили список «очень важных» вопросов. Почему в кавычках? Просто потому, что их важность была такой же бессмысленной, как и это собеседование.       - Так что у нас там по списку, - задумчиво произнесла девушка с выбеленными волосами, вглядываясь в листок.       Гитаристка благополучно пропустила эти дебаты по выявлению «невероятно важных вопросов» из-за ночной смены на месте подработки. Поэтому сейчас не только для Куникудзуши, но и для неё самой все эти слова и выражения были такой же загадкой. Она вздохнула и решила просто начать с самого начала списка. И это было её ошибкой…       Не ожидая подвоха со стороны друзей, беловолосая прочитала:       - Какого цвета нижние бельё ты предпочитаешь видеть на девушках?       Слова бежали вперёд мыслей Арлекино, поэтому девушка не сразу осознала, что только что произнесла. Со стороны Лелио послышался сдерживаемый смешок. Рядом сидевшие Аякс и Розалина с предостережением прикрыли рты, чтобы ненароком не засмеяться.       - Чего? - не понимая вопроса, хлопнул глазами Куникудзуши и начал непроизвольно краснеть.       Осознание резко свалилось огромным валуном на Арлекино. Седая недобро вздохнула, сдерживая ту злость, что то и дело пыталась вырваться наружу и придушить её друзей, которых, кажется, с этого момента было сложно назвать таковыми. Её руки затряслись, а бумажка медленно, но верно начала приобретать новые рельефы.       Сквозь пелену гнева седая всё же пробежалась по тексту глазами. Чего-то более глупого Арлекино ещё никогда не видела в своей жизни. Было не трудно догадаться, кто являлся автором этого великолепнейшего опросника.       Как она вообще с самого начал не заподозрила подвоха... Это был уже третий раз, когда девушка попадалась на эту дурацкую шутку от Лелио. Первый раз такое произошло, когда Лель притащила Розалину, а второй - когда на пороге появился Аякс. И каждый чёртов раз гитаристка, не видя подвоха, читала что-то неимоверно дурацкое, а после краснела. Кажется, ей уже пора научиться не доверять этой златоглазой шутнице.       - Лелио. Аякс, - злобно сминая лист страшно улыбнулась девушка. - Где вы хотите, чтобы я вырыла ваши могилы?       - А я-то тут при чём?! - вскрикнул рыжий парень и, испугавшись немного, отполз в сторону. - Это всё она!       Всё так же находясь в полном ужасе от того, как на него глядела Арлекино, юноша указал пальцем на фиолетовую девушку, которая, не выдержав собственной глупой шутки, всё же засмеялась. Поддавшись общему веселью, не удержалась и Розалина. Она наклонилась к полу и, прикрывая рот рукой, попыталась успокоить взбушевавшееся внутри неё веселье.       Куникудзуши совершенно ничего не понимал. Парень сидел и, издавая нервные смешки, с ужасом понимал, что вот на этот сумасшедший дом он неосознанно подписался.       - Архонты… - прошептал Дзуши, чуть не впадая в отчаяние от происходящего.       - Ну, так ты будешь отвечать на вопрос или нет? - через смех спросила Лелио, пытаясь отбиться от пытающейся придушить её Арлекино.       - «Можно я просто пойду домой…», - мысленно взмолился парень, но вслух ответил твёрдое: - Мне без разницы.       - Правильный ответ! - вскрикнула Лель от того, как интенсивно принялась её щекотать гитаристка. - Девушка в любом белье выглядит прекрасно!       Эта странная сцена продолжалась до того момента, пока фиолетовая сумасшедшая девушка не начала молить о пощаде. Арлекино победоносно фыркнула, а затем плюхнулась обратно на своё предыдущее место. Девушка поправила волосы, проведя пальцами от лба к затылку, и приняла максимально серьёзный вид. Остальные члены группы присели на полу рядом с Лелио, облокотившись спиною на её диван. Парень теребил завязки на своей толстовке, а девушка разглядывала ярко-красные ногти. Сама же негласный лидер группы находилась посередине между ними, восседая на диване, словно на троне. Закинув ногу на ногу, она с нескрываемым любопытством и безумным взглядом уставилась на Дзуши.       - Давай без дибильных шуточек перейдём к нормальному собеседованию, - сказала Арлекино, в упор смотря на парня. - Напомни мне, на каком инструменте ты играешь?       - Фортепиано, - ответил юноша после того, как нервно сглотнул слюну. Что-то в её тоне подсказывало ему, что сейчас Арлекино была по-настоящему серьёзна.       - Может пригодиться, - кивнула беловолосая гитаристка и, будто сделав какую-то очень важную заметку в своей голове, продолжила: - Но будь готов, что придётся научиться чему-нибудь новому. На одном пианино ты долго не протянешь.       Это немного оскорбило юношу, но он решил промолчать. В конце концов, конкретно в эту группу Куникудзуши был приглашён как вокалист, а не как пианист.       - Как давно ты поёшь? - уточнила ещё один интересующий её вопрос Ки́но.       - Не сказать, что я профи в этом, но я проходил четырёхгодичные курсы вокала в музыкальной школе, - честно ответил парень. Отчасти он надеялся, что это как-то повлияет на решение Арлекино, оставлять его в группе или нет. Юноша уже и не знал, какой конкретно ответ он хочет услышать больше всего.       Но седая гитаристка лишь вновь кивнула. Кажется, её это полностью устраивало.       - Это пока что всё, что я хотела узнать, - сделав определённые выводы, поднялась на ноги беловолосая.       Арлекино подошла к своей гитаре и нежно провела пальчиками по грифу. Инструмент не был включён, но струны издали тонкий взволнованный шёпоток. По спине Куникудзуши тут же пробежали мурашки. Что-то в этом звуке было зловещее. Гитара будто разговаривала с ним.       Что? Ему это кажется? Или она действительно вызывает его на поединок?       - «Что за бред… Походу от усталости совсем рассудок помутился…», - незаметно стряхнул странное наваждение Дзуши и вновь посмотрел на инструмент.       Гитара выглядела словно хищница. Голодная пепельная пантера. Только так он мог описать всю красоту её изгибов и блеск струн. И именно сейчас, прямо после легкого касания пальчиков гитаристки, она начала свою охоту. Охоту на него.       - А теперь, - сказала седая девушка и обернулась. На её лице играла точно такая же хищная улыбка, будто она с инструментом была единым целым, будто они были отражением друг друга. Ки́но, не страшась пугающей мощи своей подопечной, подняла её на руки и, перекинув ремень через плечо, с вызовом произнесла: - Раз уж наша змейка так восхищается твоим пением, покажи мне, на что ты способен.              

***

             Волнение парня чувствовалось во всей его позе. Куникудзуши сидел возле микрофона на высоком барном стуле, который откуда-то приволокла Лелио, и без устали пытался зацепиться взглядом хоть за что-то, чтобы отвлечь себя от предстоящего прослушивания. Почему юноша так сильно нервничает, он и сам не понимал. Но его руки слегка тряслись, а пальцы на ногах непроизвольно и очень тревожно загибались, вызывая слабую неприятную боль. Это мерзкое состояние делало его нерешительным и неуверенным в своих собственных способностях. В голову то и дело лезли различные сценарии того, как выступление может полностью провалиться.       Неровно выдохнув, Дзуши попытался контролировать свои эмоции, но сердце всё равно бешено колотилось в груди. Первый и последний раз он нервничал так только в глубоком детстве, на своём первом выступлении в музыкальной школе. Тогда от постоянного состояния тревожности парень нехило нафальшивил, клацая по клавишам невпопад, а потом долго ревел на плече у своей тётушки, которой всё же удалось выбраться с работы, чтобы поддержать хоть и не родного по крови, но племянника. В те времена Куникудзуши был совсем мелким и неопытным, а сейчас он уже довольно много раз учувствовал в различных концертах и не испытывал тревоги даже перед большой аудиторией. Так почему именно в этот момент эта отвратительная нерешительность и слабость решила посетить его через столько лет успешной концертной деятельности. Как ему успокоиться, пересилить себя и не опозориться?       - Ты слишком много думаешь, - вдруг обратилась к нему Лелио, пока остальные члены группы усилено переругивались, выбирая песню, которую исполнит Куникудзуши.       Арлекино всеми силами настаивала на чём-то крайне сложном, чтобы проверить весь диапазон голоса парня, а Розалина старалась подобрать что-то попроще, чтобы не напрягать темноволосого в первый же день. Аякс же стоял и с нарочито умным видом поддакивал то одной, то другой девушке. Сразу было видно, что в этом он ничего не смыслит, но, по крайней мере, хотя бы старается создать вид бурной деятельности.       - Расслабься. Это не экзамен в консерваторию, - посмялась Лель, похлопав юношу по плечу.       - Не лезь ко мне, и без тебя тошно, - тихо произнёс парень, выдыхая встревоженный воздух, временно поселившийся в его лёгких.       - Не обязательно грубить. Я всего лишь пытаюсь помочь, - пожала плечами девушка.       - Я не просил о помощи, - фыркнул он в ответ.       Сейчас ему для полного счастья нахватало только советов от девушки, которая и затащила его в это безумие…       - Не просил, - задумчиво постучав по своим губам, подтвердила Лелио, а затем, обворожительно улыбнувшись, сказала: - Но я вижу, что она тебе нужна.       Юноша вновь вздохнул и всё же посмотрел на фиолетовую девушку. Она улыбалась так… невероятно?.. искренне?.. что его сердце почему-то пропустило удар. Ему захотелось ударить по месту, где жил этот последнее время крайне непостоянный орган, чтобы тот прекратил страдать ерундой и вёл себя адекватно. Но вместо этого темноволосый лишь глупо уставился на Лелио. Что-то в ней завораживало его. И это были не только её золотые яркие глаза.       Их взгляды встретились, и в это мгновение всё вокруг будто померкло, словно они были единственными существами на свете. По крайней мере, именно так видел это Куникудзуши. Спорящие на заднем плане молодые люди исчезли, оставив от себя только тихие отзвуки, а фиолетовая почему-то засияла, будто она была ненастоящей, не из этого мира. Дзуши почувствовал, что его сердце начинает биться сильнее, и уже не только из-за страха перед выступлением, но и от чего-то намного более сильного. Но от чего?       - Так тебе нужна помощь? - отвлекла его девушка от собственных запутанных мыслей.       Парень встрепенулся и, отбрасывая странные ощущения, неловко кашлянул.       - «И что это на меня нашло… Это ведь просто та же самая сумасшедшая фиолетовая девушка», - подумал он и всё же, решив выслушать её, вслух произнёс: - Ладно. Что ты предлагаешь?       Лелио радостно кивнула, а затем обошла парня, встав у него за спиной. Через секунду она положила свои руки на его плечи и, придвинувшись поближе, будто какой-то змей искуситель, начала нашёптывать:       - Прикрой глаза, - мягким бархатным тоном произнесла Лель. Парень неосознанно подчинился. – Молодец. А теперь представь, что на тебя никто не смотрит, что ты это что-то мощное и волнующие до глубины души. В моём случае это всегда огромный змей, пронизывающий всё окружение. Обычно он прячет от меня всех зрителей, защищая от тревоги своим гигантским извивающимся телом. В твоём же случае это может быть что-то другое. У тебя ещё есть возможность подумать об этом, пока они не закончили говорить.       На секунду девушка замолчала, будто обдумывая какие-то слова, а затем, найдя нужную мысль, добавила, но уже громче:       - Если и это не поможет, то глубоко вдохни и медленно выдохни. Повтори это несколько раз.       