Курортный роман

      После случая на террасе прошла неделя. Кира с Лизой не разговаривали и даже не виделись. Точнее, Медведева каждый раз пыталась подловить брюнеточку у какого-нибудь бара или посторожить у номера, но Лиза, будто бы на зло, всё никак не попадалась ей на глаза. Умело ускользала из рук демона, оставляя Киру ни с чем.       Если Медведева стремилась поговорить и разобраться в случившемся, то Лиза — нет. Андрющенко избегала. Не настроена на разговор и встречу с блондинкой — просто сгорит со стыда. Девушка считает случайный секс с Кирой слабостью, ошибкой и оплошностью, которую так нелепо допустила. Подпустила к себе, позволила коснуться, проникнуть в самую душу и оставить там свой след, а потом испугалась и сбежала. Старательно отрицала случившиеся, игнорируя бардовые следы на шее, подтверждающие этот факт близости с Кирой, что не сошли и, кажется, даже не собирались. — Ну, и долго ты собираешься бегать от неё? — Мишель, глядя на то, как Лиза с опаской выглядывала из номера, задала той вопрос. — Столько, сколько нужно будет, — выпалила Лиза, закрыв за собой дверь и вернувшись на просторную кровать. — Между прочим, это из-за тебя всё.       Мишель распахнула глаза в удивлении, услышав такой выброс в свою сторону. Вальяжно вскинула волосами и изобразила гримасу возмущения перед тем, как сказать: — Из-за меня? Лиз, а ты не перепутала?       Брюнетка подошла к шкафу, рассматривая в нём одежду. Сегодня предстояла первая съёмка рекламы нижнего белья с Кристиной Захаровой, на которую Лизе нужно будет выйти дальше своего номера. Взглядом скользила по вещицам, развешенным на вешалках, тяжело вздохнув, но внезапный возглас Мишель заставил развернуться, вскинув бровь. — Это вы, если что, заперли меня с ней! — в голосе чувствовалась злость, направленная на блондинку. — Просто Гели здесь нет, и под руку только ты попадаешься. — Ну да, вот ты всегда так делаешь, — слегка обиженно произнесла Гаджиева, почувствовав на себе весь негатив, который сейчас исходил из актрисы. — Перекладываешь вину на других, на всех, кроме себя, вместо того, чтобы посмотреть на ситуацию трезво и понять, что это только твой проёб. — Я не пойму, Мишель, ты сейчас винишь в этом только меня? Да если бы не ваши идиотские шутки и эта выходка на террасе, то между нами с ней ничего не было бы!       Агрессия нарастала, а Лиза сорвалась на крик, вымещая всю злость на Гаджиевой. Она злилась. Злилась на Киру, на подруг, на себя, на весь мир. Слова Мишель подействовали, как красная тряпка для быка. Ссориться с Мишель нельзя, не хотелось, но, кажется, уже достигнута точка невозврата. — Да как ты не понимаешь блядь! — удар ладонью по стене, что заставил Лизу слегка вздрогнуть, а Гаджиеву разозлиться ещё больше и сорваться на крик — ранее она никогда не позволяла себе поднимать голос на подругу даже в ссорах. — Да она бы всё равно тебя трахнула! Потому что ты позволила, Лиз. Если бы ты не хотела, ты могла отказаться, оттолкнуть, ударить, в конце концов, а ты добровольно пошла на это. Разберись наконец-то в себе и своих чувствах.       Ступор молоточком ударил в голову, заставляя Лизу замереть на месте и посмотреть в пустоту. Актриса сжимала в руках чёрное платье, вытащенное из шкафа, со слегка приоткрытым ртом. Слова Мишель, словно кислота, разъели всевозможные чувства, заставляя стоять в непонимании и провожать холодным и безразличным взглядом уходящую спину.       Мишель вышла с громким хлопком, который донёсся, как казалось, до первого этажа. От присутствия Гаджиевой в номере Андрющенко остался только запах её парфюма.        В горле образовался ком, препятствующий сделать и шаг, сдвинуться с места. Лиза лишь откинула вещицу на пол небрежно и уселась на кровать, зарывшись руками в волосы и тяжело вздохнув. Как же она не любила ссориться с Мишель. И сейчас, кажется, Лиза злилась на Киру ещё больше. Внутри, кажется, разрасталась волна злости и неприязни. Но над словами Мишель она задумается… Обязательно задумается.

