Стратег

***

- Я больше не буду разговариваь с тобой, Гермиона! Теперь у меня нет лучшей подруги! Раздраженная и полыхающая Джинни Уизли пулей выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью, сотрясая при этом стены общежития для девочек. Характер сестры Рона всегда был таким ярким и взрывоопасным. Иногда Гермиона сравнивала свою лучшую подругу с очень опасной бомбой замедленного действия, которая при малейшей опасности уничтожит каждого. В этот раз их ссора была более крупной, и умнейшая ведьма своего столетия ощущала огромную боль под ребрами, которую приносило разорванное от колких фраз сердце. Этот день уже был обречён на провал. Гермиона попыталась сосчитать до десяти и успокоится, но перед глазами уже замелькали события завтрака в большом зале.

***

- Сегодня такой солнечный день! Такое редко можно встретить дождливой осенью. Рон обещал пойти на поле для квиддича и потренироваться со мной вечером. Джинни с широкой улыбкой приземлилась на свободное место рядом с шатенкой и устремила на нее свой пытливый взор. Рон. Именно он являлся причиной плохого настроения Гермионы уже два месяца. Парень не замечал подругу и буквально игнорировал ее. Это угнетало и разрушало гриффиндорку, которая испытывала к своему другу неоднозначные чувства. Ей казалось, что она влюблена в него, и такое новое ощущение пугало ее. В голову девушки сразу приходили героини из романов ее бабушки, книги в разноцветных обложках всегда стояли на самой высокой полке в небольшой комнатке пожилой женщины. Только Гермиона всегда была собранным человеком, старалась не упасть в грязь лицом и в ненужный момент не поддаться эмоциям. Именно поэтому она не понимала почему главные действующие лица были слишком эмоциональными и какими-то бесхарактерными, у ведьмы сразу создавалось впечатление, что они написаны одним человеком. Девушки либо были непомерно счастливы, либо всю книгу страдали от неразделённой любви, а потом умирали. Гермиона ни разу не дочитывала такое произведение, ей больше было интересно разбираться в большом количестве сюжетных поворотов или просто наслаждаться красивым языком автора. Спустя небольшой отрезок времени и тщательного обдумывания ситуации, у волшебницы сложилось впечатление, что эти чувства правильны. Она любила семью Уизли и то, что Гермиона должна в будущем стать их частью, казалось таким очевидным и верным. Из-за этого привязанность к Рону была причислена к влюбленности, и все сразу становилось на свои места. Но у парня был другой объект воздыхания. Лаванда Браун- блондинка с голубыми глазами, прямым носом и очень правильным овалом лица. Она неожиданно для всех начала смеяться над шутками Рона, улыбаться и ждать его у входа в класс и даже приходила на все тренировки парня. Лучшая подруга Парвати Патил любила строить глазки мальчикам и обсуждать все сплетни в этом мире. Полная противоположность строгой и всегда собранной Гермионы чем-то приглянулась Рону. Холодность и напряжение в отношениях двух лучших друзей заметил даже Гарри, и это окончательно сломало девушку с копной кудрявых волос и россыпью веснушек на носу. Гриффиндорка понимала, что мальчику, который выжил сейчас сложнее всех. Перепалки и недомолвки с Роном только усугубляли психологическое состояние Гарри. После назначения Дамблдором дополнительных занятий, он стал постоянно ходить очень уставшим и измотанным, подозрительно относился ко всем вокруг, общаясь лишь с близкими друзьями. При виде угнетенного состояния волшебника сердце начинало болезненно сжиматься, пропуская удары.

***

- Джинни, это прекрасно, что у тебя сегодня хорошее настроение, но я должна дочитать этот параграф. Профессор Слизнорт в последнее время ещё более придирчив, мы не должны потерять баллы по глупости! Гермионе сегодня было хуже чем обычно, все внутри буквально молило о том, чтобы имя рыжеволосого друга не произносилось никогда или хотя бы не при ее присутствии. - Таак... Я похоже знаю кто виновник сердитой Гермионы. И это не новый профессор зельеварения? Ведь так? Длинноволосая бестия с коварной улыбкой, наблюдала за изменением лица девушки, сидящей напротив. Ее бледная кожа щек и ушей стала менять цвет на более яркий. Губы превратились в тонкую линию, а на лбу появилось несколько мелких морщинок. - Да, ты права. Это из-за Рона, но ведь в этом ничего плохого, то что я пытаюсь наладить отношения с лучшим другом? Гермиона очень старалась что бы ее не подвел голос. Такая тема была ей не по душе и меньше всего ей хотелось обсуждать именно ее. - А мне казалось между вами что-то большее? - Тебе показалось, Джинни. Почему все так? Почему просто нельзя поговорить о погоде? Девушка была готова даже обсудить ненавистный квиддич, только бы не возвращаться к разговорам о старшем брате подруги. Не дожидаясь продолжения неприятного во всех смыслах диалога, Гермиона решительно произнесла: - Я не хочу больше говорить об этом. С меня хватит! Поднимаясь со своего места гриффиндорка, заметила подозрительное выражение лица Джинни. Уизли все поняла и теперь наверняка сделает все возможное, чтобы они были вместе.

