Шастун, выведи формулу любви

Что может быть хуже, чем просыпаться от дебильного будильника, осознавая, что сегодня 1 сентября, и ты официально ученик 11А. Ничего. Вот и у Антона начался новый учебный год. Новая страница жизни? Нет, Антон по прежнему проспал и теперь, как сраный веник, бегает по квартире, сметая все на своём пути. Пока он собирался, его лучший друг, Матвиенко Сергей, названивал ему уже 20 раз. «Блять, что всем сегодня нужно?». — подумал Антон и снял трубку. –Антоха, ну наконец-то! , — бодро начал его друг. Похоже, что рано вставать для него сущий пустяк. –Я через 15 минут буду у тебя. –а. ЧТО? какие 15 мин…– Сергей сбросил трубку. «Это определённо лучший день в моей жизни» — эти пессиместичные мысли могли бы продолжаться все утро, если бы комнату Антона не наполнил звук домофона. «какие нахрен 15 минут?! он мне уже с подъезда звонил, козёл» — констатировал Антон, открывая входную дверь. Там его уже ждал улыбающийся Серёга, но, увидев друга, он немного охренел от жизни и оптимистической улыбкой принебрег. –Ты че в пижаме?! Тох, ты ахуел?! — на повышенном тоне и риторически спросил Матвиенко. Ответа не последовало, но последовали вопли убегающего Антона, который окончательно собрался всего за 2 минуты, и теперь они с Серёгой вместе шли в школу. –эх. Светка уволилась. Поставят сейчас какого-нибудь обдолбанного химика-деда… Так ещё и наш классный руководитель. — грустно высказался Антон, игнорируя попытки друга заговорить о чем-нибудь другом, ибо он тоже от школы удовольствия не получал. –Светка-Светка, на кого ж ты нас оставила., — в таком же тоне продолжил Матвиенко. Светкой они называли свою бывшую химицу или ангела-хранителя-классного-руководителя-добрейшей-души-человека. Она ушла ещё в мае, когда выяснила, что неизлечимо больна. Ребята из бывшего 10А все лето по очереди ходили к ней, а Антон с Серёгой поддерживали связь с её мужем, чтобы знать о её состоянии. Врачи давали ей полгода, болезнь необратимо прогрессировала. Некоторые одноклассники Антона впервые столкнулись с такой проблемой, а некоторые были убеждены, что Светлана Николаевна справится. Лишь Антон с Серёжей знали, что с больницы ее уже не выпускают, и она не может вставать. Они были у неё позавчера, получив слова напутствия на этот учебный год и, похоже, уже на всю жизнь. Сегодня надо было сообщить все классу, ведь это лучше, чем они будут в неведении. Да и скрывать уже нечего, Светлана Николаевна стремительно умирает. –Надо как-то нашим сообщить. –начал было Антон, но его прервали. –К ней бы сходить для начала, Тох.–предложил Сергей –Были мы у неё позавчера, ты сам видел в каком она состоянии. Ей даже говорить трудно, я не говорю про то, как она выглядит. Она бледная, будто уже конец. –с горечью сказал Антон, сдерживая слезы. –Сегодня созвонимся с её мужем, узнаем когда можно приехать. Соберёмся как обычно. Вот только думаю, что это уже последний раз. Серёга ничего не ответил, в глубине души он был полностью согласен со своим другом, но он по жизни был оптимист, в отличие от Антона, поэтому поверить в скорую смерть своего любимого классного руководителя было очень трудно. На такой ноте они дошли до школы, которая сегодня была украшены вдоль и поперек. И, конечно, не забыли и любимый плакат Антона, на котором было написано: «Ни искусство, ни мудрость не могут быть достигнуты, если им не учиться.» — Эти знаменитые слова Демокрита висели тут с начала основания школы, поэтому каждый их уже выучил. У расписания столпилось куча народу, справиться с которой было почти нереально, поэтому друзья ждали немного поодаль от него, надеясь, что толпа разойдется. Поняв в какой они обсурдной ситуации, уже через 5 минут они приняли решение просто прогуляться по школе, надеясь найти свой класс в одном из кабинетов. Найти их удалось быстро, они все обреченно стояли около кабинета химии. Хуже лиц, чем эти, не увидишь. Кто-то залипал в телефон, кто-то потупившимся взглядом смотрел в стену, кто-то разговаривал со своими друзьями, а кто-то принялся