***

      Яркое солнце ослепляло глаза. Даже солнцезащитные очки не спасали, заставляя неистово морщиться, спускаясь по лестнице. Плохое настроение так и подстрекало сорваться на кого-нибудь из людишек или вот например на Захарову, которая разрывала телефон звонками. Чёртова фотосессия, чёртова реклама. Лизе казалось, что сейчас это всё совершенно не вовремя.       Чёрное платье облегало тело, заканчиваясь чуть выше колена. На шее под солнцем сверкало жемчужное ожерелье, а чёрные волосы, в сравнении с вороном, развивались на лёгком ветру. Ноги скованы каблуками, от чего актриса устало вздыхает — она вынуждена выглядеть престижно. А иногда так хочется забить на всё, забыть о том, что такое косметика, наряды и работа: надеть домашнюю одежду, собрать короткие волосы в небрежный хвостик, купить фастфуд и кучу сладостей, — устроить жизнь обычного человека, беззаботную и спокойную. — Елизавета, мы уже опаздываем, — голос водителя вывел актрису из мыслей о роскошной жизни простого человека. — Пожалуйста, поторопитесь.       Как же Лизу он раздражал. Дмитрий, что являлся её водителем, крайне придирчив, отчего Андрющенко каждый раз раздражалась. Она не понимала, зачем вообще однажды согласилась нанять водителя, если она сама в состоянии водить свою машину. Ему ведь ещё и деньги платить нужно. Но Мишель, что насмотрелась сопливых сериальчиков, настояла на том, что Лизе это сто процентов нужно и никак иначе. Гаджиева правда не со своей зарплаты ему на карточку деньги каждый месяц перечисляет, а с Лизиной. Но её это разве волнует? — Да иду я, иду, не гунди, и так голова болит, — с ноткой раздражения Лиза преодолела последнюю ступень, выйдя из отеля полностью и пошла вслед за Дмитрием к своей машине.       Шум давил на все клеточки мозга, усиливая головную боль, отчего мысленно Андрющенко уже прокляла весь мир. Дмитрий ухватил её за руку, помогая сесть в машину и закрыл за девушкой дверь, а сам уместился за рулём. Тонированные окна позволили спокойно взглянуть в окно и не столкнуться с ослепляющими лучами, от чего Лиза впервые, кажется, улыбнулась.       Автомобиль ехал на привычных скоростях, подарив возможность вздремнуть. Голова актрисы облокотилась на стекло, а сама девушка мирно посапывала под приглушённую музыку из магнитофона. Из другого, слегка приоткрытого окна на коже ощущался лёгкий ветерочек, что тонкой ниточкой проходился по бархатной коже.       Время поджимало. Захарова уже давно ждала Лизу в студии, отведённой специально на эту встречу. Кристина крайне ответственна к своим делам и обязанностям, за которые получает деньги, поэтому заранее предупредила обо всём Елизавету. Волновалась ли Лиза? Определённо - да. Это будет её первый опыт в подобного рода рекламах. Ей казалось, что за последние два часа она стрессовала больше раз, чем за всю свою карьеру кино. Она уже мысленно видела эти заголовки в газетах и сайтах, мол, популярная актриса снялась в рекламе нижнего белья. Наверное, ей жилось бы проще, если бы она не зависела от чужого мнения.       Студия встретила её большими колоннами, небольшой музыкой из уличных колонок, невысоким, но красивым, в винтажном стиле, зданием и снова большой, блять, лестницей, от чего Лиза цокнула и закатила глаза, рыкнув: — Блять, ну почему люди не могут просто не усложнять жизнь? Зачем такие огромные лестницы? Нахуя они вообще, в принципе, нужны здесь?       Дмитрий, хлопнувший дверью машины, пошёл следом за ней и на такие возгласы лишь распахнул глаза, остановившись и взглянул на Елизавету, после чего прокашлялся в кулак и произнёс: — Ну, как же? Это ведь функциональный и конструктивный элемент, благодаря которому мы можем подниматься на высоту. Туда, куда не способен подняться простой человек самостоятельно без неё. — Какой же ты скучный, — цокнула Лиза, щёлкнув себя по лбу и помотав головой. — Лучше бы со мной Мишель поехала.       И в этот момент Лиза правда пожалела о ссоре с подругой сегодня утром. Этот водитель донельзя ей надоедал. Лиза всегда спрашивала мысленно, когда тот у же найдёт девушку и наконец-то уволится по-собственному. Она даже праздник в честь этого устроит. Если бы не Мишель, то вероятно, она бы уже давно уволила его пинком под зад и выписала премию, как «самый скучный». Но также она уверена, будь здесь Мишель сейчас, она бы сто процентов согласилась с тем, что лестничные конструкции таких размеров создают только придурки.       