Меланхолия

Виолетта радостно шагает по улицам города, одаряя людей солнечной улыбкой в пасмурный день. Сегодня она наконец-то встретится с Мишель и они смогут провести немного времени вместе. С самого утра, девушка чувствовала себя, грубо говоря, ужасно. Слишком бессильно, вяло, местами раздражённо. Была даже мысль, отложить прогулку на какой-нибудь другой день, но понимает, что другой день может быть очень не скоро, поэтому решает перебороть своё утомлённое состояние, вновь внушив себе, что всё в порядке и она обязательно справится. Малышенко идёт в уже знакомое для неё место - маленький магазинчик, где всегда продавали алкоголь малолеткам. Она заходит в помещение, облегчённо вздыхает. Тут теплее, чем на улице, поэтому она задержится внутри минут на десять, ведь до назначенного времени ещё около получаса, а мёрзнуть на улице не хочется. Шатенка подходит к стенду с сигаретами и выбирает любимые - ментоловые. Оплачивает на кассе и становится чуть дальше входа. Достаёт из кармана побитый телефон и пишет Гаджиевой краткое: "Ты уже вышла?", выключает смартфон и кладёт его обратно. На улице холоднее, чем вчера, поэтому после недолгой прогулки на улице, ей хотелось бы провести время в какой-нибудь кофейне, там теплее и можно спокойно поговорить, наслаждаясь временем проведённым вместе. Она подходит к месту назначения, где её уже ждёт кареглазая, чьи волосы слегка развиваются из-за гуляющего ветра. Виолетта подходит ближе, машет рукой. Обнимать не рискует, знает, что Мишель не особо тактильная, поэтому без разрешения она старается не нарушать личные границы. Лишь получив одобрительный кивок, шатенка крепко обнимает девушку, что в свою очередь бездействует, не отрываясь от экрана телефона. Они плетутся на любимое место Мишель - крыши многоэтажек. Пока Малышенко что-то увлечённо рассказывает, Гаджиева, кажется, не особо в этом заинтересована, поэтому просто смотрит ленту инстаграмма, изредка поглядывая на шатенку. Зелёноглазая заметила, что особого интереса к её рассказам Мишель не испытывала, поэтому где-то на середине пути решила замолкнуть и наконец дать той насладиться тишиной. — Как у тебя дела вообще? Как родители? — начала светловолосая. Несмотря на то, что Виолетта уже упоминала сегодня свою семейную ситуацию, она расскажет снова, так как сказать на прямую "я уже рассказывала, а ты меня не слушала" смелости ей не хватит. — Всё нормально, с мамой недавно поссорилась, а так всё отлично! У тебя как дела? Ты сегодня какая-то молчаливая. — Малышенко взяла девушку за руку, на что та не сопротивлялась, а лишь ухватилась покрепче. — Из-за чего поссорились? — Гаджиева наконец-то положила свой телефон в сумку и подняла взгляд на идущую рядом Виолетту. — Пустяк, я опять не так всё сделала.. Она сказала мне убрать, я убрала, ей не понравилось. Я сама виновата. Мне стоит стараться больше. — Виолетт, прекрати винить во всем себя, твои родители слишком придирчивые. — Мишель сжала руку девушки чуть сильнее. — Я не могу. Понимаешь, мне всегда кажется, что я делаю что-то не так, это раздражает. Я в последнее время очень растерянная, у меня многое не получается и чувствую себя устало. — шатенка смотрит куда-то вдаль, слегка прищурившись. — Делать ничего нормально не могу, с кровати еле встаю, а тут ещё школа, музыкалка, мама ещё к репетитору запихнуть хочет! — Дорогая, тебе стоит посетить психолога. Как минимум, у тебя выгорание, а как максимум, депрессия. Хорошим это не закончится. Тебе стоит больше отдыхать. — У меня нет денег на психолога, а мама в любом случае откажет, если узнает. Она вряд-ли считает, что у меня есть какие-то проблемы, ей, грубо говоря, всё равно. — Подумай о себе хоть раз. Ты думаешь о всех вокруг кроме себя, но должно же быть наоборот. Тебе стоит научиться принимать себя и хоть капельку уважать, тогда будет легче. Виолетта задумалась над словами блондинки. Она действительно права, но признать это Малышенко не может, так же, как и понять. — Извини, но я просто не понимаю как это сделать. Светловолосая лишь тяжело вздыхает. Понимает, что своими словами вряд-ли поможет, ведь над этим нужно долго работать и прежде всего