forgiveness of sins

      Феликс каждую неделю устраивает им вылазки куда-то в особенные места, и каждый раз ему кажется, что что-то не так. Не так, потому что у него в груди сжимает, тепло разливается и душит ароматом духов Криса, что хочется уткнуться ему в шею и долго долго так сидеть.       Конечно, их отношения не предусматривают такого, и Феликс держится на расстоянии, присматривается и думает, что это всё не должно быть так. Он боится, что просто-напросто зацепился за Кристофера из-за того, что это единственный человек, который искренне поддержал после ухода мамы, и эти чувства лишь спутанный клубок сомнений, приправленный одиночеством.       Это не даёт покоя Феликсу, но он позволяет всему идти все своим чередом.       В один день отец вновь говорит поехать по делам, и это дерет неприятным отголоском. Феликсу не поручали пока что-то очень важное, но всё же.       — Конечно, отец, — кланяется Феликс и получает все нужные инструкции для исполнения дела.       Выйдя из кабинета, Ликс кидает взгляд на Криса и выдыхает шумно, взглядом показывая в сторону двери.       — Нужно по работе кое-куда съездить, — как-то тихо говорит, губы поджимая.       — Хорошо, — Крис старается звучать обыденно и без особых эмоций, но слегка дрогнувший грустный голос выдаёт его настоящее отношение к поручению отца Феликса.       За это время он довольно сильно сблизился с Феликсом, и каждый их более личный разговор, явно не связанный с работой, отдавался странным теплом под рёбрами, из-за чего Крис всё больше времени посвящал своим мыслям.       Ему нельзя что-то чувствовать, это всего лишь работа.       Была?..       Феликс садится в машину, в голове прокручивая все указания, что ему дал отец. В кабинет на подписание документов они поднимаются на лифте и Феликс нервничает, как в первый раз, но внешне источает уверенность. Он должен поддерживать имидж своего отца.       — Здравствуйте, — кланяется мужчинам и смотрит на документы, лежащие на столе. — Перейдём сразу к делу?       — Конечно, господин Ли, прошу, — один из бизнесменов показывает на папку с бумагами, подходя ближе к столу.       Крис становится в нескольких метров сбоку от Феликса, пока тот ручку в руки берёт. Внимательно изучает документы, взглядом по каждой строчке пробегаясь, и на первой странице подпись ставит, сразу же вторую открывая. Крис за скользящей по бумаге ручкой наблюдает внимательно, как вдруг в глазах что-то красное мелькает, отражаясь от стеклянной поверхности декоративной и явно дорогостоящей вазы на столе. Он жмурится от слишком яркого света и не понимает, откуда он исходит, пока взгляд в окно не устремляет.       В здании напротив несколькими этажами выше Кристофер замечает открытое окно, из которого он отчётливо может видеть дуло снайперской винтовки. Ему требуется всего секунда, чтобы сообразить, что происходит, и мужчина сразу же взгляд на Феликса переводит, на белоснежной рубашке которого к району сердца красный огонёк всё быстрее подбирается. Зрачки Кристофера в мгновение расширяются, а время буквально замедляется, как бывает только в фильмах, и мужчина из нагрудной кобуры свой пистолет вытаскивает, в несколько шагов к Феликсу подбегая и отпихивая его в сторону так, что тот на пол падает, а сам целится в киллера напротив, выпуская пулю и пробивая ею окно. Да только неизвестный напротив оказывается немного быстрее — вторая пуля проходит через стекло, оставляя за собой аккуратную округлую дырку и попадая прямо в Кристофера, что своим телом Феликса сместил с его места. Он виновато смотрит на Феликса, когда пистолет выпадает из рук и с глухим звуком о пол бьётся, а сам мужчина следом на дорогой паркет медленно опускается, чувствуя, как на рубашке горячее пятно от крови расползается быстро.       