Неправильная игра

В тот момент, когда губы Остина встретились с его губами, Сюй Цзыюэ никак не отреагировал. Только когда точка соприкосновения увеличилась, а сила усилилась, Сюй Цзыюэ вспомнил высунуть язык и нежно облизать губы Остина. Прежде чем Сюй Цзыюэ успел убрать свой язык, он почувствовал, как сильный и горячий язык переплелся с его языком. До этого единственным человеком, которого целовал Сюй Цзыюэ, был Сунь Мо, но их поцелуй был всего лишь легким поцелуем. Это было совсем не похоже на то, где он был таким глубоким, что почти достигал его горла! В тот момент, когда Сюй Цзыюэ почувствовал, как ему лизнули горло, обе его ноги ослабли. Онемение охватило его с головы до кончиков пальцев ног. Всё, кроме этой неприличной части. Сюй Цзыюэ стоял спиной к Остину, поэтому, когда они целовались, его шея была вывернута назад. Воспользовавшись паузой в поцелуе, он схватил Остина за рукав и обернулся. Однако он не хотел, чтобы его рот отделялся от рта Остина. Повернувшись лицом к Остину, Сюй Цзыюэ почувствовал, что наконец-то может немного вздохнуть. В отличие от внешнего поведения Остина, его поцелуй был чрезвычайно сильным до такой степени, что Сюй Цзыюэ немного расплакался. Он был ниже ростом, чем Остин. Когда Остин слегка приподнял голову, Сюй Цзыюэ смог только схватить его за рукав и на цыпочках дотянуться. Как только Остин надавит, Сюй Цзыюэ будет так сильно возбужден, что у него перехватит дыхание. В темноте неподалеку от них голоса других людей звали сотрудников. С другой стороны, они тесно прижимались друг к другу, совершая невыразимые вещи. Такого рода вещи были особенно волнующими для Сюй Цзыюэ. Когда Остин отпустил Сюй Цзыюэ и сел обратно в инвалидное кресло, Сюй Цзыюэ рухнул на колени и оперся на хвост Остина, хватая ртом воздух. Остин поднял руку в темноте и аккуратно вытер большим пальцем струйку слюны из уголка рта Сюй Цзыюэ. Затем он неторопливо потянул руку Сюй Цзыюэ вверх, чтобы заставить его поднять верхнюю часть тела, и снова накрыл ноги одеялом. Когда всё было улажено, снова зажегся свет. Люди, которые наконец-то снова смогли видеть, не заметили ситуации Остина и Сюй Цзыюэ. Даже если бы они это сделали, они бы просто подумали, что Сюй Цзыюэ опустился на колени, потому что было слишком темно, чтобы видеть. Кроме Остина, который стоял рядом, никто больше не мог видеть раскрасневшееся лицо Сюй Цзыюэ и влажные глаза. — Ноги стали мягкими? — Остин ослабил хватку на руке Сюй Цзыюэ, позволив ему рухнуть обратно на пол. Сюй Цзыюэ зарылся головой в одеяло Остина и приглушенным голосом отрицал: — Нет! Но тон, который он использовал, был слишком сладким, поэтому в нем не было никакой убедительности. Вероятно, потому, что он чувствовал, что его отрицание было недостаточно сильным, Сюй Цзыюэ добавил: — Я просто не очень опытен. Я не буду таким после некоторой практики! Какой язык у Остина? Почему он такой длинный?! И может проникнуть так глубоко! Это явно подарок! Сюй Цзыюэ не мог перестать жаловаться внутри, и он также не мог не наслаждаться этим. Ему, вероятно, придется перевоплотиться и перестроить себя, чтобы иметь такой язык, как у Остина. Но этот поцелуй... Даже просто вспомнив об этом, все клетки его тела пришли в возбуждение. Это было слишком хорошо. Остин решил не комментировать упрямство Сюй Цзыюэ, но вопрос с практикой... Остин спросил: — С кем ты собрался практиковаться? Сюй Цзыюэ наконец поднял голову. Он посмотрел на Остина с довольно беспомощным выражением лица: — Конечно, с тобой. Кто ещё это мог быть? Улыбка на лице Остина осталась прежней, но аура вокруг него потеплела. Остин сказал: — Получи свою печать. Губы Сюй Цзыюэ шевельнулись. Он тихо сказал: — ...Я серьезно. Остин на мгновение замер. Затем он показал добрую улыбку, в которой была нежность, которую Сюй Цзыюэ раньше не видел. Это было настоящее счастье. Даже его глаза были искривлены. Подняв руку, чтобы прикрыть рот, и повернув голову в сторону, он попытался подавить улыбку. Струна в сознании Сюй Цзыюэ оборвалась. Он снова уткнулся лицом в хвост Остина, обнажив только ярко-красные уши. Затем он молча сжал ноги вместе...