хотеть самому что-то менять, но Малышенко, кажется, не спешит этого делать. Возможно потому что привыкла. Привыкла и считает нормой, ведь живёт в такой обстановке уже много лет. Она не знает как может быть по-другому, не знает, что такое любить и уважать себя. И какого это, когда тебя уважают и любят твои родные. Девушки забегают в приоткрытый подъезд какого-то дома и поднимаются на самый верхний этаж, где находится проход на крышу. Гаджиева помогает Виолетте забраться и через пару секунд открывается красивый вид на одну из частей города. Густой туман красиво рассеялся над домами, заставляя почувствовать себя словно в другом мире. Выглядит невероятно красиво. Мишель подходит к краю крыши, шагая по нему так, будто там снизу батут стоит, который в случае чего убережёт её от падения. Малышенко за руку ту держит, боится, что сорвётся резко и вниз полетит. Виолетта привыкла к подобным выходкам блондинки, ведь знакомы они не первый год. Удивляет, что два настолько разных человека, смогли найти общий язык между собой и даже начать отношения. Их общение началось в старой квартирке, более двух лет назад, на дне рождения одного из их общих знакомых. Поладили они сразу. Одну зацепила харизма, другую лёгкость. Так и началась дружба, переросшая во что-то большее. Малышенко до последнего сомневалась, что их чувства могут быть взаимны. Около года она ходила с ужасным чувством "невзаимной любви" и подавленности лишь из-за одного человека. Да и Мишель никаких намеков на отношения или хотя бы на симпатию не давала. Так и умирала надежда быть любимой хоть кем-то, но один день всё поменял. Шатенку из дома выгнали, снова, а Захаровой звонить стыдно, ведь и так часто просится переночевать. Дрожащими руками набирает номер Мишель и послушно ждёт ответа. Слава богу, Гаджиева была дома и смогла приютить выброшенную, словно котёнка на улицу, Виолетту. За ночь они обсудили большое количество тем и Малышенко наконец призналась в своих чувствах, которые скрывала больше года. Сказать честно, ей даже легче стало тогда. Сейчас же они сидят на краю здания, свесив ноги вниз. Виолетта пытается не показывать того, как боится высоты, поэтому напряжённо сидит, вцепившись в руку кареглазой. — Вот, ты, когда так рискуешь жизнью, тебе не страшно? — Нет, совершенно. Мне это нравится и я получаю от этого удовольствие. — Постарайся беречь себя, я волнуюсь, как никак. — Гаджиева лишь усмехнулась, смотря на дневной город с высоты птичьего полёта. — У меня как-то, подруга сорвалась так, с восьмого этажа вниз полетела. — кареглазая подняла голову вверх, наблюдая за плывущими по небу облаками. — Она умерла? — вопрос прозвучал крайне глупо, потому что упав с такой высоты, летальный исход самый вероятный. — Нет, взлетела. — Мишель улыбнулась, посмотрев на Малышенко, до которой не сразу дошла данная шутка, но через секунду шатенка залилась громким смехом откинув голову назад. — Умерла, конечно. С восьмого этажа упасть.. Вероятность выжить безумно маленькая. Не смотря на спокойную обстановку, Виолетта всё ещё чувствовала себя странно и напряжённо, это не давало возможности спокойно и расслабленно провести время с Мишель. Она постоянно уходит в свои мысли, которые не дают полностью насладиться этим днём. Но она давно научилась радоваться мелочам. И даже то, что сегодня она смогла выйти из дома не на учебу, а просто погулять, очень радует. Ей безумно хотелось бы иметь больше свободного времени. — Мне уже пора. Когда мы ещё сможем встретиться? — Мишель поднимается с холодной поверхности, подавая руку шатенке. — Я не знаю, напишу тебе когда смогу, хорошо? Извини, прошу. У меня нет возможности слишком часто выходить вот так просто погулять, поэтому я стараюсь уделить свои свободные часы всем друзьям. — Тебе не стоит извиняться за такое, я все понимаю. Виолетт, пообещай, что будешь стараться уделять внимание и себе, а не только окружающим. — Сказала Мишель, сократив между ними расстояние. — Я не буду обещать, потому что если не справлюсь, получится, что я тебя обману. Но я постараюсь. — Гаджиева кладёт свою руку на щёку зелёноглазой, нежно притягивая к себе и легонько прикасается к