forgiveness of sins

      Чтобы похоронить прошлого себя, Феликсу требуется месяц. Чтобы похоронить свои чувства — требуется год.       Целый год он упорно работает над делами семьи и справляется, на удивление, даже лучше, чем мог бы. Ему удаётся привести всё к максимально возможному результату и выйти на приличный заработок.       Но это всё настолько неважно.       На деле, Феликс действует как робот, просто выполняя рутинные дела. Он давно не чувствует, что живёт. Не чувствует, что может что-то ощущать, кроме горького разочарования. Даже не чувствует абсолютно ничего, когда пистолет к голове приставляет и взводит курок.       Пустота.       Феликс — сгусток апатии и разочарования. Для него это всё ничего не значит.       И успокоение он находит в работе по будням, а по выходным топит отчаяние в алкоголе и наркотиках. Теперь Феликс Ли — постоянный гость вечеринок Хана, на которых неизменно находит что-то интересное.       — Насыпай, — просит у Джисона, скручивая долларовую купюру слишком уж привычным движениям.       — Тебе не хватит уже? — с подозрением спрашивает друг, уже который день наблюдая за тем, как Феликс безбожно убивался вусмерть.       — Я знаю меру, — конечно же, не знает. — Насыпай, пожалуйста.       И Хан насыпает ещё, потому что отказывать Феликсу в таком состоянии — не самый лучший вариант. Сам же Джисон не принимает уже давно, и причина этому стоит в десятке метров от него у противоположной стены, наблюдая за происходящим на вечеринке на расстоянии.       72 часа назад.       — Чёрт… — Минхо кидает папку на стол с громким звуком и глаза прикрывает, потирая виски.       — Расскажешь или опять полицейская тайна? — интересуется Джисон, мягко чужого бедра касаясь.       — Я уже полгода бегаю за Ким Мингуком, который оружие из Японии возит, но никак не могу поймать его — уходит прежде, чем я посылаю группу захвата. Будто он заранее уведомлен об облаве, не знаю. Или ему просто так везёт каждый раз, — вздыхает шумно, чувствуя, как к вискам ноющая боль подбирается быстро.       — Мингук, значит? — Хан улыбается как-то спокойно слишком, на что Минхо бровь вскидывает. — Сейчас сделаем, будешь должен, — парень подхватывает свой телефон, что на диване рядом валялся, и усердно строчит кому-то сообщения около минуты, после чего откладывает гаджет и на колени капитана полиции забирается, руки на крепких плечах устраивая. — Он будет у меня на вечеринке в субботу в загородном доме. Можешь взять его прямо там, только не задавай лишних вопросов и не трогай других гостей.       И Минхо знает, чем обычно друзья Хана занимаются на его вечеринках, поэтому только кивает. Он закрывает глаза на употребление наркотиков близкими знакомыми своего парня, потому что… В жизни полицейские совсем не такие доблестные блюстители закона, какими все привыкли их видеть в фильмах и на страницах печатных детективов. В реальности существуют взятки, существуют поблажки и договоры с преступниками, чтобы они выдали рыбку покрупнее, и это нормально, каким бы странным ни казалось. Минхо на посте капитана полиции уже не первый год и научился разбираться с подобным, хоть поначалу угрызений совести было слишком много.       — Я говорил тебе, что ты лучший? — Минхо ладонями по узкой талии скользит медленно, голову набок склоняя.       — Да, по несколько раз на день. Но мне всё равно приятно это слышать, — Джисон смеётся тихо, к чужому уху наклоняясь. — После задержания, будь добр, захвати наручники домой.       И, конечно же, эту просьбу Минхо исполнит беспрекословно.       — Все на позициях, объект двигается к центральной лестнице, — негромко говорит Минхо по передатчику, наблюдая за Мингуком.       — Принято, — голос друга в наушнике, что только подъехал и снаружи дома находится, крепко пистолет пальцами в руках сжимая.       