Юношу хоть и довольно сильно смущал голос фиолетовой возле его уха, но он всё же постарался внимательно слушать Лелио. Прикрыв глаза и пытаясь представить себя таким же мощным и уверенным, как гигантский змей, о котором рассказывала девушка, Дзуши несколько раз повторил дыхательное упражнение и неожиданно почувствовал странную искру где-то в глубине его сознания. Казалось, фиолетовая своими нашёптываниями и лёгким прикосновением ладоней словно передала ему свою энергию и уверенность. Напряжение странным образом начинало спадать. Его дыхание стало ровнее, а сердце забилось в разы спокойнее. В конечном итоге тревога отступила, и осталось только то необычное ощущение, которое секундой ранее было вызвано чистым искренним взглядом Лелио. Оно не было неприятным, скорее каким-то мягким, лёгким, словно пёрышко. Похоже, он не ошибся. И как бы стронно это не звучало, но эта причудливая фиолетовая девушка действительно его муза.       Почувствовав, что парень расслабился Лелио усмехнулась. Она, наконец, убрала свои руки с его плеч и вернулась на прежнее место, прямо напротив юноши.       - Открой глаза, - этими словами девушка закончила маленький, довольно простой в исполнении сеанс психотерапии.       Куникудзуши открыл глаза и взглянул на мир как-то иначе. Спокойнее.       - А теперь можешь поблагодарить меня за помощь, - хихикнула Лель, гордо задирая нос. - Повторяй за мной. Спасибо тебе, о Великая Лелио, за помощь!       - Размечталась, - усмехнулся темноволосый и скрестил руки на груди. Может, он и был благодарен ей за помощь, но вслух этого точно не стал бы произносить, а то фиолетовая и так уже слишком сильно возгордилась собой.       - Пожалуйста, - проигнорировав тот факт, что парень так и не повторил за ней, ответила Лелио. - Если что, обращайся. Я ведь не просто так тут присутствую.       - А складывается ощущение, что просто так, - пошутил над ней юноша.       - Эй! - воскликнула фиолетовая, нахмурив брови. - Это звучало обидно!       Хоть её брови и были плотно сдвинуты к переносице, темноволосый видел, что на самом деле она ни капельки не обиделась, а лишь претворялась для виду. Выглядело это так забавно, что он готов был засмеяться. Но этому его желанию не дано было сбыться.       - Мы выбрали! - вдруг подал голос Аякс, измученный спорами девушек.       - Наконец, - выдохнула Лель и повернулась к своим друзьям. - Ну и что вы там выбрали?       Грациозно покачивая бёдрами, девушка прошагала до Розалины, которая усиленно листала ленту поисковика, чтобы облегчить жизнь Куникудзуши готовым текстом песни. Мелодия, выбранная ими не сказать, что была популярной и очень востребованной, поэтому нужно было потрудиться, чтобы отыскать её среди множества ссылок. Насколько помнила блондинка, она и звучала то всего раз на предпоследнем концерте у одной давно развалившейся группы, и присутствовала лишь в live версии. Точную причину распада сплочённой команды музыкантов Лина не помнила, но вроде как слышала, что кто-то из членов группы погиб то ли из-за автокатастрофы, то ли из-за авиакатастрофы.       Внимательно приглядевшись к смартфону своей подруги, Лелио одобрительно кивнула. Ей очень нравился выбор согруппников. Конечно, песня довольно простая. В данной мелодии требовалась всего одна гитара, но это давало возможность остальным членам группы, кроме, конечно же, Арлекино, оценить голос юноши по достоинству.        - Куникудзуши, - позвала фиолетовая парня, немного напрягшегося от её неожиданно контрастного со спокойным окружением командного тона. - Ты прослушал всю мою флешку?       - Да, - честно ответил темноволосый. Хоть ему и стыдно было это признавать, но он знал там каждую песню наизусть, а некоторые даже выучил на пианино, найдя нужные нотные листы через свой старенький ПК.       - Помнишь, там была песня без имени исполнителя с названием «Reboot»? Она ещё очень сильно контрастировала с остальными песнями live исполнением. Такая нежная, успокаивающая и немного попсовая по звучанию.       Ещё бы он не помнил! Она была в числе тех, что он выучил в первую очередь.       - Помню, - даже не задумавшись, ответил юноша.       - Отлично, - одобрительно кивнула Лель. - А слова помнишь?       - Да.       - Тогда это делает наше прослушивание гораздо проще! - радостно хлопнула несколько раз в ладоши фиолетовая и быстро нажала на кнопку блокировки смартфона в руках блондинки. Экран сразу погас. - Завязывай с поиском, Лина. Он шарит в этой теме.       Розалина выдохнула. Хоть она сама и предложила эту песню, девушка, честно говоря, и не надеялась найти её после стольких лет безызвестности.       - Почему именно эта песня! - неожиданно начала возникать Арлекино, сгорбившись и недовольно опустив руки. - Она же такая скучная!       - Потому что весь драйв мы оставим на потом. Сейчас главное понять, насколько Дзуши хорош, - заумно ответила ей Лелио, падая на свой диван.       - Или не хорош… - практически шёпотом проворчала гитаристка.       - Прекрати! - повысила голос фиолетовая.       За какие-то доли секунды её обычно весёлое выражение лица сменилось на полное осуждения и презрения. В отличие от Ки́но, фиолетовая прекрасно помнила те чувства, которые она испытала от пения Куникудзуши. Ту теплоту, разливающуюся по нервам, ту дрожь, пробегающую по телу, девушка уже точно никогда не забудет и ни за что не позволит кому-то оскорбить то, что ей так понравилось. Тем более, если её подруга ещё не слышала и даже не представляла всей той красоты, которую сулил мягкий тембр этого юноши.       Хорошо, что Арлекино сразу замолчала, стоило Лель чуть повысить голос. Если бы седая решила продолжить эту тему, то непременно нарвалась бы на гнев лидера группы, которого при возможности лучше избегать, ибо эта девушка способна на многое в своем плохом настроении.       - Хорошо-хорошо, я прекращаю, - сдалась седая, поднимая руки вверх. - Хватит сверлить меня этим своим страшным взглядом.       Лелио хмыкнула, довольная своей победой, откинулась на спинку дивана и, закинув ногу на ногу уставилась на парня, неловко сидевшего на стуле. Ему точно стало не по себе от этой небольшой, но, к счастью, быстро закончившейся ссоры между подругами. Однако ничего тут не поделаешь. В процессе любого совместного творчества такое периодически случается. Этого никак не избежать. Ему просто придётся смириться и привыкнуть.       - Ладно, Ки́но. Давай уже начинать, - улыбнулась Лель.       Её настроение опять, словно по щелчку пальцев, вернулось к прежнему, беззаботному и весёлому. Перед Куникудзуши и его возможной группой вновь предстала та самая, привычная для всех девушка.       - Мне не терпеться услышать твой голос, darling, - обратилась она к темноволосому юноше, возбуждённо блеснув золотыми глазами.       Куникудзуши хоть и остался недоволен её дурацким обращением к нему, но всё же кивнул в ответ. В этот момент Арлекино вернулась к любимой гитаре. Она вставила кабель в гнездо для джека и умело переключила свой довольно крупный комбоусилитель на чистый звук. После этих несложных махинаций седая провела по струнам, проверяя, не сбилась ли натяжка. Всё было в отличном состоянии. Ни одна струна не фальшивила и не дребезжала. Удовлетворённая этим, гитаристка наиграла быструю мелодию, подготавливая свои руки. Медиатор для этой песни ей был без надобности. Мелодия игралась чисто пальцами, и это её раздражало. Так сложилось, что с самого начала она не любила играть, используя только пальцы. Даже когда того требовала ситуация, Арлекино всё же находила возможность избежать этой участи и использовать медиатор.       - Petite, ты готов? - поинтересовалась у Дзуши полностью готовая, но не сказать, что очень довольная гитаристка.       Он решительно поднял голову, отбросил все негативные мысли и направил взгляд на немногочисленную аудиторию. Лелио чуть поёрзала в ожидании ответа парня. Её терпение уже было на исходе. Ей срочно требовалось услышать то, как поёт Куникудзуши, а иначе… она и сама не знала, что случится иначе, но подозревала что её нервы окончательно сдадут.       - Ну, давай же… - чуть не задыхаясь, восхищённо, еле слышно выдохнула фиолетовая. Девушка предчувствовала, что это будет так же прекрасно, как и в прошлый раз.       