бледным губам. — До встречи, милая. Последние слова прозвучали мягко, что заставило Малышенко искренне улыбнуться. Она домой еле-еле плетётся, все силы резко покинули девушку, заставляя как можно быстрее добраться до дома, чтобы лечь в мягкую кровать и просто лежать. Девушка заходит в квартиру, что наполнена слабовыраженным запахом каких-то сигарет, вперемешку с запахом моющих средств. Она проходит в комнату и буквально падает на кровать. Через какое-то время тело начинает ломить, а голова идёт кругом, не давая ни малейшего шанса встать с кровати без падений. Ускоренное сердцебиение и сбитое дыхание, вплоть до того, что она слышит стук собственного сердца. Шатенка готова на потолок лезть от ужасного чувства ломки в теле и ужасной боли мышц. Все эмоции и чувства покинули голову, заставляя постепенно словно сходить с ума от происходящего. Чувство тошноты, что преследует её уже около недели, становится сильнее, но сил встать с кровати нет. Она, кажется, и не помнит, как около недели назад употребляла с какой-то девушкой в туалете чужой квартиры, совершенно не думая о последствиях. Сейчас она себя ненавидит настолько, что готова собственными руками себя удушить. Она упала в эту яму, снова. Это слишком отвратительно, слишком ужасно и ещё долго её будет душить чувство вины за то, что не смогла себя сдержать. Не смогла отказать и упала лицом в грязь. Теперь понимает, почему эту неделю она чувствовала себя чересчур устало и раздражённо. Резкие перепады настроения и сильная агрессия на себя и в том числе на окружающих. Сонливость и плохое самочувствие, головные боли, тошнота и отсутствие аппетита. И не то чтобы до этого она чувствовала себя прекрасно, но эту неделю все симптомы были ярко выраженными и более сильными. Но жалеть она будет потом. Сейчас слишком больно и плохо, чтобы думать о том, какая она ужасная. Дрожащими руками она берёт телефон и старательно ищет чей-то номер. В глазах понемногу всё плывет, это мешает попадать по нужным буквам. С трудом она нажимает на кнопку вызова и ждёт мучительные гудки, которые, кажется, тянутся целую вечность. — Ало, Макс, мне нужна доза. — шатенка говорит тихо, дрожащим голосом с сильной одышкой. — Приходи сегодня вечером на хату, у нас туса будет, всякая дрянь, собственно, тоже. — Сказал Макс спокойным, слегка весёлым голосом. — Что мне делать сейчас? Меня колбасит пиздецки, я на стены лезть готова. — У тебя чё, ломок не было раньше? — удивлённо спросил парень. — Бро, я курила только траву, года два назад. Ты лучше скажи мне что делать и не выёбывайся. — Ну ты и залетела, подруга. Бахни снотворное, лёгкое, или успокоительный препарат какой-нибудь. Станет легче, но не обещаю, что намного. — Блять, мне кажется, я сдохну тут, пока ждать буду. — В принципе, я смогу заехать за тобой через полчаса, потерпишь? А там уже на хату поедем и всё по маслу. — Блять, буду ждать, пожалуйста, постарайся быстрее, иначе меня в трубочку свернёт.. — Постараюсь, жди короче. Звонок обрывается. Малышенко еле-еле с кровати встаёт и в сторону кухни плетётся. Ищет заветную аптечку с таблетками, чтобы найти хоть какой-нибудь транквилизатор. Она роется в небольшой коробочке, доходит до самого дна, натыкаясь на какое-то успокоительное. Набирает в стакан воды и сразу три таблетки закидывает, думает, что так оно подействует быстрее. Девушка на полу у стенки сидит и начинает руки царапать неосознанно. Эти полчаса, были самыми мучительными и долгими. Но наконец телефон зазвонил и Макс сказал, что уже ждёт её у подъезда. Виолетта на лифте спускается, забивая на все страхи свои и вылетает из подъезда. — Привет, Вил, ты как? — Макс смотрит в зелёные, мокрые глаза, подавая подруге руку, чтобы помочь сесть в машину. — Хуёво, брат, хуёво. Поехали, прошу, иначе я щас прям тут откинусь.. — Виолетта говорит не особо внятно, но парню и так все понятно. Они едут в знакомом направлении. Малышенко за дорогой не следит, сейчас её внимание слишком рассеянное и не собранное. Они подъезжают к знакомому подъезду и Макс паркует машину. Помогает Виолетте выйти и доводит до подъезда. В квартиру поднимаются, а оттуда слышна негромкая музыка и громкий