Баунти

Просыпаясь утром, Дин в первую очередь почувствовал, что Кас его не обнимает и инстинктивно потянулся рукой, пытаясь найти его и прижаться к нему. Но Кастиэль, к его досаде, рядом не обнаружился, возможно, потому что уже встал и пошел плавать или готовить завтрак. Дин зевнул и открыл глаза. Он был в отеле. Лежал на широкой кровати среди множества подушек в абсолютном одиночестве. А встал Кас или нет, где он сейчас, плавает ли он и что ест на завтрак Дин теперь не узнает. За окном интенсивно светило солнце и через поднятые шторы лучи активно проникали в номер, заливая все вокруг ярким светом. Дин зевнул еще раз и потер слипшиеся за ночь ресницы. Постель на которой он спал была огромный, мягкой и удобной, но почему-то Дин не мог сказать, что выспался тут лучше чем на импровизированном ложе в их маленькой хижине. Парадокс. Он поднялся и отправился в душ. Хороший шампунь, отличный напор горячей воды, несколько мягких полотенец на выбор — отель соответствовал каждой из своих золотых звездочек. После такого отрыва от цивилизации Дин должен был бы ценить и наслаждаться такими приятными мелочами. А Дин стоя под струями тёплого душа вспоминал как он брызгался и обнимался с Касом в прохладных волнах. Тогда им было свежо и весело. И морально комфортнее.

-/-/-

Вскоре Дин спустился к завтраку. Идеально выбритый, причесанный и переодетый в чистую безупречно отглаженную одежду (учитывая сложившуюся ситуацию, персонал отеля предоставил ему комплект одежды из легких брюк и белой рубашки, а его сумку с вещами полицейские обещали вернуть с острова сегодня в течение дня). Завтрак был организован в виде шведского стола, и Дина отвыкшего за последние дни от большого количества народа вокруг, точнее, отвыкшего вообще от всех напрочь, множество людей окруживших его на пути к кофемашине заставили чувствовать себя неуютно. Но так или иначе вскоре у него в руках был хороший свежесваренный молотый кофе. Кроме представленных в изобилии всевозможных фруктов и морских обитателей разной степени обработки (да, даже на завтрак) Дину удалось отыскать жареные яйца и бекон. Чему он был практически счастлив. Так что завтрак, можно сказать, удался. Бекон был прекрасным. Кофе ароматным и горячим. Но почему-то менее вкусным чем приготовленный Касом цикорий. Снова парадокс, однако. И всё-таки интересно где сейчас Кас. Вероятнее всего пьёт кофе, поданное ему прямо в постель той темноволосой девушкой. Или спит с ней в обнимку, после бурной полной секса ночи. А совсем недавно, не далее как вчера, он еще обнимал по утрам Дина. Теперь казалось это было в другой жизни. Аппетит резко упал. Дин с трудом заставил себя доесть бекон. Забавно, Дин сейчас сидит за столиком среди огромного зала в котором полным полно таких же завтракающих людей, но отчего-то он чувствует себя гораздо более одиноким чем вчера утром на необитаемом острове. Возможно, он уже скучает по Касу. Ладно, он определенно скучает по Касу. Но осознание им этого ничего не изменит. Дин, конечно, мог бы узнать у авиакомпании его телефон или адрес (если, конечно, эта авиакомпания еще до сих пор существует, после того как на неё было обрушено негодование Джона Винчестера), но опять-таки это никак не поменяет дело, только добавит еще и большую порцию тяжелой неловкости во всю эту ситуацию. Потому что они с Касом ничего не обсуждали, ни о чем не договорились, ничего друг другу не обещали. Оттого что какой в этом был тогда смысл? Они буквально были единственными друг у друга на множество миль и, как ему тогда казалось, лет. А потом ситуация резко поменялась, и все, вроде как вернулись, на круги своя к своей обычной жизни. Но почему -то у Дина было стойкое ощущение того, что лично его жизнь от этого столь долгожданного им возвращения просто сломалась. Почему-то ему обидно, что Кас теперь где-то и с кем-то, а не с ним. Он даже не рассказывал ему о том, что у него есть девушка или даже невеста. Хотя, учитывая то, какой Кастиэль охренительно горячий, сексуальный, добрый и заботливый это совершенно, блин, не удивительно. И вообще-то, если быть точным, именно Дин инициировал их близость, забравшись на Каса, когда они лежали в хижине. Кас, правда, его активно поддержал, во всех смыслах, и даже взял вожжи в свои руки, так сказать, но тем не менее факт оставался фактом. Дин предложил потрахаться, Кас поддержал. Никаких лишних слов, никаких обязательств, никаких обещаний. Опять же тогда, когда они были оторваны от всех на множество миль, это, казалось, не имело смысла, а теперь было уже поздно выяснять что-то. Ну, допустим, он увидится с Касом или позвонит ему. А Кастиэль тем временем счастлив и доволен, обнимая свою возлюбленную. Наверное, рассказывает ей о том, как сильно он по ней скучал все это время. Может, кстати, действительно скучал. А в перерывах активно трахался с Дином. Чтобы отвлечься, ага. Дин отлично представил себе эту картину. Сидит себе Кас там раздетый в постели со своей девушкой, целуется, а тут на их порог припирается Дин со словами: « А как же я? Нам же было так хорошо вместе!» Брюнетка будет в шоке, Кас — в ярости. С наибольшей степенью вероятности Кастиэль скажет, что Дин получил там на острове тепловой удар и теперь несет полный бред. А с чуть меньшей степенью вероятности Дин получит от него реальный удар под глаз, чтобы окончательно прояснить, что то, что было на острове, останется на острове, и нечего портить ему жизнь. Дин допил свой остывший кофе, который теперь еще и показался горьким.