читать новую книгу по химии. За одиннадцатый, последний класс. –Всем привет, ребята! — немного бодро начал Антон, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. –Кто-нибудь уже видел нового классного руководителя? Отовсюду послышалось «не, не видели» или отрицательное качание головой. –Да 100% это дед какой-нибудь. — Выпалил Стас, местный обдолбыш. –Я бы не был так уверен, — послышалось сзади. — Я только что его видел, брюнет с голубыми глазами, высокий и слегка деловитый. А ещё пахнет высокой самооценкой. –Хорошо что пахнет, а не воняет. –ответил Антон, и класс дружно засмеялся, пока он со всех ног бежал к Димке Позову, который и осмелился так охарактеризовать нового классного руководителя. –Антохааа, — закричал Позов, тоже начиная бежать в сторону Антона и Серёги, — долбоебы мои любимые. Они трое обнялись и уже радостно предвкушали новый учебный год, ведь троица снова воссоединилась. Первый звонок оповестил ребят, что пора заходить в кабинет. Но где же учитель? –Я так понимаю к нам сегодня никто не придёт, пожтому я бы хотел рассказать вам одну новос… –Начал было Антон, но его грубо прервал незнакомый голос. –Все новости после моего урока, расселись. –звучал голос очень мило, но манера подачи оставляла желать лучшего. Антон обернулся и даже приоткрыл было рот, чтобы возразить, но перед ним стоял ошеломительно красивый молодой человек, с голубыми глазами-сапфирами, брюнет, высокого роста. На нем был деловой чёрный костюм и галстук. В руке он держал сумку и журнал, на котором было каллиграфически выгравировано «11А». Он вопросительно смотрел на Антона, который уже с полминуты разглядывал его, изучал вдоль и поперёк, так и не закрывая рот. Когда Антон пришёл в себя, мужчина ухмыльнулся и прошёл на место учителя. А Антон прошёл на свое почётное место на последней парте. Он привык сидеть там один, это было его комфортное место. Когда Антон наконец уселся и достал учебники, он увидел на себе вопромительный взгляд своих друзей, которые с таким удивлением на него смотрели, будто тот ограбил банк на глазах у полиции. –Тох, ты че? Программа глючит? , — в шутку спросил Матвиенко. Антон оставил его без ответа, все также смотря на своего нового учителя, который, к слову, так и не представился. Он с такой важностью и серьёзностью перекладывал бумажки, что даже не услышал звонок. –Эй, мы урок начинать будем? , — деловито с первой парты крикнул Стас. Арсений посмотрел на него ледяным взглядом. –Всем здравствуйте, — химик уже вышел на кафедру, обводя взглядом своих учеников, — Меня зовут Арсений Сергеевич Попов, я ваш новый учитель химии и, по совместительству, классный руководитель. Класс дружно поздоровался и встал, чтобы приветствовать учителя. –Не бойтесь, я не страшный и не зануда, который будет заставлять вас учить химию. Напротив, я к вам предрасположен. Директор очень хвалила вас, как самый лучший класс в школе. — уже спокойным тоном сказал Арсений Сергеевич. — Давайте знакомиться? Я буду называть ваше имя, а вы мне скажите, как я могу вас назвать, чтобы никому не было обидно, что я зову вас по форме имени, которую вы не любите. Я все понимаю. –сказал он со своей сияющей улыбкой, хватая журнал. Химик сначала просто прошёлся глазами по списку, а потом стал зачитывать имена. Антон был последний в списке, поэтому особо не парился и витал в облаках. –Сергей, — громко произнёс учитель, ища взглядом того, кого назвал. –Это я, — поднял руку Матвиенко, — можно обойтись просто 'Серега'. Химик улыбнулся, дальше следуя списку. Очередь достигла и Позова, который, похоже, уже придумал как его будет называть Арсений весь оставшийся год. –Дима, –учитель поднял взгляд. –В наличие, — громко сказал Поз, — Можете просто 'любимый'. Класс разразился оглушительным хохотом, засмеялся и Арсений Сергеевич. –хорошо, любимый. Все же не будешь против, если я буду общаться к тебе 'Дима'? –Без проблем, любимый. –Позов явно сегодня в ударе. — Не при классе же. По классу прошлась вторая волна хохота, а Антон мирно уснул на парте.