Твой соулмейт - псих

      «Бойся своих желаний», — эта фраза неоднократно всплывала в голове Чон У. Обычно ночью эта фраза билась в его ушах, не давая уснуть. Парень вертелся на твёрдой и неудобной общажной кровати, которая сильно скрипела. Он чувствовал его взгляд на себе. Пронзающий, полный сумасшедствия взгляд, заставляющий сердце останавливаться, стекать холодному поту по спине и распространяться неконтролируемому страху.       «Бойся своих желаний», — снова и снова твердил голос уже громче, когда Со Мун Джо прижимал Чон У к стене. Липкий страх накрывал с головой, парень прижимался сильнее к стене и старался не дышать. Он чувствовал, как рука Мун Джо скользнула по бёдрам, торсу, груди, медленно подбираясь к шее. Лёгкая ухмылка на его лице и отталкивала, и завораживала, Чон У окончательно потерялся в своих ощущениях. Ему противно ощущать прикосновения этого психа на себе, ведь он не знал, что выкинет Мун Джо сейчас.       «Он грёбанный псих! Оттолкни его!», — где-то на грани реальности и сна кричал внутренний голос, но Чон У не мог здраво мыслить, разум медленно поглотил густой туман, а внутренний компас сбился с пути. «Заткнись, заткнись, заткнись», — мелькали его собственные мысли, которые тут же исчезали в пропасти. Ему противно даже от мыслей о Мун Джо, но при этом хочется чувствовать его прикосновения. Он окончательно сошёл с ума от переизбытка противоречивых желаний и эмоций, в которые он каждый раз окунается с головой.       Длинные пальцы Мун Джо добрались и до шеи, медленно пробрались к затылку, и он резко притянул к себе Чон У. Между их губами оставались считанные миллиметры, а кончики носов соприкасались. Мун Джо уже не ухмылялся, а улыбался, смотря чёрными глазами в душу Чон У. Парень забыл как дышать, когда горячее дыхание обожгло раковину уха. «Лапуля, сколько можно меня избегать?» ***       Чон У, как и многие, хотел отыскать свою родственную душу больше всего на свете. Он жаждал ощутить то спокойствие на душе, приятное волнение, которое колет всё тело и необъяснимое чувство, распространяющиеся вместе с кровью по организму. Хотелось ощутить то, что чувствовали его немногочисленные знакомые. Они с удовольствием рассказывали о том, как нашли своего соулмейта, свои чувства в этот момент. Они выглядели счастливыми и довольными. Знакомые с гордостью показывали своё запястье, на котором вместо заветной фразы изображён рисунок, обозначающий принадлежность определённому человеку. Чон У оставалось только натянуто улыбаться и поздравлять. Он украдкой смотрел на своё запястье с фразой, которую должна сказать его родственная душа. Но он её не находит ни в двадцать, ни в двадцать пять. Чон У уже отчаялся найти соулмейта и решил жить для себя.       В какой-то момент он переехал из маленького городка в пригороде Пусана в Сеул. Он предполагал, что в столице Южной Кореи его жизнь наладится, но из-за нехватки денег заселился на первое время в старое общежитие на окраине Сеула. Стены в общежитии облезлые, везде пыль, комнаты два на два, словно гроб, подумал как-то Чон У. Атмосфера общежития наводит тревожность, а странные соседи не разбавили атмосферы никак. Наоборот, они навели ещё больше ужаса на и так зашуганного мужчину и не выглядели дружелюбно. Чон У поймал себя на желании поскорее сбежать отсюда, но он не может позволить себе что-то другое без хорошей работы. И Чон У остался в аду на яву на полгода.       Страх, опустошенность и гнев преследовали Чон У. Ему казалось, что за ним следили. И это оказалось правдой.       