-/-/-

Он бы, возможно, совсем замучил себя всевозможными мысленными терзаниями, но в холе отеля его встретил Сэм и отец. Причем сегодня Джон Винчестер уже был идеально выбритым, причесанным и одетым в безупречно отглаженный светлый костюм из льна. Словом, образцовый, невероятно серьезный и важный глава компании, каким Дин и привык его видеть. Только его сияющая улыбка при взгляде на Дина, стала более яркой чем обычно и напоминала о вчерашних эмоциях. Сэм стоял рядом, одетый в бежевое поло, песочные брюки и сандалии, что почти укладывалось в его стиль. Вероятно, соскучившиеся по Дину, они принялись с энтузиазмом рассказывать ему о том как тут прошли те дни, пока Дин был на острове, и предложили всё-таки посетить Макатеа, но, естественно, на катере, и, разумеется, в их компании, потому, что больше рисковать Дином Джон никому не позволит. Катер был большим, красивым с открытой палубой, удобными мягкими креслами, столиками и бокалами с безалкогольным мохито, которое сразу очень понравилось Сэму. Во время дегустации напитка и пути на остров Сэм пожаловался Дину о том как трудно, оказывается, быть королем (даже маскарада) и, что больше на такое он ни за что не подпишется. Их отец смотрел на них с улыбкой и просто слушал их беседу, а потом вдруг внезапно вспомнил, что так и не сходил с Дином на обещанный ему матч по бейсболу. Ну, да, он обещал ему. Когда Дину было шестнадцать. Дин растерянно моргнул. А Джон пылко заверил, что обязательно исправится, как только они вернутся домой, и сказал, что вчера ночью уже купил билеты. Похоже, он действительно очень сильно переживал за него. К глазам снова подкатились непрошеные слезы. Дин улыбнулся и крепко обнял отца.

-/-/-

Спустя приятное двухчасовое водное путешествие под утренним солнцем и легким бризом, Дин наконец-то ступил на тот самый Макатеа. Остров оказался схож с тем островком, где они тусили с Касом, только был немного больше, и намного более многолюдным. Тут было значительно меньше птиц, не скакали мартышки, и вдоль воды не ползало столько крабиков. Зато был пляж, лежаки с соломенными зонтиками и бар предлагающий коктейли в кокосовых орехах. Один из них с кусочком ананаса и маленьким красным зонтиком тут же преподнесли Дину, как слишком долгожданному гостю, и отказаться было бы просто невежливо. Поэтому Дин с улыбкой взял и снова попробовал коктейль с кокосовым молоком. И знаете, его «Звездолеты Джеферсона» были куда круче.