Каблуки на ногах создавали неприятную боль с пальцах, когда актриса начала преодолевать ступеньки. Тихий цокот каблучков по мрамору, покрывшему лестницу, отпечатывался на слухе, а фигура актрисы уверенно двигалась в направлении резной двери. — Елизавета, мы Вас заждались, — миловидная девушка, распахнувшая перед Лизой двери, улыбнулась и пропустила актрису внутрь студии. — Кристина Степановна уже ждёт Вас, я проведу.       Такой радушный и доброжелательный приём заставил Лизу улыбнуться и пойти вперёд за администратором студии. Девушка изучала интерьер: белые стены, которые украшало большое количество картин, всюду расставлены маленькие диванчики и кресла в светлых кремовых тонах, поразило наличие немаленького количества цветов разного вида и просторные окна, завешенные белоснежным тюлем.       На груди администратора висела табличка с именем — Настя. Низкорослая брюнетка с карими глазами и длинными волосами вела Лизу через нить коридоров. Лиза даже удивилась масштабам и размерам обычной фото-студии. Сама не заметила, как оказалась возле полуоткрытой двери с нумерацией залов. — Проходите туда, Кристина сейчас подойдёт.       Андрющенко кивнула и вошла внутрь. Взору моментально бросился идеально белый виниловый фон для съёмки и гардероб с нижним бельём, стоящий неподалёку, за который зацепился изумрудный взгляд Елизаветы. Она подошла ближе, зрительно начала изучать белье, уже представляя, что это всё окажется на ней и будет запечатлено камерой. От этой мысли стало не по себе, но из раздумий сразу же вывел хлопок двери и голос Захаровой, вошедшей в зал. — Рада тебя видеть, — начала она. — Мы что, уже перешли на «ты»? — Ну, мне показалось, что так будет удобнее работать вместе и… — русоволосая больше не нашла подходящих слов, за место этого просто пожала плечами.       Лиза усмехнулась, опустив взгляд, улавливая смену эмоций на лице Захаровой. — Не парься, на «ты», так на «ты».       Удивительно, что Лиза так легко согласилась на такой вариант поддержания диалогов, но это вызывало улыбку у обеих. Захарова отошла в сторону, перебирая в руках провода и фото-объективы. А Лиза немного замешкалась, опустив голову вниз и шмыгнув носом. — Вот, возьми это и иди в раздевалку, — русоволосая протянула актрисе комплект белья и указала на миниатюрное помещение в другом конце зала. — Потом выходи сюда.       Осмотрев взглядом чёрный комплект, Лиза приняла его в руки. Сердце забилось быстрее и настигла некая тревога — показаться перед незнакомым человеком практически обнажённой. В кино всё же это ощущалось иначе. Ну, или же Лиза просто паникёрша.       Узкая раздевалка с зеркалом сейчас составила Лизе компанию в примерке. Она медленно и аккуратно расстегнула молнию чёрного платья на боку и чёрная атласная ткань покатилась вниз по бёдрам, а после и вовсе оказалась на полу, обнажая тело. Лиза повернулась к зеркалу, всматриваясь. На глаза сразу же бросились алые среди на ключицах, раскрасившие розы.       Андрющенко оступилась. Ей показалось, что у неё кружится голова. Паника начала нарастать — на обложку журналов и рекламных стендов с засосами? Она даже не догадалась их скрыть при выходе из дома — не заметила. — Чёртова Медведева, — прошептала она с тяжёлым выдохом, зарываясь в тёмные волосы.       Теперь выходить от сюда не хотелось однозначно, но зук щелчков камеры, голос Захаровой, яркий свет прожекторов не оставляли шанса сделать шаг назад. Тоненькие пальцы прошлись по засосам, обжигая кожу. А бретельки бюстгальтера покатились по плечам вниз. Обнажив грудь полностью, в голову сразу же ударили воспоминания с террасы, стоило только бросить взгляд на почти сошедшие засосы и там. В голове сменялись картинки, как Медведева оставляла эти отметины, как касалась и целовала. Кажется, Лиза даже закусила губу и коснулась рукой одного из полушарий. — Долго ты ещё?       Чёрт. Крик Захаровой заставил покраснеть. Она только что думала о Кире в таком подтексте? Лиза мысленно дала себе пощёчину. Как же ей сейчас хотелось провалиться сквозь землю от своих же действий и мыслей. А если бы Кристина не отвлекла? — от этой и мысли и страшно даже стало на секунду, от одного лишь представления, куда могли вылиться её грязные мысли, посетившие совсем не вовремя и не в том месте. — Кира, если бы ты знала, как я тебя проклинаю сейчас — ты бы заплакала, — снова шёпотом, но решительно и уверенно.       