смех ребят. — Приехали. — Макс дальше по коридору проходит, а Малышенко за ним. Приходят в гостиную, и шатенка садится на диван рядом с уже знакомыми ребятами. Сейчас тут всего четыре человека, но к вечеру подтянутся остальные. Виолетта кидает взгляд на Макса, смотря несколько секунд, будто напоминая зачем она тут. Он кивает ей в сторону ванной комнаты и быстрым шагом направляется туда. Зелёноглазая плетётся за ним. Они проходят внутрь, а парень закрывает двери ванной комнаты. Максим аккуратно высыпает на стоящую у раковины тумбочку содержимое зип пакетика и протягивает шатенке сторублёвую купюру, свёрнутую в трубочку. В носу слегка защипало, а по телу прошлось приносящее удовольствие тепло и девушка откидывается назад, облокотившись о стенку. Полученная доза знатно облегчает состояние и даёт чувство желанной эйфории и немного дрожащего тела. В глазах плывет, а мозг уже не так хорошо соображает, поэтому сидит, смотря в одну точку, наслаждаясь эффектом. Сейчас все неприятные мысли покинули тело, заставляя полностью раствориться в доставляющих спокойствие ощущениях. Звонящий телефон, что лежит в кармане, словно вывел сидящую на полу Виолетту из транса. — Ало? — Спокойным и чуть хриплым голосом произносит зелёноглазая. — Виолетт, ты где? Почему я до тебя дозвониться не могу? — Из трубки прозвучал возмущённый голос Захаровой. — Да телефон на беззвучке был. Я сейчас у друзей, не хочешь присоединиться? — Кинь геолокацию. — Ок, буду ждать тебя тут, одной скучно. Третий этаж, пятнадцатая квартира, если что. — Я тебя умоляю, будь аккуратна и не пей много, а то я тебя знаю, горе луковое. — Да всё супер будет, жду тебя короче. Звонок обрывается. Виолетта облегчённо выдыхает, ведь в присутствии рядом с Кристиной, она будет чувствовать себя гораздо спокойнее. Встаёт с пола и идёт на кухню, чтобы предупредить Максима о том, что её подруга скоро присоединиться к их шумной компании. — Макс, короче, ты не против если к нам присоединится моя подруга? Не важно, что она уже кинула ей гео и сказала ехать. Делает вид, что приличный человек и хотя бы спрашивает, зная, что он не откажет. — Да базару ноль вообще, чем больше народу, тем веселее. Малышенко победно улыбается и идёт в сторону балкона, чтобы покурить. — О, Илья, приветик! — Выкрикивает шатенка, легко ударяя парня по плечу. — Привет, Вилка. — Он уже третью сигарету из пачки выкуривает, увлечённо смотря куда-то вдаль. — Чё, как у тебя дела? Рассказывай. — Девушка присаживается на подоконник и достаёт новую пачку сигарет. — Как на личном? — Дела нормально, на личном тоже. — кажется, Илья не особо горел желанием разговаривать с Виолеттой, но разве её это волнует? — Ты как? Дома всё ещё траблы? Зелёноглазая удивлённо посмотрела на парня. Она не помнит, чтобы рассказывала ему о своём семейном положении. — А я разве, рассказывала тебе о моих проблемах в семье? — А чё, забыла уже, что-ли? Как выпившая мне пол своей жизни рассказала. — Малышенко стыдливо взгляд в сторону отводит. — Извини. — За что? — Парень даже взгляда не отвёл, всё так же задумчиво вперёд смотрел. — За то, что нажаловалась, что-ли. Ну, у меня иногда словесный понос льётся, я прям остановится не могу! Это не круто, на самом деле. Боюсь лишнего сказать. — Тебе не стоит извиняться за такое. Это было как минимум, неосознанно. А вообще, разве делиться своими проблемами, значит жаловаться? — Ну, а разве твои проблемы нужны кому-то, кроме тебя? Илья сделал последнюю тягу и выкинул окурок в окно, направляясь к выходу. — Нет, но ты же почему-то всегда готова помочь и выслушать дорогих тебе людей, так ведь? Последние слова действительно заставили задуматься, она всегда всем старается помочь, забывая про себя. Она снова и слова Мишель вспоминает, которые чистой правдой являются. Возможно, она бы и хотела по-другому, только боится, что все сразу отвернутся от неё, если она перестанет под каждого подстраиваться и служить неким спасательным кругом, что готов всегда на помощь прийти, когда кому-то нужно. Она спрыгивает с подоконника, выбрасывая окурок в мусорное ведро и направляется в гостиную, где играет шумная музыка, а ребят уже стало