-/-/-

Этим вечером на Макатеа ожидалось закрытие маскарада, которое бы завершило все эти увеселительные мероприятия, и Дина, разумеется, уговорили наконец-то всё-таки выйти на сцену в том образе в котором он и был заявлен изначально. Его одели в яркий блестящий бело-синий наряд, похожий на камзол принца какого-нибудь сказочного королевства, на шею повесили бусы, а на голову нацепили пластмассовую диадему, раскрашенную сверкающей золотой краской. Впрочем, в итоге смотрелось зрелищно. И с лоском. Дин растянул улыбку, поправил корону и вышел на сцену. Собравшаяся публика приветствовала его бурными овациями и аплодисментами. Он даже сначала растерялся, обводя взглядом ликующую толпу народа, но потом помахал руками, приветствуя собравшихся. Ему ответили одобрительными восклицаями. Дин глубоко вдохнул. — Знаете, а на этом острове несколько более шумно, — он решил попытаться разрядить обстановку шуткой. Публика тут же разразилась смехом. У него получилось. Дальше стало проще. Дин рассказал им истории про то как макака чуть не украла у него телефон, и про то как он едва не стал ужином для акулы, если бы Кастиэль с сигнальной ракетой не пришел на помощь. Рассказал про ядовитую змею, и про то, что на всю жизнь напился кокосовым молоком. В общем, почти все, опуская моменты взаимодействия его и Каса. Хотя именно это лично ему и казалось самым важным. Зрители слушали его с удовольствием, приоткрыв рты. Иногда задавали вопросы из серии: « А как же вы не боялись диких зверей? И как добыли огонь?». Дин, вспомнив школу скаутов в которой тусил Сэм, со всеми подробностями обстоятельно рассказал им как следует выжигать огонь с помощью двух камней и только в конце истории добавил о том, что у него была с собой хорошая кремниевая зажигалка. Все снова покатились со смеху. Обстановка стала вполне комфортной, и Дину уже даже начинало нравится происходящее шоу и его взаимодействие с публикой, когда неожиданный вопрос какого-то светленького парнишки практически полностью выбил почву у него из-под ног. — В день открытия маскарада, когда мы все очень сильно ждали Вас, в программке было указано, что запланировано объявление о помолвке, — парнишка улыбался, он явно не понимал, что он сейчас творит с Дином своими словами. — Ждёт ли нас это сегодня? Дин несколько раз моргнул. Взволнованно облизнул губы и растерянно пробежал глазами по собравшемся перед сценой людям. Которые со всем вниманием сейчас смотрели прямо на него. Дин не обсуждал с отцом эту тему после своего возвращения, но никто не сказал ему что его предстоящая помолвка с Лизой отменена. Значит сейчас, вероятно, все по прежнему ждут её. Кроме Дина. И вроде как он должен объявить сейчас об этом и пригласить Лизу на сцену. Но… он не хочет. Дин взволнованно переступил с ноги на ногу и снова облизнул губы. По публике пробежал шепот, народ начал переговариваться. Дин понимал, что, наверное, сейчас он портил все, портил весь настрой, всю атмосферу, но он не мог себя заставить. И он не мог и отрицать, потому, что это, вероятно, прозвучало бы грубо и оскорбительно. Он не хотел быть с Лизой, но он не хотел её обидеть или унизить в этой ситуации. Но решиться сделать удобно для всех, наплевав на себя… В голове снова всплыли слова Каса: «Твоя жизнь единственная, Дин. Ты не должен приносить в жертву свою возможность прожить её счастливо» Дин сглотнул комок. Ему нужна помощь. Он опять растерянно пробежал глазами по толпе, но увидел только непонимающие и недоуменно направленные на него любопытные взгляды. Потом, когда отец будет его ругать, за то, что он все испортил, он, возможно, сможет сослаться на то, что они не договаривались о заявлении перед его выходом на сцену, но это будет не правдой, потому что причина не в этом. Причина исключительно в том, что он просто не хочет помолвки с Лизой. Блин, он хочет быть с Касом. Он хочет опять на остров, где не было всей этой толпы, обязательств и софитов, где они были только вдвоем. Где Кас был только его. И никто ничего от него не требовал. Дин зажмурился, не зная, что делать и теряясь окончательно. Он снова переступал с ноги на ногу и кусал губы. В этом момент кто-то подошёл к нему сбоку, осторожно обнял, а мягкие губы нежно поцеловали его щеку. Дин распахнул глаза и повернулся. Кас. Стоял рядом с ним, и тепло улыбался, продолжая обнимать его. Его синие глаза такие добрые и открытые, и они так заботливо смотрели на Дина. Дин выдохнул с громадным облегчением, и на его губах тут же появилась сияющая улыбка. —Кас, — счастливо прошептал Дин, глядя только на него. — Здравствуй, Дин, — тихо и ласково произнёс Кастиэль ему на ухо и забрал