Минхо наблюдает ещё немного, а после жестом команду своим людям даёт, чтобы брали преступника как можно скорее — другого такого шанса у них может и не быть.       Крис врывается в парадную дверь вместе с группой захвата и громким голосом приказывает Мингуку лечь на пол. Он пьян и принял довольно много наркотиков на вечеринке, из-за чего потерял свою бдительность, которой так сильно славился. Видимо, вечеринки и отдых мужчина любил больше, чем собственную безопасность и беззаботную жизнь не за решёткой. Детектив, одетый в бронежилет и специальный шлем, сразу же заламывает руки мужчины и ногой по коленям бьёт, заставляя его лечь на пол. Наручниками запястья сковывает, пока ничего не соображающий Ким глазами с расширенными зрачками хлопает.       — Он твой, — Крис шаг назад делает, уступая дорогу своему капитану, а после, развернувшись и уже практически следуя к выходу, он видит его. И внутри загорается всё то, что Кристофер тушил целый год, что языками горячего пламени под рёбра забиралось каждую ночь, душило где-то в глотке и не давало спать, накрывая воспоминаниями. Нет-нет-нет, он не может сейчас лишь от одного взгляда на парня потерять себя, которого смог обрести только недавно, смог забыться в каждом пойманном преступнике и раскрытом деле, оставив чувства к Феликсу где-то на полках в архиве вместе с делом его отца.       Или думал, что оставил.       Феликс только через время понимает, что что-то происходит. Он задирает голову и на Хана смотрит, хмурясь, совсем ничего не соображая и видя перед глазами лишь цветные расплывчатые круги.       — Это меня так накрыло или?..       — Всех накрыло, — Хан откидывается назад и отпивает из стакана, совершенно спокойно себя чувствуя в этой ситуации.       — Прямо всех? — бровь вскидывая, Феликс голову откидывает назад и свежевыкрашенные в блонд волосы пальцами перебирает, выдыхая через нос.       — Полиция нас накрыла, придурок, — тихо смеётся, ногой покачивая перед собой.       Ликс лишь плечами пожимает, наконец цепляясь взглядом за то, как полицейские уводят мужчину. Но раз Хан спокоен — значит всё в порядке и дёргаться не нужно. Воспользовавшись моментом и вновь упав в крайнюю степень непонимания происходящего, Феликс над столом склоняется, сжимая скрученную купюру пальцами.       Кристофер смотрит на Феликса и…       Не узнаёт человека, в которого он влюбился. И дело даже не в осветлённых волосах, которые, к слову, так гармонично смотрятся с россыпью веснушек на лице, дело во взгляде парня. Он такой же пустой, как и его бокал из-под выпивки, и Крис физическую боль ощущает от вида такого Феликса. Его Феликса, который должен был стать для него никем. Но так и не стал.       Замечая, как Ликс к очередной дорожке на столе тянется, Крис не думает совершенно и в несколько шагов расстояние между ними сокращает, за запястье парня хватая.       Феликс в ступоре сидит несколько секунд и взгляд поднимает, хмурясь, рукой дёргает. Потом поворачивается к Джисону и непонимающе на него смотрит.       — Это меня уже глючить начало?       — Что происходит? — Хан подрывается с места и смотрит Кристоферу в лицо, губы поджимая. Он недоволен нарушением договорённости. — Ты ничего не перепутал?       — Я не собираюсь его задерживать, — сразу же спешит заверить Крис, понимая, к чему клонит парень его капитана. Уговор есть уговор, и как бы ему ни хотелось повязать больше половины находящихся здесь, они пришли за Мингуком, и только с ним и уйдут.       — Чёрт… — вдалеке слышится голос Минхо, который не думал, что Крис решит задержаться в доме дольше положенного. — Крис, мы уходим, мы сделали всё, что нужно, не пугай гостей Джисона ещё сильнее.       — Я не могу позволить ему принять больше, посмотри на него, — Крис чужое лицо за подбородок вздёргивает резко, замечая, как чёрные зрачки почти полностью затопили янтарную радужку когда-то столь любимых глаз.       