Феликс не сразу понимает, что произошло. Он взглядом мечется на разбитое стекло, а после резко на колени падает возле Кристофера, руками рану зажимая. Действует просто на инстинктах, не давая взять над собой верх эмоциям.       — Нет-нет-нет, — бормочет под нос, чувствуя под ладонями кровь, резко голову задирает, смотря на мужчин, стоящих в ступоре. — В скорую звоните, чего стоите! — буквально выкрикивает, чувствуя, как руки дрожать начинают, взгляд Крису возвращает. — Всё в порядке, всё будет хорошо…       Крис ощущает дикую боль в грудной клетке, и это похоже на раздробленное пулей ребро. Она всё ещё внутри, неприятно давит и даёт от себе знать при каждом вдохе, из-за чего мужчина старается не дышать глубоко, а глаза медленно закрываются.       — Феликс… — еле слышно говорит телохранитель, в чужие глаза заглядывая. — Я не… — фразу не заканчивает, внезапно морщась от колющей боли.       Феликс взволнованно смотрит на Криса и губы подрагивать начинают.       — Заткнись, — шепчет, видя всё больше крови, что расползается по рубашке. — Просто молчи, всё будет хорошо, мы справимся, — всё ещё шёпотом говорит. — Потерпи немного, пожалуйста. Пожалуйста…       — Не отключаюсь, смотрю на тебя… — с грустной улыбкой говорит Крис самые клишированные фразы, которые обычно говорят людям с ранениями или близким на грани потери сознания. Мужчина и сам чувствует, как его утаскивает в пучину небытия от болевого шока, но знает, что терять сознание нельзя, он всё ещё на задании, у него всё ещё есть…       На какое-то время мужчину всё-таки вырубает, потому что открывает глаза он уже будучи в машине скорой помощи, видя рядом медсестру, что кровь останавливала. Затуманенный взгляд на Феликса переводит, замечая, как обеспокоенно тот смотрит. И, наверное, ради такого взгляда стоило получить пулю в ребро.       Феликса даже немного трясёт от того, как он нервничает. И почему это его так волнует обычный телохранитель, которых отец сменил ему минимум пять, если не больше? Но сейчас Феликс сидит под операционной и массирует виски, стараясь избавиться от головной боли. Конечно, Вильямс уже был в курсе и поднял на уши всех, чтоб узнали, кто осмелился напасть на его сына.       Благо, операция проходит хорошо и пулю вытаскивают быстро, она даже не раскрошилась и осталась целой, в отличие от ребра, ведь пуля прошла сквозь него и почти добралась до лёгкого, оставаясь буквально в миллиметре от мягкой ткани, но врач сделал всё возможное, чтобы уже через несколько часов Криса перевели в обычную палату, поставив несколько капельниц и наложив фиксирующую повязку.       Мужчина приходит в себя через некоторое время, чувствуя ещё влияние анестезии на свой организм, но взгляд падает на сидящего в кресле поодаль Феликса, смотрящего в окно.       — Прости меня… — прокашливается сразу, потому что в горле ком говорить мешает.       Феликс сразу же поднимается на ноги и подходит ближе, становясь над кроватью Криса, ладонью касается его руки.       — Не говори, всё хорошо, — тихо отвечает, осматриваясь. — Хочешь воды? — губы поджимает, неосознанно поглаживая кисть.       — Да, пожалуйста, — Крис смаргивает туманную пелену несколько раз с глаз, чувствуя, какой тяжёлой сейчас кажется голова, несмотря на обезболивающие, которые ему ввели врачи. — С тобой всё в порядке? — всё таким же сухим голосом спрашивает, не отводя взгляда от Феликса.       Феликс наливает из кувшина воду в стакан и подносит поближе. Придерживает голову Криса, помогая ему отпить, а после убирая стакан на место.       — Конечно, со мной всё в порядке, ты же меня спас, — у Феликса сердце сжимается от мысли, что Крис так преданно был готов пожертвовать своей жизнью, хоть это и его работа.       — Я же твой… Телохранитель, верно? — немного запинается, обратно ложась и глаза зажмуривая. — Если бы я заметил стрелка секундой позже… — Кристофер хмурится и головой качает, пытаясь от этой мысли навязчивой избавиться. — Я рад, что ты в порядке, — мужчина чужую руку своей накрывает, стараясь капельницу в вене не сместить лишними движениями.       — Не думай об этом, — отмахивается, не представляя даже, как Крису сейчас может быть больно. — Всё обошлось, и ты будешь в порядке… — задумывается на миг, вздыхая. — Ты хочешь работать дальше после восстановления?       — Я же не смогу так просто кому-то другому доверить твою жизнь, — со слегка судорожной улыбкой говорит, совершенно не думая о своих словах — обезболивающие всё ещё влияют на его сознание, о чём жалеть мужчина будет потом. — Тебе придётся дать мне сегодня вынужденный выходной, но вот завтра… — стонет тихо от неприятных ощущений. — Завтра я буду в форме, обещаю.       Феликс хмурится, скрещивая руки на груди, и под нос себе фыркает.       — Ты обязан отдыхать столько, сколько скажет врач, и ни днём меньше, — отрицательно качает головой, сурово смотря на Кристофера. — Я пока всё равно буду дома, отец сказал, что в любом случае не выпустит меня, пока не найдут того, кто за этим стоит.       — Работал профессионал, тут сомнений нет, — Крис и сам хмурится, вспоминая, как точно стрелок целился с такого расстояния. Да и винтовка у него была хорошей, судя по тому, как плавно пуля прошла сквозь плотное стекло кабинета. — Нужно отследить оружие по пулe, которую из меня вытащили. И ещё столько всего сделать…       Феликс бровь вскидывает и думает, как Кристофер может в таком состоянии думать о работе.       — Не тебе этим заниматься, так что расслабься и отдыхай. Это мой приказ, как босса, ясно?       — Ясно, конечно, но думать ты мне всё равно не запретишь, — Крис даже смеяться пытается тихо, но потом сразу же жалеет об этом, чувствуя колющую боль в грудной клетке. — Чёрт, давно рёбра не ломал. Уже и забыл, каково это.       — А кем ты работал до этого, что тебе доводилось ломать ребра? — как-то невзначай Феликс спрашивает, подтягивая стул поближе и садясь прямо рядом возле кровати.       — На таких, как твой отец. Там сломанные рёбра — обычное дело, — уверенно произносит Крис, придерживаясь своей легенды даже в таком состоянии, как сейчас. — Поэтому со всяким приходилось иметь дело, многое оставило свои метки на теле.       — Понял, — Феликс касается руки Криса и чувствует, что она слишком тёплая. Хмурится, приподнимаясь и касаясь губами лба, проверяет температуру. — Вроде в порядке, — сам себе говорит, краткий обеспокоенный взгляд кидая.       — Мне так мама в детстве делала, — слегка сонно бормочет, улыбаясь такому жесту. Кажется, из-за потери крови Крис стал немного хуже соображать, потому что ведёт себя с Феликсом явно не как со своим боссом, несмотря на то, что прикрытие своё всё ещё не разрушил. — Спасибо, что ты здесь.       Феликс даже улыбается таким словам, но осекается, думая, что и сам ведёт себя странно, сидя так долго тут.       — Тебе нужно поспать, хорошо? — осторожно говорит, проверяя пачку сигарет в кармане. — Я буду здесь, когда ты проснёшься. Договорились?       — Хорошо, Ликс… — Крис в ту же минуту в сон проваливается, ведь капельница, поставленная медсестрой ранее, уже начинала действовать. Не понимает совершенно, что с боссом общаться по-другому надо, но кто станет винить отходящего от анестезии раненого человека.       Феликс по телефону говорит с отцом, пока курит несколько сигарет под больницей, ловя неодобрительный взгляд медсестры. Никаких новостей нет, но не это сейчас его беспокоит.       Явно не это.