из его рук микрофон. Дин был более чем счастлив передать ему эту как-будто обжигающую сейчас огнём эстафетную палочку. —Добрый вечер, — поздоровался Кас уже с залом, окончательно переключая всё внимание публики на себя. Дин уже с расслабленной и довольной улыбкой смотрел на него. — Да, я тот самый пилот из-за которого Дин отсутствовал тут всё это время, — абсолютно серьезно произнёс Кастиэль, но зал почему-то воспринял это как шутку и народ рассмеялся. — Это действительно так, — качнул головой Кастиэль, но смех стал только громче, кто-то засвистел. Дин подошел к Касу и, положив ему руку на плечо, наклонился к микрофону: — Тот самый пилот, благодаря которому я вернулся сюда живым! Он совершенно не хотел, чтобы Кастиэль обвинял себя вот так перед всеми, скромно умалчивая, о том, что если бы не его блестящие навыки, не стояли бы они сейчас тут. Толпа разразилась овациями и аплодисментами. — А ещё он умеет готовить змей! — продолжил хвалить своего друга Дин. Пусть все знают какой Кас неординарный и крутой чувак. Народ снова рассмеялся, кто-то аплодировал, кто-то кривил лица, изображая тошноту. Дин, отчасти, мог их понять — если бы он не знал вкус или Кас рассказал ему ингредиенты до еды, он бы реагировал точно так же. — Я делал это в первый раз, — дернул плечами Кастиэль, и публика снова рассмеялась. Из зала послышались возгласы: —Здорово! — Круто! — Несите пиво! — Так что на счет помолвки? После последнего вопроса улыбка снова слетела с лица Дина, и он встревожено перевёл растерянный взгляд на Каса, прося помощи. Но Кастиэль, на удивление, совершенно не смутился. Он тут же хитро улыбнулся и подмигнул Дину. Потом приобнял его правой рукой, а затем повернулся к залу и громко объявил в микрофон: — Да, мы с Дином хотели объявить о помолвке. Народ на мгновение замер. А потом разразился овациями. Это было неожиданно. Нестандартно. Но чрезвычайно эффектно и удачно. О таком красивом выходе из возникшей ситуации Дин даже не думал. Он облегченно выдохнул, улыбаясь. А Кастиэль хоть и улыбался на публику, перевел на него настороженный и несколько взволнованный взгляд. Должно, быть опасался, что Дину может не понравится такой перфоманс. Но Дин был так счастлив, что Кас одним махом вытащил его из тех обязательств, в которые он чуть было не провалился, что он ярко заулыбался ему и закивал. Тогда Кастиэль снова притянул его в объятия, обхватывая обеими руками и поцеловал. Дин с радостью и энтузиазмом ответил на поцелуй. Зал ликовал, гудел и аплодировал, но Дину было уже абсолютно все равно. Губы Каса были такие мягкие, такие приятные и уже такие родные, что он никак не хотел отрываться. Диджей тем временем включил громкую музыку, и они, восприняв это как призыв закругляться, всё- таки оторвались друг от друга и взявшись за руки, несколько раз поклонились залу и под нескончаемые аплодисменты покинули сцену. Даже оказавшись уже за кулисами, Дин не хотел выпускать из своей руки ладонь Кастиэля. — Кас, ты так вовремя, — с нежной благодарностью произнёс Дин с теплом смотря в такие красивые и синие глаза, по которым так соскучился за это утро. — Мне показалось, что тебе не помешает поддержка… — мягко и робко улыбнулся Кас, выглядя таким неловким, словно это совсем не он несколько мгновений назад без малейшей тени смущения объявлял о них всему миру. — Да, мне было нужно… — кивнул Дин и поправился, — мне нужен ты, Кас. Кастиэль молча и тепло улыбался, смотря на него. — Но… как же твоя девушка? — вдруг, нахмурившись, Дин вспомнил встречавшую Каса брюнетку. — Она сейчас наверное в шоке? Или… — Дин испуганно сглотнул. — Или ты всё это сказал … ну, в шутку? Кастиэль нахмурился, тут же переставая улыбаться. Его взгляд резко стал каким-то подавленным и разочарованным. Он сглотнул и осторожно разъединил их руки. Дин сразу почувствовал стремительно окутывающий его холод, несмотря на тропическую жару вокруг. — Ты хочешь, чтобы это было шуткой? — сосредоточенно всматриваясь в него, как-то сухо и слишком без эмоционально спросил Кас. — Нет, я нет! — тут же заверил его Дин и взволнованно прикусил губу. — Просто, та девушка…. и я… Я не понимаю, Кас! — в отчаянии произнёс Дин, взмахивая руками. Взгляд Кастиэля снова стал теплым, а на его губах появилась мягкая улыбка: — У меня нет никого, кроме тебя Дин, — он осторожно погладил Дина по щеке кончиками пальцев, успокаивая. — Та девушка, Мэг, моя подруга. Она хороший человек безусловно, но мы с ней лишь приятели, а люблю я тебя. И только тебя. Любит ЕГО. Кас его любит. Он не одинок в своих чувствах. Они взаимны. Дин не смог сдержаться от того, чтобы не потянуться к Касу с поцелуем.