Хан растерянно смотрит в ту сторону, откуда слышится голос Минхо, и дёргает Кристофера за руку, его взгляд ловит сквозь стекло специального шлема.       — Что ты хочешь? — вполне серьёзно спрашивает, даже не догадываясь обо всём происходящем на самом деле. — Я не позволю тебе забрать Феликса, у нас был уговор.       — Я не собираюсь садить его за решётку, Хан, — немного раздражённо говорит Кристофер, но он всё ещё помнит, что Джисон совершенно ничего не знает о том, какие между ним и Феликсом отношения. Пока Кристофер был под прикрытием и работал телохранителем Ликса, они с Джисоном встречались всего лишь три раза, первый из которых был на маскараде и лица мужчины он не видел. А во второй и третий разы Крис стоял у самой тёмной стены поодаль, чтобы не мешать Феликсу отдыхать и развлекаться, поэтому не удивительно, что когда Минхо их познакомил, Джисон и глазом не моргнул, протянув руку и представившись, будто они впервые встретились.       — Крис, идём, — Минхо ближе подходит, обеспокоенный взгляд на друга кидая. — Прошёл уже год, он для тебя никто…       — Я тоже так думал, пока его не увидел, — детектив Феликса под руку берёт, пытаясь поднять того с дивана.       — Малыш, с ним всё будет хорошо, не волнуйся, я объясню всё дома, — негромко на ухо Хану говорит капитан, сжимая его плечо. — Доверься мне, ладно?       Хан немного раздражённо кивает и обеспокоенно смотрит на Феликса, который настолько не соображал, что ему было даже всё равно на то, что его кто-то пытается поднять с дивана. Безвольной куклой Ликс цепляется за чужую руку.       — Чёрт, там такая дорожка осталась, она была у меня прямо под носом, — хнычет он, недовольно вздрагивая и взгляд пустой куда-то в сторону отводя. Кристофер к выходу Феликса ведёт, стараясь удерживать его ровно, чтобы тот не споткнулся и не упал по пути.       — С тебя хватит уже дорожек, во что ты превратился, Ликс… — мужчина на свежий воздух Феликса выводит, направляясь к своей машине.       Минхо же незаметно Хана в щёку целует и тихое «спасибо» шепчет, понимая, что дома его как минимум будет ждать допрос, что, как для работника полиции, уже непривычно, ведь допрашивать будут его, а не он.       — Со мной говорит мой внутренний голос, это фиаско, — вздыхает себе под нос Феликс и потирает костяшки пальцев, чувствуя, как внутри всё дрожит от свежего воздуха, который внезапно ударил в нос после никотинового облака в доме. — Так недолго осталось… И всё, с ума сойду, — чувствуя резкое головокружение, ладонью лицо прикрывает, но продолжает идти, потому что его буквально тянут за руку.       — Ты же совсем ничего не соображаешь, господи… — Кристофер садит Феликса в свою машину под обеспокоенный взгляд Минхо где-то позади, и пристёгивает ремень безопасности, закрывая дверь.       Рядом он видит машину Феликса и подходит к ней, встречаясь взглядом с водителем, которого он и так уже знал.       — Твой рабочий день на сегодня окончен, поезжай домой.       Водитель видит надпись «police» на униформе и шлеме мужчины и не задаёт лишних вопросов — закрывает окно и заводит мотор, чтобы поскорее уехать.       Сам же Кристофер садится на водительское сидение своего автомобиля, короткий взгляд на парня рядом кидая, который даже сопротивляться не мог, даже если бы и хотел. Но для этого нужно хоть немного ясного ума.       Феликс откидывается на сидении и глаза прикрывает, ощущая тёплое блаженство по телу, которое накатило новой волной.       — Всё, Ёнхи, пора домой, — очевидно обращается к своему водителю, у которого, как думает, сидит в машине и пальцами виски потирает, совсем не пытаясь собраться с мыслями. Даже если бы и хотел — не смог бы.       