Первый раз он его встретил на крыше. Со Мун Джо, улыбался и протягивал Чон У банку пива. Сперва Мун Джо показался очень даже интересным собеседником, а атмосфера не такой мрачной. Но всё же что-то не давало покоя душе Чон У. Со Мун Джо оказался самым настоящим сумасшедшим, который ловко надевал маску доброжелательности. Красивый, обоятельный, добрый и сексуальный, мечта любого человека. И только Чон У сумел разглядеть в его плотной маске настоящую личность этого человека. После первого разговора на крыше они встречались чаще. Каждый вечер Чон У смотрел на ночной город и каждый вечер становился объектом наблюдения. Мун Джо всегда стоял рядом и смотрел. Он ничего не говорил, не возмущался и не отвечал на вопросы от Чон У. Он лишь усмехался, что-то бурчал себе под нос и уходил, оставляя парня в недоумении. Вскоре Чон У перестал обращать на него внимания.       «Псих он и есть псих», — успокаивал себя парень и закрывал глаза, приводя бешеное сердцебиение в норму. — Ты мне нравишься, — в очередной вечер заявил Мун Джо. Чон У не мог поверить в этот бред. В голове мелькали многочисленные признания от других, а перед глазами возникла фраза с запястья. Он уверен, что это очередное совпадение, коих было много. Уняв дрожь, Чон У спросил: — Ты псих? Запястье обожгло резкой болью, рука дрогнула и банка с напитком полетела вниз. Чон У перевёл свой взгляд на запястье. Заветная фраза исчезла, осталось только изображение с расколотым сердцем, из которого медленно капает кровь. Тело начало неметь, Чон У не осмеливался издать и звука и смотреть в глаза Мун Джо. Сердце остановилось, а тело словно заточили в железные путы. — Лапуля, мы родственные души, — губы Со Мун Джо искривились, а сам он встал напротив, оголив своё запястье с изображением забинтованного сердца.       В тот день Чон У сбежал с крыши и больше не поднимался туда. Он старался как можно меньше времени проводить в общежитии и видеть Со Мун Джо. Ему было страшно. Засыпая в своей комнате, он молился, как бы ему не пришлось открыть их снова. И каждое утро он просыпался живым. Невыносимо больно и тяжело проживал очередной день невыносимого ада. И изо дня в день он ловил на себе заинтересованный взгляд. А какие чувства вы будете испытывать, если ваш соулмейт псих? ***       Избегать всю жизнь Чон У не смог, ровно как и сопротивляться Мун Джо. Он обладал необычной аурой, которая и манит, и отталкивает.       Мон Джо умел расположить к себе. Именно поэтому Чон У позволяет проникать его языку всё глубже в свой рот? Или это страх быть убитым? Он не знал свои чувства и эмоции, страх, граничивший с одержимостью, накрывал с головой. Чон У понимал, что когда-то его убьют, но сам сильнее привязывался к Мун Джо. — Лапуля, — шептал обычно между поцелуями Мун Джо и подталкивал к кровати Чон У. Горячие прикосновения и поцелуи отбивали всякое желание сопротивляться и он отдавался. В такие короткие моменты ад переставал его беспокоить, страх отходил на второй план, а волнение смешивалось с возбуждением. Длинные пальцы внутри Чон У, поцелуи-укусы в шею доставляли огромное удовольствие.       В редкие моменты именно такой близости Чон У разрывался на части. «Как можно быть таким противным?» «Быстрее, Мун Джо, быстрее», — именно тогда он чувствовал себя ещё паршивее, понимая, что он лишь игрушка.       Но чаще всего Мон Джо обнимал Чон У со спины, посылая табор мурашек по всему телу. В любом месте и в любое время. Ему было всё равно на косые взгляды таких же ненормальных соседей, ведь они только пешки в его руках. Такие же пешки как и Юн Чон У. — Ты самый важный человек в моей жизни, — шептал он в затылок, зарываясь носом в чёрную копну волос. Чон У чувствовал улыбку, которую иногда мечтал стереть с этого лица. Но продолжал обнимать в ответ этого сумасшедшего. Его родственная душа — псих, который способен убить без задней мысли. Чон У жалел себя, но больная привязанность не позволяла уйти. Ад преследовал его до самой смерти…