-/-/-

В этот момент к шокированному уставившемуся на сцену Джону Винчестеру подошёл Руфус Тёрнер. Владелец неплохой и достаточно популярной сети баров в Лоуренсе. Джон долгое время склонял его к бизнес- партнерству, но Тёрнер всё оттягивал ответ на предложения старшего Винчестера. — Поздравляю, Джон! — Руфус протянул ему руку. — Знаешь, до этого момента я считал тебя снобом и ихтиозавром, и когда ты говорил про помолвку, я бы даже не подумал… — он улыбнулся. — В общем, мои поздравления. И да, я думаю, мы с тобой определенно заключим договор о партнерстве. Несколько удивленный его речами Джон ответил на рукопожатие, но решил не упускать хороший шанс и тут же сделал акцент на главном: — Отлично, тогда предлагаю обсудить за ужином детали договора. — По рукам, — кивнул Руфус и направился приветствовать Бобби Сингера. Джон вышел из толпы, и направился в сторону сцены с которой сейчас спускался его сын в сопровождении того пилота, которого всего несколько сколько минут назвал своим партнером. И вовсе не деловым. Это, правда, было более чем неожиданно, но в итоге сыграло Джону на руку и оказалось очень полезно для пиара их компании, но он должен был прояснить один момент. — Дин, — громко позвал Джон, проходившего сына. Дин растерянно замер, сказал пару слов Касу, и тяжело вздохнув, медленно подошёл к отцу. Кастиэль пошел следом за ним и встал позади него, в полушаге. Всего несколько мгновений назад Дин был так счастлив и совершенно сейчас не хотел никаких скандалов и выяснений отношений, но без этого, видимо, обойтись будет нельзя. Рано или поздно этот разговор всё равно состоится. Сейчас, так сейчас. Дин снова вздохнул. Он понимал, что его отец в шоке, да. Ведь, тот ожидал увидел его на сцене в обнимку с Лизой, а уж никак не с Касом, но Дин в первые в жизни решил сделать что-то для себя. Наперекор Джону. Дин весь напрягся и неловко отвёл взгляд в сторону. — Дин, — как-то осторожно, но на удивление спокойным тоном, обратился к нему отец, — скажи мне… ты это сейчас сделал ради пиара нашей компании? Дин взволнованно облизнул губы. Он дает ему шанс, отменить всё. И вроде бы так просто сейчас согласиться с ним, и снова стать хорошим сыном. Удобным. Делать то, что от него ждут. Просто выполнять команды. И снова наплевать на себя. Дин по-прежнему хотел угодить отцу. Хотел, чтобы отец ценил его. Хотел участвовать в семейном деле. Но что-то изменилось. Он больше не хотел при этом уничтожать себя. Ему было страшно. Он понимал, что неверным ответом он испортит отношения с отцом. И его скорее всего вышвырнут из компании, и, вероятно, из семьи. И это однозначно будет тяжело. Но почему-то сейчас он уже не воспринимал это столь жутко, как неделю назад. Может быть потому, что потерять всего себя для него стало выглядеть страшнее. Может быть, благодаря стоявшему за его спиной Касу, который олицетворял всеобъемлющую поддержку. Дин сделал глубокий вдох и решительно посмотрел на отца. — Нет. Я сделал это потому… потому что люблю его, — решил откровенно признаться Дин. Да, сразу разом и будь, что будет. — Вот как… — глубокомысленно произнес Джон и на какой-то момент замер, осознавая. А затем неожиданно широко улыбнулся: — Тогда поздравляю! — он быстро и решительно притянул Дина в объятия. Растерявшийся от такой развязки, Дин, опешивши захлопал глазами и смущено обнял его в ответ. Джон похлопал сына по спине и отстранился. Затем перевел строгий взгляд на Каса: — Если ты его обидишь — убью, — грозно предупредил Джон. — Ни в коем случае, сэр, — торжественно пообещал Кастиэль, вставая плечом к плечу с Дином. Именно в этот момент до них добрались танцующие Ламбаду Сэм с Габриэлем, и взяв Дина и Кастиэля за плечи, втянули их в паровозик танцующих, и, в самом прямом смысле слова, утащили их от дальнейшего разговора с отцом. К Джону же подошел не участвующий ни в каких танцах Бобби Сингер. — Браво, — искренне похвалил его друг, —а я думал, что ты сейчас сделаешь очередную глобальную и беспросветную чушь. Джон серьезно покачал головой: — Я только вчера нашел сына. И не хочу потерять его снова. Бобби одобрительно кивнул. Звучавшая музыка стала громче, заиграли трубы и барабаны, а в небе начали вспыхивать разноцветные огни фейерверков. Праздничный маскарад на острове Макатеа подходил к концу.