Напялив на себя комплект белья Захаровой, Лиза вышла. Мягкую и бархатную кожу сразу опалил лёгкий холодок студии. Наступая на холодный пол, тем самым приближаясь к месту съёмки, Лиза всё сильнее боялась реакции Захаровой на неё саму, а потом и на её «замечательные», оставленные Кирой, засосы. — Я готова, — смело.       Захарова обернулась и оценивающим взглядом прошлась по обнажённой фигуре. — Ты выглядишь прекрасно, — Лизе показалось или она сказала это с ноткой флирта?       Кристина не отрывала взгляда, а Андрющенко смущалась. Русоволосая открыто рассматривала, казалось, каждый участок тела, иногда прищуриваясь. Но когда её взгляд остановился на ключицах, Лиза опешила и тяжело вздохнула. — А..это... — Не стоит, — девушка усмехнулась. — Мы все взрослые люди, всё понимаем. Сейчас просто позову гримёра, она всё замажет.       Лёгкий кивок, служащий согласием, был для Лизы нереальным облегчением. А в душе разлилось некое тёплое чувство, что Захарова не осудила, не высмеяла и не отругала в конце концов, что Лиза явилась сюда в таком виде, а просто поняла её, пошла в положение и нашла выход из этой ситуации.       Лиза уселась на стул, в ожидании девушки, которая должна прийти для устранения возникшего недоразумения. А Кристина отошла поговорить по телефону, оставляя после себя только эхо своего голоса.       Актриса погрузилась в раздумия – хотелось бы помириться с Мишель. Всё-таки утренний диалог не давал ей покоя, сковывая сознание тяжестью. Ссора с подругой никогда не приносила ей спокойствия, но сейчас всё по-особенному сложно. Мишель обидеть сложно, но Лизе, кажется удалось. С этого сразу напрашивался вывод о степени тяжести этой ссоры. — Медведева, от тебя одни чёртовы проблемы, — выдала Андрющенко уже чуть громче, зная, что никого рядом нет. И сколько она уже раз произнесла её фамилию за день? — Ну почему же, кошка?             Хриплый прокуренный голос, который Лиза узнает из тысячи, раздался прямо за спиной, заставляя Лизу вздрогнуть. Она, как ошпаренная, подпрыгнула по стула, в надежде, что это не то, о чём она подумала и развернулась.       Блять.       Это Кира.       Казалось, что сейчас под ногами мир перевернулся. Глаза видели её, а мозг принимать отказывался. Лиза избегала её. Тщательно избегала, продумывала все способы избежания этой встречи, но Медведева оказалась здесь. Мысль не укладывалась в голове даже тогда, когда блондинка уже оказалась почти вплотную, сжимая в руках тюбик тонального крема. — Долго же ты от меня бегать будешь, м? — горячее дыхание опалило шею, а оценивающий взгляд пробежался по фигуре Андрющенко.       Актриса покрылась пунцовым окрасом, как только вновь ощутила на себе пристальный взгляд карих глаз и почувствовала томное дыхание на своей до чёртиков чувствительной коже. Она подняла на Киру взгляд, отодвинувшись немного назад – слабину не даст. — Что ты здесь забыла? — Ну, тебе кажется нужно кое что замазать, — взглядом указала на засосы, а сама усмехнулась – любовалась своим произведением искусства, гордилась собой. — Жалко, конечно, я так старалась их оставлять, — пальцем повела по одному из пятен на ключицах. — Пошла нахуй, Медведева, — резко ответила Андрющенко, грубо скинув с себя её руку. — Из-за тебя у меня один пиздец в жизни. — Чего так агрессивно? — усмехнулась. — По-моему, тебе всё понравилось. Ты так сладко стонала тогда. — Это было случайно. — Да нет, кисуль, — Медведева сделала шаг ближе. — Не случайно. Ты говоришь так, будто бы я тебя насильно к этому принуждала. Но ты сама тогда пошла на это. Сама согласилась, сама не оттолкнула, сама позволила, — приблизилась почти лицом к лицу. — А потом пряталась от меня. Почему же?       Лиза усмехнулась, посмотрев той в глаза. Кира подхватила. Лиза пыталась прочитать эти глаза, как открытую книгу, а Кира просто смотрела и тонула. Подметила, что глаза пиздецки красивые. Лиза успевала и подумать над словами – насколько же схожи слова Мишель со словами Киры. Но их переглядки прервала вошедшая Захарова: — Почему стоим? Замазывай засосы, — бросила она Кире, а после посмотрела на Лизу и пальцем указала на одну из камер. — А ты становись под объектив вот этой камеры. — Сексуальное бельишко, кисуль, — шепнула Кира на ушко, выдавливая из тюбика крем себе на запястье. — Но не думай, что после фотосессии я так просто отпущу тебя.       Слов больше и не нужно. Лиза поняла, что капкан Медведевой захлопнулся. Она попалась.