Кристофер на это молчит. Он понимает, что разговаривать с Феликсом сейчас смысла нет, ведь он даже не понимает, кто рядом с ним сидит. Поэтому полицейский лишь заводит мотор машины и держит путь домой, стараясь отогнать мысли о том, что поступает сейчас неправильно.       Примерно через полчаса они оказываются у многоквартирного дома, и Кристофер буквально вытаскивает Феликса из машины, потому что идти самостоятельно тот отказывается и лишь за плечи мужчины цепляется, сонно что-то бормоча. Крис одной рукой код на двери вводит, открывая её, пока второй практически весь вес Феликса удерживает на себе. В квартиру они почти вваливаются, когда Феликс отчего-то руками размахивать начинает, но детектив быстро заключает его в колько из своих рук, пытаясь как можно скорее отвести в спальню. Феликсу нужно отоспаться.       Феликс чувствует мягкость постели и веки в мгновение становятся тяжёлыми. Он мягко обвивает одеяло руками и что-то урчит себе под нос. Внезапно мозг немного проясняется, потому что в нос бьёт запах давно забытых духов.       — Чёрт, Кристофер… — как-то слишком потерянно говорит, сгребая одеяло поближе. — Твой запах давно не казался мне таким реальным. Я точно схожу с ума…       Крис на месте замирает, когда своё имя с чужих уст слышит. Он так и застывает с бронежилетом в руке, который только снял. Смотрит на Феликса и вмиг чувствует всё то же, что и год назад, и накрывает его намного сильнее, чем было поначалу после их расставания.       — Ликс, я здесь, — он ложится рядом, спешно с себя рабочую одежду скинув, и парня ближе прижимает, совсем как тогда, в доме на берегу моря в Австралии. — Прости меня, я так виноват… — шепчет сквозь выступившие слёзы, прядку светлых волос со лба убирая. Наклоняется и оставляет практически невесомый поцелуй на всё таких же мягких губах, зная, что Ликс об этом и не вспомнит.       Феликс инстинктивно ближе жмётся, улыбается, даже глаз не открывая, но чувствуя родное тепло. Такое, которого ему не хватало всё это время.       — Надо же, какой приятный сон сегодня, — шепчет себе под нос, боясь, что видение уйдёт. — И почему ты мне снишься, только когда я принимаю?       Крис на чужие губы смотрит, пока Феликс говорит, и поверить не может в услышанное.       — Так ты принимаешь ради этого? Ради меня в своих снах?.. — хмурится, чувствуя, как первая слезинка горячей каплей по щеке скатывается. Чёрт, он так сильно виноват. — Я должен был всё тебе рассказать, Ликс. Сразу, как только понял, что бесповоротно влюбился в тебя. Я не врал насчёт своих чувств к тебе, ни за что не стал бы. Ты дорог мне и… И я всё ещё тебя люблю, даже если и пытаюсь убедить себя в обратном.       — Не будь глупым, Крис. Ради чего ещё я могу принимать? — калачиком скручивается, поджимая ноги к себе ближе. Сквозь наступление сна улыбается. — Мне так нравится быть с тобой хотя бы тут. Я же тебя люблю, — не особо связно бормочет, одеяло стягивая поближе на себя.       — Глупый мальчишка, гробишь своё здоровье ради того, кто так бесстыже с тобой поступил, — вторая слезинка бежит вслед за первой, а Крис всё смотрит и смотрит на Феликса перед собой, слушая слегка непонятную речь. Он под воздействием наркотиков, это так, но только в такие моменты человек действительно говорит то, что думает, не имея возможности солгать и скрыть правду.       Феликс глаза открывает и внимательно смотрит на Криса, прикладывая палец к его губам. Улыбается немного глупо, а после смешок выдаёт, стирая слезу со щеки.       — Ты — моя фантазия не для того, чтобы меня осуждать, — шепчет, разворачиваясь и вновь глаза прикрывая сонно.       — Утром ты узнаешь, что я не был твоей фантазией. И не вспомнишь этот разговор, — слегка грустно говорит Крис, чувствуя, как место на щеке, которого коснулись аккуратные пальцы Феликса, буквально гореть начинает, а следы от слёз кожу обжигают спешно. — Отдыхай, Ликс. Тебе нужно хорошо поспать.