Рыжеволосый конопатый парень и блондинка примостившиеся на диване по обе руки от неё, заслышав это, с неким любопытством глянули на фиолетовую. Ещё никогда ни один из них не видел столь безумных ноток во взгляде подруги. Сложно было назвать эти глаза просто любопытными. Они сияли одержимостью. Словно кто-то плотоядный вселился в её тело с каким-то ужасным кровожадным намереньем.       - Пой… - нетерпеливо поёрзала Лель, подвигаясь к краешку мягкого сидения. Фиолетовая вытянула шею. Её слух обострился на все сто процентов. Девушка напрягалась всем телом. Она ждала, когда юноша, наконец, подаст голос.       - Да, - кивнул Куникудзуши беловолосой и чуть поправил микрофон на стойке.       Благодаря недавним наставлениям Лелио, парень был удивительно спокоен и вообще не переживал по поводу того, что он может провалиться. Сейчас для него это стало совершенно не важно. Он просто хотел петь. Не для того, чтобы кому-то что-то доказать и не для того, чтобы попасть в группу, а для себя самого, для собственного удовольствия. Конечно, лёгкое волнение никуда не делось, но темноволосый юноша чувствовал, что легко справится с ним в процессе.       - Я готов, - уверенно произнёс он, положа ладонь на рукоять микрофона.       - Тогда на три, - предупредила его седая гитаристка.       - Ага.       - Раз… Два… Три…              

***

             Мягкий, нежный голос инструмента Арлекино озарил и так светлую студию своим невидимым, но необычайно хорошо ощутимым блеском. Звуки гитары напоминали шепот бриза или ласковое прикосновение любимого человека. Каждая нота звучала так искренне, что казалось, будто сама душа гитаристки раскрывается перед слушателями. В этом и была магия игры Арлекино. Не важно, нравилась ей песня или нет, она всегда отдавала всю себя инструменту, погружая слушателей в какое-то незримое, чудесное пространство.       Куникудзуши не сразу начал петь. Парень дожидался нужных нот, которые по привычке отстукивал пальцами на своей коленке. Он был так сосредоточен в этом деле, что прикрыл глаза, вслушиваясь, отказываясь отвлекаться на другие органы чувств.       И вот он.       Момент икс!       Юноша поглубже вдохнул и, наконец, начал петь:              «Как далеко я упаду в синюю тьму?       Я всё еще потерян, я стою один.       Всё, что мне дорого в мире       Было обращено в вечный камень, когда на него посмотрела Медуза.              Но несмотря на это, слова, исчезновения которых я не хочу, продолжают зарождаться рядом со мной.»              - Твою мать… - только и смогла выругнуться Розалина, заворожённо смотря на Куникудзуши. Она не верила собственным ушам. Настолько чарующим был его голос…       - Какого чёрта? - хлопнул рыжими ресницами Аякс. Его мысли словно опустели, оставляя только этот прекрасный нежный голосок.       - Вот об этом я говорила! - чуть не завизжала Лелио, расплылась в блаженной улыбке. От радости девушка подскочила с места и победоносно задрала обе руки вверх. - Чувствуете?!       Гитаристка, опешив, глянула на парня. Заслушавшись, она чуть не сбилась с ритма. Сама Арлекино, так сильно гордящаяся своей непревзойдённо профессиональной игрой, вдруг запуталась в своих же собственных пальцах!       Его голос… Его чёртов голос! Почему Лелио не рассказала об этом заранее?! Он был необыкновенно мягким и проникновенным, словно воплощение самой нежности. Каждое слово, казалось, будто выходило из сердца, заставляя всех затаить дыхание и потеряться в мире мелодии. Да, седой никогда не нравилась эта песня. Слишком слезливая, слишком обычная на её взгляд. Но в это мгновение девушка будто влюбилась в неё. Она будто слушала и играла не просто посредственную песенку, а какое-то произведение искусства, такое живое и искреннее, каждой строчкой затрагивающее струны человеческой души.              «Я хочу петь. Я хочу, чтобы это происходило раз за разом.       Кажется, твердая оболочка моего сердца вот-вот растает, хотя оно все еще трусливо. Почему?       Внутри меня есть я, который борется со всем телом, борется со мной.       Этот мягкий звук - маленькая мелодия.       Я вижу, это... это свет?»              От неописуемой радости и трепета, расходящегося по телу, Лелио не переставая, глупо улыбалась, обнимая себя. Она слегка пошатнулась. Из-за переполняющих эмоций ноги держали её крайне плохо. Девушка бухнулась обратно на диван. Ей стало дурно. Лель почувствовала, как сердце бьется быстрее, ритмичнее, а кожа покрывается возбуждёнными музыкой мурашками. Фиолетовая, повторив за юношей закрыла глаза, теперь она слышала только его. Даже звук гитары как будто растворился в голосе Куникудзуши. Это было даже лучше, чем она себе представляла.       Наслаждение. Неописуемое счастье.       Пение парня стало тем самым долгожданным глотком воздуха, в котором она нуждалась. Его голос звучал как чистейшая музыка, созданная, чтобы заполнить собой все пробелы, все больные места в сознании Лелио.              «Я бесполезная кукла-щелкунчик.       Я просто разбиваю сердца, вот что я думал.              Мечта, которую я забыл, порхает в небе,       И оно обнимает мою спину, которая все еще холодна.»              А темноволосый всё продолжал петь, удивляя присутствующих шелковистостью своего голоса.       - Лина, у нас есть нашатырь? - театрально вытирая лоб рукой, вымолвила Лелио.       - Нет, - покачала головой блондинка. Она с усилием оторвала взгляд от темноволосого юноши и глянула на картинно растянувшуюся поперёк дивана девушку.       - Мне кажется, я сейчас сознание потеряю… - на самом деле наслаждаясь своим возвышенным состоянием, выдохнула фиолетовая. Архонты! Казалось, это было лучше оргазма... Определённо лучше!       Розалина усмехнулась. Давно она не видела свою подругу настолько расслабленной, настолько утопающей в блаженстве. Девушка не удержалась, чуть прилизалась к ней и с хитрой улыбкой прошептала на ухо:       - Только не влюбись в него.       - Я походу уже, - честно ответила ей фиолетовая, распахивая от осознания золотые, наполненные искрами глаза.       На эмоциях Лелио внезапно подскочила с места. Она быстро преодолела всё расстояние до Куникудзуши и, не думая ни о каких последствиях, схватила его за руку, крепко сжимая и чуть встряхивая её. Темноволосый от неожиданности распахнул глаза. Его голос вздрогнул, а после и вовсе затих. Гитара Арлекино, сразу заметив потерю столь приятного собеседника, так же замолчала, издав последние, чуть кривые ноты.       Настала полная тишина, нарушаемая только шуршанием динамиков комбоусилителя и немного испуганным дыханием парня напротив Лель. Выпучив голубые глаза, он, боясь даже моргнуть, безотрывно глядел в золотые, затягивающие, словно в бездну, омуты. Его взгляд был полон удивления, смешанного с недоумением. Зачем она прервала его пение? Что она от него хочет? По её глазам и странному, непривычному для юноши выражению лица это было тяжело понять.       Совершенно не стесняясь и широко улыбаясь, она придвинулась ещё ближе к лицу темноволосого. Её короткие фиолетовые волосы, резко контрастирующие с яркими золотыми глазами, забавно подпрыгнули, а затем медленно опустились, добавляя девушке миловидности. Лель потянула его руку на себя и с пылом прижала её к груди. Парень тут же чуть покраснел, почувствовав тёплую кожу, которую он случайно задел своими холодными пальцами. Его сердце от волнения бешено заходило в груди.       - «Что тебе от меня надо? И что, чёрт возьми, с твоим лицом…», - мысленно проговорил парень, боясь сдвинуться.       - Darling! Ты просто восхитителен! - восторженно и эмоционально выплеснула слова Лелио, ответив на все немые вопросы юноши. - Я в полном восторге!       