Родительство.

«Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг — на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице — и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать».       – Я буду ужасной матерью! – вновь повторила Ро, глядя куда-то в стену. Грабитель по-дружески похлопал её по плечу, мол, не волнуйся, но мысленно с ней согласился. – Рогер, у Вас же есть дети, да?       – А? Да...Дочь и сын, примерно вашего с Юллан возраста, – пробормотал уже будто бы заученную фразу мужчина, не желая возвращаться из своих мыслей в реальность. Рогер продолжал бессмысленно крутить в руках блокнот, переодически его перелистывая, но тщательно избегая страницы со слезами. Анна-Лена все ещё находилась в гардеробной, вместе с Юллан, так что единственная, кто мог заметить данную страницу была сама Ро. Впрочем, девушка была, мягко сказать, не шибко внимательной, так что и ее можно было не опасаться. Мужчина, погруженный в свои мысли, продолжал анализировать произошедшую пару минут назад ситуацию, пытаясь себя успокоить и разозлиться одновременно. Леннарт был крайне странным персонажем во всей этой истории, и Рогер никак не мог понять его роли. Если же все его первые мысли и правда были неверны, то почему же его жена тут же разревелась – не то от страха, не то от стыда – и убежала в гардеробную?       – И как? Вам удавалось быть хорошим отцом? – Ро не унималась и решила наконец выпытать у Рогера все принципы отцовства, а позже, и материнства, но уже у Анна-Лены. Она уже давно догрызла остатки лайма и теперь вскочила, чтобы снова проверить холодильник – вдруг там всё-таки что-нибудь появилось – она ведь всегда хотела есть, когда волновалась. А тут было немаленькое волнение, в ожидании ответа. Вдруг он всё-таки скажет, что был ужасным отцом. Вообще, быть родителем неимоверно сложно... А вдруг и вовсе молча покачает головой..? Этот ответ был бы самым ужасным из всех!       – У меня не получилось стать хорошим папой для своих девочек... – тихо произнес грабитель, вместо Рогера, и, кажется, даже всхлипнул.       – Я принял слишком неверное решение. Оно стало роковым и привело меня сюда в итоге. Моя Мартышка всегда успокаивала меня и говорила, что всегда будет меня любить, не смотря ни на что, но... Ведь я Лось. Ро не поняла смысла последних слов мужчины, так что просто решила не обращать на них внимание. Она сочувственно взглянула на грабителя, чья маска уже окончательно съехала в бок из-за постоянных попыток вытереть слезы, так, что это выглядело достаточно смешно. Девушке многого стоило заставить себя не засмеяться на этом моменте и она, решив не углубляться в эту тему, вновь вскочила с дивана, подходя к риелторше. – У вас есть ещё еда? Я не могу есть столько кожуры лайма за раз!       – Милочка, есть надо дома! А на показах квартир квартиры смотрят, – вмешалась в разговор Зара – прежде стоявшая на балконе, но уже успевшая вернуться – целенаправленно громко подчёркивая последнее слово. – Если тут, конечно, нет какого-нибудь ресторана поблизости, который осуществляет доставку особо дорогих блюд. Хотя...я не думаю, что вам это по карману. Женщина ещё раз окинула взглядом квартиру и одобрительно кивнула каким-то мыслям у себя в голове. У Зары не возникало даже маленькой мысли насчёт того, что Ро догадается заказать пиццу. Пиццу, мать вашу! Кто в наше время заказывает пиццу, ещё и такую дешёвую? Как это вообще можно есть?! Обычно она ела в дорогих ресторанах всякие редкие блюда. Например, если заказывала мидии, то требовала подавать из ровно такими, какими они были изначально, чтобы быть уверенной, что их не касалась рука человека из среднего слоя населения.       – А давайте закажем пиццу? Я видела в фильмах, что при захвате заложников полиция заказывает им пиццу! – выпалила Ро. Ее осенила невероятная мысль! По крайней мере, она так думала. Девушка осматривала присутствующих и выискивала в их лицах радость и согласие, а так же благодарность за такую чудесную идею.       – Пиццу? – хором вздохнули Рогер, грабитель и Зара, как тут же двое последних смутились и грабитель, в своем репертуаре, уставился в пол, а Зара показательно прошествовала обратно на балкон, вновь принявшись изучать видневшийся отсюда мост.