* * * * *

Когда они покинули баскетбольную площадку, было ещё довольно рано. Остин был в очень хорошем настроении. Это было очевидно, просто глядя на его пальцы. Вместо обычных тяжелых и регулярных постукиваний его пальцы легонько и быстро постукивали по подлокотнику инвалидного кресла. Конечно, даже если большой босс был счастлив, было так же трудно разобраться в его мыслях. Например, в этот момент Сюй Цзыюэ последовал его указаниям и толкнул его на палубу круизного лайнера. Сюй Цзыюэ думал, что они продолжат выполнение ещё нескольких мероприятий. В конце концов, он мог бы найти ещё одну возможность снова поцеловаться... Люди, стоявшие на палубе, были разбиты на группы по двое и по трое. Соленый морской бриз обдувал его лицо. Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень комфортно. Остин подозвал персонал и попросил у него две удочки и лохань с наживкой. Сюй Цзыюэ подтолкнул Остина к месту, выбранному последним, прежде чем остановиться и спросить: —Ты хочешь порыбачить? Остин улыбнулся и кивнул: — Да. Сюй Цзыюэ посмотрел на палубу. Её высота составляла около дюжины этажей, и обычная леска, естественно, не была бы достаточно длинной. Даже если бы рыба действительно клюнула, Сюй Цзыюэ чувствовал, что к тому времени, когда её вытащат, она уже сбежит. — Здесь будет нелегко. — Сюй Цзыюэ отступил и встал рядом с инвалидным креслом Остина. — Всё в порядке. Сюй Цзыюэ развел руками и пожал плечами. Во всяком случае, Остин родом с моря. Последнее слово за ним. Персонал работал очень быстро. Вместе с удочками они даже доставили шезлонг для Сюй Цзыюэ, небольшой деревянный стол и бесплатную еду и напитки. Обслуживание было очень внимательным. Леска на удочке была очень длинной. Естественно, удочка тоже была очень длинной. После того, как он держал удочку меньше часа, руки Сюй Цзыюэ болели. До его смерти самое большее, что, вероятно, делали его руки — это писали. Самое тяжелое, это было нести сумку с книгами или поднимать стол, но всё это были краткосрочные задачи. Всё, что требовало выносливости, было слишком для Сюй Цзыюэ. Но руки Остина были неподвижны. Он оставался неподвижным, как камень. Остин заметил дискомфорт Сюй Цзыюэ и приказал ближайшему персоналу подержать удочку для Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ: «...» Чувствую себя немного польщенным. Но он не подошел бы и не спросил Остина, почему тот был так добр к нему. В конце концов, он видел улыбку Остина раньше. Что касается текущей ситуации, Остин, казалось, был совершенно равнодушен к истине этого мира и задаче Сюй Цзыюэ... Сюй Цзыюэ не собирался идти на встречу смерти, спрашивая об этом. Конечно, могут быть моменты, когда его мозг может выйти из строя, и он будет идти на суд со смертью... Но он решил подумать об этом, когда это произойдет. А сейчас... Он хотел думать о других вещах. Сюй Цзыюэ прижался к Остину и тихо спросил: — А что, если ты случайно поймаешь морского монстра? Остин взглянул на Сюй Цзыюэ и кивнул. Сюй Цзыюэ недоверчиво посмотрел на Остина. Он действительно кивнул? Остин сказал: — Если они очень голодны, как старые морские монстры, которые не способны паразитировать, они придут и заглотят наживку. Сюй Цзыюэ заранее спросил: — А что, если ты действительно поймаешь одного? Остин задумался. Затем он ответил: — Сделаю из этого суп. Сюй Цзыюэ был поражен. Он осторожно спросил: — Ты просто шутишь? Остин кивнул. Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. Пить суп, приготовленный из морского чудовища, для него было невозможно. Просто мысль о том, что они паразитируют в человеческих телах и едят человеческую плоть, чтобы выжить... А затем сварить их в суп, чтобы есть... Кто знает, какой болезнью вы заразитесь от этого?! Конечно, это было не главное. Главное заключалось в том, что он определенно не стал бы его есть и определенно не стал бы использовать морское чудовище для приготовления супа. Вместо этого, если бы вы попросили его убить морского монстра, как рыбу... Он не делал этого раньше, но был готов попробовать. Но предпосылка заключалась в том, что морское чудовище не было смертельно опасным... Иначе он боялся быть паразитированным. Остин заметил различные изменения на лице Сюй Цзыюэ и намеренно предупредил тихим голосом: — Но если действительно сделать суп, ты не должен его есть. Сюй Цзыюэ непонимающе посмотрел на него: — Почему? Остин поднял руку и ущипнул Сюй Цзыюэ за нос. Его тон был очень снисходительным: — Потому что последствия серьезны. Сюй Цзыюэ поднял руку и потер нос. Это действие и тон Остина отвлекли всё его внимание. Это было слишком, слишком, слишком... чересчур!