***

Гермиона направилась прямиком к окраине Запретного леса. Прямо сейчас ей надо было все обдумать и решить, что делать дальше. Разговор с сестрой Рона оставил после себя горький привкус печали и пылающие огнем щеки, которые отдавали покалыванием при порывах сильного ветра. Когда все пошло не так? Когда их крепкая дружба дала трещину? Как помочь облегчить груз, резко опустившийся на плечи Гарри? Из раздумий девушку вывел чуть хрипловатый голос: - Если ты сейчас стараешься не разрыдаться в голос то у тебя плохо получается. От неожиданности все внутри Гермионы сжалось и вздрогнуло. Медленно приоткрыв глаза, девушка увидела перед собой высокого смуглого юношу с копной кудрявых волос и черными как смоль глазами. Он был одет в очень строгую мантию, которая закрывала всю шею и упиралась в подбородок. Было видно, что парень выходец из очень древнего и богатого рода. На это указывала его манера растягивать гласные, высоко держать подбородок и смотреть на окружающий мир свысока. Можно было бы подумать, что ему правда интересно ее самочувствие, если бы не ярко выделяющаяся эмблема Слизерина. Нет. Слизеринцы не умеют сочувствовать, у них все несет какую-либо выгоду. Нужно лишь вспомнить, что все темные волшебники чаще всего заканчивали именно факультет Салазара Слизерина. Перед глазами сразу замелькали картинки из лавки в Лютном переулке, где Малфой запугивал владельца магазина и требовал что-то починить. К тому же Гарри рассказывал о том, что подслушал в Хогвартс-экспрессе. Драко получил какое-то важное поручение от Волан-де-Морта и был очень взволнован по этому поводу. Все это доказывало гнилое и аморальное поведение учеников Слизерина. - Ищешь повод посмеяться над грязнокровками со своим дружком? - Ооо… Честно, даже не думал об этом. Я намного вежливее Драко и не раскидываюсь такими плохими словами в присутствии дам. - Неужели? Я никогда не доверяла незнакомым людям, тем более таким как ты. - Незнакомым? Мне казалось мое имя знают многие, по крайней мере хотя бы раз слышали. Гермиона, меня зовут Блейз Забини. Ведьма невидящим взором уставилась на протянутую руку, облаченную в кожаные перчатки, с массивным фамильным кольцом на безымянном пальце. Украшение было необычным с множеством витиеватых узоров, а на темно-голубом камне красовалось изображение грифона. Понимая, что нельзя смотреть на фамильную ценность настолько долго, Гермиона резко отвела взгляд. Слизеринец молча опустил руку и с лукавой улыбкой произнес: - Нравиться? Это кольцо передается по наследству от отца к сыну. Я помню, как все мои предки гордились им и при каждом удобном случае, выставляли его напоказ. Мой отец также постоянно восхищался тонкой работой этого украшения. - Почему выбран именно грифон? Никогда бы не подумала, что у вас символом является не только змея. Этот Блейз был странным. Он общался с ней на равных и за весь их разговор еще ни разу не вспомнил о ее чистоте крови. Гермионе показалось, что от него веяло какой-то загадочностью и это не могло не настораживать. Дурная слава учеников с изумрудными галстуками еще больше усугубляла ситуацию. - Грифоны-противоречивые существа, одновременно объединяющие Небо и Землю, Добро и Зло. Они могут выступать и как защитники, покровители; и как злобные, ничем не сдерживаемые звери. - Это значит, что ты можешь быть и добрым и злым одновременно? Помогать одному и уничтожать другого. - Возможно. Только все зависит от моего отношения к кому-либо. И только я решаю, что мне сделать этому человеку добро или зло… Опасность. Единственное слово, пришедшее в воспаленный мозг Гермионы. Интонация, с которой была произнесена последняя фраза несла в себе такую скрытую угрозу, что девушка почувствовала, как внутри все словно обвалакивает холод, вызывающий самые неприятные ощущения. Появившийся шум в ушах сопровождался невозможностью вдохнуть, и хоть как-то прийти в себя. Шестое чувство стало буквально кричать о том, что она должна немедленно убираться отсюда. Волшебнице резко захотелось стать меньше и исчезнуть с этого места. Нужно уходить. - Была рада знакомству, но мне пора. Стараясь хоть немного держать под контролем ситуацию, девушка начала ускорять шаг, чувствуя на себе пристальный взгляд темных омутов. Она никогда не считала паническое бегство нужной тактикой, но в этот момент это было ее спасением. Пожалуйста пусть он не пойдет за ней. Пусть забудет о ее существовании. Пусть они никогда больше не встретятся. Этот воскресный осенний день забрал у нее всю энергию. Начало учебного года сопровождалось полным фиаско.

***

- Гермиона, привет! Рон, сидевший до этого в кресле, поднялся и радостно подбежал к вошедшей в гостиную Гриффиндора подруге. Приободряющая улыбка Гарри придала девушке больше уверенности в намечавшемся разговоре. Она еще не совсем успокоилась после ссоры с его младшей сестрой поэтому такое резко изменившееся настроение друга сильно удивило ее. При виде такого давно забытого поведения Уизли, волшебница не могла не заулыбаться, забыв о всех переживаниях. Все-таки она очень скучала по их общению. - Я тоже рада тебя видеть. Тебе что-то нужно? Боль, отразившаяся на лице парня, говорила сама за себя. Волшебнице показалось, что вместе с моральной болью он испытал и нестерпимую физическую. - Ааа… Да, Гермиона! Я бы очень хотел вернуть нашу дружбу с тобой! Мы почти всю жизнь вместе, а сейчас эта дистанция убивает меня. Может ты дашь мне еще один шанс? Кто говорил, что нельзя вернуть миру краски всего одним предложением? Невзгоды и проблемы приняли второй план. Волшебница еще раз широко улыбнулась и произнесла такие правильные и нужные слова, которые откликались приятным теплом во всем теле: - Я думаю мы попробуем вернуть все в прежнее русло, Рон.