-/-/-

Полгода спустя. Отполированная до зеркального блеска черная Шевроле Импала быстро мчалась по шоссе в сторону аэропорта. Вскоре Дин Винчестер припарковал Детку на парковке Муниципального аэропорта Лоуренса и, спеша, устремился внутрь. Он быстро и уверенно проходил через множественные раздвижные стеклянные двери, торопливо демонстрировал на контроле свои документы, и уже практически бегом выходил к взлётно-посадочным полосам. Там уже стоял недавно приземлившийся широкофюзеляжный лайнер. Пассажиры ранее успели покинуть борт и теперь по трапу спускались вниз члены экипажа. Окруженный стайкой стройных стюардесс, в белоснежном костюме капитана воздушного судна шёл вернувшийся из международного рейса Кастиэль. Как всегда спокойный, целеустремленный и обворожительно красивый. Его темные волосы раздувал сильный холодный ветер, но Кас уверено и неспешно ступил на землю и пошёл по замерзшему асфальту. Хорошо, что Дин догадался взять с собой его пальто. А то замерзнет ведь, балбес, в своем охренительно горячем только для спальни костюме. И кстати, это идея. Дин нетерпеливо прикусил губу. Пройдя несколько метров в компании своей команды, Кастиэль осмотрелся по сторонам и заметил Дина. Внимательный взгляд родных синих глаз и появившаяся на губах Каса счастливая улыбка, тут же заставили Дина ярко улыбнуться ему в ответ. Тогда Кастиэль оторвался от своей команды и быстрым шагом пошёл к Дину. Винчестер, разумеется, устремился ему навстречу. Меньше чем через минуту они встретились и сразу заключили друг друга в объятия. — Я очень скучал по своему мужу, — признался Дин и потянулся к его губам. — Я тоже, Дин. Я тоже, — ещё крепче прижимая его к себе, произнёс Кас, тут же начиная целовать. Горячо, страстно и желанно, но при этом так ласково, и так нежно. Как умеет только Кастиэль. Дин обвил руками его шею и с упоением растворился, в как-будто уносящим его куда-то в даль, поцелуе. В небе над ними взлетали и заходили на посадку самолёты. А на землю, тем временем медленно начал падать снег, опускаясь на их головы и плечи большими пушистыми снежинками. Но они стояли обнявшись и просто продолжали целоваться.