Он застыл, будто как в этой песне, взглядом Медузы был обращён в камень. Его собственное запутавшееся сознание начало вопить то ли от страха, то ли от чего-то иного. Не зная, что и сказать, Куникудзуши чисто по инерции, молча кивнул, при этом чувствуя, как его пульс от слов девушки только участился, а щёки ещё больше покрылись румянцем.       - Лель, перестань смущать бедолагу Petite, - вмешалась Арлекино, посмеиваясь над красным лицом парня. - а то он сейчас лопнет.       - Не могу! - зажмурив глазки, интенсивно покачала головой из стороны в сторону Лелио и сильнее стиснула руку Дзуши. - Он слишком прекрасен!       - Да-да, мы уже поняли. А теперь отпусти его руку, - звонко посмеялся подходящий к ней сзади рыжий парень. Он положил ей ладонь на плечо и несколько раз успокаивающе похлопал.       Честно говоря, Аякс и сам еле держался, чтобы не потискать этого мелкого паренька. Эмоции, которые поглотили его во время волшебного пения Куникудзуши, всё ещё эхом отзывались в груди гулкими ударами сердца. Рыжий всегда был фанатом исключительно женского вокала и никогда не изменял своим принципам. Но тут… что-то невиданно мощное так сильно его зацепило, что он еле мог дышать, пока вокалист не был прерван Лелио.       - С этого дня ты единогласно принят в нашу группу! - возбуждённо потрясла руку юноши фиолетовая, так и не отцепившись от неё.       - Л-ладно, - слегка заикаясь, наконец, подал голос темноволосый.       Куникудзуши не понимал, что он сейчас чувствует. Его ощущения представляли собой неясную смесь радости, страха и волнения, которую он просто не знал, как правильно интерпретировать. Этот перепутанный клубок странных, непривычных эмоций, не смотря на все старания юноши, никак не хотел подчиняться.       - Ты согласен стать нашим вокалистом? - чуть ли не вплотную к его лицу придвинулась фиолетовая.       - Я ведь уже говорил... Да и разве у меня есть выбор?.. - дёргано ответил парень и, пошатнувшись, едва не свалился со стула. Благо неподалёку стоявшая Арлекино чуть придержала его за спину, предотвращая падение.       - Сумасшедшая! - прикрикнула на Лель седая девушка, почему-то вдруг испугавшись за жизнь темноволосого коротышки. - Серьёзно! Прекращай! Ты только нашла вокалиста и уже хочешь отправить его на тот свет?       - Прошу прощения, - хоть и не до конца придя в себя, поуспокоилась фиолетовая.       Всё ещё сверкая сумасшедшим взглядом, она нехотя отстранилась от обладателя так нравившегося ей голоса, а после, неловко кашлянув, постаралась вернуться в более-менее адекватное состояние. Но её так сильно распирало от счастья, что девушка сомневалась в своих возможностях быстро справится с этим.        Наконец вся группа в сборе! Наконец она нашла то, что им так сильно не хватало! Всё складывалось просто замечательно!       - Не обращай внимание, она у нас немного особенная, - усмехнулась Лина, подходя ближе к сияющим радостью ребятам. До этого она лишь удовлетворённо улыбалась издалека. Блондинка не могла перестать любоваться счастливыми лицами своих младших согруппников.       - Я уже заметил… - согласился Куникудзуши.       - Ты быстро привыкнешь, - кивнула гитаристка, наблюдая за тем, как фиолетовая на шатающихся ногах доковыляла до своего дивана и бухнулась на него лицом вниз.       - Надеюсь на это…       Почувствовав свободное пространство рядом с собой, которое ранее полностью занимало сумасшествие Лель, он медленно выдохнул. Мысли приобрели ясность, а пульс успокоился. Однако юноша всё ещё слабо осознавал, что буквально только что стал членом музыкальной группы.       - У нас всего месяц, - приглушённо подала голос фиолетовая девушка, не отрывая лица от дивана.       - Месяц на что? - удивлённо потребовал подробностей рыжий.       Девушка медленно приподнялась, а затем, приняв нормальное положение на сидении, совершенно спокойным, серьёзным тоном сказала:       - Месяц перед тем, как мы захватим уши наших слушателей на «Первом фестивале Сумерской Академии искусств».