больше на несколько человек. Раздаётся звук дверного звонка и Малышенко идёт к входной двери. Посмотрев в глазок она увидела Захарову и радостно улыбнулась, открывая двери. Кристина обнимает подругу и проходит в комнату, приветствуя всех присутствующих. — Это моя подруга, Кристина! — выкрикивает Виолетта и приобнимает светловолосую за плечо. Ребята были не против новой знакомой, поэтому все по очереди радостно представились, пожимая руку голубоглазой. — Пить будешь? — зелёноглазая посмотрела на стоящую рядом и взяла со стола бутылку виски. — Спрашиваешь ещё. — Захарова взгляд свой на Виолетту поднимает и зрачки расширенные видит. Улыбается грустно, но виду не подаёт. Захарова любит выпить, но наркотики осуждает. Потому что сама была в этом, чуть меньше года назад. Понимает, как ужасно это и как на дно тянет. Виолетту не винит, лишь жалость к ней чувствует. К наркотикам не от хорошей жизни приходят, и Кристина это знает. Знает как живёт Малышенко и понимает, почему она решила утонуть в этом. Шатенка от реальности уйти пытается и забыться в белом порошке. И это помогает, в первое время. Дальше-хуже. Они сидят на полу у окна, распивая спиртные напитки. Приятной горечью на языке раздаётся вкус чего-то крепкого. Чего именно, девушки не знают, внимания на это не обращают. Кто-то танцует, кто-то лежит в отключке прямо у входа в кухню. Обстановка, грубо говоря, не очень, простой наркопритон. Виолетта чувствует тяжесть в желудке и сразу направляется в туалет, чтобы не начать блевать прямо здесь. Кристина наблюдает за всем происходящим, рассматривая присутствующих. Рядом с ней девушка садится и в пустой стакан водку наливает. — Привет, я Юля. — брюнетка протягивает руку, Кристина пожимает в ответ. — Крис. Краем глаза, замечает у новой знакомой пакетик с белым веществом в руке, которым она старательно крутит над стаканом Виолетты, пытаясь высыпать содержимое внутрь. Захарова реагирует быстро, накрывая рукой кружку с каким-то напитком, не позволяя той засы́пать туда непонятный порошок. Юля недовольно цокает, сразу же отсаживаясь от блондинки, которая грубо смотрит вслед. Кристина не трезвая, но мыслит нормально. И спаивать подругу напитком с каким-то веществом, не даст. Через пару минут Малышенко возвращается, садясь рядом с подругой. — Вил, ты когда уходишь куда-то, стакан не оставляй свой, рискуешь умереть от передоза какой-то хуйни. — Виолетта кивает. — Может нахуй эту школу? Мы ж завтра не встанем.. — шатенка явно выпила больше Захаровой и завтра отходняки будет ужасные ловить. — Тебя же дома убьют потом. — Да не ссы, разрулим. Только, сегодня могу у тебя остаться? — Без проблем, ты же знаешь, что я всегда буду не против. — Тогда супер, завтра без школы. — и Виолетта победно улыбается, что-то повторно наливая в свой стакан. Ещё около получаса они сидят и о чём-то болтают, после чего Виолетта снова уходит, только уже курить, а Кристина предпочла остаться и следить за напитками. Малышенко идёт в комнату, где находится выход на балкон. Замечая целующихся Илью и Макса, резко отворачивается, но продолжает свой путь. — Я очень извиняюсь, но курить жёстко хочу! — Сказала шатенка и быстрым шагом прошла мимо. Илья недовольно цокнул и, кажется, был готов прям тут Виолетту удушить. Но Макс, по спине поглаживая, успокоил, а далее, начатое продолжил. Виолетта сигарету поджигает, о чём-то задумываясь. На улице уже темно и лишь одинокая луна освещает уходящую куда-то тропу. Дым от сигареты создаёт красивое облачко, которое через пару минут полностью растворяется. Звёзд из-за облачного неба почти не видно, но вид и без того красивый. Людей в этой местности будто не существует, кроме этой унылой квартиры и ещё пару горящих окон, это вызывает какое-то чувство спокойствия. Смотря на довольно грустную картину в виде старой площадки и нескольких побитых домов, Малышенко расслабляется, забывая обо всех и всём. Сейчас ей хорошо и она спокойна, наконец-то. Один из нечастых моментов жизни, когда её ничего не тревожит. Она выкуривает уже четвертую по счёту сигарету, но всё ещё стоит и всё ещё наслаждается прохладным воздухом, исходящим из приоткрытой дверцы.