***

      Крис, проснувшись за пару часов до Феликса и заботливо его накрыв одеялом, принимает душ и на кухню идёт, плотно закрывая за собой дверь, чтобы шумом от кофемашины не разбудить своего внезапного гостя. Взяв кружку с горячим напитком в руки, мужчина на балкон в гостиной выходит, захватив с собой полупустую пачку сигарет.       В голове роится столько мыслей, сколько в момент расставания с Феликсом было, и от этого в голове тупая боль звенит неприятно. Мужчина не знает, что будет дальше, когда Феликс проснётся. Но знает, что должен попытаться всё исправить после искренних признаний Ликса под воздействием наркотиков.       Лишь немного придя в себя, Кристофер обратно на кухню возвращается и решает приготовить небольшой завтрак, чтобы хоть чем-то себя занять и тем самым от бардака в голове отвлечь.       Феликс просыпается немного позже и чувствует, как голова гудит, сразу же, как открывает глаза. Видимо, немного переборщил, но это и не впервой. Сев на кровати, Ликс потирает глаза и осматривается, только сейчас понимая, что он не у себя дома.       Что вчера вообще было?       Взгляд падает на полицейскую форму на стуле, и сердце бьётся как-то сильнее. Конечно, первой мыслью Феликса было то, что, возможно, Хан позаботился о нём, потому что что-то произошло вчера, и сейчас он в квартире Минхо, ведь раньше тут не был, поэтому точно и сказать не может.       Выбравшись из постели, тихо охает, чувствуя головокружение комплектом с тошнотой, и в коридор выходит, в первую дверь заворачивая, удачно находит ванную. Подступает резкая тошнота вновь, и Феликс на колени перед туалетом становится, чувствуя себя так паршиво, как никогда до этого.       После самого неприятного, он зубы полощет с зубной пастой, а после и специальную жидкость находит, что сейчас спасает, как никогда. Лицо умывает наспех прохладной водой, стараясь быть более-менее похожим на человека. Когда в коридор выходит, потирает виски, стараясь избавиться от головной боли, пока не слышит какие-то звуки из кухни. Прокашливается кратко и дверь открывает, сталкиваясь взглядом с Кристофером.       — Какого?.. — удивлённо выдаёт, прикрывая рот ладонью. Внезапно даёт себе звонкую пощечину и отворачивается, переводя дыхание, что вмиг сбилось. — Я ещё сплю или меня ещё не отпустило, что меня так сильно глючит?       Крис сразу же лопатку, которой овощи на сковороде помешивал, откладывает в сторону и к Феликсу подходит спешно, его лицо за подбородок поднимая и вмиг покрасневшую щёку рассматривая.       — Я реальнее, чем в твоих снах, когда ты принимаешь, — коротко говорит мужчина, так и оставаясь совсем близко к Феликсу, только руку от его лица убирая. После со столешницы стакан с водой берёт и две таблетки обезболивающего, протягивая их Феликсу. — Выпей. Станет немного легче после вчерашнего.       Феликс как-то с недоверием смотрит, но берёт из рук таблетки и выпивает, отставляя стакан. В воздухе повисает неприятная пауза.       — Я не знаю, что говорил, но это не твоё дело, — вполне серьёзно говорит Ликс, чуть морщась от резкой боли в голове. — Я не знаю, что произошло, но извини, мне пора ехать, — блузу привычным движением поправляет, пока сердце бьётся, как бешеное.       — Постой, — Крис, не задумываясь, хватает Феликса за запястье и на себя тянет резко, будучи непозволительно близко к нему.       Смотрит в чужие глаза, которые всё такими же родными кажутся, и чувствует, как к горлу ком неприятный подступает вмиг, пока Крис с мыслями собраться пытается.       — Я врал тебе о многом, но не о своих чувствах. Не посмел бы, — он дышит шумно, чувствуя, как кончики пальцев холодом внезапным пронзает. — Мне жаль, что я разочаровал тебя, Ликс. Мне жаль, что всё так получилось, я не хотел делать тебе больно. Прошёл уже год, но я всё никак не могу выбросить тебя из головы, потому что всё ещё люблю. И не переставал любить.       У Феликса начинают дрожать губы и к глазам подступают слёзы. Но ему нельзя позволять себе быть слабым, поэтому держится он из последних сил. Но весь его образ сыпется в один миг.       — Я же тебе сказал, что больше не хочу тебя видеть, — всё же всхлипывает и дёргается в чужой хватке, дыша тяжело. — Это всё неправда, неправда, неправда! Не лги мне! — на крик срывается, чувствуя, как накатывает истерика.       Крис в крепкое кольцо из рук Феликса заключает, не отпуская. Больше такой ошибки он не допустит.       — Я не посмел бы лгать о своих чувствах к тебе. О том, что только рядом с тобой почувствовал себя живым за долгое время, и мне было больно от того, что ты не знаешь правды о мне и моей работе, — на одном дыхании выдаёт Кристофер, утыкаясь своим лбом в чужой. — Я весь этот год ненавидел себя за то, как поступил с тобой, пытался забыться и выбросить тебя из головы, думал, что получится и так будет легче, и почти был прав. Лгал себе, что поступаю правильно, пока не увидел тебя вчера. Ликс, чёрт возьми, я люблю тебя, услышь же ты меня! — Крис и сам голос повышает, но лишь из-за того, что чувства новой волной накатывают, когда он видит слезящиеся глаза напротив.       Феликс судорожно всхлипывает, внезапно понуривая плечи и утыкаясь в ключицу, пока у самого плечи подрагивают.       — Я тебя ненавижу, — шепчет Ликс, пальцами сжимая футболку Криса и сопя ему в шею, носом тянет такой родной аромат. — Но не сильней, чем люблю.       И внутри Криса что-то тёплое разливается, когда Феликс обнимает в ответ, позволяя ему быть рядом. Мужчина улыбается сквозь подступившие слёзы, понимая, что больше никогда не отпустит.       — Мне так тебя не хватало… — шепчет в самое ушко, совсем позабыв о том, что что-то ранее готовил на завтрак.       Феликс мягко сжимает Криса в объятиях и ничего не говорит, поглаживая спину.       — Но… Телохранитель из тебя лучше, чем повар, — встречается с непонимающим взглядом. — Овощи подгорают.       — Чёрт, наш завтрак! — Кристофер быстро к плите в несколько шагов добегает, выключая огонь и отставляя сковородку в сторону, а после соскребая с неё то, что ещё выглядит съедобным и перекладывая в отдельную тарелку.       Феликс немного неловко себя чувствует, но садится за стол, потирая затылок.       — Почему всё так сложно, — страдающе стонет, прикрывая лицо ладонями. Шумно вздыхает, после в потолок смотря.       — Так давай упростим, — совершенно спокойно говорит Кристофер, яичницу на тарелки выкладывая. — Я — детектив, который хотел раскрыть твоего отца, по вине которого умер мой, поэтому внедрился работать в вашу семью под прикрытием. Ты — совершенно не похожий на своего отца сын, сумевший показать мне, что не всегда правда такая, какой мы её представляем. И я бесповоротно влюбился в тебя, целый год страдая. Ты меня тоже любишь. И если дашь мне шанс показать, как сильно ты мне дорог, то мы можем попробовать продолжить с того момента, на котором закончили перед тем, как ты приставил мне ко лбу мой же пистолет, — на миг Крис задумывается, столовые приборы на столе раскладывая. — Да, совсем не просто, согласен. Но изменить это мы можем попытаться.       Феликс морщится, когда вспоминает, как пошёл на поводу у эмоций.       — Но сойдёмся на том, что виноват в этом был ты! — шутит, уголком губ улыбаясь. — Нечего пистолет на работе носить, господин полицейский, — головой качает, с небольшим сомнением смотря на еду. Не то чтоб она была невкусная, но Феликс сначала решает немного подождать, пока тошнота уйдёт.       — Я был твоим телохранителем, конечно, мне нужен был пистолет на работе! — сразу же спешит возмутиться Кристофер, наливая воду в заварник с лавандовым чаем. — Вина за произошедшее полностью лежит на мне, и я от этого не отказываюсь. Я сделал ошибку, которую намерен исправить с твоего позволения.       — Да я шучу, расслабься, — отмахивается, руки на груди складывая.       Внимательно смотрит на Кристофера и думает о том, что терять нечего. Конечно, Феликс боится обжечься, но он сам-то и не железный.       — Хорошо. Только… — фразу обрывает, немного хмурясь. — Если ты пообещаешь мне больше никогда не лгать. Что бы ни случилось. Это моя единственная просьба.       — Это обещание, которое я намерен сдержать, — Крис будто сам себе кивает, а после наклоняется к Феликсу и оставляет на его губах короткий поцелуй. Сейчас, несмотря на всю ту боль и угрызения совести, что он испытал, Кристофер чувствует себя поистине счастливым.       Феликс приподнимается и касается талии Криса, мягко обвивая её. На губах оставляет ещё один поцелуй, смотря прямо в глаза.       — Я тебя люблю. И прости меня, что всё так случилось. Я заставил тебя страдать тоже, — вздыхает, пальцем поглаживает по щеке, накрыв её ладонью.       — Мы уже решили, что вина только на мне, перестань, — Крис к ладони тёплой ластится, понимая, как сильно ему не хватало таких вот простых, но значащих очень многое для него прикосновений. Вдруг мужчина глаза открывает резко, будто что-то вспоминая. — Я так ни разу этого и не спросил у тебя. Ты будешь официально со мной встречаться?       Феликс улыбается, кивая кратко, а после прижимаясь крепко-крепко.       — Да, давай попробуем, — счастливо урчит, внезапно что-то вспоминая. — Мне точно не нужно ещё раз ударить себя по щеке, я же не сплю? Дежавю какое-то…       — Давай проверим, — с улыбкой выдыхает Крис, мягко подцепляя чужие губы своими. На языке всё ещё чувствуются отголоски вкуса горького кофе, но сладкий поцелуй затмевает абсолютно всё.       Феликс блаженно глаза прикрывает и целует в ответ, зарываясь пальцами в волосы Криса. Оттягивает их у корней и шумно выдыхает через нос, прижимаясь весь.       — Точно сплю, — в итоге выдаёт, утыкаясь в плечо и тихо смеясь.       — Тебе очень идёт новый цвет волос, кстати, — немного внезапно говорит, но действительно так думает. Феликс будто весь светится с этими веснушками и искренней улыбкой, и каждое утро хотелось видеть именно это. — Похож на солнышко, тебе говорили?       — Нет, — сразу же отрицательно головой качает, чуть поводя плечами. — Я хотел избавиться от того образа, в котором ты меня запомнил… — честно признаётся, неловко поджимая губы.       — Я понимаю, — кивает Крис, прядку волос Феликса за ушко заправляя. Ладонь на щёку укладывает, поглаживая большим пальцем. — Но ты прекрасен в любом образе, Ликс. Лучше всего в образе человека, которого я безумно сильно люблю.       — Сейчас главное то, что мне больше не нужно бегать от себя, — с улыбкой говорит и ладонь сверху своей накрывает, прикрывая глаза. — Мы обязательно будем счастливы.       Обязательно будут.